Глава 1:

Громкая музыка льётся из колонок, отражаясь от стен каждой комнаты в старом здании, заставляя столы, уставленные бесплатными закусками и сладостями, слегка вибрировать. Одна из комнат ведёт в просторный внутренний дворик, где находится бар. Напитки нужно покупать отдельно, в отличие от еды.

Луффи пришёл на эту вечеринку в честь Хэллоуина с несколькими друзьями. Все они знали друг друга со школы, и сейчас им было чуть больше двадцати. Но как только они пришли, то сразу разошлись по своим делам.

Нами и Усопп сидели в баре и пытались либо произвести впечатление на бармена, либо обмануть его, чтобы он угостил их бесплатными напитками.

Санджи отправился в эпическое романтическое путешествие, чтобы найти русалочку для своего принца Эрика.

Он сам стоит у стены рядом с одним из длинных столов с закусками и смотрит на танцующих гостей вечеринки. В одной руке он держит пластиковый стаканчик, который кто-то оставил наполовину наполненным газировкой, которая уже почти выдохлась, а другой рукой хватает еду, до которой может дотянуться.

Его друг Зоро был рядом с ним около двадцати минут назад, но ушёл без объяснений, заметив что-то, что привлекло его внимание.

Оглядываясь по сторонам, Луффи пытается вспомнить, клуб ли это или действительно большой старый дом кого-то из гостей вечеринки. Может быть, это один из тех больших старых домов, которые превратили в клубы.

Он даже не знает, частное это мероприятие или публичное, поскольку Нами была единственной, кто узнал о нём, и она так и не рассказала, как получила приглашение, что для неё не было чем-то необычным. К тому же ни ему, ни кому-либо из их компании нет до этого особого дела, если это сулит какое-то (желательно бесплатное) развлечение, так что они не стали спрашивать.

Высыпая в себя очередную миску мини-шоколадок (пятую за час, что он здесь), Луффи чувствует, как что-то щекочет его разум. Он не может понять, что именно, но ему кажется, что кто-то или что-то наблюдает за каждым его движением. Куда бы он ни посмотрел, никто не обращал на него внимания.

Это покалывание ощущалось повсюду, словно крошечные жгучие уколы, распространяющиеся по всему телу, слегка пощипывали, пока постепенно не стало слишком больно и он не смог больше терпеть.

«Фу, чешется», — ворчит он, почесывая шею. Он оттягивает воротник комбинезона и растерянно смотрит на него, недоумевая, почему он продолжает чесаться после того, как он его надел.

Он видит, как возвращается Зоро, зеленоволосый мужчина в таком же комбинезоне, как у Луффи, только с изображением бенгальского тигра. Оба костюма имеют большой свободный капюшон с ушами соответствующего животного и простым хвостом, который болтается и доходит до нескольких сантиметров ниже колена. У Зоро с каждой стороны капюшона торчат три тонких изогнутых провода, которые должны изображать усы.

— Эй, — он прислоняется к стене рядом с Луффи и, как и он, чешет небольшой участок кожи, не прикрытый комбинезоном, при этом с лёгкостью бросая и ловя что-то похожее на маленький оранжевый резиновый мячик.

— Привет! — поздоровался Луффи. — Соревнование по выпивке? — спросил он, склонив голову набок и глядя на мяч.

— Ага, — Зоро бросает и ловит мяч ещё раз, а затем подносит его к Луффи, с дерзкой ухмылкой показывая сторону с нарисованным лицом фонаря из тыквы. — Победил.

«Круто!» Зрачки Луффи следуют за мячом, пока Зоро продолжает бросать. «Сколько выпивки?»

Его друг поджимает губы, на секунду задумавшись. «Лет пятнадцать, может, чуть больше, — пожимает он плечами. — Кучка слабаков».

«Ты что, пьян?» — с юмором спрашивает Луффи, замечая даже в тусклом свете вечеринки едва заметный румянец на обычно бесстрастном лице.

Не отвечая, Зоро закладывает одну руку за пояс, а другой подбрасывает мяч высоко в воздух. Мяч описывает дугу над его головой и легко приземляется на раскрытую ладонь, при этом сам Зоро за всё это время не сдвинулся ни на дюйм. «Неа».

Его друг снова начинает чесать красную зудящую сыпь между ключицами. «Эта штука действительно чешется. Нами что, посыпала её порошком, чтобы подшутить над нами? Погодите… это был тот придурок?» Выражение лёгкого раздражения на лице Зоро сменяется убийственным взглядом при мысли о том, что Санджи мог так над ними подшутить.

Внезапно Луффи вспоминает, как Нами говорила им, что нужно постирать комбинезоны перед вечеринкой, потому что Чоппер большую часть года использовал костюмы как спальное место. Но эта мысль быстро улетучивается, когда Зоро, заметив его краем глаза, привлекает его внимание.

Зеленоволосый мужчина вопросительно хмурится и скрещивает руки на груди. «Этот парень пялится на тебя уже целую минуту. Ты его знаешь?» — спрашивает он, быстро указывая подбородком.

Луффи поворачивает голову в ту сторону. Зоро, вероятно, имеет в виду одинокого высокого мужчину на другом конце зала, прямо напротив них. Он стоит, опустив руки, и выглядит странно неподвижным, если не считать того, что он делает шаг назад, а затем другой человек в костюме робота спотыкается и падает прямо на то место, где секунду назад стоял мужчина.

Возможно, это иллюзия, вызванная светом, но мужчина не вздрагивает и не смеётся над происходящим, и Луффи уверен, что тот даже не моргает. Кроме того, в глазах мужчины зловеще мерцает золото, а его пронзительный взгляд не отрывается от Луффи.

Он снова переключил внимание на Зоро. «Не знаю, не думаю». Луффи пожимает плечами. «Может, он хочет подраться».

Его друг фыркает, а затем игриво предполагает: «Может, он хочет чего-то другого».

