Мамочка для Ойкавы. Часть 2
- Ему от меня определенно что-то нужно! - сказала я Луизе, когда она пришла к нам в гости. – Иначе, зачем всё это?!
Я указала на кучу подарков. Отец, кстати, тоже был в шоке, когда мы заявились с коробками и пакетами.
- Ну, что мужчина может хотеть от женщины, это мы знаем! - усмехнулась Луиза. - Но фишка в том, что для этого не нужно скупать полмагазина для её ребенка. Ойкаве достаточно пару раз улыбнуться, чтобы любая понравившаяся девушка упала в его объятия. Ты и сама уже готова! Скажешь, нет?! Здесь что-то другое!
- И что?! - я была в замешательстве. - Что он может хотеть, кроме секса? Какая ему от меня выгода?! У меня ни жилья, ни работы. По сравнению с ним, я вообще никто. Он прекрасный принц, а я обыкновенная Золушка.
- Так принц и влюбился в Золушку! - улыбнулась Луиза. - Всё будет хорошо! Не переживай!
..........
Мы встречались с Тоору уже месяц, но он, похоже, и не думал тащить меня в постель. Он был нежен, добр, очень ласков и бесконечно щедр ко мне и Серафиме. Дарил нам подарки, водил на прогулки. Пару раз мы были у него в гостях. Дочь была без ума от Ойкавы. Удивительно, но она прекрасно его понимала, хотя я только начала учить её испанскому. Мы с отцом говорили с ней на русском, периодически вставляя самые ходовые фразы на испанском. С Тоору же Сима общалась на каком-то смешанном языке, и это выглядело очень забавно. Если он её не понимал, то просто кивал и гладил по голове, вопросительно глядя на меня.
- Надо учить ещё и русский! - смеялся Ойкава. - Трех языков мне явно мало!
Сима обожала Тоору и даже немного ревновала ко мне. Когда он впервые поцеловал меня при дочке, она вытаращила глазки и принялась меня отталкивать.
- Надо же! Ты влюбил в себя и маму и дочь! - я рассмеялась.
- Как бы меня за это не привлекли к ответственности! - Тоору смеясь, подхватил Серафиму на руки. - Не ревнуй, малышка! Тебя я люблю больше!
Это можно было считать первым признанием в любви! Второй раз Тоору признался мне, когда делал предложение. Но это произошло через три месяца после знакомства.
*********************************
Утром Тоору был темнее тучи. Почти не разговаривал. Как будто злился на меня за эту ночь. После завтрака вызвался погулять с детьми, чему они очень обрадовались. Особенно дочь, которая безумно скучала по Тоору и постоянно спрашивала о нем.
После прогулки Ойкава уехал на тренировку, а вечером прислал смс, что сегодня не приедет. Я провела бессонную ночь, поливая подушку слезами, прекрасно понимая, что он сейчас с другой.
Ойкава приехал на следующий день в обед. Дети ушли в парк с Луизой, я как раз собиралась к ним присоединиться. Муж сухо поздоровался, спросил про детей. Потом прошёл в спальню и достал чемодан. Я лишилась дара речи.
- Ты что делаешь? - наконец проговорила я.
- Ты видишь! И не надо сцен!
Ойкава не спеша складывал вещи в чемодан. Я пришла в себя, бросилась к нему и развернула к себе.
- А как же я?! Как дети?! - я схватила мужа за плечи. - За что ты так с нами?!
Тоору поморщился. Освободился от моих рук. Отошел на шаг назад.
- Прошу тебя, Мария, не надо! Просто отпусти меня! Я хочу жить другой жизнью! Хочу быть свободным!
Где-то я уже это слышала. Почти тоже самое мне говорил мой бывший. Они хотят быть свободными! А я?! Обо мне кто-нибудь подумал?! Меня просто используют, а я ничего не могу сделать! Внутри меня всё закипело! Я подскочила к Ойкаве и с размаху ударила по щеке.
- Ах, ты, сволочь! Свободы тебе захотелось! Ненавижу тебя!
Я замахнулась ещё раз, но Тоору перехватил мою руку. Легонько тряхнул и толкнул на кровать.
