10

возвращаться

Правильный способ ударить тебя по лицу

Упрощенный китайский

Настраивать

Выключить свет

Большой

в

маленький

Глава 48

    «Монгольский Зазабар привел монгольских послов к императору Ся и регенту». В зале суда пятнадцать крупных мужчин ростом более десяти футов и скальпом поклонились Ся Минсюаню и Ся Хоуцзин. 

    «На этот раз великий хан послал меня ждать установления дипломатических отношений между двумя странами», - говорил Зазабар, высокопоставленный монгольский посланник. Он был третьим сыном монгольского хана и, как говорили, были назначены следующим великим лидером. 

    «Хорошо, хорошо, хорошо». Ся Минсюань несколько раз засмеялся ладонями и посмотрел на человечность монгольского народа: «Дорогие братья монгольского народа пришли издалека, лучше сначала отдохнуть. Вечером я 

    устрою банкет во дворце, чтобы вы встретили пыль ». Зазабал и другие подняли головы и без искренности поблагодарили их:« Император Ся великодушен и праведен, мне лучше проявить уважение ». 

    В суде несколько центральных чиновниковс тревогой позвонили Ся Хоуцзину . 

    «Принц, император в замешательстве. Монголы вошли в Пекин как побежденная страна и такие высокомерные. Очевидно, они не ставят нашу страну Ся в свои глаза». Несколько человек вздохнули и с волнением произнесли: «Император, как царь страны, был с ними. Братья соразмерные, где будет стоять моя страна Ся ?! » 

    « Император не только не слышал обертонов монголов, он пировал их с большой помпой, скучно и скучно! »Монголы являются побежденной страной, и то, что Ся должен подписать, - это капитуляция. Внесено в документ, но Зазабар сказал, что дипломатические отношения должны быть заключены, и Ся Минсюань кивнул в знак согласия. Какой это должен быть тупой человек. 

    Ветеран, прошедший через две династии, топнул ногой и сердито сказал: «Вначале я сказал, что за этого сына трудно 

    брать на себя большую ответственность, и император должен идти своим путем». Глаза Ся Минсюаня потемнели, и он тепло убедил: «Поведение императора действительно предвзято. Я надеюсь, что вы все можете добавить больше». 

    Некоторые люди даже сказали, что боятся их. Все они были важными министрами, которые были наверху и внизу в официальном государстве в течение десятков лет. глаза были подобны факелам. Они уже увидели коварство в костях Ся Минсюаня и покачали головами. «Император - человек. Министры из тщеславия боятся, что будут бессильны». 

    Ся Худжин поднял брови и успокоился. , «Давайте посмотрим в будущее. Если император действительно ... у этого короля нет другого выбора, кроме как сделать это».

    Несколько министров, посмотрите на меня, я смотрю на вас, все они понимают его незаконченные слова, и им приятно видеть любезность: «Министры понимают и клянутся следовать за регентом». 

    - 

    «Нианг, сегодня во дворце. очень оживленный, разве ты не возьмешь Сяо Хэя на экскурсию? »После долгого общения с Гу Юньси, Чунтао понял его холодный темперамент и жар внутри. Он действовал смело, а иногда даже осмеливался подавиться им. 

    Гу Юньси посмотрел на солнце снаружи, обернулся и сказал: «Не уходи». Он был в панике, когда остался в храме, где стояло ведро со льдом. Если он выйдет на улицу, он не знает, что это будет. подобно.     Чунтао улыбнулся, а Ву выбрала для Гу Юньси одежду цвета бамбука и сказала: «Мама, посмотри, Сяо Хэй хочет выйти». Она знала, что Гу Юньси любит Цзинтянь, и указала на черного кота, который не мог помочь. но    будь осторожен . «Тот, который слуга выбрал для тебя, сделан из настоящего шелка, и его абсолютно круто носить!» Цзинтянь рявкнула зубами и несколько раз крикнула «Мяу-Мяу». девочка, это называется Jingtian, а не Xiaohei!     Гу Юньси, наконец, села с прохладного дивана, посмотрела на Чжэньтян и Чунтао с ожиданием и беспомощно улыбнулась: «Я переодеваюсь для этого дворца».     Гу Юньси почувствовал, что солнце уже полностью расцвело, но был уже почти вечер и солнце было на западе, спуск с горы.     Он бродил с группой обслуживающего персонала, качая головой и глядя в его руки. Он впервые превратился в сущность и был полон любопытства по поводу самых разных вещей.     Гу Юньси тряхнул его головой кончиками пальцев, положил его на землю, дал знак играть и отправил двух придворных дам следовать за Шокирующими Небесами, не покидая ни единой ступеньки. Сегодня вечером во дворце будет банкет для монгольского народа. Так много людей приходит и уходит. Гу Юньси беспокоится, что тот, у кого не длинные глаза, повредит небу.    «Познакомьтесь с императорской наложницей-императрицей», - Гу Юньси наблюдал, как Тряска исчезла в углу, и несколько наложниц вышли к нему лицом.     Он кивнул нескольким людям без исключения, увидел самого показного и роскошного из них, Лан Яня, и увидел его с счастливым лицом, он знал, что этот человек уже знал, что он беременен. В это время он прятался, и он хотел подождать .Объявлен по важному поводу.

