Глава 2. Дитя короны

Кайл стоял на вершине утеса, и мир под ним казался одновременно бескрайним и уязвимым. Лёгкий, почти ледяной ветер терзал каштановые кудрявые волосы, щекоча кожу и заставляя глаза жмуриться.

Запах трав и цветочной пыли смешивался с едва уловимым запахом сырой земли и влажного камня, отдаваясь покалыванием в носу и пощипывая его.
 
Солнце жгло глаза, но его янтарные радужки уже привыкли к свету. Юноша рассматривал с восхищением каждый перелив лучей в неспокойной речушке, каждую капельку воды, разбивающуюся на радужные цвета, каждый листочек, что трепал ветерок.

Каждая клетка тела парня наполнялась странной свободой, как будто он впервые дышал полной грудью после долгого заточения, будто он мог в любой момент расправить крылья и полететь...

— Тони... это прекрасно... — прошептал Кайл, его голос дрожал, словно от напряжения и восторга одновременно.

Он чувствовал, как под кожей пробегает лёгкое покалывание — предчувствие чего-то неведомого. Губы юноши тронула слабая, едва заметная улыбка. Он чувствовал взгляд Тони на себе и это его немного смущало.

— Не настолько прекрасно, как...

Дыхание перехватило. Голос парня был так близко... Кайл понял, что он хотел сказать, и пауза, которую взял Тони, заставила его смутиться ещё больше...

— Как твоя смерть. — раздался скрипучий, противный голос, режущий слух до костей, словно сталь скользит по стеклу, закончив предложение за Тони.

Кайл вздрогнул. Сердце бешено заколотилось, лицо побледнело, а внутри всё сжалось от ужаса. Он резко повернулся, желая разглядеть Тони, своего рыжего дурачка Тони, что любил пошутить. Наверняка он просто решил разыграть его... Правда же?

Но вместо желаемого силуэта с растрепанными ярко огненными волосами, перед ним возникло нечто, что заставило дыхание и вовсе остановиться.

Тело существа покрывала броня в шипах, руки были обвязаны цепями, глаза светились холодным белым светом, который пробивал грудь, как лезвие, оставляя ощущение жжения в глазах.

Мир вокруг мигом превратился в кошмар.

Голубое небо растворилось, уступив место горам трупов и тёмным, сверкающим лужам крови, запах железа и гнили обжигал ноздри, смешиваясь с криками людей. Кайл стиснул зубы и кулаки, зажмурившись. Почему это опять происходит?..

Птичьи голоса исчезли, уступив место резкому, визгливому плачу и судорожным стонам умирающих. Каждый крик казался ударом молота по затылку, каждая капля крови — холодным касанием к коже. Кайл не хотел это видеть. Не хотел, чтобы люди умирали. Не хотел, чтобы его мир рушился.

— Это... Это всё нереально! Ты не реален! Это сон... Точно сон! — судорожно проговаривал Кайл, ударяя себя по лицу, пытаясь вырваться из кошмара, но кожа под пальцами была горячей, сердце бешено стучало, а страх проникал в кости.

— О, нет... Дорогой Кайл, эти смерти реальны и только на твоей вине и ничьей другой. Так смотри же, как они мучаются. — произнесло существо, приближаясь так, что холод от его присутствия буквально обжигал кожу, заставляя мурашки бегать по спине.

— Это сон... — пытался успокоить себя Кайл, закрывая уши руками, но металл скрежета, крики и запах крови проникали сквозь любую защиту, пронзая голову острой иглой паники.

Даже с закрытыми глазами он всё еще смотрел на страдания людей. И когда он увидел среди них мать — её истекающую кровью, беззащитную фигуру,  ползущую к нему, оставляя за собой ярко алую дорожку крови, со сломанным, молящим взглядом — сердце Кайла сжалось до невозможности.

