22. Что мы наделали?

Мы с Биллом несли Тома к его машине. Его дыхание становилось все слабее, а рана на спине кровоточила, пропитывая мою одежду. В машине я крепко держала его руку, прижимая к себе, шепча слова поддержки, хотя сама едва могла говорить от подступивших рыданий. Билл, напряженный и бледный, вел машину, его кулаки сжимались на руле. Каждый поворот, каждое ускорение казались вечностью.

— Том… не умирай, прошу… — шептала я, крепко держа его руку в своей. Я рыдала и смотрела на него.

Мы быстро да ехали до ближайшей больницы. Там было тихо но когда Билл ворвался с Томом на руках все посмотрели на нас. Билл поднял пистолет и направил на врачей.

— если он умрет, я пристрелю всех кто тут находится. — сказал Билл, немного хрипло но холодно как лед.

Врачи кивнули узнав самого Билла Каулитца и Тома Каулитца, и быстро подбежали к нам, забирая Тома и увозя в палату.

Мы с Биллом сели в зале ожидания, лицо Билла было суровым но в нем так же была такая же тревога как и у меня. Мои слезы все еще шли но уже не так сильно. Билл взял свой телефон и кому то набрал.

— Георг? Вычислите с Густавом кто бы это мог быть. Да, спасибо огромное. Я еще позвоню тебе. — говорил Билл, немного хрипло.

Я не знала кто эти люди, но скорее всего это знакомые Каулитцов. Я отвернулась от Билла и посмотрела на дверь кабинета, где сейчас врачи вели операцию. Я сильно переживала. Как не странно, но я привязалась к нему. К самому Тому Каулитцу.

***

Просидели мы так, долго. Часов 5 а может и 6. И наконец врач вышел с палаты, снимая маску он подошел к нам.
Его лицо было серьезным но в нем так же была надежда.

— операция прошла успешно, пуля не задела важные органы. — его слова прозвучали для меня как самое лучшее что я когда либо слышала. С моих глаз пошли слезы счастья и я улыбнулась.

Врач ушел, а я крепко обняла Билла. Билл удивился но обнял меня в ответ, я взглянула на него, и в его глазах были тоже слезы. Слезы счастья.

Мы пошли в палату Тома. Он лежал там бледный, но живой. Я подошла к его кровати и присела на колени возле нее. Взяв его руку в свою, я смотрела на его бледное лицо.

Его торс был перевязан, и он спокойно лежал, еще не проснувшись. Я крепко сжала его руку и смотрела на него.
Билл сел рядом на кровать и смотрел на Тома.

***

Где то через час, Том пришел в себя, он медленно открыл глаза и лежал на кровати, морщась от легкой боли.

Мы с Биллом сразу подошли к нему.

— Том! Я боялась… — проговорила я, садясь рядом на кровать. Билл тоже сел рядом, и улыбнулся.

— Бетти… и я боялся… — хрипло произнес Том, и взял мою руку в свою. Я улыбнулся и сжала его руку.

Билл слегка наклонился и похлопал Тома по плечу:
— ты напугал нас, братец. — с улыбкой произнес это Билл. Том усмехнулся и пожал плечами.

***

На протяжении месяца мы с Биллом ездили к Тому в больницу, иногда оставались ночевать в больнице, в особняке с Агнес мы снова начали общаться, потому что я ей все рассказала и объяснила. Джуди была взволнована потому что Натали не было в особняке, но ей с тоже рассказала кто на самом деле Натали.

Билл почти каждый день созванивался с тем Георгом, и спрашивал как идут дела, возможно они выслеживали кто стрелял в Тома. Ведь Билл сказал что всю охрану убили еще до этого. На ответ Георга, Билл лишь вздыхал и качал головой.

С Томом мы еще больше сблизились, я носила ему еду, просто приходила посидеть рядом, и он был не против, иногда Билл оставлял меня одну а сам уезжал по делам, или уезжал обратно к Агнес. А отношения Билла и Агнес уже были официальными, Билл стал более нежнее и внимательнее с Агнес, но оставался таким же суровым и холодным с другими.

В день выписки Тома я радовалась весь день, меня просто переполняло счастье. Я была очень рада что Том остался живым и целым. Мы все вчетвером, Билл, Том, Агнес и я, ехали в машине Билла обратно в особняк.

— слушай Агнес может заедем кое куда? — спросил Билл взглянув на Агнес с ухмылкой. Агнес и Билл сидели на передних сидения а мы с Томом на последних.

Агнес улыбнулась и посмотрела на Билла.
— куда же, Билл? — улыбнулась она, и смотрела на него. Билл сидела за рулем и ухмыльнулся.

— узнаешь позже, а сейчас нам надо завести Тома и Бетти в особняк. — ответил Билл. Агнес улыбнулась и откинулась на спинку сидения.

Мы с Томом переглянулись и Том пожал плечами. Остальную дорогу мы ехали слушая перегоны Билла и Агнес. Они мило переговаривались и флиртовали друг с другом. Я закатила глаза и отвернулась к окну. Том взглянул на меня и усмехнулся, и продвинулся ближе.

— завидуешь? — спросил Том, и улыбнулась. Я повернулась к нему удивленно взглянув на него.
— завидую? Чему? — фыркнула я, закатывая глаза. Том ухмыльнулся и пожал плечами:
— их флирту, хочешь такой же любви,может ревнуешь Билла? — как то странно и ревностно сказал Том последнюю фразу.

— что?! Что за бред. Нет. Просто мне надоели из разговоры. — ответила я, и отвернулась к окну. Том пожал плечами и отодвинулся от меня, и тоже отвернулся к окну. Я видела как он закусил губу и задумался.