- Успокойся! - рявкнул он, сжимая кулаки. - Я тебя никогда не ударю, но и тебе этого не позволю! Ты можешь говорить и делать всё, что угодно, но факт остается фактом. Я ухожу от тебя! Я тебя не люблю и не хочу! Я встретил другую и хочу жить с ней! О разводе речи пока не идет, но если я тебя об этом попрошу, не удивляйся. Тебе не на что жаловаться! У тебя и твоей дочери есть всё! Я содержу вас! Где бы ты была без меня?! Ты, конечно, можешь уехать в Россию, но в таком случае Валентина ты больше не увидишь! Мне бы этого не хотелось! Для него ты мать! Он привязан к тебе больше, чем ко мне. В конце концов, я женился на тебе ради ребенка!
Я слушала и не верила своим ушам. Страшный сон какой-то! Так хочется проснуться! Когда Ойкава произнес последнюю фразу, я расхохоталась.
- Ну, наконец-то, ты это сказал! - выкрикнула я. - Наконец-то признался, что просто использовал меня! Ты меня никогда не любил! Я была тебе нужна как мамка-нянька для сына, чтобы ты мог жить своей жизнью. Спасибо тебе, благодетель!
Я встала и шутливо поклонилась. Тоору покачал головой.
- Перестань!
- Перестать?! Отчего же?! Только знаешь, чего я тебе никогда не прощу?! Разбитого сердечка Серафимы, которую ты всё это время называл своей дочкой. Ты даже не подумал, что с ней будет, когда она узнает, что ты ушёл! Она постоянно о тебе говорит! Ты и её использовал в своих целях!
Я не выдержала и разрыдалась, представив печальное личико Симы. Тоору подошел ко мне и положил руку на плечо. Я скинула её.
- Не трогай меня!!!
- Я люблю Симу! - тихо сказал Тоору. - Правда, люблю, как родную! Я буду звонить и приезжать, когда смогу. Я сам с ней поговорю. Как-нибудь всё объясню. Я не имел в виду ничего плохого, когда говорил, что содержу вас. Это не упрек. Просто вырвалось. Мне для вас ничего не жалко. Я всегда был искренним с вами. Я вас любил и люблю. Я был влюблен в тебя, когда женился, но потом чувства угасли. Я же не виноват, что ты меня не возбуждаешь...
- Да уж! - я усмехнулась сквозь слезы. - Как можно тебя в этом винить?! Я сама себя пугаюсь, глядя в зеркало. Уже не помню, когда в последний раз что-то себе покупала или приводила себя в порядок. Ладно, хватит! Иди уже!
Тоору положил ещё кое-какие вещи в чемодан. Достал из портмоне несколько крупных купюр и положил на прикроватный столик.
- Я потом ещё привезу. Пока вам хватит. Прости меня! Я тебе очень благодарен! Детей за меня поцелуй!
Ойкава подошел ко мне и поцеловал в макушку. Постоял рядом с минуту, видимо ожидая от меня какой-то реакции. Но я словно окаменела. Тогда он взял чемодан и вышел из квартиры.
Услышав звук закрывающейся двери, я взвыла, как раненный зверь, и кинула в коридор. Упала там на пол и рыдала до потери сознания. Луиза, так и не дождавшись меня на улице, вернулась с детьми домой и до ужаса перепугалась. Хотела вызвать врача, но я уже пришла в себя и попросила этого не делать. Детям я сказала, что просто споткнулась и упала. Моё физическое и моральное состояние было ужасным. Луиза подбадривала меня, как могла, но ничего не помогало.
- Ничего-ничего, подруга! Всё наладится! У людей бывает и хуже! У вас же, если хорошенько посмотреть, все довольно прилично. Квартира есть, деньги есть, дети здоровы. И это самое главное.
С этим сложно было не согласиться. Что ж, надо жить дальше...
************************************
Эту ночь я вновь провела без сна. Вспоминала наши первые свидания с Тоору. Наш первый поцелуй, наш первый раз. Я вспомнила, как он пригласил меня в один из лучших ресторанов города. На столе горели свечи, в зале играла живая музыка. В Томске я была пару раз в ресторане, но этот не шел с ними ни в какое сравнение. Всё было на высшем уровне. И рядом прекрасный принц Тоору... Потом мы гуляли, и он первый раз меня поцеловал. Сначала как будто случайно коснулся губами моих губ, а потом привлек к себе и завладел моими губами. Я была безумно счастлива! А наши ночи были настолько восхитительны, что всё, что было со мной прежде, теперь казалось лишь жалкой пародией на любовь и нежность.
