Глава 1 "Бабочка в клетку"

8:45. Школа «Хангиль». Коридор 3-го этажа.
‎
‎Дверь 11 класса со скрипом открывается, и в проёме появляется тонкая фигурка в розовом банте. Солнечный свет из окна падает на её плечи, освещая два пышных хвоста, которые мягко покачиваются при каждом движении. Голубые глаза на мгновение щурятся от яркого света, маленькие губы трогает робкая улыбка. На ней белая блузка с коротким рукавом, поверх - голубой свитер без рукавов, чуть пушистый, мягкий. Розовая клетчатая юбка заканчивается чуть выше колен, открывая стройные ноги в белых гольфах. На ногах - новенькие белые кроссовки с аккуратными голубыми полосками.
‎
‎Она стоит в дверях, и 25 пар глаз смотрят на неё. Кто-то завистливо рассматривает её бант, кто-то - тонкую талию и худые руки, кто-то - её глаза, такие необычные, почти кукольные. Она не прячется. Она не сжимается. Она стоит прямо, плечи расправлены, и на лице застыла широкая, немного дерзкая улыбка.
‎
‎- Класс, у нас новенькая! - объявляет учительница Ким, поправляя очки. - Представься, пожалуйста.
‎
‎Наби делает шаг вперёд, и её кроссовки тихо скрипят по линолеуму.
‎
‎- Привет! - говорит она громко, чуть звонче, чем надо. Голос срывается на радостную ноту, как будто она встретила старых друзей. - Я Ким Наби! Мне 19 лет. Я перевелась из Сеульской средней школы, потому что...
‎- ...потому что мы переехали! - продолжает она с ещё более яркой улыбкой. - Я люблю танцевать, слушать музыку. Я весёлая! Ну, почти всегда. И я очень рада здесь учиться! Давайте дружить?
‎
‎Она слегка наклоняет голову, поправляя бант - привычный жест, который она отработала перед зеркалом. Класс взрывается смехом и аплодисментами. Кто-то свистит. Кто-то кричит: «Садись к нам!».
‎
‎Наби чувствует, как тепло разливается в груди. Она улыбается, и эта улыбка - настоящая, не отрепетированная.
‎
‎Учительница указывает ей на свободное место - первая парта в первом ряду. Наби идёт к нему, чувствуя на себе десятки взглядов. Она садится и кладёт руки на парту, стараясь дышать ровно.
‎
‎Первая перемена. 10:00.
‎
‎Звенит звонок, и класс мгновенно превращается в улей. Кто-то достаёт телефоны, кто-то бежит к доске, кто-то открывает окно. Наби сидит на месте и смотрит по сторонам, не зная, с чего начать.
‎
‎Первой к ней подходит Юн Соён - девочка с длинными волосами и ямочками на щеках. Она чуть застенчиво улыбается и протягивает руку:
‎
‎- Привет! Я Соён. Ты уже запомнила, где тут столовая?
‎
‎Наби пожимает её руку и чувствует, как внутри разливается тепло. Рука Соён мягкая, тёплая, и её улыбка кажется искренней.
‎
‎- Нет, - признаётся Наби. - Я только что пришла. Ты можешь меня проводить?
‎
‎Соён радостно кивает и садится рядом на соседний стул:
‎- Конечно! Я тебе всё покажу.
‎
‎А ты здесь давно учишься?
‎
‎- Да! - гордо говорит Соён. - Я тут всех знаю. Если хочешь, я познакомлю тебя с моими подругами. Они классные!
‎
‎Наби улыбается и кивает. Ей кажется, что Соён - это тот самый человек, с которого можно начать новую школьную жизнь.
Солнце поднималось всё выше, заливая коридор третьего этажа тёплым светом. Наби и Соён шли по коридору, взявшись под руки, - Соён что-то увлечённо рассказывала о школьных порядках, а Наби слушала, то и дело кивая и смеясь.
‎
‎- ...а в столовой сегодня, говорят, дают ттокпокки с сыром! - восторженно щебетала Соён. - Ты любишь острое?
‎
‎- Обожаю! - ответила Наби, и её голубые глаза заблестели. - Но от него у меня краснеют уши. И щёки. Всегда.
‎
‎Соён прыснула:
‎- Значит, будешь выглядеть как помидор! Ещё милее!
‎
‎Они зашли в столовую, где уже было шумно. Столы были расставлены длинными рядами, ученики толпились у раздачи. Наби взяла поднос и почувствовала, как внутри всё сжимается от волнения. Она вздохнула и поправила волосы.
‎
‎Соён увлекла её за столик, где уже сидели три девочки. Завязался лёгкий разговор - кто-то спросил про её бант, кто-то про кроссовки. Наби отвечала легко, с улыбкой, но в какой-то момент её взгляд застыл.
‎
‎Она смотрела на своё отражение в стеклянной двери буфета. Два пышных хвоста, розовые щёчки. Ким Наби. Но за этим отражением вдруг мелькнуло другое лицо - светлые длинные волосы, зелёные линзы, дорогой блеск на скулах. Ким Ханыль.
‎
‎Она вспомнила ту ночь. Общежитие.Она сидела на полу в своей комнате, обняв колени, и смотрела на потолок. В ушах всё ещё звенел шум концерта, перед глазами мелькали вспышки камер. Она чувствовала себя пустой - как будто вся её энергия, вся её душа остались на сцене, а в теле осталась только уставшая оболочка.
‎
‎Она вспомнила, как встала, взяла телефон и набрала номер господина Чхве. И хотя было час ночи, он ответил после второго гудка.
‎
‎- Ханыль? Что-то случилось?
‎
‎Она помолчала. Слёзы уже текли по щекам, но голос был твёрдым.
‎- Господин Чхве... я хочу... я хочу уйти из группы.
‎
‎В трубке повисла тишина. Она слышала, как он тяжело дышит, как скрипит его кожаное кресло.
‎- Ханыль, ты понимаешь, что говоришь? У тебя контракт. У тебя миллионы фанатов. Ты - лицо «MIRAGE». Ты не можешь просто взять и уйти.
‎
‎- Я не хочу уходить навсегда! - выкрикнула она, и голос сорвался на всхлип. - Я просто... я хочу отдохнуть. Месяц. Всего месяц. Я хочу быть собой. Я хочу пойти в другую школу, как обычная девочка, есть ттокпокки в школьной столовой и не думать о том, как я выгляжу в кадре. Я устала, господин Чхве. Я очень устала.А школе я смогу отдохнуть и набраться сил до камбэка.
‎
‎Он молчал долго. Так долго, что она подумала - он повесил трубку.
‎Но потом он сказал:
‎- Хорошо. Я сделаю это для тебя. Но ты должна будешь измениться до неузнаваемости. Если хоть один фанат узнает тебя в школе - всё пропало,и не будет тебе спокойной школьной жизни. И ты вернёшься в группу раньше времени. Договорились?
‎
‎- Договорились.
‎
‎На следующее утро она уже сидела в кабинете агентства, а вокруг неё суетились стилисты.
‎
- Два хвоста? Или один?- спросил парикмахерша
‎
‎- Два, - сказала Наби. - Как в детстве. Моя бабушка всегда делала мне два хвоста.Это будет мило.
‎
‎Парик был пышным, тёмно-каштанового цвета - полная противоположность её настоящим светлым волосам. Когда его прикрепили, она почувствовала, как голова стала тяжелее. Но вместе с этим - и свободнее.
‎
‎- Розовые румяна? - спросила стилистка. - Для школьницы. Сделаем тебя милой.
‎
‎Наби кивнула, и через пару минут её щёки уже горели нежным розовым оттенком.
‎
‎- В документах ты будешь Ким Наби. Фамилия самая распространённая в Корее. Никто не заподозрит.-сказал господин Чхве
‎
‎- Ким Наби, - повторила она, пробуя на вкус. - Бабочка. Да, я хочу быть бабочкой. Лёгкой и свободной.
‎
‎ Когда она вышла из кабинета с новым париком, новым именем и сердцем, она почувствовала, как с её плеч упала огромная тяжесть. Ей казалось, что она идёт не по коридору, а по облакам.
‎
‎- Позвони мне, если что-то пойдёт не так, - сказал господин Чхве на прощание. - И помни: ты - Ханыль. Но сейчас ты - Наби. Не перепутай.
‎
‎Она кивнула и улыбнулась.