Луффи хихикает. «Может быть».

«Ну, судя по всему, с этой штукой я могу бесплатно пить до конца вечера». Зоро показывает на маленький шарик, поднимая его на уровень глаз и слегка встряхивая на пальцах. «Так что я собираюсь взять один».

Зоро зашагал прочь, лениво махнув Луффи рукой и добавив: «Не попадай в неприятности, а если попадёшь, позвони мне». Луффи в ответ показал большой палец.

Теперь, когда его друга снова не было рядом, он взял другую миску с конфетами и, зачерпнув горсть, отправил её в рот.

Он жевал, ни о чём не думая, и довольно мычал от сладкого и слегка солёного вкуса арахиса в шоколаде, но в остальном хранил молчание, глядя перед собой.

Секунды шли, и хруст от его жевания, громкая музыка и люди вокруг, которые то танцевали, то разговаривали, слились в фоновый шум. Он сосредоточился на множестве разноцветных точек, которые проецировались на стену перед ним и двигались по кругу, меняя цвет с красного на синий, затем на светло-фиолетовый и так далее.

Внезапный шлепок в нескольких сантиметрах над его головой выводит его из транса. Эти золотистые глаза не утратили своего зловещего блеска, и Луффи невольно задается вопросом, насколько качественными должны быть эти линзы, чтобы производить такой эффект.

Незнакомец возвышается над ним, прижимая Луффи к стене одной рукой. Небольшая дистанция между ними сводит на нет все возможные дружеские, невинные намерения, которые кто-то мог бы приписать этой ситуации.

— Привет, — раздается мягкий, хрипловатый голос незнакомца, и, возможно, Луффи действительно отвлекается на то, как шевелятся эти пухлые губы.

На мгновение Луффи смотрит на собеседника без всякого выражения на лице, продолжая жевать снеки. «Эй! Я Луффи!» — говорит он, проглатывая пищу, и весело ухмыляется.

Из уголка рта Луффи на щеку собеседника падает кусочек арахиса, и верхняя губа высокого мужчины дергается от отвращения, прежде чем он вытирает его большим пальцем. «Я очарован», — сухо отвечает он.

«Я — Трафальгар Уотер Лоу», — снова звучит манящий голос, когда мужчина представляется.

Луффи бросает на него вопросительный взгляд, приподняв бровь и не понимая, зачем этот парень назвал ему своё полное имя.

Ло окинул его взглядом, медленно прошёлся глазами с головы до ног и снова посмотрел ему в глаза. «Хороший костюм», — похвалил он, хотя по его напряжённому взгляду Луффи понял, что Ло, скорее всего, не особо интересует его наряд.

«Спасибо! Не волнуйся, я не собираюсь на тебя наезжать». Луффи усмехается.

Похоже, Ло не понял блестящую шутку Луффи, потому что выражение его лица стало растерянным и слегка обеспокоенным. «Я… Ч-что?..» — произнёс он, слегка покачав головой, словно пытаясь избавиться от неловкости, и натянуто улыбнулся. «Полезно знать».

«Да, мы с моим другом Зоро часто надеваем их на Хэллоуин; пару раз мы даже наряжались пиратами». Луффи на секунду замолкает, засовывает мизинец в правое ухо и смахивает что-то, что оттуда вытащил, прежде чем продолжить: «Хотя в прошлом году его чуть не арестовали, когда он размахивал тремя мечами перед большой толпой, но это только потому, что он и мой другой друг Санджи начали драться посреди улицы».

Пока Луффи вспоминал свою забавную историю, незнакомец сохранял невозмутимое, встревоженное выражение лица, вероятно, всё ещё размышляя о том, во что же он, чёрт возьми, ввязался (если не считать быстрого, презрительного хмурого взгляда в сторону бесцеремонного копающегося в его ушах).

Луффи задумчиво хмыкает, глядя на грудь собеседника. «Ты что, пират?» — спрашивает он, имея в виду пышную шёлковую рубашку Ло, длинные рукава которой закрывали большую часть рук незнакомца и были собраны в рюши, а также такой же рюшевый галстук, который обвивал его шею и был заправлен под открытый воротник рубашки, с брошью в форме овала прямо посередине.

Лоу возмущённо усмехается, как будто его оскорбил один только этот вопрос. «Я... — начинает он, делая шаг назад и прижимая изящную руку к груди в знак короткого и почтительного поклона. — ... порождение ночи».

Луффи снова вопросительно хмурит брови, прищуривается и пару раз быстро моргает. «Э-э… что это за животное?»

После пары секунд напряжённого молчания Лоу медленно моргает и бесстрастным тоном произносит: «Что?»

Он пожимает плечами и отправляет в рот ещё несколько орешков. «Ну, ты не похож ни на одно из известных мне ночных животных, так что…» Луффи прикусывает губу и чешет подбородок. «Хм, может, лемур?» Он указывает на явные тёмные мешки под золотистыми глазами, не зная, накрашены они или это естественная особенность.

— Я... я не... — Лоу потирает переносицу, а затем прикладывает длинные пальцы ко лбу, скрывая часть лица в тени. Другой рукой он хватается за грудь, придавая своей драматической позе мучительное выражение. — Я Носферату, вампирр.

Луффи наклоняет голову набок, быстро моргает, его длинные ресницы стремительно взмахивают, пока он громко чавкает.

— Вампир, — сухо поясняет Лоу

— А, так вот почему они такие, — восклицает Луффи, протягивает руку и без тени смущения начинает дёргать за кончик одного из очень острых ушей мужчины. Пара золотых серёжек, украшающих его, слегка покачивается в такт движениям, пока Луффи не отдёргивают руку.

Ло посмотрел на Луффи, явно раздражённый, а затем его плечи и голова поникли, и Луффи задумался, не собирается ли этот высокий мужчина придумать отговорку и сбежать, ведь его терпение явно на исходе или уже на нуле.