***

Когда Билл и Агнес уехали, мы с Томом вошли в особняк. На кухне, за чашкой чая, мы обсуждали его самочувствие и события, произошедшие во время его отсутствия. Наши взгляды часто встречались, и на губах появлялись нежные улыбки.

Позже Том предложил вина. Я никогда не пила, но в этот вечер, поддавшись моменту и его настойчивости, решила попробовать. Сладкое, клубничное вино развязало языки. Мы говорили о прошлом, о том, как все изменилось, и о будущем, которое теперь казалось более ясным. Том признался, что мысль обо мне давала ему силы держаться.

— Бетти, – его голос стал тише, – я люблю тебя. Я хочу, чтобы мы были вместе.

Мое сердце забилось чаще. Я посмотрела в его глаза, полные нежности и решимости.
— Я тоже люблю тебя, Том, – прошептала я.

Он осторожно притянул меня к себе. Этот момент, наполненный пережитой болью и обретенной надеждой, казался волшебным. Его поцелуй был нежным, но требовательным, пробуждающим спящие чувства. Вино придавало смелости.

Мы поднялись в комнату Тома, и я почувствовала, как легкое опьянение вином смешивается с нарастающим волнением. Огни ночного города, мерцавшие за огромным окном, словно подсвечивали зарождающуюся в нас искру. Наши слова о любви и будущем, произнесенные на кухне, казались лишь прелюдией к тому, что должно было произойти.

Его поцелуй, начавшийся на кухне, продолжился здесь, становясь все более глубоким и страстным. Руки Тома скользили по моей спине, снимая мою тонкую кофточку, и я невольно прижалась к нему еще ближе. Мое дыхание сбилось, когда его губы спустились к моей шее, оставляя за собой горячий след. Каждое его прикосновение пробуждало во мне невиданные доселе чувства.

Я тоже не осталась в стороне, мои пальцы скользили по его волосам, затем вниз, по его крепким плечам. Его рубашка, казавшаяся такой же элегантной, как и он сам, оказалась несложной преградой. Мы оба действовали с какой-то необъяснимой, но синхронной страстью. Когда одежда оказалась позади, я почувствовала, как его взгляд скользит по моим плечам, задерживаясь на ключицах. В его глазах я видела не только желание, но и нежность, трепет, который придавал этому моменту особую глубину.

Мы опустились на кровать, и ночь превратилась в вихрь прикосновений, шепотов и стонов. Его тело было сильным и горячим, и я ощущала, как мое собственное тело отвечает на каждое его движение. Мы изучали друг друга с жадностью, открывая новые грани близости. Каждое объятие, каждый поцелуй разжигали в нас огонь, который, казалось, мог поглотить весь мир.

Я помню, как он шептал мое имя, как его прикосновения были одновременно осторожными и уверенными. Я отвечала ему тем же, полностью отдаваясь этому моменту, этим чувствам, которые так долго таились в глубине моей души. Мы были два огня, слившиеся в единое пламя, оставляя позади все страхи, все сомнения, все прошлое. Эта ночь стала не просто воплощением желания, но и символом нашего возрождения, нашего общего будущего, которое мы начали строить прямо там, в объятиях друг друга.

***

Первое, что я почувствовала, открыв глаза, — это легкая боль по всему телу, и мягкая кровать под собой. Где я? Потом пришло осознание: я в незнакомой комнате, на чьей-то кровати. Осторожно повернув голову, я увидела его. Том.Он спал рядом, в одних шортах. А я так вообще в трусах и его футболке. Наше прошлое объятие, которое ещё ночью казалось таким естественным, сейчас вызывало волну смущения.

"Что мы наделали?" – эта мысль пронзила меня, когда я начала приходить в себя от вина. Неловкость накатывала волнами. Я вспомнила, как мы говорили, как он признался в любви, как я ответила тем же… а потом… потом всё было как в тумане, наполненном жаром и страстью. И вот я здесь. В постели с ним. Вчерашняя смелость испарилась, оставив лишь страх и стыд.

Я попыталась тихонько выскользнуть из-под его руки, но Том, почувствовав моё движение, приоткрыл глаза. Его взгляд был сонным, слегка растерянным. Он посмотрел на меня, затем на наши сплетённые руки, на то в чем я одета. Удивление быстро сменилось ужасом, когда реальность ударила с новой силой.

"Боже мой, что мы наделали?" – пронеслось в голове. Я почувствовала, как краснеют мои щёки. В этот момент я вспомнила. Вспомнила всё. И то, что теперь я не одна, кто знает мою тайну. Мою самую сокровенную тайну. Я потеряла девственность. С Томом. Здесь. Неловкость и страх смешались с каким-то новым, непонятным ощущением, которое я пока не могла определить.

Том отстранился, сел на кровати, опустив голову на руки. Я видела, как напряглись его плечи. Наступила тишина, наполненная невысказанными словами и взаимным смятением. Казалось, вчерашняя страсть испарилась без следа, оставив лишь чувство вины и непонимание, что делать дальше.

— Том… – его имя прозвучало чужим.
Он поднял голову, его взгляд был полон растерянности и, кажется, даже отчаяния.
— Я… я не знаю, как это случилось, Бетти, – прошептал он. – Вчерашнее вино… Я не должен был.
— И я, – мой голос дрожал. – Мы… мы не должны были. Мне так стыдно.

Подписываемся на мой тгк что бы узнавать все о фф!! Тгк: tkyasua (TWIX IN CAI)