Однажды, когда мы с Тоору нежились в объятиях друг друга, я вдруг подумала, что если мы с ним расстанемся, Серафима будет очень сильно скучать по нему. Даже странно, что она настолько привязалась к Ойкаве. Со стороны казалось, будто они отец и дочь. Когда я озвучила свои переживания вслух, Тоору удивленно на меня посмотрел.
- Почему мы должны расстаться?! Тебя что-то смущает?!
- Нет, просто я подумала...
- О чём?
- О том, что мы с тобой разные. Ты так много для нас делаешь. А что мы с Симой можем предложить тебе взамен?!
- Что за мысли, Мария?! Ваша любовь и ваше отношение ко мне дорогого стоят! Да и вообще, с чего ты взяла, что вы мне что-то должны?! Я люблю вас! И хочу, чтобы мы с вами всегда были вместе! Выходи за меня замуж!!!
У меня пропал дар речи.
- Ты... Тоору, ты сейчас серьезно?!
- Совершенно серьезно! Согласна стать моей женой?!
Я кивнула.
- Я не слышу! - Тоору хитро улыбнулся
- Да! Я согласна!
Я кинулась ему на шею. Расцеловала.
- Это слишком хорошо, чтобы быть правдой!
Ойкава рассмеялся.
- Может, когда я приду к твоему отцу и подарю тебе кольцо ты поверишь!
- Я верю, просто, когда я развелась, многие говорили, что теперь мне будет сложно выйти замуж. Что ребенок всегда будет помехой! Но ведь можно любить и чужого ребенка. Правда?!
- Конечно, правда! - Тоору поцеловал меня. - Всё зависит от человека. Вот я же полюбил Симу.
- И я тебе за этой бесконечно благодарна! Она тебя обожает!
- А ты бы смогла принять чужого ребенка, как своего?! - Тоору вдруг пристально на меня посмотрел.
- Смогла бы, - ответила я, не задумываясь. - А почему ты спросил?
- Просто интересно, - Тоору нежно улыбнулся и снова начал меня целовать.
..................
Этим вечером я познакомила Ойкаву с отцом, а через десять дней мы зарегистрировались. Папа считал, что мы слишком торопимся, хотя Тоору ему, в общем-то, понравился. А вот мама, с которой мы периодически созванивались, наоборот, советовала не тянуть со свадьбой. Мол, пока зовет, надо выходит замуж. Тем более, такой положительный во всех отношениях мужчина, как Тоору, на дороге не валяется.
Они с сестрой вообще мне сначала не поверили, когда я им сказала. Это всё равно, как если бы я вдруг сообщила, что выхожу замуж за Киркорова или кого-то подобного. Интернет им в помощь, но они быстренько изучили биографию моего жениха и теперь мечтали лично с ним познакомиться.
По нашему обоюдному решению мы с Тоору решили не устраивать пышное торжество. Нам и приглашать то было особо не кого. Я с ужасом вспоминала свою свадьбу с отцом Симы. Платье напрокат, суета, нервотрепка, банкет в школьной столовой, пьяные гости. Спасибо! Больше не хочется! На этот раз все было дорого и стильно. Начиная от платья и заканчивая автомобилем.
Один из приятелей Тоору, чья семья как раз занималась организацией свадеб и других торжеств, помог нам всё устроить в считанные дни. После регистрации мы узким кругом посидели в ресторане и вечером улетели на три дня в Лас-Вегас. Уж не знаю почему, но мне всегда хотелось там побывать. Тоору меня поддержал. Мы прекрасно провели время. Гуляли, наслаждались друг другом, зашли разок в казино. Немного проиграли, немного выиграли, посмеялись и ушли довольные.
....................
Когда мы сидели в зале ожидания аэропорта, Тоору сказал, что нам нужно серьезно поговорить. Что он давно хотел это сделать и что дальше уже тянуть нельзя. Я напряглась.
- Я тебя слушаю! Что случилось?
- У меня есть сын. Зовут Валентин. Ему 7 месяцев.
- ЧТО???!!!
Я аж подпрыгнула.
- Как сын?! Разве ты был женат?!
- Нет. Это внебрачный ребенок. Его мать умерла при родах.
И Тоору поведал мне историю рождения мальчика. Я слушала, раскрыв рот.
- Почему ты мне сразу не сказал? - спросила я, когда он закончил.
- Не знаю, - Тоору пожал плечами. - Боялся...