    «Ньянг, уже поздно, ты не собираешься готовиться?» Наложница наморщила брови, когда увидела Гу Юньси в обычной одежде, и не могла не напомнить: «Наложница Роу может остаться во дворце Цзиньян после обеда».     В гареме Бай Чэньсяо проявлял доброту и щедрость. Он всегда был приятен своим слугам и редко раздражал. Поэтому он имел отличную репутацию среди слуг и горничных во дворце.Однако его наложницы очень ненавидели его, потому что он монополизировал благосклонность Ся Минсюаня, и он никогда не уговаривал императора остаться на ночь во дворцах других наложниц.    Напротив, хотя Бай Цзиньхуань имеет высокий статус, он долгое время не пользовался поддержкой, но это заставляет их жалеть друг друга.     Гу Юньси Миньчунь неглубоко рассмеялся: «Этот дом не может помочь выбрать свою собственную одежду.»    Мало кто вдруг осознает, засмеялся: «Это министр (наложница), о котором нужно беспокоиться».    Сягуо Хуан комната иерархическая, уровень королевской после посещения государственный банкет у Дома Правительство разработало индивидуальные костюмы, вышитые узорами, представляющими их личность.     -     Обед в свежем Императорском саду, Ся Минсюань его лицо с улыбкой, он в соответствии с предками, неся руку Гу Юньси, появился в толпе взглядов.    Как возлюбленный небес, Ся Минсюань выглядит красивым, у него гладкие мускульные линии, и он неуклонно выталкивает одежду черного дракона из своего тела.Издали он чувствует, что смотрит на мир.     Гу Юньси был одет в прекрасное парчовое платье с ярко-красным облаком и гусем, а его длинные черные волосы, как облако, были подняты облаком и феникс-хостой, а остальное было рассыпано по белоснежной шее, с красивыми слегка изогнутыми губами. Подберите ослепительную улыбку, такую ​​изящную и роскошную, чтобы люди забыли о банальности.    Дыхание гражданских и военных чиновников и монгольских послов под главным сиденьем невольно стало немного тяжелее.     Глаза цветущих персиков Гу Юньси слегка мигнули, глядя в сторону Ся Хоуцзина, и когда мужчина оглянулся на него, он быстро отстранился, склонил голову и уклонился, и молча сел рядом с Ся Минсюань, играя одной рукой.     «Ся Гочжэнь открывает глаза!» Зазабар, третий монгольский принц, сжал кулак с Гу Юньси и громко похвалил его: «Женщина прекрасна, ее трудно найти в этом мире».

    Гу Юньси небрежно взглянул на него, не ответив. В Ся Го брат, который хвалил других перед своим учителем, считался неуважительным высказыванием. 

    Зазабар тоже не смутился. Он улыбнулся и продолжил: «Интересно, посчастливится ли Зазабару узнать имя своей жены?» Они монголы, и народные обычаи открыты. Любой может выйти вперед, чтобы выразить свою любовь. 

    «Третий принц 

    говорит осторожно» . Ся Хоуцзин неудержимовстал, его глаза были глубокими и холодными , и он сказал: «В моей стране, Ся, это очень неправильно, принц должен был услышать принципотправления в деревню, чтобы следовать обычаям . " Zazabal Он дико рассмеялся и замолчал.Монголы всегда были бесстрашными, но они трепещут перед Сяхоцзином. В прошлом году этот, казалось бы, мягкий человек повел свои войска на поражение монгольского народа. Он также убил почти 100 000 монгольских солдат и солдат, нанеся тяжелые потери монгольскому народу, и было трудно восстановить их жизнеспособность в течение десяти лет. 

    «Это король или нет, пожалуйста, не волнуйтесь», - он положил правую руку на грудь и поклонился, чтобы выразить свои извинения. 

    Гу Юньси пристально посмотрел на Ся Хоуцзина и улыбнулся, затем повернулся, чтобы взглянуть на Зазабала, и сказал: «Трем принцам не нужно принимать это близко к сердцу». Его голос был чистым и ясным, все еще с нежностью молодого человека, который заставляли людей чувствовать себя обновленными. Это качели.

    Бай Цзиньянь сел на место следующего военачальника, стиснул зубы и уставился на людей, которые были непослушны по отношению к его драгоценному брату. Наконец, он перевел взгляд на Ся Худжина, который стоял перед Гу Юньси, прищурился и отвернулся. внутренне, пух, посвященный смерти. Сломанный рукав! 

    Если бы не Ся Хоуцзин, теплая улыбка Цзиньхуаня его семьи только что была бы для него. 

    Оценки Бай Чэньсяо было недостаточно, поэтому он сел внизу Гу Юньси. Он уставился на мрачно сидящего молодого человека и схватил его за ладонь кончиками пальцев.Эти навязчивые идеи и похвалы должны были принадлежать ему, а он был тем, кто родился свыше! 

    Первоначально Бай Чэньсяо мог спокойно уговорить себя не торопиться, и однажды он столкнет Бай Цзиньхуань и Особняк принцесс в трясину, но теперь он не может ждать, ему не терпится увидеть унылый вид Бай Цзиньхуаня, когда он собирается грести. Из-за его лица он потерял свою гордую красоту и стал жить с самой уродливой внешностью в мире.

    Бай Чэньсяо опустил голову, чтобы скрыть мрачную улыбку на своем лице, а затем через долгое время снова поднял голову, став доброй, нежной, знающей наложницей.
    

Поделиться в Twitter.   Поделиться с    друзьями в Facebook. В правом верхнем углу можно настроить чтение на традиционном китайском языке.

Предыдущая главаЗакладкаОбратно к спискуСледующая глава