Вместо этого Лоу наклоняется ближе и шепчет ему: «Может, сходим куда-нибудь, где нас никто не побеспокоит, только мы вдвоём?»

Нетрудно понять, что на самом деле означают слова Лоу, ведь, несмотря на то, что у Луффи нет особого опыта, он далеко не невинен.

Он встречается с Зоро с тех пор, как они впервые занялись сексом в старшей школе, чтобы поэкспериментировать и понять, что такого особенного в сексе. С тех пор они время от времени предаются этому занятию, когда возбуждены, скучают или и то и другое сразу, хотя чаще всего они просто делают друг другу минет или дрочат.

То, что есть у него и Зоро, нельзя назвать чем-то исключительным или даже романтичным, но реальность такова, что Луффи никогда не считал других людей достаточно привлекательными, чтобы обратить на них внимание.

Но он признаёт, что, несмотря на странные причуды и раздражительный характер, этот парень довольно милый, даже более чем.

Луффи небрежно пожимает плечами и кивает. «Конечно, мой дом примерно в десяти минутах отсюда».

***

Они ушли после того, как Луффи ненадолго задержался, чтобы сообщить друзьям о своём намерении вернуться домой с этим странным и мелодраматичным незнакомцем.

На самом деле он скорее прокричал это так громко, что они и все остальные, кто был во внутреннем дворике, услышали его от входа во внутренний дворик, где он стоял, до самого бара. Зоро поднял большой палец вверх и сделал большой глоток пива, в то время как Нами и Усопп были в полном замешательстве. Лоу, стоявший рядом с ним, отвернулся, чтобы скрыть лицо от любопытных взглядов, и снова выглядел так, будто хотел раствориться в облаке дыма.

По дороге к Луффи молодой человек без умолку болтает с Ло, рассказывая о своей жизни, многочисленных друзьях и всяких забавных фактах, которые он запомнил из миллионов часов документальных фильмов о природе, которые он, очевидно, смотрел, особенно всё, что касается жуков.

Лоу, в свою очередь, выглядит несчастным, но, как ни странно, ни разу не просит собеседника заткнуться или в ужасе не убегает.

В какой-то момент он всё же называет Луффи свой возраст — двадцать шесть лет, — так что разница в возрасте между ними составляет шесть лет.

Пожилой мужчина загадочно бормочет что-то о том, как его уже много веков мучает проклятие, из-за которого ему всегда будет двадцать шесть, но в этот момент Луффи отвлекается на крысу, которая пробегает мимо них, волоча во рту шоколадку, которая в два раза больше её самой, и направляется в противоположную сторону. В итоге Луффи не обращает внимания на театральное представление Ло, слишком занятый размышлениями о том, стоит ли рисковать и кусать конфету, которая может быть заражена.

К сожалению, он так и не узнаёт об этом, потому что Ло отдёргивает его руку, как только она тянется к шоколаду, а Луффи останавливается и слегка наклоняется

Когда они подъезжают к его многоквартирному дому, Луффи заходит внутрь и только на первом лестничном пролёте замечает, что Ло всё ещё стоит у входа, явно недовольный, со скрещёнными на груди руками. Большая стеклянная дверь медленно закрылась с раздражающим скрипом и снова заперлась.

Луффи возвращается, отпирает дверь и распахивает её. Он бросает на старшего мужчину странный взгляд. «Ты в порядке?»

— Можно мне войти? — спрашивает Лоу, и в его голосе внезапно слышится усталость.

«Э-э...» Луффи прищуривается; он начинает всерьёз подозревать, что в конфету, которую он ел последние два часа, что-то подмешали или что он надышался чем-то на вечеринке.

Луффи пожимает плечами и жестом приглашает войти в здание, слишком ошеломлённый происходящим, чтобы сделать более явное приглашение.

Лоу, казалось, разозлился ещё больше, как будто это было частью скучной работы, которую он должен был выполнить. «Я не понимаю этот жест. Можно мне войти?»

Молодой человек ошеломлённо моргает, всё ещё щурясь и слегка приоткрыв рот. «...Да?» — отвечает он, не уверенный, что это правильный ответ.

Лоу тут же входит и быстро проходит мимо него, оставляя потрясённого Луффи позади.

Когда он вошёл в квартиру, то уже начал сомневаться, происходит ли всё это на самом деле или он всё ещё на вечеринке, просто по какой-то причине крепко заснул и всё это ему снится.

Поэтому, когда он обернулся и увидел, что Ло снова стоит в коридоре у входа, вместо того чтобы войти, а входная дверь на этот раз осталась распахнутой, и на лице у него всё то же скучающее выражение, это только усилило любопытство Луффи.

Один из молодых людей приподнял бровь, безмолвно спрашивая другого, почти умоляя, в чём дело.

Лоу проигнорировал этот взгляд и тем же монотонным голосом спросил: «Можно мне войти?»

— ...но я уже...

«Главное здание и ваша квартира считаются двумя разными местами», — перебивает Лоу, явно уставший от этого разговора.

— ...Что? — выпаливает Луффи, фыркнув на последней части предложения и начав недоумённо смеяться. Он настолько сбит с толку происходящим, что ему становится даже смешно.

Ло сжал переносицу, потёр закрытые глаза двумя пальцами и стиснул зубы. Даже когда он открыто хихикал, Луффи замечал острые клыки на его верхних зубах.

И теперь он тоже задаётся вопросом, не является ли этот парень профессиональным гримёром или специалистом по спецэффектам на уровне «большой киностудии», потому что эти зубы совсем не похожи на дешёвые массивные пластиковые клыки вампиров, которые чаще всего используют, а выглядят как очень реалистичные протезы.

Он слышит, как Лоу что-то бормочет себе под нос, что-то вроде того, что именно по этой причине он предпочитает охотиться на людей, живущих в домах, а затем выпрямляется и уже спокойнее повторяет: «Можно мне войти, пожалуйста?»