-Чего?
- Я не знал, как ты воспримешь эту новость...
- Теперь всё ясно! - я усмехнулась. - Всё встает на свои места!
- Что ты имеешь в виду?
- В тот день, когда ты сделал мне предложение, ты спросил, смогла бы я принять чужого ребенка? А если бы я ответила, что нет?!
Я внимательно посмотрела Тоору в глаза.
- Ты бы тогда на мне не женился?!
- Ты бы так не сказала! - Тоору взял мою руку и нежно поцеловал. – Женщина, которую я люблю, самая прекрасная и добрая на всем свете! С большим и чутким сердцем!
- Не подлизывайся! - я засмеялась. - Я всё же на тебя сержусь! Как можно было...?!
- Прости, любимая! Прости! - Ойкава обнял меня и начал покрывать поцелуями мои щеки и губы. - Я тебя очень люблю! И нашу малышку Серафиму! Представь, как мы будем счастливы все вместе! Ты ведь не бросишь меня?!
- Тоору! На нас смотрят! – я, смеясь, отвечала на его поцелуи. - Конечно же, я тебя не брошу! Как мы с Симой без тебя?! И твоего сына приму! Нельзя ребёнку без матери! Я тебя тоже очень-очень люблю!
У меня и в мыслях не было, что Тоору всё заранее спланировал. Что он и не думал раскрывать карты раньше времени. Сначала дождался, пока я по уши влюблюсь. Привязал к себе Серафиму. Теперь мы обе были у него на крючке, и он был уверен, что мы никуда не денемся. Но, не смотря ни на что, я и сейчас хотела верить, что не всё было ложью, что он хотя бы немного был искренен с нами, что какие-то нежные чувства всё же испытывал. Как же хотелось в это верить!
....................
На следующий день Тоору познакомил меня с сыном. И тут открылось ещё одно обстоятельство. Квартира, в которую Ойкава приглашал нас с Серафимой, была съемная. Он арендовал её специально, чтобы скрыть факт отцовства. А Валентин жил в квартире, предоставленной волейбольным клубом. Я тогда, конечно, сильно удивилась, но особо значения не придала. Теперь же, вспоминая и сопоставляя факты, я пришла к выводу, что Ойкава заранее всё тщательно продумал и следовал своему плану.
Когда мы приехали к нему домой, мальчик спал, но вскоре проснулся. Тоору взял его на руки, Валентин внимательно посмотрел на отца и улыбнулся. У него была невероятно обаятельная улыбка, большие карие глазки и густые чуть завивающиеся каштановые волосики. Просто Ойкава Тоору в детстве!
- Привет, сын! Как твои дела? - Тоору тоже улыбнулся. - Ты скучал?
Мальчик дотронулся ручкой до щеки отца. Потом ухватил за волосы. Тоору поморщился.
- Ох, ты опять! Обожает так делать!
Я засмеялась.
- Как это знакомо! Сима мне тоже чуть все волосы не повыдергивала, когда была крошкой.
- Привет, Валентин! Пойдешь ко мне? - я протянула к ребенку руки.
Он с минуту меня разглядывал, потом заулыбался и подал ручку.
- Познакомься! Это твоя мамочка! - сказал ему Тоору, передавая мне мальчика.
- Ого! Да ты настоящий богатырь! - воскликнула я. - Тяжеленький! Давай-ка присядем и посмотрим твои игрушки. Что тут у нас? Смотри, какой славный мишка!
Большую часть дня я провела с Валентином. Мы играли, гуляли, я пела ему песенки, рассказывала стишки. Он, конечно, меня не понимал, но мою интонацию и доброе отношение к себе чувствовал. Ребенок явно не привык к такому вниманию и был просто счастлив. Когда же я собралась уходить, он расплакался, чем очень меня растрогал. Моё сердце с первых минут потянулось к нему, и я поняла, что теперь мы уже не расстанемся.
Какими бы хорошими ни были няни, они просто делали свою работу. Пообщавшись с ними, я узнала, что Валентин очень спокойный мальчик, не капризный, чуть ли не самостоятельный. Это для семи то месяцев. Хотя что ещё остается делать, когда никто тебя лишний раз не приласкает, на руки не возьмет.
