Глава 1

В Худжанде уже в мае становится по-настоящему жарко. Солнце будто решает напомнить всем, кто здесь хозяин, а город медленно нагревается под его лучами. Я выхожу с очередной фотосессии и первым делом захожу в Moose за своим любимым апельсиновым бамбл-кофе. Совру, если скажу, что съемка прошла хорошо. Впрочем, ничего нового. Я давно привыкла к этому взгляду, к этой короткой паузе после фразы: «Я фотограф». Особенно когда перед ними стоит девушка. Кто-то улыбается снисходительно. Кто-то сразу спрашивает, есть ли у меня «настоящая работа». Я уже научилась не реагировать.
Делаю глубокий вдох, заказываю кофе и прохожу к своему любимому столику у окна. Отсюда открывается один из самых красивых видов в городе: театр, парк, горы и старая крепость, которая молча наблюдает за всем происходящим уже много веков. Каждый раз, когда я смотрю на этот пейзаж, меня переполняет странное чувство. Гордость. Любовь. И немного грусти.
Худжанд невероятно красив. В нем столько историй, столько людей прошло по этим улицам. Сколько раз этот город пытались завоевать, разрушить, изменить, но он всегда оставался собой. Наверное, поэтому я его люблю. Он умеет стоять за себя.
Я достаю ноутбук и камеру, открываю фотографии и начинаю обработку. Домой идти не хочется. Иногда мне кажется, что любимые места в городе, становятся домом сильнее, чем собственные стены.
Полностью погрузившись в работу, я даже не замечаю, как мне приносят заказ. Поднимаю взгляд только тогда, когда рядом с моим столиком останавливается до боли знакомое лицо. Мехру.
Несколько секунд я просто смотрю на нее, не веря, что это действительно она. Внешне Мехру почти не изменилась: все такая же яркая и красивая девушка, от которой бесспорно веет нуром. Те же глубокие карие глаза, смуглая кожа и россыпь веснушек по всему лицу. Изменились только волосы. Некогда темно-каштановый оттенок стал иссиня-черным. И как же ей это идет.
И как же давно мы не виделись с тех пор, как их семья переехала.
Мехру тоже внимательно разглядывает меня, будто пытается найти изменения за эти семь лет. Но, кажется, я выгляжу почти так же, как тогда. По крайней мере, мне хочется в это верить.
— Маржан? Привет... — неловко произносит она.
— Привет, — так же робко отвечаю я.
Вообще, в Худжанде неудивительно случайно встретить знакомого. Удивительно скорее не встретить никого, пока идешь по улице. Город слишком маленький, чтобы люди могли по-настоящему потеряться друг для друга.
— Можно? — Мехру кивнула на свободный стул напротив.
— Конечно.
Она поставила на стол стакан с айс-латте и, чуть улыбнувшись, села. Несколько секунд мы молчали. Когда-то это молчание было уютным. Сейчас же казалось неловким, будто за семь лет мы успели забыть, с чего вообще начинают разговор люди, которые когда-то знали друг о друге почти всё.
— Не думала, что снова тебя увижу, — первой нарушила тишину Мехру.
— Я тоже.
— Ты совсем не изменилась.
Я тихо усмехнулась.
— Все так говорят. Наверное, потому что я до сих пор не научилась краситься.
Мехру рассмеялась. Искренне. Так же звонко, как в школьные годы.
И на мгновение мне показалось, будто между нами не было этих семи лет.
— А ты стала еще красивее, — честно призналась я. — Тебе очень идет этот цвет волос.
Она машинально коснулась пряди и улыбнулась.
— Спасибо. Долго не решалась.
Снова повисла тишина. Но уже другая. Не неловкая. Спокойная.
— Рассказывай, — сказала она, подперев подбородок рукой. — Как ты?
Я невольно улыбнулась. Этот вопрос всегда казался самым сложным. Как рассказать человеку о семи годах жизни за несколько минут? О бесконечных переездах. Об учебе. О работе, которую многие до сих пор не считают профессией. О мечтах, которые несколько раз хотелось бросить.
— Работаю фотографом, — наконец ответила я.
Мехру улыбнулась так, словно услышала именно то, что и ожидала.
— Я знала, что ты не бросишь.
Я удивленно посмотрела на нее.
— Правда?
