Няня для Макса

Василина Петровна проработала в школе много лет.
Даже не так — в одной и той же школе она проработала более 30 лет!

Она считала это своим долгом: быть строгой, такой, чтобы ученики побаивались, а родители уважали.У неё всё всегда было под контролем. Когда в 90-е школьная форма осталась только в старых фильмах, её класс выглядел идеально: мальчики в костюмах, девочки — в блузках и юбках по колено. Но время менялось, и не в лучшую сторону. Электронные дневники стали для неё головной болью, молодые директора раздражали своим "современным подходом", а дети всё меньше напоминали тех, кого она когда-то учила.

 Когда одна ученица устроила скандал, а её мама только вступилась за дочку, назвав методы Василины Петровны устаревшими, учитель написала заявление и решила: хватит.

Через подругу она устроилась няней-гувернанткой. 

— Тебе понравится! — убеждала подруга. — Семья приличная, мальчик чудесный, а зарплата в три раза больше, чем в школе. 

Семья действительно оказалась приличной. Мальчик, Макс, удивил её с первой же минуты. В свои восемь лет он мог сказать нечто вроде:

 — Благодарю за мнение, но я пока остаюсь при своём.И всё это — без тени нахальства!

 Родители мальчика тоже были... необычными. Мама — дизайнер, папа — владелец рекламного холдинга. Дом — уютный, обстановка — тёплая. 

Но чем дольше она там работала, тем сильнее ощущала что-то неладное. 

 Макса никто не заставлял доедать обед. Захотел — ел, не захотел — не ел. В театр мог пойти в джинсах и свитшоте (что это за слово вообще?). Кружки? Бросал, как только надоедали, и брался за новые, а родители только поддакивали. Они его вообще ни за что не пытались пристыдить, безрассудно принимая все его проявления, включая гнев (даже на родителей) или лень. Зато могли часами разговаривать объясняя почему тот или иной поступок не был лучшим решением. 

 — Мы растим умного и самостоятельного ребёнка, не для того, чтобы сомневаться правильности его решений, — заявила мать, когда Василина Петровна попыталась возразить. 

 И это было ещё полбеды! Родители сами жили, как будто правил для них не существовало. 

То оба отменят дела и рванут в кино среди бела дня, то проспят школу, потому что накануне задержались в театре. А однажды, неожиданно для всех улетели к морю, потому что маме вдруг захотелось искупаться. Ей, Василине Петровне, написали сообщение, что три дня у неё оплачиваемые выходные. 

 Как можно так безответственно относиться к жизни? Она не понимала, как люди, ведущие себя столь легкомысленно, могут позволить себе такую свободу. И самое обидное — теперь она, Василина Петровна, человек долга и дисциплины, вынуждена была работать на них. 

 "Это несправедливо!" — подумала Василина Петровна и вернулась в школу. Пусть там директор ничего не понимает, дети грубят, а родители спорят по каждому пустяку. Зато там всё привычно: она права, они — нет. И всё стоит на своих местах.