Желудок скрутило, и от тошноты его вырвало; дрожь, начавшаяся с кончиков пальцев, быстро разлилась по всем конечностям, похолодевшие ноги едва держали вес. Янтарные глаза заблестели от слез, что обожгли его сильнее любой боли.

— Её ждёт то же, что и остальных... — произнёс монстр.

Он указал куда-то в сторону. Невидящим взглядом Кайл машинально взглянул туда. В землю был воткнут меч, на котором отчётливо было видно... чье-то сердце. Рядом лежал Робин, его тело только-только перестало биться в предсмертной агонии и теперь было неподвижно.

Холодные, безжизненные, окутанные дымкой ржавой крови глаза глядели на юношу, будто обвиняя его в своей смерти.
Кайл отвернулся. Он хотел сбежать, чтобы никогда не видеть этого ужаса. Но наткнулся лишь на ещё один клинок.

Тони.

Его голова была воткнута в штык, кровь стекала по металлу, горячие капли падали на землю, впитываясь в камень и превращаясь в тёмные пятна. Руки Кайла задрожали, он, будто пронзенный насквозь, сделал два шага назад, едва ли не падая.

— Это сон... Это сон... Это сон... — упрямо повторял он, чувствуя, как сходит с ума.

Рядом с Тони на коленях стояла Джесс, безмолвно глядя на брата на его потускневшие глаза, в которых больше никогда не будет жизни.

Кайл бросился к ней, будто хватаясь за последнюю нить надежды... Его сердце билось так, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди, дыхание рвалось, словно через трещины в лёгких. Он понимал что это все нереально, что это ложь, но инстинктивно, он бежал. Бег помогал ему держаться за последние ниточки сознания, будто он мог что-то исправить...

Приблизившись к девушке, спотыкаясь на каждом шагу и едва ли не падая, Кайл рухнул перед ней на колени и схватился за её плечи, трясущимися руками ощупывая её руки, волосы, лицо.

— Джесс! Джесс! Успокойся, это не реально, это всё иллюзия! — закричал он не своим голосом, не зная, кому это доказывает: себе или ей, — Это сон! Вы все живы, это просто сон!

Голос парня сорвался. Он потянулся к девушке, чтобы обнять, но та холодно скинула с себя его руки и встала.

— Пойди прочь, чудовище, — отчеканила она тихим, ледяным голосом.

Лицо уже не принадлежало Джесс: оно было изуродовано, кончики губ кем-то прорезаны, под глазами виднелись ужасные шрамы, а руки были испачканы в крови, слизи и грязи.

— Он любил тебя, делал всё, чтобы ты был счастлив, — произнесла Джесс акцентируя особое внимание на Кайле и подчёркивая каждое слово — А ты... Что сделал ты?

Девушка сделала шаг вперёд, теперь же было видно, что обе её ноги сломаны.

— Нет, Джесс, я бы никогда... — сиплым, охрипшим от эмоций голосом попытался возразить юноша, глядя на свои руки... В которых он обнаружил бьющееся сердце Тони.

Кайла затрясло. Затрясло так сильно, что казалось, будто каждая клетка его тела вибрирует в унисон с кошмаром. Он выкинул сердце прочь, не в силах удержать его в своих руках Оно с глухим, влажным ударом упало на пол, разбившись, оставляя за собой липкий запах крови и железа и кучу осколков.

Развернувшись к существу, Кайл ощутил, как горло будто сжимает ледяная рука ужаса, его тело дрожит от холода и боли одновременно.

— Прекрати! Хватит… Чего ты добиваешься? — будто умоляя, закричал Кайл, обнимая себя руками, — Может... это и моя вина... Но я… я не оставлю это просто так, я отомщу тебе! Ты познаешь боль в миллионы раз сильнее, чем... — голос юноши сорвался, стал тише, — чем они...

Скрипучий, резкий смех разорвал воздух, металлический звон отдавался в черепе, вибрации пробегали по костям, как ток.

