Пролог
*От лица автора*
Богдан и Стас — братья-близнецы, похожие, как отражения в зеркале. Только один брал в руки гитару, а другой — кулаки. Богдан играл мелодии, которые могли растопить любое сердце, а Стас защищал брата и тех, кого любил, от любых невзгод. Но в один день все резко поменялось... Отношения братьев ухудшились, разговоры стали короткими и только по теме, между ними начались драки. А все из-за... Гриши. Он новенький в их классе, и сразу привлек их внимание. Правильно говорят что у близнецов часто совпадают чувства, мысли и вкусы, будто между ними есть невидимая связь.
Стас сразу решил что Гриша станет его, уже всем рассказывал что они встречаются. А Богдан... Богдан просто богом дан. Он в отличии от своего брата отрекся от реальности, всегда был погружен в свои фантазии и часто пропускал вопросы от учителей и даже уроки. Проще говоря, Гриша стал его музой.
Богдан писал для Гриши короткие стихи, и подкидывал листки с признаниями то в портфель, то в открытую тетрадь которую он забыл закрыть после урока, то в шкафчик.
*От лица Гриши*
Я только перевелся в новую школу, а уже у меня появился какой-то сталкер. Уже почти месяц в моём шкафчике появляются какие-то странные записки со стихами. Они бывали короткие, длинные — и даже пошлые. Все эти записки я аккуратно вклеивал в свой личный дневник, выделяя для каждого стиха отдельную страницу. И вот теперь блокнот полностью заполнен — таких записок набралось уже около тридцати.
И ещё этот Стас Гечев. Он меня уже достал — по всей школе разносит слухи, будто мы встречаемся! Да, я не скрываю, что мне нравятся парни, но уж точно не Стас. А его брат Богдан... он меня пугает. Он часто слишком внимательно на меня смотрит и постоянно что-то пишет — но явно не уроки. Я много раз пытался хоть краем глаза увидеть, что именно он там строчит, но Богдан всегда успевает прикрыть всё рукой.
나만의 세계
Вечером, сидя дома за уроками, я впервые почувствовал странное спокойствие. Лунный свет мягко просвечивал через тонкую тюль, падая на стол серебристым прямоугольником. Теплый ночной ветерок шевелил бумаги, а непослушная прядь волос неоднократно лезла мне в глаза. Я вздохнул, дотянулся до своей нежно-розовой косметички с хомячком — единственной вещи, которая осталась от прошлой жизни, прежней школы — и начал искать заколку.
Пальцы нащупали знакомую гладкую поверхность. Нашёл.
Заколол прядь.
Наконец-то.
И вот в этот момент воздух разрезал громкий, резкий аккорд гитары. Настолько сильный, что я вздрогнул и уронил ручку.
Я встал. Подошёл к окну. Открыл штору. И замер.
Внизу стоял человек. Фигура казалась до боли знакомой, будто я знал её очень хорошо... но никак не мог вспомнить, кому она принадлежит.
И он играл. И пел.
Точнее... произносил слова.
Слова моего любимого письма от сталкера — того самого, что я перечитал, наверное, сотню раз. Каждая строчка звучала так, будто он вынимает её прямо из моего блокнота. Слово в слово. Интонация — почти такая же, какой я представлял в голове.
И как только я услышал первую фразу, прямо перед глазами всплыл тот самый момент, когда я впервые прочитал это письмо. Страница, немного помятая от того, что я взял её нетерпеливо. Почерк — странный, слегка угловатый, но уверенный. Фраза, от которой у меня тогда по спине пробежал холодок.
И вот теперь этот голос — реальный.
Под моим окном.
Посреди ночи.
И фигура внизу медленно подняла голову. Темнота не давала разглядеть его лицо, но свет фонаря освещал его губы, такие сладкие... И я видел его улыбку. Эту улыбку, которая навсегда останется в моей памяти теплым воспоминанием.