Луффи снова недоумённо смеётся. К этому моменту он уже на сто процентов уверен, что каким-то образом накурился, хотя пока не знает, хорошо это или плохо. «Конечно, чувак, заходи», — весело отвечает он.

Лоу входит в комнату и с облегчением вздыхает, а затем оглядывается по сторонам, словно сканируя помещение.

Когда его смех наконец утих, Луффи спросил: «Хочешь чего-нибудь? Выпить или поесть, о! Мой друг оставил кое-что из того, что приготовил; он действительно хорошо готовит!»

Пожилой мужчина пренебрежительно махнул рукой. «Нет, спасибо. Пожалуйста, пойдём в твою комнату».

Оставшись наедине с Ло в своей спальне, Луффи откинулся на кровать, раскинув руки. Мгновение он безучастно смотрел в потолок, а затем сел на край матраса. Он уже собирался расстегнуть молнию, чтобы снять комбинезон, когда заметил, что Ло собирает вещи, разбросанные по всему полу.

Он сложил одежду (как чистую, так и ту, что нуждалась в стирке) и выбросил многочисленные обертки от вредной еды в маленькую мусорную корзину. Как и в прошлый раз, когда он стоял у входа, он делал это с раздражением, как будто его заставляли.

Сначала Луффи ничего не сказал. Это было определённо странно, но он не мог жаловаться на то, что в его комнате стало чуть чище без его участия, пока не увидел, как Ло собирает по одному семечки подсолнуха, которые, должно быть, выпали из пакета, из которого он вчера ел. И вот тут странное снова стало причудливым.

— Что ты делаешь?

Точно так же, как он их сорвал, Ло по одному клал их на стол Луффи, вслух считая каждое семечко и раскладывая их на равном расстоянии друг от друга.

«Пять… шесть… это место — настоящий свинарник… семь», — бормочет пожилой мужчина, считая на ходу.

Луффи закатил глаза; это был далеко не первый подобный комментарий в его адрес. Нами, которая тоже живёт с ним, любит поднимать эту тему, несмотря на то, что перестала заходить в его комнату ради собственного спокойствия.

Пока Ло заканчивал свои дела, Луффи снова начал снимать костюм, расстегивая молнию, пока не смог выбраться из комбинезона обезьяны.

Теперь, когда Луффи был полностью обнажён, если не считать боксёров, он наблюдал за тем, как раздевается другой мужчина. Его челюсть постепенно отвисала по мере того, как с каждой расстёгнутой пуговицей на пухлощёкой рубашке Ло обнажались тёмные узоры: большая татуировка на груди, на обоих плечах, на предплечьях и на руках, симметричные с обеих сторон тела мужчины. Некоторые из наиболее известных повторяющихся мотивов — это сердца, улыбающиеся лица и слово «СМЕРТЬ», выложенное буквами на пальцах каждой руки. Из-за рукавов рубашки Луффи не мог раньше их заметить.

Изумление Луффи было безграничным. Его глаза сверкали от восторга, когда он кружил вокруг Лоу, восхищаясь каждым замысловатым узором. «Вау, у тебя такие крутые татуировки!»

Вместо того чтобы ответить на комплимент, пожилой мужчина опустил взгляд и вздохнул: «Это шрамы моего беспокойного прошлого, пятна, которые никогда не исчезнут, потому что я не позволяю себе забыть эту боль…»

«Больной!» — отвечает Луффи, любуясь, кажется, последней татуировкой — ещё одним улыбающимся лицом, большим и расположенным прямо в центре подтянутой спины Ло.

Затем он наклоняется вперёд, чтобы снова взглянуть на обнажённую грудь собеседника. «Эти пирсинги тоже шрамы от тревожных воспоминаний из прошлого?» — спрашивает Луффи, указывая пальцем на одну из горизонтальных золотых планок, украшавших оба соска Ло.

Лоу пару секунд смотрел на него с невозмутимым выражением лица. — Да, — пробормотал он, откашлявшись.

Избавившись от странных чёрных брюк с высокой талией, которые выглядели такими же старомодными, как и рубашка, мужчина постарше остался в чём мать родила, как и Луффи. Затем он сделал шаг вперёд, наклонился к Луффи, медленно закрыл глаза и потянулся к его тонкой талии, но Луффи прижал ладонь к его груди, заставив Ло остановиться.

«Ты не собираешься их снимать?» — спросил Луффи, указывая одним пальцем на свой рот и уши, имея в виду протезы, которые Ло по какой-то причине всё ещё носил, а затем и на свои глаза, вспомнив о странных золотых контактных линзах, которые теперь светились в тусклом свете комнаты.

На мгновение взгляд Лоу метнулся в сторону. Луффи подумал, что, должно быть, произошло что-то действительно неловкое, раз он так нерешительно отвечает: «Я… случайно использовал суперклей, когда надевал их».

Луффи с трудом сдержался, чтобы не фыркнуть, потому что это действительно было довольно неловко, но затем он нахмурился, озадаченный и слегка обеспокоенный, особенно из-за того, что это объяснение, судя по всему, касалось и контактов. «Э-э, разве это не...»

«После этого я поеду в больницу», — прямо отвечает Лоу.

Все остальные возможные вопросы, которые мог бы задать Луффи, отпали, когда Ло на этот раз без промедления прижался к нему губами, не дожидаясь, пока тот просунет между ними язык.

Поначалу Луффи всегда немного сложно целоваться. Простые поцелуи — это весело и даже затягивает, но когда дело доходит до чего-то более глубокого, ему требуется время, чтобы привыкнуть, не говоря уже о том, чтобы возбудиться от всей этой слюны и скользкой текстуры языка, не испытывая при этом отвращения.

Но когда язык Ло начинает ласкать его язык, он внезапно ощущает прилив сил; во рту взрывается волна эндорфинов, медленно распространяясь по всему телу и заставляя каждый сантиметр трепетать от удовольствия.