Мне стало очень жаль мальчика. Тот факт, что он мог подолгу сам себя занимать, вовсе не означал, что он не нуждался во внимании взрослых. Когда я сказала об этом Тоору, тот лишь пожал плечами. Лично он не видел ничего страшного в том, что с ребенком не сюсюкают и предоставляют самому себе.
- Детей не стоит слишком баловать, - сказал он. - Особенно мальчиков. Иначе потом на шею сядут.
- Баловать и дарить любовь и ласку - это совершенно разные вещи! - возразила я. - А мальчики нуждаются в этом даже больше. Я много читала о детской психологии во время беременности. Я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, ты в детстве был очень любимым и обласканным ребенком.
Тоору улыбнулся.
- Видимо да! Не могу сказать, чтобы мне чего-то не хватало. А что касается Валентина, то поступай, как считаешь нужным! Теперь ты его мама! И я тебе полностью доверяю! Его воспитание в твоих нежных руках.
Тоору взял мои руки в свои и поцеловал.
- Ага! Хочешь всё свалить на меня, а сам в кусты?! - засмеялась я.- Умываешь руки?!
- Именно так! - Тоору обнял меня и поцеловал. - Но если что-то пойдет не так, я скажу, что это ты виновата!
- Ах, ты! - я расхохоталась и легонько шлепнула его по лбу. - Хорошо устроился!
Ойкава засмеялся и подарил мне ещё один горячий поцелуй. Но то, что тогда казалось невинной шуткой, впоследствии оказалось суровой правдой жизни.
..................
Через два дня мы с Серафимой переехали к Тоору. А через месяц уже жили в новой просторной квартире в этом же районе, поскольку прежняя была маловата для семьи с двумя детьми. Я была поражена, насколько клуб дорожит игроками, раз предоставляет им такое роскошное жилье, но в нашей ситуации это было весьма кстати.
Переездом и всем, что с ним связано, я занималась сама. Тоору целыми днями был на тренировках и играх, но мне такое положение дел тогда казалось естественным. Жена известного талантливого спортсмена должна нести на себе груз ответственности за дом, быт и детей. От услуг няни мы отказались, поскольку я была против нахождения в доме чужого человека. Тоору был со мной согласен, хотя если бы я попросила, без проблем нанял бы мне помощницу по хозяйству.
Отец, Ана и Луиза помогали мне по мере возможности. Они были шокированы появлением Валентина, но лишних вопросов не задавали, быстро к нему привыкли и полюбили. Впрочем, такого милого улыбчивого мальчишку невозможно было не любить. Мы с ним привязались друг к другу быстрее, чем можно было предположить. И поскольку Тоору находился дома редко, я стала для Валентина самым главным человеком в его жизни. С каждым днем я любила его всё больше и больше, не делая различий между ним и Симой.
Дочь, кстати, приняла Валентина с радостью. Она, конечно же, не поняла, откуда он взялся и что я ему не настоящая мама. Как и у любого ребенка её возраста, у Серафимы были несколько завышенные требования к мальчику. Она ожидала, что он сразу же станет полноправным участником её игр. Но то, что Валентин оказался для этой цели слишком мал, её не смутило. Девочка всё равно постоянно вовлекала его в свои забавы, будь то рисование или игра с куклами. Валентину всё это безумно нравилось, он как привязанный следовал за Симой, где бы она ни была и чем бы ни занималась. Как они друг друга понимали, для меня осталось загадкой. Но то, что между ними была полная идиллия, было неоспоримо. А самое главное никакой ревности! Наблюдать за этой сладкой парочкой было одно удовольствие.
Дочь с каждым днем говорила по-испански всё лучше и лучше. И её речь была уморительной смесью двух языков, каждый из которых она ещё не освоила в полной мере. Наш брак с Тоору, и переезд к нему она восприняла с восторгом. Когда он был дома, Сима висла на нем так, что мне приходилось её чуть ли не оттаскивать. А через несколько недель дочь стала называть Ойкаву папой. Однажды, кода он пришел вечером домой, она бросилась к нему со словами:
- Папа вернулся!
Тоору обнял её и вопросительно посмотрел на меня. Я лишь пожала плечами. Когда я спросила у Симы, почему она назвала Тоору папой, она ответила, что если он папа Валентина, то значит, и её тоже. Я ведь их мама. Что ж, логика железная! С этим было трудно поспорит, да мы и не стали. Тоору был не против и как будто даже горд, что у него появилась такая чудесная дочка. Он относился к Серафиме прекрасно, и я была счастлива, что у моей дочери появился отец, которому она нужна и который её любит. Её родной папаша за всё время позвонил раза три, и в его словах я не услышала и не почувствовала какого-либо искреннего интереса к судьбе ребенка.