Пейзаж изменился мгновенно:
Вместо огромной кучи трупов и луж крови, появился огромный  давящий пространство актовый  зал, где пышный бал обернулся кошмаром. 

Люди были мёртвы — лица застыли в вечной гримасе ужаса, глаза пустые, холодные. Скелеты, изуродованные тени и нечисть шевелились, как будто тянулись к нему сквозь время и плоть. Помещение едва освещали пара свечей, на сцене же горела люстра. Рядом стоял разбитый рояль, в трещинах его клавиш прорастали цветы, что, не успев распуститься, завяли.

— Ответ, достойный настоящего принца, — почти пропело существо, подходя ближе. Его пальцы коснулись клавиш инструмента, нажимая на каждую, пока ноги уверенно шагали вперёд. Глиссандо прозвучало как сигнал.

Музыка внезапно оборвалась, и все эти жуткие фигуры устремили на него взгляд. Кайл оглянулся, всматриваясь в толпу, и среди них юноша узнал матушку… Но лишь верхнюю половину её тела. У неё не было ног, дыхание её затихло, взгляд казался пустым, но всё ещё нес прошлую любовь. Будто лишь она, единственная во всём этом убогом мире, не винила Кайла в своих мучениях.

Обезглавленный Тони крепко сжимал руку Джесс, лицо которой искажала все также изуродованная гримаса, а Робин стоял с зияющей дырой в груди, из которой сочилась густая, тёмная жидкость.

— И как подобает настоящему принцу, — произнесло существо, — нам нужна корона.

С этими словами оно достало терновый венок, сплетённый из острых шипов. С некой торжественностью и изяществом, чудовище надело «корону» на голову Кайла, что уже не находил в себе сил сопротивляться. Его взгляд был направлен на зрителей, и юноша не мог перевести его, пока его не пронзила острая боль...

Стоило венку коснуться его головы, в череп впились сотни игл, и каждая боль пронзала мозг, будто раскалённое железо, проникая в кости. Судороги пробежали по телу, глаза наполнились слезами, смешанными с потом и привкусом крови.

В носу стоял запах жжёной кожи и металла, каждое движение головы отдавалось как треск костей.

И тогда существо сняло маску. Перед Кайлом стоял он сам, но искажённый.

Улыбка — чудовищная, полная садистского наслаждения. Волосы тёмнее, взгляд холодный и пустой, как лёд, и казалось, что тьма внутри него тянется прямо к душе Кайла.

— От судьбы не уйдёшь, моё высочество, — прошептал он, наклонившись к юноше.

Мертвые фигуры склонили головы, отдавая честь новоиспечённому принцу, опускаясь на колени. Чудовище с лицом Кайла изобразило изящный поклон, будто признавая его королём, но одновременно лишь пугая еще больше.

Резкая, обжигающая боль вспыхнула вновь — иглы, словно сотни раскалённых шипов, вонзались все глубже, каждое движение головы причиняло адскую боль. Сердце юноши сжималось, дыхание стало коротким, как у животного, загнанного в угол. Он не мог смотреть ни на своих изуродованных друзей, ни на монстра в своём обличие... Но щадить его не собирались.

«Кайл» схватил его за руку и притянул к себе. Не сумев воспротивиться, парень едва не упал, но существо его поддержало, не сбивая с ног вопреки ожиданиям Кайла.

Чудище улыбнулось. Щёлкнув пальцами, он медленно положил руку на талию парня, а второй сжал его ладонь.

Заиграла музыка. Кайл в паре с самим собой закружился в невольном танце. Его тело было вялым, оно обмякало в руках «Кайла», а голова кружилась и болела все больше. Существо же выглядело невероятно довольным.

Оно мотало юношу из стороны в сторону, кружа его в вальсе и не собираясь отпускать. Его движения были отточены и восхитительны.

Будто он действительно находился на балу, танцуя с партнёром перед сотней гостей, а не мучал и не изводил и без того выдохшегося Кайла.