Это не так уж сильно отличается от того, как обычно проходят его встречи с Зоро, но то, что он так быстро и с такой интенсивностью почувствовал это, уже само по себе необычно.

Он стонет от удовольствия, крепче сжимая плечо другого мужчины, в то время как другая его рука сжимает его затылок. Но даже в этом тумане похоти, в который внезапно погрузилась его голова, Луффи не может не заметить, как Ло облизывает свои зубы.

Луффи прерывает поцелуй и с лёгкостью хватает Ло за челюсть, впиваясь в неё пальцами и заставляя противника открыть рот. Он не обращает внимания на озадаченный взгляд широко раскрытых глаз, который сменяется злостью, когда Луффи вытаскивает язык и зажимает его между большим и указательным пальцами.

«У тебя действительно длинный язык!» Луффи удивлённо вскрикивает, увидев, как влажная мышца слегка дёргается в его руке. «И острый!» — добавляет он, замечая, что кончик языка резко сужается, образуя мясистый треугольник.

Ло бьёт Луффи по руке, пока тот не отпускает его, и, прежде чем Луффи успевает обругать его, снова впивается в него поцелуем. На этот раз кажется, что он пытается засунуть свой очень длинный и острый язык Луффи в глотку, и тот стонет от удивления, прежде чем стон перерастает в страстный и восторженный звук, когда это привычное чувство возвращается с новой силой.

Казалось, что всё его тело охватило пламя, а на лбу выступил пот, несмотря на осенний холод, который проник в его комнату и квартиру.

Он так разгорячился, что прикосновение к другому мужчине показалось ему прикосновением ко льду. Луффи задумался, нормально ли это и здорово ли, что человек может быть таким холодным от природы, но, возможно, его собственная температура была настолько высокой, что он ощущал это в сравнении.

И всё же это было совсем не неприятно; более того, из-за этого он ещё сильнее вцепился в Лоу, обхватив одной рукой его шею и прижав пальцы другой руки к рёбрам мужчины, ощущая под ними бугорки и выступы худых мышц и костей. Ему казалось, что он умирает от лихорадки, и это было единственным лекарством от его недуга.

Дело было не только в температуре: его сердце бешено колотилось, а дыхание становилось всё более прерывистым, но он не замечал этого, пока его не развернули и не бросили на кровать. Он лежал спиной на мягком матрасе, а его ноги свисали с кровати.

Всё это — его сердце, дыхание и возбуждение, охватившее его, — усилилось, когда мужчина наклонился над ним и на мгновение задержал взгляд.

Ло склонил голову набок, и его движения напомнили Луффи о том, как ведёт себя дикий зверь, наблюдая за добычей. Эти странные светящиеся глаза только усиливали сходство.

«Ты весь в блошиных укусах», — замечает Ло, и кажется, что он обращается не столько к Луффи, сколько к самому себе.

Луффи опустил взгляд на своё тело. Кончики его пальцев подрагивали от желания почесаться, которое вернулось к нему, как только он увидел маленькие красные точки, разбросанные от груди до опасной близости к промежности. Ему удалось отвлечься от настойчивого, сильного возбуждения, пусть и на короткое время.

«Значит, мой нюх меня не подвёл: твоя кровь должна быть восхитительно сладкой». Лоу довольно ухмыляется, сверкая клыками в слабом свете городских фонарей, проникающем через окно, или в тусклом тёплом сиянии гостиной.

Несмотря на всю эту неопределённость и на то, что мужчина был очень, очень сексуальным, так что Луффи без проблем раздвинул ноги, чтобы Ло мог протиснуться между ними, он всё же мог распознать, когда этот парень ведёт себя странно, поэтому не мог не нахмуриться в ответ на… комплимент. — Спасибо?

А затем прикосновение языка к его шее снова разожгло в нём огонь. Это было почти как анестезия, которую ему делают, когда друзья или братья тащат его к стоматологу, но вместо того, чтобы онеметь, Луффи не мог чувствовать ничего, кроме удовольствия.

Даже когда он почувствовал, как эти фальшивые клыки слегка царапнули его яремную вену, он не испытал ни боли, ни дискомфорта. Вместо этого он ощутил приятное покалывание, которое распространилось по всему телу, заставив его разум расслабиться, а член — пульсировать.

Его промежность инстинктивно приподнялась, пока не достигла и не соприкоснулась с промежностью другого мужчины. От этого трения у Луффи перед глазами вспыхнули искры, член запульсировал сильнее, а дырочка сжалась, что в итоге стало для него важным напоминанием.

— Ч-чёрт! — выругался он. — Кажется, у меня закончилась смазка! — крикнул он, злясь на себя за то, что забыл купить ещё или не спросил у Зоро, есть ли у него смазка.

Лоу снова самодовольно улыбнулся. «Не волнуйся, я обо всём позабочусь. Повернись». Он встал, чтобы пропустить молодого человека.

Луффи лёг на живот, приподняв ягодицы и прижав к груди одну из подушек.

Он уже знал, что произойдёт, ещё до того, как тот спустил с него трусы и провёл холодными руками по нежной, обжигающей коже Луффи, раздвинув его пухлые ягодицы и обнажив розоватый край.

Это одна из тех вещей, которые они с Зоро делали много раз, а ещё это одна из тех немногих вещей, которые Луффи предпочитает отдавать, а не получать, но в любом случае он никогда не скажет «нет».

Уже в четвёртый раз, когда этот язык коснулся его, даже едва заметно, дразнящим движением, как это делал Лоу, от середины промежности до самого центра отверстия, всё вернулось в полной мере — блаженный огонь, от которого всё его тело превратилось в пластилин.

«А-а-а!» Луффи откровенно скулит, крепче обнимая подушку, пока Ло облизывает тугое кольцо мышц. Его разум сейчас слишком затуманен, чтобы замечать, как легко и быстро проникает в него кончик.