— Конечно. Еще в школе было понятно, что камера для тебя не просто увлечение. Ты фотографировала абсолютно все и помню как мы сами устраивали фотосессии на школьном дворе и даже умудрялись ходить по заброшенным зданиям ради красивых кадров. Маржан, честно кроме тебя меня никто не умеет фотографировать. Потому что ты не пыталась показать людей красивыми и идеальными. Ты показывала их такими, какие они есть. И я уверена, что за все это время ты стала только лучше.
Она сделала небольшой глоток кофе. А я же смотрела на нее, удивленная от такой искренней похвалы.
— Эмм... Спасибо? На самом то деле я критична к себе. До сих пор. Но мне приятно слышать это именно от тебя, — смущанная говорю я.
Но эти слова почему-то особенно запомнились мне, быть может потому что никто так не отзывался о моих работах.
— Маржан, за правду не благодарят. Ты не торопишься?
Я покачала головой.
— Тогда прогуляемся?
Я согласилась, так как за кофе невозможно обсудить все, что произошло за эти годы и я очень рада ее компанией. На самом то деле друзей у меня практически нет.
Мы вышли из кофейни и направились в сторону парка. Майское солнце уже начало клониться к вечеру и жара постепенно начала спадать. Подул приятный ветерок, солнечные лучи касались ветвей деревьев, город жил своей привычной жизнью: кто-то спешил домой, кто-то неторопливо прогуливался по парку, дети игрались возле фонтана. Воздух пах молодой травой и цветущими деревьями, а где-то неподалеку продавали горячую кукурузу.
— А ты? — нарушила тишину я. — Куда тебя занесла судьба?
— После школы я сразу же переехала в Душанбе. Поступила в университет... потом начала работать.
— Нравится?
Она пожала плечами.
— Работа как работа. Не мечта всей жизни, но и не катастрофа. Хотя пару недель назад решила уволиться.
В ее глазах промелькнула какая-то усталось и грусть. И тогда я не стала уточнять детали и дала ей возможность самой рассказать. Но она молчала минуты две.
— А ты? Поступила в Стамбул? — сменила тему, а я не стала давить.
— На самом то деле да, поступила. — призналась я, — Но, родители не захотели, чтобы я была далеко от Родины. Ну как в принципе у нас это и бывает... девушкам непозволительно уезжать учиться далеко. — парировала я голосом отца, который не терпит возражений.
Мы рассмеялись, несмотря на болезненную тему лично для меня. На какое-то время стало легко. Мы словно переместились в школьные годы, словно не было этого расставания.
Мы остановились возле беседок, Мехру присела, а я последовала ее примеру. Отсюда прекрасно видно горы, канатную дорогу и закат. Он сегодня по-особенному красив. Нежно-персиковые цвета мягко перетекают на огненно-оранжевый оттенок, который постепенно начинает прятаться за горами. Я достаю телефон и запечатляю этот момент.
Мехру наблюдала за этой картиной так восторженно и восхищенно, что я не удержалась и сфотографировала и ее. Заметив, она лишь улыбнулась. Но в моменте стала немного грустной.
— Маржан...
— М?
— Я выхожу замуж.
Я широко улыбнулась.
— Мехру! Это же замечательно!
Она кивнула, но в ее улыбке промелькнула какая-то эмоция, которую я не смогла понять. Настолько мимолетная, что я почти решила, будто мне показалось.
— Когда?
— Через три месяца.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Она немного помолчала, словно собираясь с мыслями.
— Вообще... именно поэтому я так обрадовалась нашей встрече.
Я вопросительно посмотрела на нее.
— Мне нужен фотограф.
Я невольно улыбнулась.
— Думаешь, я соглашусь только потому, что мы дружили?
— Нет.
Она покачала головой.
— Я хочу, чтобы именно ты снимала мою свадьбу.
— Почему?
Мехру посмотрела мне прямо в глаза.
— Потому что ты никогда не фотографировала меня красивой.
Я удивленно приподняла брови. Она тихо рассмеялась.
— Не смотри так. Ты фотографировала меня настоящей. А это намного важнее.
— Хорошо, — тихо сказала я. — Я согласна.
Лицо Мехру сразу просияло.
— Правда?
— Конечно.
— Тогда через пару дней встретимся? Я познакомлю тебя с женихом, покажу место, где будет свадьба. Заодно расскажу тебе все, что произошло за эти семь лет.
— Договорились.
Мы попрощались уже возле дороги.
Я смотрела ей вслед до тех пор, пока она не скрылась за поворотом.
Тогда я еще не знала, что эта свадьба станет той опорной точкой, которая изменит жизни каждого из нас.