Раз, два — шаг, раз, два — второй шаг, три, четыре — поворот. Раз, два — шаг, раз, два — второй шаг, три, четыре — поворот.

Бесконечный цикл.

Так казалось Кайлу, что уже не мог даже стоять на ногах.

«Кайл» улыбнулся хищной улыбкой и резким движением наклонил юношу, прижимая его тело к своему.

Приблизившись лицом, существо прошептало:

— До скорой встречи, мое высочество.

Кайл в бессилии упал на колени, корона с звонким звоном упала на пол, покатилась по сцене и остановилась у ног чудовища. Сознание покинуло юношу, он свалился на холодный пол, в бессилии желая лишь умереть.

Последним, что он видел — несколько фигур, появившихся рядом со зрителями. Человек в доспехах, девушка в изящном платье и короне, мужчина в мантии и с такой же короной и низенький уродец в колпаке с бубенцами. Разглядеть их не удалось... Кайл резким рывком подскочил с кровати.

Проснуться было тяжело. Юношу не покидало чувство, будто каждая клетка его тела помнит этот ужас, словно он всё ещё застрял внутри кошмара, Кайл судорожно втянул воздух, пытаясь понять, где он. Мир вертелся перед глазами, давил на виски до боли и тошноты, как при лихорадке.

Свет от лампы бил в глаза, он горел мягко и тепло, но после ослепительного кошмара он показался почти болезненным, размытым.

Зрение медленно возвращалось, цепляясь за очертания комнаты, за тени, за слабое мерцание света на стенах. Постепенно картина перестала кружиться перед глазами и наконец обрела чёткие черты.

Чужая рука осторожно поглаживала макушку юноши. Её движения были медленными, ровными, почти убаюкивающами, а голос, который Кайл слышал совсем рядом, звучал тихо, приглушённо, будто где-то не здесь и одновременно близко.

Тепло чужого тела рядом контрастировало с холодом, застрявшим где-то внутри него.

Кайл не сразу понял, что весь этот ужас закончился. Его грудь всё ещё судорожно вздымалась, дыхание сбивалось, а мысли путались, упрямо возвращая его обратно, будто всеми силами пытаясь убедить хозяина, что он всё ещё во сне.

Кайл взглянул на силуэты людей, находящихся здесь, разглядывая их из под приоткрытых век и дрожащих ресниц, через затмившие глаза слезы.

Разглядев Джесс, чью красоту ничто не искажало и не портило, живого Робина, Кайл всё же сумел убедить себя, что произошедшее — кошмар.

Осознание того, что ребята живы и здоровы, заставило слезы облегчения и страха одновременно скатиться с его глаз.

— Тише, милый, всё хорошо, я рядом, — вполголоса произнёс Тони, лёгким движением пальца стирая упавшую слезинку с щеки Кайла.

Лишь через пару минут у юноши хватило сил повернуть голову. Мышцы будто не слушались, налитые тяжестью.

Рядом сидел Тони, который всё это время поглаживал его, пытаясь касаниями удержать в реальности, не давая снова утонуть в кошмаре.

Голова Кайла покоилась у него на коленях, а его руки перебирали кудрявые локоны волос, поигрываясь с ними.

Джесс наблюдала из угла. Тень почти скрывала её фигуру, но холодный блеск глаз был заметен даже в полумраке. Её недовольство так и сквозило в воздухе. Девушка сложила руки на груди и с неким презрением хмыкнула.

— Если ты собираешься орать каждую ночь, — лениво протянула она, — будь добр, бери ноты чище и тише. Не все тут фанаты твоих ночных концертов.

Кайл вздрогнул. Слова больно резанули по сердцу, но она была права...
Робин устало зевнул и протёр глаза.

— Я, конечно, рад поддержать тебя в твоих начинаниях, но давай не ночью. Так спать охота!