Дело не только в том, что язык Ло достаточно длинный, чтобы дотянуться туда, куда не доставали ни Зоро, ни он сам, но и в том, что его тело активно открывалось навстречу этому языку, чувствуя, что его анус такой же влажный и расслабленный, как если бы его трахали одним толстым пальцем больше четырёх минут.

«Фу-у-у-м-м-м!» Луффи застонал, уткнувшись лицом в мягкую поверхность, и его стон превратился в приглушённое всхлипывание от сильного разряда, пробежавшего от его отверстия до кончика члена, из которого хлынула предэякулят.

Он не был уверен, достал ли Лоу тюбик смазки с какой-то секретной чудодейственной формулой или же всё дело было в природной смазке и мастерстве, но он был на сто процентов уверен, что ощущения были потрясающими.

Луффи начал раскачиваться на нём, пытаясь растянуть эту мясистую мышцу как можно сильнее. Его стенки обволакивали её с удивительной лёгкостью.

Затем в него вошли не один, а два пальца, проникнув глубже, чем язык, но всё же вместе с ним. Он чувствовал, как растягиваются его отверстия, но, как и в случае с «клыками» Лоу, не испытывал ни боли, ни даже лёгкого дискомфорта.

Пара неустанных толчков и движений длинных пальцев, громкое непристойное причмокивание Ло, который не перестаёт лизать и сосать его дырочку, и очень нежное прикосновение другой татуированной руки к мошонке Луффи — вот и всё, что потребовалось.

«Ах! М-м! А-а-а!» Он протянул руку назад и схватил Лоу за волосы, удерживая его на месте обеими руками, пока бесстыдно тёрся задницей об этот умелый рот, а мощные волны его оргазма продолжали накатывать, и из щели его члена вырывались толстые струи спермы.

Его дырочка не только стала податливой и влажной, но и получила приятное жжение в центре ягодиц от волос на лице партнёра.

Облегчившись на простыни, которые уже давно пора было постирать, Луффи приподнимается на кровати. Опираясь на четвереньки, он опускает голову и смотрит себе между ног, склонив голову набок, когда замечает ещё кое-что необычное. «А?»

Несмотря на то, что у него достаточно выносливости и он может выдержать от трёх до четырёх раундов в зависимости от того, насколько он возбуждён в данный момент, ему всё равно требуется несколько минут перерыва между раундами, в отличие от того, что происходит сейчас, когда его член жив и бодр и готов к новым подвигам.

Затем он с лёгкостью разворачивается лицом к противнику, и, пока Луффи приходит в себя, Ло поднимает ноги и закидывает их себе на плечи.

Что-то вытекает из его отверстия и стекает по бёдрам, а теперь, когда он изменил угол наклона, жидкость стекает и по животу. Должно быть, Ло в какой-то момент использовал смазку, а Луффи этого не заметил, потому что, чем бы это ни было, оно слишком густое, чтобы быть слюной, и он, должно быть, влил в себя приличное количество, раз жидкость продолжает вытекать без видимого конца.

В любых других обстоятельствах это было бы отвратительно, но здесь он чувствовал себя так, словно у него началась течка, и в голове не было ни одной мысли, кроме как о том, чтобы его трепещущая дырочка была заполнена. Это желание только усилилось, когда он увидел член Ло, который тёрся о дырочку Луффи и изгибался над его яйцами. Он был почти в два раза больше, чем у Луффи, и толще, а головка выглядела пухлой и мягкой каждый раз, когда выглядывала из-под крайней плоти. Луффи чувствовал что-то неровное снизу, и это было странно, но не плохо.

Глядя на него, он пожалел, что нельзя как-то обхватить его ртом и в то же время почувствовать его внутри себя. К сожалению, это было невозможно, поэтому он обхватил ноги, чтобы удержать позу, и затаил дыхание, пока мужчина постарше обхватил его член и несколько раз постучал головкой по пульсирующему отверстию, прежде чем медленно войти в него. Он также заметил, что на стволе были три выступающих бугорка, расположенных друг над другом, как вертикальная лестница золотистого цвета, как пирсинг в сосках Лоу, только крупнее.

— Чёрт, да, угу! — прошипел Луффи, прикусив нижнюю губу.

Лоу, в свою очередь, издал низкий горловой звук, когда толстый член вошёл в него, а затем довольно вздохнул, когда масса тёмных волос над его стволом защекотала задницу Луффи.

Не было ни секунды борьбы, Ло вошёл в неё как по маслу, всё было таким влажным и скользким. Поэтому Ло сразу же начал двигаться глубокими, сильными толчками, постепенно ускоряясь, но не сбавляя темпа.

«А-а-а, хорошо! Действительно хорошо…» Молодой человек что-то бормотал, откинув голову назад и прижав её к мягкому матрасу и углу подушки. Он не мог выдавить из себя более сложное и связное предложение, потому что ему действительно было хорошо; а ощущение пирсинга в его отверстии, когда стенки плотно обхватывали его член, делало это ещё более божественным.

Его пальцы на ногах поджимались при каждом ударе по простате, и когда тяжелый мешок Ло резко ударился о его тело, Луффи почувствовал себя обезумевшим и завороженно уставился на то место, где они соприкоснулись. Затем он перевел взгляд на татуированную грудь, заметив, как при движении напрягаются мышцы плеч и рук мужчины, и наконец посмотрел Ло в лицо.

Светящиеся глаза были плотно закрыты, брови нахмурены, а челюсть напряжена. Казалось, что он пытается сдержать пуканье.

Луффи фыркнул от этой мысли, найдя её забавной, но в то же время милой, даже очаровательной. Его взгляд снова упал на их сросшиеся промежности, из которых то и дело высовывался блестящий член.

На самом деле он не был уверен, что это не игра его воображения, но ему действительно казалось, что из него вытекает ещё больше смазки, из-за чего между ними становится ещё грязнее, а влага растекается по лобку Ло и изгибу ягодиц Луффи.

