6. Их не пугает вечность

Избитый, измученный и голодный парнишка, лет десяти, примерно, спокойно сидел в углу гостиной, тихо плача, в то время, как перед ним стояла разъяренная мать с ремнем, явно из ненатуральной кожи. Беспричинное насилие ребенка, обычно, карается законом, но не в этом случае. Ребенок слишком любил свою мать, несмотря на то, что та его ненавидела всем сердцем, а сдать в детский дом не могла, ибо считается порядочной женщиной в своем круге.Она всегда угрожала бедному мальчику, что если тот не будет примерно себя вести, получит ремнем, или тем, что в руку попадется, в два раза больше, чем обычно, и на огромное удивление, тот всегда слушался, хотя измерять эти побои не умел, да и разницы особой не было, собственно, как и выбора.

- Мам, - мальчик появляется в дверном проеме спальни женщины, а та, увлеченная своей работой, а именно новой статьей, название которой прямо относилось к ситуации в ее семье, очень иронично. - Мне нужна помощь, мам. - чуть тише проговаривает ребенок, протягивая учебник по математике. Мать наконец замечает его, недовольно хмурится, зыркая своим страшным взглядом и мальчик все понимает, мигом исчезая, чтобы не получить все новые и новые гематомы, которые сходят уж очень медленно и скрыть их, практически, невозможно.

Этот парнишка знать не знал, что такое материнская любовь. Отца своего он с рождения также не знал, лишь поверхностно, с вечных криков женщины, что зовет себя отличной матерью в приличном обществе. Вряд ли в жизни людей появляется вторая мать и мальчик прекрасно это понимал, поэтому давно смирился со своей нелегкой судьбой и старался лишний раз ее не беспокоить. Друзей у него тоже нет, ведь кто захочет заводить вечную, ну, или хотя бы, мимолетную, дружбу с вечно избитым оборванцем?

Парнишка хмыкает, вытирая длинным рукавом старого свитера сопли, откладывая школьный учебник математики на полку. Помогать ему все равно никто не будет, а справиться со сложной задачей самому не удалось. Тяжело вздыхает, выходя на улицу и аккуратно, чтобы занятая мать не услышала хлопок, закрывает дверь. В этом доме зря сидеть без дела не хотелось, поэтому лучше прогуляться, проветрить мозги и подышать свежим воздухом. Хотя, в мегаполисе чистого воздуха и в помине быть не может.

Маленький мальчик, в потрепанном свитере, на размер больше его самого и старых джинсах, что ношены уже не первый год, с кучей гематом, которые тот тщательно старался скрыть - такое зрелище привлекло бы внимание, если бы люди в современном мире не были столь безразличны. Видимо, сейчас только дети верят в чудеса и исполнение заветных желаний. Но это поколение обязательно будет испорчено предыдущим, ведь те строят из детей своих идеалов, не спрашивая их мнения. Потом же, некогда счастливые и бесстрашные дети вырастают грубыми и вечно недовольными людьми, что не думают ни о себе, ни о других.

Мысли заняты совсем не уроками и не о завтрашней важной контрольной, даже в таком возрасте, он уже задумывается о проблемах, которые, по идее, его никак не должны касаться. Мальчику приходится слишком рано расставаться со своим беззаботным детством, взрослеть все быстрее.

Впереди стоящего парня не замечает, погруженный в свои мысли, врезается в спину незнакомца, отшатываясь и делая шаг назад, шепча тихое «извините». Мальчик потирает голову, жмуря глаза и ожидая, что на него начнут орать или еще чего похуже.

- Ты в порядке? - слышит детский обеспокоенный голос где-то над собой, вместо громкого баса и ругательств. Медленно поднимает голову, вопросительно вскидывая брови и после, кратко кивая. Паренек, напротив, наклоняет голову в бок, рассматривая виновника и весело улыбается, беря того за руку, но он лишь шикает, не позволяя к себе притронуться, ибо незнакомец задел совсем новый ушиб, отчего боль пронеслась по-всему детскому тельцу.

- Извини, - незнакомец виновато поджимает губу, разглядывая парнишку, после, на секунду задумавшись, вновь улыбается, тянется в карман своих спортивных штанов и достает шоколадную конфету, которую собирался сам позже съесть, но сейчас ему больше хочется подружиться, поэтому протягивает сладость испуганному пареньку. - Как тебя зовут?

- Хосок, - кратко отвечает тот, все же принимая конфету и еле заметно улыбаясь.

- А я Намджун.

Обычное случайное знакомство на улице, детей, что вообще не имели представления о настоящей дружбе, любви. Они стали спасением друг для друга, та самая ниточка, что вытягивает тебя из вечной глубокой бездны, что тоже не хочет расставаться с тобой. Намджун смог зажечь тот самый огонек счастья, который давно потух, возможно, еще при рождении. Он раскрыл настоящую личность забитого мальчишки, а тот светил ярко, даря все свое тепло и любовь Киму. Они не знали преград, когда были вместе: ни страхов, ни лишних бытовых проблем, что вечно окружают обоих. Они были свободны, словно птицы в долгожданном полете. И каждый раз не хотели расставаться друг с другом, но по домам приходилось расходиться, иначе, просто никак. Ведь даже такие родители, как у них, могут поднять шумиху по поводу пропажи своих «любимых» детей. Скорее всего, ради материнского капитала, других вариантов нет.