— Джесс, Робин, хватит, — прервал их возмущения Тони, взглянув на них более сурово.

Девушка без колебаний выдержала взгляд и ответила насмешкой.

— Разве я не права? Ты с ним возишься, как с ребёнком. Ему не три года, от шока не умрёт. А если умрёт, то ему же лучше. Такие, как он, долго не живут.

Тони сжал челюсть, мышцы на его лице напряглись, но он старался держать себя в руках. Однако Кайл чувствовал это напряжение...

— Не сейчас, — процедил сквозь зубы юноша.

— А когда? Когда мы все сдохнем, защищая его? С какой бы стати нам это делать? Он принц что-ли? Тогда не соизволит ли Его Высочество сходить нахер?

В комнате повисло напряжение. Густое, почти осязаемое, даже свет лампы казался тусклым, словно он тоже боялся вмешаться.

Кайл опустил взгляд, понимая, что Джесс права. Он не маленький ребёнок. Но что... что он мог сделать, когда его мир буквально разрушился на глазах? Что он мог сделать, когда все знали о том, что произошло, а его оставили в неведении, в дураках?.. Что он мог сделать без сил?..

— Я… — он сглотнул, чувствуя, как горло пересохло. — Я справлюсь.

«Я не знаю, как... Но я справлюсь.»

— Посмотрим, — Джесс тихо фыркнула. — А теперь прошу меня извинить, но я пойду дальше спать. Попробуйте обойтись без завываний.

С этими словами Джесс захлопнула дверь. Резкий звук ударился о стены, оставляя после себя звенящую тишину.

Робин лишь пожал плечами, после чего потянулся и зевнул. Промямлив что-то неразборчивое и махнув парочке рукой, юноша тоже вышел из комнаты.

— Прости их, — проговорил Тони, чуть тише. — Они встали с не той ноги.

— Я не злюсь... — ответил юноша, — Главное.... что ты здесь.

— Я буду с тобой до тех пор, пока нужно.

Слова отдались теплом и горечью одновременно. Кайл глубоко вдохнул, собираясь с мыслями и пытаясь озвучить то, что уже давно хотел спросить...

— Кто мы друг другу? — на одном дыхании выдал он, набравшись смелости.

Он заметил, как Тони опустил голову и провёл руками по глазам, словно пытаясь стереть усталость.

— Давай не будем об этом, хорошо? — спокойно, но немного сонливо попросил он.

Кайл поджал губы, опустив глаза, но кивнул. Возможно, он и правда торопился... Один-единственный поцелуй мог ничего не значить... Но юноша не желал быть для кого-то игрушкой, для него... даже один случайный, совершенно незапланированный поцелуй значил для него намного больше... И ему хотелось верить, что Тони чувствует то же самое.

— А где я?.. — спросил он, желая перевести тему и сгладить неловкость между ними.

— В нашей берлоге. После перехода ты свалился прямо мне в руки. Мне пришлось нести тебя, — с лёгкой улыбкой протянул Тони, невзначай касаясь каштановых кудрей Кайла.

И снова это касание. Тёплое, мягкое... Почему он это делает, если не испытывает никаких чувств?..

— Ладно, тебе нужно поспать. Зови, если что.

Тони собрался уходить, осторожно переложить юношу в постель, но Кайл резко схватил его за руку. Он... слишком боялся оставаться с собой наедине.

— Не уходи… Давай уйдём… Я не хочу туда возвращаться...Я... Я боюсь, — пролепетал он, глотая слова.

Повисло молчание, но продлилось оно недолго. Через мгновение Тони аккуратно приподнял ослабшее тело юноши и мягко обнял. Его губы коснулись макушки Кайла, оставляя на коже долгий и тёплый поцелуй.

— Хорошо, — согласился парень, — Одевайся, устрою тебе экскурсию по ночному Амносу.

