Пролог

Весь рабочий день я чувствовала себя не очень. Что этот ублюдок, что коллеги, вытрясли из меня все мои нервы.

Уже с утра он ходил какой-то недовольный и вечно бурчал себе под нос, что я какая-то не такая. Я взяла и психанула со словами: «Да пошел ты, чертов ублюдок!» Теперь сижу и переживаю за него. Что я за человек-то вообще такой?

Сейчас я уже тороплюсь домой. Извинюсь перед ним. Может, он и не про меня вовсе говорил. Быстро забегаю за его любимой выпечкой — ароматной булкой с корицей — по пути в метро, а затем через пару мгновений уже еду в вагончике и нервирую всех запахом свежего куска хлеба, в том числе, и себя тоже.

Когда я вышла из станции, на улице капал дождь. А я как назло не взяла с собой сегодня зонт. Пять минут, и я уже сырая насквозь. Быстро бегу к дому, где мы живем почти с начала наших отношений, и захожу в подъезд, аккуратно отряхиваясь.

Поднимаясь на нужный этаж в лифте, меня накрывает волной какого-то отвращения, и я даже не хочу заходить домой, но быстро отметаю эти мысли и с улыбкой захожу домой. «Сейчас попьем чай, помиримся и всё будет отлично...» — думала я.

Лишь один взгляд разрушил идиллию идеального вечера с любимым мужчиной. Шаг в квартиру. Женские сапоги. Запах чужих духов. Смех из нашей спальни.

Осознание пришло также мгновенно, как и мгновенно я пришла в ярость.

Не разуваясь, я бросаю пакет с выпечкой на пол и бегу в спальню. Там я вижу их, голых и целующихся. Он оборачивается, ухмыляется и бросает одну лишь фразу:

— Оу, моя милая мисс Хэллан пришла.

Он буквально выводит меня из себя из-за этих слов. Я подбегаю к ним. Хватаю за волосы шавку, что соблазняла его в моей же постели. Стаскиваю ее с кровати. Она кричит и умоляет отпустит. Я слышу, что мой «любимый» парень усмехается. Я смотрю на него яростным взглядом. Он еще смеет усмехаться?

— Что ты смеёшься, ублюдок? Какого хрена ты посмел изменять мне с какой-то проституткой? — говорю я, бросаясь к нему.

Он лишь берет и укладывает меня под себя. Смотрит на меня, словно издевается, лезет своими грязными руками мне под одежду. Я мгновенно вырываюсь из его хватки, ударяя руками по его упругим плечам. Кажется, ему вообще все равно, что я его бью.

Его клуши уже давно здесь нет. Иначе я бы выдрала ей все волосы. В груди обида, а в голове эмоции — гнев и ярость. Всё вместе. Голова гудит, а в сердце больно.

Я тяжело дышу, смотря на своего, уже бывшего, молодого человека. Я встаю с кровати, он одевается. Ему до сих пор весело. На глазах начинают образовываться слезы. И он начинает говорить:

— Наконец-то я увидел у тебя эти эмоции, моя милая. Такое чувство было, что ты разлюбила меня, а, оказывается, всё далеко не так... Я тебя люблю, моя кошка, — он подходит ближе и обнимает меня за талию.

Мое лицо замирает в ужасающей гримасе. «Что?..» Я медленно поднимаю на него взгляд. Смотрю обомлевшим взглядом и медленно проговариваю:

— Я тебя ненавижу, Миллер.