Глава 1

Стакан, задетый случайным порывом руки, разбился вдребезги, оставив после себя осколки по всему кухонному полу; кровь, размытая содержимым разбитого сосуда, распространилась по поверхности, собираясь в одну лужицу. Рваные куски занавесок, сорванные во время ссоры, оказались случайным образом между стулом и холодильником, что располагался ближе к выходу. Под столом, укрытым грязной клеенкой, были разбросаны бутылки от алкогольных напитков, которыми так любил заглушить свою боль хозяин квартиры, который сейчас находился в ванной комнате, заперевшись там непонятно зачем.

На другом стуле, что был подле окна, сидела девушка: спутавшиеся иссиня-черные волосы спадали на оголенные плечи, потускневшие голубые глаза и набухшие от слёз веки, под которыми синяки были темнее обычного, а и без того бледная кожа — еще бледнее. На полуобнажённом теле - остатки платья, которое так любила его обладательница. Под ногами была кровь. Её кровь. Алая жидкость стекала из ран, образовавшиеся из-за осколков, которые все таки удалось вытащить ей самой.

Больно, неприятно, противно.

Дрожащими губами она шептала что-то нечленораздельное, пытаясь хоть как-то прийти в себя после случившегося инцидента. Взглянув в окно, брюнетка о чем-то задумалась и еще долго не отрывала взгляд от вечернего уличного пейзажа за стеклом однокомнатной квартиры, где ей довелось жить с ее молодым человеком уже целый год. Только сейчас уже не казалась любовь настоящей, учитывая произошедшее совсем недавно.

Привет, это я. Да, моя жизнь скатилась на самое дно. Мне не позавидуешь. Как же надоело это всё, произошедшее за последнее время. Поразмыслив еще мгновенье, я приняла решение, которое бесповоротно должно было изменить мою жизнь. Решение, которое уже было окончательным, поскольку терпеть этого ублюдка так надоело, хоть вешайся прямо на этой кухне, провонявшей спиртным и горелой одеждой, которую случайным образом была подпалена в порыве гнева и разборок.

- Я ухожу, - осторожно прошептала я в пустоту московской квартиры, которая отозвалась ели заметным эхом.

Дрожа то ли от холода, то ли от напущенного на меня страха, мне все-таки удалось подняться со стула, чтобы собрать свои вещи и покинуть это треклятое место, откуда уже, наверное, как месяц мне мечталось сбежать. Мне пришлось постаралась не поскользнуться на собственной крови и разлитой жидкости. Ноги не слушались, поэтому шаги давались с трудом и шумно отдавались в ужасно скрипучем полу, хотя ранее так не казалось.

Из ванной послышался шум. Тяжелое шарканье раздалось за углом - кажется, хозяин квартиры о чём-то догадался. Мне становится страшно. Не успела я опомниться, как оказалась прижата к стене так, что возможности пошевелиться не предоставилось. Реакция не успела вовремя сработать, потому что избитое тело отказывалось слушаться, а душа предательски ныла, тяжёлым грузом вися внутри. Оказалось, что этот урод прятался за стеною, видимо, всё-таки услышав мои тяжелые шаги. В голове пронеслись кадры о возможном скором убийстве, но я тут же отринула эту мысль прочь. Нет, нельзя давать себя держать здесь. Хватит!

- Куда это мы собрались, Анна? - пробасил парень, сдавливая мне горло. В мое лицо ударил запах алкоголя. Опять пил. Я поморщилась от неприятного аромата спиртного, которым настолько сильно воняло, что меня чуть ли не тошнило в этот момент. Так хотелось врезать, но сил не наблюдалось, поэтому пришлось пока хоть на ногах держаться.

- От тебя подальше, Марат, - чуть ли не прошипела я, плюя в лицо парня, отчего его лицо исказилось в ужасающей гримасе.

- Что ты себе позволяешь, тварь? - проорал Воронцов, сильнее сцепляя хватку. От удушения закружилась голова, а в ушах раздался пульсирующий гул. Я почувствовала острую нехватку воздуха и давящую боль в области шеи. Кажется, я могу вот-вот потерять сознание. Недоедание сильно сказывается на здоровье, однако.

- Отпусти, - глухо просипела я, попытавшись выбраться; но данная попытка оказалась тщетной, поэтому пришлось разрабатывать хитрый ход. Хорошо, что этот придурок очень плохо соображает в нетрезвом состоянии, а это могло таки сыграть мне на руку. Осталось придумать только как провернуть свой план.

- Никуда ты не пойдешь, - парень слегка пошатнулся, но устоял на месте, не ослабевая хватку; я тем временем притворилась, что сдалась, обмякнув под его рукой.