Кайл с благодарностью уткнулся в плечо Тони. Тот мягко улыбнулся и похлопал его по спине. Кайл нехотя поднялся... и только сейчас понял, что из одежды на нём только нижнее бельё.

— Ты меня ещё и раздевал? — пытаясь состроить недовольный вид, но одновременно и пряча неловкость, спросил юноша, отворачиваясь и быстро ища одежду.

— Была возможность — я ей воспользовался, — промурчал Тони, наблюдая за Кайлом.

Тот чувствовал его взгляд на себе и старался как можно скорее отыскать свои вещи и одеться.

Натянув на себя джинсы и футболку, Кайл пошел вслед за Тони, что, наглядевшись, всё же соизволил выйти.

«Берлога» выглядела неожиданно уютной: Приглушённый свет ламп, картины на стенах с абстрактными узорами, простая мебель и небольшой беспорядок, в котором чувствовалась жизнь. Чем-то, очень далёким, она напоминала квартиру Лейлы... Обнаружив это, Кайл понял... что скучает. Она не знает, где он, что с ним... Наверняка переживает и ищет его... Как же с ней связаться?..

Из раздумий его вырвал Тони, который, как настоящий джентльмен, накинул на него свою куртку, заботливо поправляя её.
Наконец собравшись, они вышли из квартиры.

И взору Кайла наконец предстал Амнос.

Сначала виднелись всё те же муравейники многоэтажек, тянущиеся вверх, как бетонные скалы, окна которых мерцали огнями, словно тысячи глаз. Узкие улицы, переплетённые проводами и мостами, уходили вглубь, теряясь в дымке. Шумели листья деревьев, был слышен гул толпы людей, копошившихся на улицах, пение птиц. С первого взгляда нельзя было сказать, чем отличается город Амноса от обычного Нью-Йорка.

— Мы просто находимся, так скажем, в "трущобах" города. Центр более привлекательный, — сказал Тони, будто прочитав мысли Кайла.

Однако, стоило присмотреться, чтобы разглядеть весомые различия, что теперь резали глаза.
По улицам двигались существа, которых невозможно было представить в обычном мире: люди с рогами, изогнутыми как у древних демонов, с крыльями, сложенными за спиной, с хвостами, лениво скользящими по земле. Их силуэты ломали привычную геометрию человеческого тела. Такое можно увидеть разве что в книжках о мифологии... Но это была реальность.
Теперь даже воздух здесь казался другим — насыщенным, электрическим, словно в нём постоянно что-то гудело. Вдалеке пролетали машины, удерживаемые в воздухе невидимыми силами, оставляя за собой лёгкое свечение. Поезда скользили без звука, будто разрезая пространство, а улицы освещались мягким неоном, отражающимся в стекле и металле.

Город дышал. Жил. И при этом казался чужим, почти враждебным для кого-то, вроде Кайла.

Гуляя с Тони по ночному городу, юноша постепенно ощущал, как страх отступает, растворяясь в прохладной темноте улиц. На душе становилось легче, будто тяжёлый груз медленно соскальзывал с плеч, а пережитые ужасы теряли остроту, превращаясь в глухое, далёкое эхо. Свежий ночной воздух мягко обдувал лицо, проникая в лёгкие, а ровный, чуть ощутимый стук сердца отдавался в груди спокойным ритмом.

— Может, опробуешь местную кухню? — предложил Тони.

— Звучит интересно, — ответил Кайл.

— Здесь неподалёку есть отличный ресторанчик, который, к нашему счастью, работает даже в такую глубокую ночь.

Когда Тони взял Кайла за руку и повёл его вперёд, тот не ожидал ничего особенного. Но стоило им остановиться, как Кайл замер, оглядываясь.

— Да ты издеваешься?.. — тяжело выдохнул он, будто отчитывая Тони, — Забегаловка точь-в-точь как в пригороде Нью-Йорка.

— Тут ты не прав, — с усмешкой ответил он. — Здесь гораздо вкуснее.