Если бы не это отвратительное зрелище, которое подводило его всё ближе к краю, Луффи, возможно, заметил бы, что, в то время как его тело покрылось блестящей испариной, с другого не упало ни капли.

Вместо этого он толкнул Ло в грудь, и тот выскользнул из его объятий. Теперь настала очередь Ло лежать на спине, а Луффи сидел на корточках у него на коленях.

Затем он обхватил набухший член и удержал его на месте, пока Луффи медленно опускался на него, вводя его обратно. Он положил обе руки на татуированную грудь, чтобы было удобнее, и начал двигать бёдрами вверх и вниз с ещё большей скоростью, чем раньше.

Не останавливаясь, он потянулся к своему возбуждённому члену, чтобы подрочить. Его рука двигалась так быстро и агрессивно, что он едва различал её, а задница слегка покалывала от того, как сильно он ударялся о таз Лоу.

Рука, которая оставалась на груди пожилого мужчины, сжала её ещё сильнее, впившись короткими ногтями в холодную кожу.

Бездумно насаживаясь на член другого, глядя прямо перед собой с тупым, затуманенным выражением лица, Луффи чувствовал себя так, словно плыл по течению, мягкий и невесомый, если не считать спазма в животе, который вот-вот должен был его разорвать.

А потом этот мечтательный и прекрасный мир лопнул в одно мгновение от нескольких слов.

— Чёрт возьми! Можно мне, а, можно мне войти?! — выкрикнул Лоу в наэлектризованном воздухе комнаты.

Луффи замер, не в силах пошевелиться, пока его мозг перезагружался, пытаясь осмыслить услышанное.

Н-не с-стой так, чёрт возьми! — жалобно скулит Лоу, но Луффи не обращает на него внимания. Вместо этого он оглядывается по сторонам, сначала смотрит на окружающие их стены, затем на потолок, а потом снова на стены.

— ...Но мы уже внутри, — бормочет он Лоу, и возбуждение спадает, сменяясь замешательством.

— Пожалуйста, можно мне войти, пожалуйстапожалуйстапожалуйста! — Ло прервал Луффи своими, честно говоря, жалкими мольбами. Он вцепился в юные упругие бёдра и задвигался, пытаясь вернуть всё на круги своя. Его ногти впивались в кожу Луффи сильнее, чем обычно, почти до боли.

«О-ой, п-прекрати, мне больно!» Луффи жалуется: «О-кей, о-кей! Да, неважно… заходи!» Он фыркнул, разозлившись, и ему пришлось окликнуть Ло, чтобы тот остановился, прежде чем он ударил его по лицу.

Глаза Ло мгновенно закатились, один из них закрылся, а другой почти ослеп, рот приоткрылся в беззвучном стоне, словно этот оргазм высасывал из его члена душу.

Луффи уже был готов расхохотаться над очередной глупой сексуальной гримасой старшего мужчины, но когда он почувствовал, как тёплые струи спермы покрывают его изнутри, он словно вернулся в тот первобытный водоворот похоти, как будто он и не лопался вовсе.

В отличие от Ло, который издавал тихие отчаянные стоны, продолжая неуклюже двигать членом, пока постепенно не остановился, Луффи кончил с криком, и его семя оставило пятнистый молочный след между пупком Ло и нижней частью его груди.

И, похоже, того, что было в его организме, уже достаточно, потому что, когда Ло смягчается и выходит из него, у Луффи тяжелеют веки, а тело лишается всякой энергии.

Последнее, что он помнит, — это как он обнимает Ло. Даже когда температура тела Ло приблизилась к нормальной, он всё равно ощущался как кубик льда в его руках, но Луффи был слишком измотан, чтобы обращать на это внимание.

Он прижал татуированную спину к своей груди, как всегда делает с Зоро после секса, когда они обнимаются, и с радостью позволил себе отключиться.

***

Он открыл глаза и увидел ту же комнату, но уже не такую тёмную, как раньше. Судя по небу за окном, прошло несколько часов, и рассвет медленно приближался.

Взяв телефон, он посмотрел на время: было 6:30 утра. Затем он прочитал сообщение, которое Нами отправила ему несколько часов назад. Она писала, что собирается переночевать у Фрэнки и Робин, чтобы дом был в его полном распоряжении. Последнее слово она игриво взяла в кавычки и подмигнула.

Через пару минут после первого сообщения она отправила ещё одно, напоминая ему о необходимости покормить Чоппера. Луффи отвечает смайликом с поднятым вверх большим пальцем, а затем садится на край кровати. Ло всё ещё крепко спит на боку.

Почувствовав, как в животе заурчало от голода, Луффи надел боксеры и направился на кухню. Сначала он заглянул в холодильник, забитый множеством пластиковых контейнеров разных размеров и цветов, на крышках которых было написано имя Нами.

Он огляделся в поисках лучшего, наименее заметного варианта, который с наименьшей вероятностью приведёт к тому, что его друг обо всём узнает и начнёт ругать Луффи.

Через пару секунд он с разочарованием закрыл холодильник, поняв, что это бесполезно, но, обернувшись, снова просиял от радости, увидев на столешнице под старой кухонной тряпкой маленькие булочки, которые Санджи оставил для них.

Он застонал от удовольствия, откусив первую булочку и прожевав её за один присест. Затем он откусил вторую и, не успев проглотить её, уже тянулся за третьей.

Холодная рука резко схватила его за плечо, а другая толкнула его в макушку, заставив наклонить голову в сторону.

Луффи почти ничего не отвечает, продолжая жевать. Проглотив еду, он прямо говорит собеседнику: «Дай мне доесть, а потом мы снова попробуем».

Но Лоу, очевидно, не хотел ждать и провёл языком по всей длине его шеи. И хотя молодой человек почувствовал лёгкое возбуждение, оно не задело его, как раньше. Вместо этого он разозлился на Лоу за то, что тот прервал его во время еды.