‎- Наби? Ты чего зависла? - тронула её за плечо Соён.
‎
‎Наби моргнула, и видение исчезло. Она снова была здесь, в столовой, с подносом в руках.
‎- А? Да ничего. Просто... задумалась. Какая красивая дверь, да?
‎
‎Соён рассмеялась и помахала рукой перед её лицом:
‎- Ты странная! Но это мило. Давай есть, а то ттокпокки остынет.
‎
‎Наби улыбнулась и откусила кусочек. Острота обожгла язык, и у неё действительно покраснели щёки - прямо как она говорила. Девочки захихикали.
Наби сидела в кругу новых подруг, слушала их щебетанье, и улыбалась до боли в скулах. Ттокпокки оказался восхитительно острым, и её щёки горели не только от румян, но и от перца. Соён пододвинула ей стакан воды, и Наби благодарно кивнула.

- А где ты покупала свой бант? - спросила девочка с косичками по имени Минджи, с любопытством разглядывая розовое украшение. - Такой милый! Я таких в магазинах не видела.

Наби на мгновение замерла. Бант был от «Chanel» - лимитированная коллекция, подарок от стилиста на день рождения. Она не могла этого сказать.

- Э-э... это моя бабушка сшила! - соврала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Она умеет такие вещи. Хотите, я попрошу её сшить и вам?

Девочки заахали, и Наби мысленно выдохнула. Она уже начала привыкать к этой маленькой лжи.

Перемена пролетела как один миг. Наби рассказывала о своей «прошлой жизни до переезда» - выдуманной, скучной, где она училась в обычной школе, ходила в кино с друзьями и мечтала стать дизайнером одежды. Каждое слово давалось ей с трудом, но она видела, как загораются глаза Соён и Минджи, как они кивают, слушая её, и чувствовала, что они верят. Они верят в эту выдуманную Ким Наби.

После обеда они пошли на физкультуру. Наби переоделась в спортивную форму, которую ей заранее купила менеджер - неброскую, серую, без всяких логотипов. Она стояла в углу спортзала и наблюдала, как одноклассники разминаются. Соён помахала ей рукой и подбежала поближе.

- Ты чего такая задумчивая? - спросила она, заправляя выбившуюся прядь за ухо. - Боишься, что на физре будут бегать кросс?

- Нет, - улыбнулась Наби. - Я просто... не очень люблю командные игры. Я лучше постою в сторонке.

Соён понимающе кивнула и взяла её за руку:

- Я тоже не люблю волейбол. Мяч всегда летит в моё лицо. Давай стоять вместе и делать вид, что нам плохо и сядем на скамейку?

Наби рассмеялась - звонко, громко, и на мгновение забыла, что она айдол, что у неё есть менеджер, контракты и миллионы фанатов. Она была просто девочкой по имени Наби, которая стоит в школьном спортзале и держит за руку новую подругу.

Волейбол действительно начался, и они с Соён сидели на скамейке. Наби смотрела на одноклассников, и её сердце наполнялось теплом. Здесь никто не знал, что она Ким Ханыль из «MIRAGE». Здесь она была просто новенькой - немного странной но её принимали. Её не судили. Её не фотографировали на телефоны.

Когда прозвенел последний звонок, Наби почувствовала, как в груди разлилась лёгкая грусть. День пролетел слишком быстро.

- Мы идём в кафе. Пойдёшь с нами?-спросила Соён