— А, ну это всё меняет, — с издёвкой проворчал Кайл, однако же последовал за парнем.

—  Не бубни. Давай закажем что-нибудь. Ты что будешь?

— Выбери на свой вкус.

Кайл прошёл между столиками. Пол слегка лип к подошвам, в воздухе витал запах масла, жареного теста и чего-то сладкого, приторного. Он сел, скользнув взглядом по залу.

«Ресторанчик… скорее дешёвый кафе-бар.»

Ждать  Тони пришлось недолго. Людей, а вернее, их подобий, здесь было немного — пространство не давило, не шумело, позволяя им провести время вдвоём. Он не хотел, чтобы их маленькое свидание заканчивалось.
Тони сел напротив и устремил на него взгляд — внимательный, тёплый, почти пронзающий. Казалось, ещё немного — и он не оторвётся вовсе.

— Ты в порядке? — насторожившись, спросил Кайл.

— Абсолютно. Мне нравится, как ты выглядишь в моей куртке. Она тебе очень идёт.

Юноша немного смутился, опустив глаза. Слабо улыбнувшись, тот пробубнил: «спасибо». Тони отмахнулся.

— Брось, тебе не за что меня благодарить. Это меньшее, что я могу для тебя сделать.

— Ваш заказ готов, — прозвучал голос официантки. Она так же, как практически все люди в этом мире, выглядела необычно. Её кожа отдавала болотным оттенком, она имела несколько рук, а на голове у неё росли рога. Девушка несколько равнодушно и лениво поставила заказ на стол и удалилась.

Кайл с интересом взглянул на выбор Тони.
Перед ним оказалась тарелка пасты с креветками и что-то вроде сладкого газированного напитка.

— Вау… как необычно, — протянул Кайл.

— А что ты ожидал?

— Ну… что-то особенное, экзотическое. Не знаю… например мясо дракона, язык единорога, печень динозавра.

— Ты живёшь в какой-то иллюзии, малыш. Драконов и единорогов не существует, — протянул Тони, приступая к еде.

Кайл наконец попробовал пасту. Текстура действительно отличалась от того, к чему он привык в прежней жизни. Он не мог определить, что именно было другим — то-ли лапша мягче, то ли соус пикантнее, но ему трапеза пришлась по вкусу.

— Ага, магия, какие-то тёмные рыцари и параллельные миры существуют, а лошадь с рогом и ящерица-переросток – нет? Слабо верится, — пробормотал он, прожёвывая. — Но лапша и правда неплохая.

— Если найдёшь хоть одного – обязательно мне покажи, — усмехнулся Тони.

Их, казалось бы, бессмысленная беседа затянулась. Они смеялись, шутили, просто были рядом — и время незаметно растворялось в этом тёплом моменте.
Кайл чувствовал, как усталость постепенно берёт своё, но упрямо держался, не желая прерывать это состояние.

— Я хочу показать тебе одно место. Пойдём, — улыбнулся Тони.

— Хорошо.

Юноша приподнял руку, созывая силу в кулак, но остановился, будто что-то вспомнив.

— Ты выдержишь ещё один телепорт? — настороженно спросил он.

— Думаю, да...

Дважды повторять было не нужно. Юноша взмахнул рукой и что-то прошептал. Тени вокруг начали медленно стекаться в центр, сгущаясь в плотную сферу. Воздух стал тяжёлым, вязким, растрепывая рыжие волосы Тони и тёмные кудри Кайла. В следующий миг они рванулись, разрывая пространство и открывая новые виды.

Тони протянул руку. Кайл, не раздумывая, вложил свою ладонь в его, зажмурился, и шагнул вперёд.

…

Он очутился в месте, которое узнал мгновенно. Утёс. Который он только что видел во сне.
Лицо Кайла побледнело. Дрожь пробежала по телу, доходя до кончиков пальцев.
Тони насторожился.

— Тебе плохо?