Они узнавали друг о друге все больше и больше с каждым днем, их не пугали никакие трудности. Верили, что их мечты и надежды на лучшее будущее, станут явью, что покинут этот город, возможно, даже страну, чтобы больше никогда не пересекаться со своими родителями, обидчиками.

Два года они были счастливы, как никогда. Намджун иногда баловал Хосока такими конфетами, которую он подарил ему в день знакомства. Это стало их некой традицией, личной фишкой, которую понимают лишь они вдвоем. И каждый раз на лице Чона всплывает лучезарная улыбка и друг прекрасно понимает, что тот безмерно благодарен. Хосоку вечно было неловко, что Джун радует его такими мелкими подарками, а он ничего не давал взамен. Поэтому, однажды сплел абсолютно одинаковые браслеты, что вскоре стало символом их крепкой дружбы.

Но всевышнего вечно все не устраивает и видимо, считает, что эти двое слишком счастливы вместе. Эта их крепкая дружба может перерасти в нечто большее со временем, а однополая любовь во многих странах запрещена, а на небесах, вероятно, вообще карается, и очень жестоко.

Мать Хосока, на каком-то празднике, случайно попадается гостям за избиением своего сына. Те, конечно же, как можно скорее сообщают в органы опеки и мальчик оказывается в детском доме. Намджун также скоро оказывается просто брошен родителями, тем просто надоело возиться с лишней обузой на плечах. Он полностью сломан тем, что у него забрали тот единственный лучик солнца, а скорее, само солнце, что выводил из кромешной тьмы, не давая угаснуть самому. Но пропасть ему не дал некий парень, что был намного старше. Буквально нашел мальчика, когда тот потерял свою надежду. Накормил, напоил, одел, дал крышу над головой и прибыльный заработок, хоть и незаконный.

***

Возле круглосуточного магазина, где-то на окраине города, тормозит мотоцикл, ревом мотора нарушая здешнюю тишину. Но это никому никак не мешает, ибо в этом районе крайне мало людей, а сейчас, вовсе из ближайших, только единственный продавец мелкой лавки.

Парень снимает шлем, поправляя отросшую челку, чтобы та не лезла в глаза. Вынимает ключи, ставя байк на подножку, после слезая. Вообще-то, Хосок уже давно должен быть в одном месте - очередной гоночный кросс. Но, видимо, вечный победитель сегодня не появится и его главный соперник заберет главный приз. Почему-то сегодня парня это никак не волнует, нежели обычно. Его авторитет эта неявка никак не заденет. По-крайней мере, он так думает.

Чон проходит в помещение, чуть ежась, ибо холод ночных улиц внезапно сменился на приятное телу тепло. Послышался звон мелких колокольчиков над дверьми, что вместе собираются в небольшую конструкцию, завлекая многих людей своим простым дизайном.

Своим появлением, Хосок будит уснувшую продавщицу, лет под сорок. Та прослеживает взглядом за парнем, считая его, почему-то, подозрительным. Чон проходит вдоль прилавков, рассматривая многочисленные сладости. Именно сейчас ему захотелось шоколада или чего-нибудь похожего, и это казалось слишком странным, даже ему самому, ведь подобное, он не ел больше десяти лет, даже не зная причины. Внимания мотоциклиста привлекают конфеты на самой дальней полке, сверху. Наверное, их мало кто берет, ибо скупаемый товар обычно находится на средних полках, на уровне глаз.

Юноша пожимает плечами и сгребает горсть конфет с пластикового футляра и направляется к кассе, высыпая все это перед продавщицей.

- Пакет, пожалуйста, - Хосок натянуто улыбается.

Та ничего не отвечает, но даже это не способно сейчас задеть Чона. Тот ждет, пока женщина взвесит конфеты, пробивая по кассе и после, называя необходимую сумму. Парень кратко кивает и вынимает из внутреннего кармана кожаной куртки сложенные пополам деньги, достает из этой стопки одну купюру и протягивая кассирше. Прячет деньги обратно и забирает пакет с конфетами, покидая магазин, даже не дождавшись чека и сдачи.

Юноша подходит к мотоциклу, опираясь на него и вынимая из пакетика одну конфету. Сначала разглядывает, постепенно понимая, что эта простая обертка, кажется ему знакомой. Хмыкает, после освобождает сладость от бумажки и отправляет себе в рот. Знакомый детства вкус, отчего губы Хосока искажаются в теплой искренней лучезарной улыбке.

Давно на лице этого вечно угрюмого парня не было настоящей улыбки.