Пьяный разум хозяина квартиры не воспринял моего хода, затем, уловив момент его невнимания к моей персоне, пнула Марата между ног и помчалась в спальню, при этом терпя боль в ранах и оставляя кровавые следы на линолеуме в коридоре. Интересно, и кому это потом всё убирать? Неважно. Сейчас я одержала победу, которой не было времени насладиться, потому что этот червяк мог в любой момент очнуться и запереть меня в комнате, и всё начнется с самого начала, чего мне вовсе не хотелось. Поэтому мне пришлось весьма в ускоренном темпе собирать самые важные вещи: документы на моё имя, телефон, немного денег, пару комплектов одежды и что-нибудь тяжёлое, чтобы было чем защищаться от пьяного парня, который сейчас вот-вот оклемается от неожиданного удара со стороны теперь, определенно, бывшей девушки.

Страх не давал мне двигаться быстрее, чем нужно. Руки сильно дрожали, когда я запихивала вещи и документы в свой чёрный рюкзак. Слезы снова потекли по усталому моему лицу. Мне пришлось подавить желание - чтобы не разрыдаться здесь и сейчас. Странно, а я думала, что вода в организме кончилась. Мимолетные воспоминания, мелькавшие перед глазами, только добавляли повода, чтобы скорее сбежать отсюда. Жаль, что это время кануло в лету вместе со светлым будущим, на которое была огромная надежда, от чего остались лишь ошмётки и горькая обида на злополучную судьбу. Ненавижу!

Теперь же стало всё не так: вместо объятий — частые побои без повода, вместо поцелуев — пощечины, вместо смеха — слезы, вместо подарков — синяки. Натерпелась, наждалась. Отныне все кончено. Я решила вернуться в квартиру, к маме, которая всегда поймёт и поддержит. Как мне не хватало её ласки всё это время. В квартиру, где всегда ждал ароматный обед или ужин, когда я еще жила там с самого своего рождения и когда ещё отец был жив... Он всегда защищал меня от глупых мальчиков, которые задевали меня в подростковом возрасте из-за неестественного прикуса и поставленных из-за этого брекетов. Как вспомнилось прошлое, на душе стало ещё хуже. Скорее, скорее надо убираться из этого проклятого места!

Неужели прежняя жизнь теперь осталась прошедшей сказкой, в которую хотелось верить, ради которой хотелось жить — разрушилась? Неужели не вернуть прежнего Марата, любящего и заботливого? Неужели теперь настолько всё плохо, что мне не хочется даже видеть этого человека, бывшего когда-то родным и таким понимающим? Сердце ныло и задыхалось от боли, а мозг отказывался принимать действительность окончания таких долгих и крепких отношений, разрушенных этой никчемной жидкостью, которую люди зовут алкоголь.

"И для чего эту дрянь придумали? - начала размышлять про себя я, шаря по тумбочке в поисках телефона. - Чтобы отвлечься от бед и проблем? Глупости какие, спиртные напитки никогда не помогали уйти от сложных ситуаций в жизни. Да, они могут заглушить боль, но это лишь временно, а если так "тушить" все свои проблемы постоянно, так можно заработать зависимость от бутылки, которая приносит одни лишь беды: от ссор до убийств. В общем и целом, это яд, разрушающий судьбы людей, окружающих и даже самых близких. Он действует словно паразит, медленно порабощая и заставляя совершать различной тяжести преступления, которые могут караться законом или просто неприемлемы в обществе..."

Послышался болезненный возглас - он очнулся и был очень даже недоволен. Я передёрнулась от страха, но совладала с собой, а затем потянулась за предметом для самозащиты - его же гитара - и приготовилась ударить, если тот сделает движение в мою сторону. Как и ожидалось, Марат очнулся и тупо уставился на меня. Внутри меня всё перевернулась от злобы на его лице, из-за чего на секунду замешкалась, но, вовремя сообразив, ударила по голове уже бывшего парня. Струны взвыли от удара - раздалось эхо по всей квартире; Марат упал на пол мёртвым грузом. Взглянув на бедный инструмент, я чуть не взвыла - на гитаре была кровь. Неужели я его убила? Если и так, то уже не важно. Главное сейчас - скорее сбежать из этой квартиры и бежать скорее, а вдруг он очухается... Положив в рюкзак свои последние вещи, я облегченно вздохнула: самое ужасное - позади.

Я посмотрела на человека, который когда-то был мне близок, и отчего-то вновь замерла на месте. И этот подонок был раньше для меня всем? "Только не надо жалости," - подумала я, перешагнув через Марата, который был без сознания на данный момент. Я сделала несколько уверенных шагов к двери, затем остановилась. А как же он будет без меня? Опять эта жалость давила на меня, но мне удалось стряхнуть это временное помутнение. Теперь уже быстрее и увереннее я направилась к выходу и, найдя ключи на тумбочке, открыла замок двери. И вот, последнее мгновенье нахождения в этом помещении, а затем хлопнула дверь - я вышла из прошлого, доставившего мне столько проблем и боли, что такого и в кошмарах никогда не снилось в моих снах.

Оказавшись в вечно прохладном подъезде, я с некой грустью взглянула на дверь квартиры, но, вспомнив все прошедшие события, со злостью пнула её и зашагала прочь по лестнице. Прежняя жизнь оказалась позади, в этом доме, куда я больше ни за что не вернусь. Отныне, Марат был пустым местом для меня. Навсегда.