Когда Ло приставил к его лицу свои фальшивые зубы, Луффи повернул голову и открыл рот, чтобы приказать Ло убрать их, но не успел он этого сделать, как тот уже сделал шаг назад.

— Ч-что ты ешь? — спросил он Луффи, который был полностью одет в свой костюм. Его голос и взгляд выражали ужас.

Луффи уставился на надкушенный бургер в своей руке, а затем снова посмотрел на старшего мужчину и небрежно произнёс: «Это чеснок...»

Лоу зашипел, как только Луффи это сказал, и прикрыл лицо рукой, словно защищаясь от опасной угрозы.

— ...хлеб, — заканчивает он, и Лоу с отвращением прикрывает рот, заглушая рвотные позывы, как будто второе было хуже первого.

Несмотря на бурную реакцию, Луффи предложил Ло ещё один ролл, который взял с подноса.

Лоу проигнорировал этот жест, отвернулся и задумчиво потёр щетину. «Слишком поздно, всё испорчено...» — прошептал он себе под нос.

Испорченные?! Луффи нахмурился, не понимая, как такое могло случиться, ведь он помнил, как Санджи говорил ему, что испек их вчера. Он поднес один из них к носу и понюхал, не найдя в нем ничего странного.

«Мне придётся попросить Бепо, чтобы он позволил мне питаться от него», — вздыхает Лоу.

Жуя четвёртый ролл, Луффи на мгновение задумался, был ли Бепо таким же легкомысленным, как Зоро, или он просто помогал старшему мужчине изменять его партнёрше.

Лоу взглянул в окно: по цвету неба можно было догадаться, что скоро взойдёт солнце. — Сколько сейчас времени?

«Думаю, около 7 утра», — равнодушно отвечает молодой человек.

— Чёрт, мне нужно идти.

«О, хорошо, можно узнать твой номер?» — просто спросил Луффи.

Мужчина напрягся и неловко переступил с ноги на ногу. «Что?»

«Честно говоря, ты странная, и в то же время у тебя в заднице какая-то большая заноза, но ты мне нравишься! И это было очень весело». Он весело объяснил. «Я хочу снова с тобой потусоваться. Нам не обязательно трахаться, если ты не хочешь, но я не против. — Он пожимает плечами, делая вид, что ему всё равно, но на самом деле он очень надеялся, что Ло не против или заинтересован в продолжении, ведь это могло означать, что если они с Зоро оба согласятся, то, возможно, они втроём смогут что-то сделать. Эта мысль невероятно воодушевила Луффи.

Лоу на мгновение замялся, прежде чем ответить: «У меня… нет телефона, и я работаю… до очень, очень позднего времени».

Луффи хмыкнул, прежде чем отправить в рот ещё один ролл, и, набив рот, ответил: «Что ж, мы можем подождать до выходных или до одного из твоих свободных дней».

«Я работаю всю неделю, у меня нет выходных», — выпалил другой.

Луффи снова хмыкает. «Вот незадача», — говорит он. В прошлом ему самому приходилось браться за очень грязную и тяжёлую работу, поэтому он прекрасно понимает Ло.

«Хорошо, тогда, если мы снова встретимся на людях, ты можешь подойти и поговорить, без проблем!» Луффи искренне и радостно улыбнулся.

Лоу смущённо почесал затылок. «Конечно», — ответил он с едва заметной улыбкой, которая не была до конца искренней; на самом деле она казалась неловкой и извиняющейся.

Переходя к другой теме, Лоу указал на холодильник. «Можно мне что-нибудь выпить перед уходом?»

Опустившись на колени перед открытой дверью, Луффи попытался разглядеть, на каких бутылках и контейнерах с жидкостями не было имени его соседа по комнате.

Он повернул голову в сторону Ло, чтобы спросить, что тот предпочитает, но когда Луффи оглянулся, за его спиной никого не было.

— А? — Он быстро оглядел все видимые отсюда места, внезапно почувствовав себя потерянным. — Эй, ты! э-э... — Он позвал Лоу, осознав на середине фразы, что не помнит, как его зовут.

«...Лужайка? ...Официант? ...Торао?» — он произносил каждое слово с сомнением.

«Эй, ты здесь?» — продолжал он спрашивать, обыскивая всю квартиру: свою комнату, ванную, балкон, спальню Нами и даже её шкаф. Он нашёл только очень сонного Чоппера, свернувшегося в клубок из пушистой коричневой шерсти.

Судя по всему, незнакомца в костюме вампира здесь больше не было. Луффи в полном недоумении вернулся в гостиную, клянясь, что не слышал, как открылась и закрылась входная дверь. Он не мог понять, как Лоу выбрался так быстро и незаметно.

Затем он вздрогнул, почувствовав, что ему очень холодно. Потирая руки, чтобы согреться, он заметил, что одно из окон перед ним распахнуто настежь, а занавески мягко колышутся на ветру, то открывая, то закрывая вид на улицу.

Он в оцепенении уставился на землю внизу, потому что Ло, судя по всему, выбрался выпрыгнув из окна на улицу. Да, этаж, на котором жил Луффи, был вторым, так что технически можно было приземлиться без травм на такой высоте, но всё равно это был невероятно рискованный и странный поступок.

Посмотрев на тротуар, он поднял глаза к небу и заметил тёмную фигуру летучей мыши или, может быть, раненой птицы, которая хлопала крыльями и улетала всё дальше, пока не скрылась из виду.

На мгновение Луффи задумался, все ли свидания такие, а потом решил, что, возможно, дело в его дыхании. Зоро как-то сказал ему, что оно иногда бывает довольно неприятным.

Он не спеша наблюдал за последними оставшимися звёздами, не вынимая изо рта рук, которыми он машинально почесал сначала ключицу, а затем левое бедро. Вскоре он повернулся к кухне и решил взять ещё одну булочку, прежде чем вернуться в постель.

______________________________________

6798, слов