Кайл не видел его лица. Не слышал его слов.Он просто хотел уйти. Он... боялся.

— Давай уйдём... — одними губами прошептал юноша, не веря своим глазам, — Пожалуйста...

Он понимал, что Тони ни при чём, что тот не знал… но его тело не слушалось. Кайл стоял, словно вросший в землю, не в силах сделать шаг.

…

Он не понял, как оказался в комнате. Но теперь он был один.
Кайл протёр глаза, поднялся с кровати и направился в ванную, надеясь привести себя в порядок. Задумавшись, юноша не сразу заметил, что пришёл в ванную. А подняв взгляд... замер.

Смех вырвался резко, надломленно, будто внутри что-то окончательно треснуло. Он был хриплым, захлёбывающимся, неровным — переходил в судорожные вдохи, в сиплые звуки, в почти болезненные всхлипы… и снова в смех. Громче. Выше. Истеричнее.
Кайл согнулся, вцепившись пальцами в край раковины так, что побелели костяшки. Его трясло, плечи дёргались, дыхание сбивалось, а смех продолжал рваться наружу, чужой, неконтролируемый, почти пугающий его самого.
Слёзы текли по щекам, смешиваясь с этим безумным, рвущимся звуком.

«С вознесением, дитя короны» — красовалось на зеркале. Жирные буквы были обведены чем-то густым, темно-красным... Кровавым.

Потому что это…

Не могло быть правдой.

Смех сорвался в новый, болезненный всплеск. А в раковине…Лежал он. Тот самый терновый венок. С теми же шипами. Из его кошмара.
Руки потянулись к нему. Кайл зажмурился, готовясь вновь почувствовать боль... но ощутил лишь небольшое покалывание от шипов. Открыв глаза и взглянув на корону, юноша повертел её в руках, осматривая.

Почему всё так... реально?

В дверь постучали. Кайл не отреагировал. Он уставился на надпись, на венок в руках, на своё лицо... что во сне было так похоже, но казалось таким другим, чужим...

— Что опять произошло? — раздался раздражённый голос Джесс, — Сколько ты ещё будешь страдать тут?

Дверь распахнулась. Вошедшая девушка так же ненадолго застыла, увидев надпись. Переведя взгляд на Кайла и заметив в его руках корону, Джесс закрыла глаза рукой.

— Замечательно. Ну и долго это будет продолжаться? Сколько ещё проблем ты нам доставишь?

Кайл закрыл глаза. Голова закружилась, обида и раздражение затаились в груди. Джесс говорила что-то ещё, но из-за звона в ушах юноша ничего не слышал.

— А я хотел этого? — наконец, подал голос Кайл, чуть повернув голову в сторону девушки, — Я знал о Тёмном Рыцаре? О том, что вы втроём любите играть в героев и обладаете какой-то непонятной силой? Кто-нибудь из вас мне хоть что-нибудь объяснил?

Юноша отшвырнул корону прочь. Та со звоном упала куда-то на пол. Сейчас до неё не было кому-то дела.

— Да, я слаб. Но уж простите, что у обычного студента с обычной жизнью нет сил, чтобы по щелчку пальцев принять то, что вы принимали и знали годами.

Разум Кайла будто затуманился. Он не хотел грубить, даже если какие-то слова его задевали... Но он был прав: Кайл всего лишь молодой парнишка, который старался лишь помочь матери с деньгами, хорошо отучиться и как-то жить дальше... Он не имел сил и не мог им помочь. Он не заслужил обвинений в свою сторону.

Джесс замерла, но сдаваться не собиралась. Она хотела что-то ответить, но вмешался Тони, появившийся из ниоткуда.

— Что у вас произошло? — немного устало спросил он. Переведя взгляд на зеркало... юноша присвистнул, — Матерь божья...

Кайл прикрыл глаза и потер виски. Протиснувшись между Джесс и Тони, юноша ушёл прочь, оставив их вдвоём.