..........................
Для меня началась счастливая жизнь с любимым мужем и детьми. Юристы клуба помогли нам с оформлением документов, по которым я теперь официально была матерью Валентина. А еще Тоору, наконец-то, сообщил своим родителям о том, что у него есть сын и что он женился. До этого он хранил рождение Валентина в тайне, не зная, как его родные и близкие в Японии это воспримут. Они были, конечно, шокированы, но все же обрадовались. Мы несколько раз общались в ними по скайпу и планировали обязательно встретиться в ближайшее время. К сожалению, пока нашим планам не суждено было осуществиться.
Сначала Тоору уделял нам всем достаточно внимания. Занимался с детьми, играл с ними, гулял, со мной был ласков и нежен. Пусть не часто, но мы проводили время вдвоем. Я, конечно, уставала от домашних хлопот, но воспринимала это как нечто естественное и с радостью и любовью занималась домом.
По совету отца мы отдали Серафиму в детский сад недалеко от дома, чтобы она могла общаться с другими детьми и совершенствовать испанский. Дочь с удовольствием ходила туда, но как это обычно бывает, начала часто болеть и малыш Валентин постоянно от нее заражался. В силу возраста он переносил болезнь и лечение довольно тяжело. В итоге нам пришлось отказаться от сада в пользу развивающих занятий в хорошем детском центре. Симе это тоже нравилось, а мне стало гораздо легче.
Когда именно в нашей жизни наступил переломный момент, отдаливший Тоору от нас, сказать сложно. Возможно, отправной точкой стала трагедия, произошедшая с моим отцом. А возможно, что Тоору, который не испытывал ко мне серьезный чувств, просто устал играть роль примерного семьянина.
Однажды вечером мой отец, возвращаясь с работы, попал в страшное ДТП, едва не стоившее ему жизни. У него диагностировали перелом позвоночника с повреждением спинного мозга, грозившее пожизненным параличом. Ему сделали операцию, но никакой надежды врачи не давали. Я тогда чуть с ума не сошла. Мы с Аной по очереди ездили в больницу. Надо отдать должное Тоору, он очень поддержал меня в этой ситуации. Взял на себя заботу о доме и детях в тот момент, когда я не могла думать ни о чем другом, кроме как о здоровье отца.
Нам очень помог близкий друг папы, живший в Германии. Клиника, где он работал, как раз специализировалась на таких травмах. Как только врачи разрешили, он забрал отца к себе и обещал сделать всё возможное. Мы знали, что восстановительный период будет долгим, но у нас появилась надежда. Отцу сделали ряд операций, и в настоящее время он чувствовал себя вполне прилично. Ана сразу же поехала вместе с ним, и я была безмерно благодарна ей за это. Центр, где папа работал, взял на себя все расходы по лечению в Германии, и отец обещал вернуться на работу, как только сможет. Но пока речи о возвращении в Аргентину не шло.
Когда я немного успокоилась и выдохнула, то сразу поняла, точнее, почувствовала, что с Тоору что-то не так. Он словно жил какой-то своей жизнью, отдельно от нашей семьи, и со временем это становилось всё более очевидным. Я не раз пыталась поговорить с мужем, но он отвечал, что всё в порядке, что я просто устала и перенервничала из-за отца. Но аромат женских духов, следы косметики на одежде и смс-ки явно не делового содержания не были плодом моего воображения. Я никогда не трогала телефон Тоору, но однажды случайно прочла несколько сообщений, отчего мой мир ещё раз круто перевернулся.
Когда я первый раз обвинила мужа в измене, он начал оправдываться и пытался убедить меня в том, что я ошибаюсь. Второй раз он разозлился и сказал, что у меня больная фантазия. Третий - просто проигнорировал и, оставив меня безо всяких объяснений, ушел на тренировку. А потом уже даже не отрицал и лишь ухмылялся. Ему было всё равно, что я о нём думаю и что чувствую.
Наконец, Ойкава совсем ушел из дома и вот уже десять дней не появлялся. Раз в два дня от него приходило сообщение с вопросом, как у нас дела. Получив ответ, что всё нормально, он писал «хорошо» и на этом наше общение заканчивалось.