Пролог

Участник номер 3

— Вы ознакомились с договором и правилами?

Я кивнул, как от меня и ожидали. Взял толстую папку и машинально пролистал первые страницы, которые за последние дни уже успел выучить почти наизусть.

Директор, сидевший напротив, поднял на меня взгляд.

— Всё понятно? Вопросы остались?

— Вроде нет. Всё, что интересовало, я уже спросил. Ответы получил.

Я невольно улыбнулся. Мужчина остался таким же невозмутимым.

— Тогда повторите основные правила.

Я тихо хмыкнул.

Найти любовь за десять дней?

За всю жизнь не получилось, а тут — десять дней. Но правила устанавливаю не я.

Я перевернул страницу. Кивнул на черные строчки.

— Съёмка ведётся круглосуточно. Камеры установлены во всех общих помещениях и спальнях. Микрофон необходимо носить постоянно.

Перелистнул ещё страницу.

— Телефоны, ноутбуки, часы если с доступом в интернет и любые средства связи с внешним миром сдаются организаторам до начала проекта. Связь возможна только через команду в экстренных случаях.

Ещё одна строка.

— Запрещено обсуждать возраст, профессию, уровень дохода и место работы до соответствующего этапа шоу. Нельзя заранее договариваться о развитии отношений или пытаться повлиять на ход съёмок.

Я усмехнулся.

— Камеры даже в ванной.

Поднял взгляд.

— А в туалете? Или это уже никак не влияет на поиск любви?

Директор даже не моргнул.

Его помощница — женщина лет пятидесяти — тоже осталась совершенно серьёзной.

— Нет, — спокойно ответила она. — Камер в туалете нет. Это единственное место, где сохраняется приватность. Однако микрофон необходимо носить постоянно, за исключением времени, когда этого требуют правила проекта.

— Да уж... — пробормотал я. — Тогда с горохом придётся быть осторожнее.

Помощница вопросительно подняла брови.

— Простите?

Я невинно улыбнулся.

— Ничего. Уже думаю, чем меня будут кормить.

Она лишь коротко кивнула.

Директор по-прежнему сидел с абсолютно невозмутимым лицом.

Похоже, чувство юмора здесь не входило в список обязательных качеств.

Я снова опустил взгляд в договор.

— Десять дней мы живём в одном доме. Общаемся между собой, ходим на свидания, можем флиртовать... Разговоры должны способствовать теме знакомства и развитию отношений.

Я перелистнул страницу.

— А политика? Религия? Можно спорить?

— Не рекомендуется, — спокойно ответил директор. — Любые темы, способные вызвать серьёзный конфликт, лучше избегать. Говорите о себе. О своих увлечениях, семье, прошлом опыте отношений, музыке, фильмах, путешествиях, домашних животных. Познавайте друг друга, а не пытайтесь кого-то переубедить.

— Понял.

— Это важно, — добавила помощница. — Вы приехали сюда не выигрывать спор, а найти любовь.

Слово «любовь» она произнесла с таким невозмутимым выражением лица, что я едва сдержал смешок.

— Ещё бы, — не удержался я.

Женщина обменялась взглядом с директором. Похоже, на этом вопросы не заканчивались.

— Ещё один важный пункт, — произнесла она. — До выхода шоу вам запрещено разглашать не только его результаты, но и сам факт участия. За нарушение предусмотрен крупный штраф.

Она перевернула страницу.

— Вы уже предупредили близких, что вас не будет десять дней? Что сказали на работе?

Я хмыкнул.

— Как будто кто-то вообще заметит, что меня нет десять дней.

Директор снова даже бровью не повёл. Женщина нахмурилась выжидающе смотря на меня.

— На работе взял отпуск, — уже спокойно ответил я. — Друзьям... не до меня. В соцсетях я почти не появляюсь. Никто ничего не заподозрит.

Они переглянулись, после чего женщина сделала короткую пометку в папке.

Я поставил подпись под договором о неразглашении и невольно задержал взгляд на сумме гонорара.

Вот она — моя главная мотивация на ближайшие десять дней.

— И последнее.

— Что ещё? — спросил я.

— У шоу рейтинг «13+». Надеюсь, вы понимаете, что это означает.

Я едва сдержал смешок.

Неужели они всерьёз думают, что мы настолько воспылаем чувствами, что перестанем себя контролировать?

И полезем друг к другу прямо перед камерами?

— Без проблем, — пожал я плечами. — Я вообще за поцелуи только после свадьбы. А за секс — исключительно после рождения детей.

Помощница едва заметно улыбнулась уголком губ.

— Да, это он, — тихо сказала она директору. — Мы не ошиблись.

— В каком смысле? — приподнял я бровь.

— Мы взяли вас в том числе из-за вашего... своеобразного чувства юмора. Такие участники нравятся зрителям.

Я театрально приложил ладонь к груди и слегка поклонился.

— Польщён.

— Хорошо, — невозмутимо ответил директор.

Я поставил последнюю подпись. Мы обменялись рукопожатиями.

Директор поднялся из-за стола и молча вышел.

Помощница закрыла папку с документами.

— Первый съёмочный день через две недели. Будьте готовы.

— Постараюсь не подвести, — шутливо отрапортовал я.

Женщина лишь покачала головой.

— За день до начала съёмок будет обязательный инструктаж. Вам покажут, как работать с микрофонами, расскажут, где можно находиться, а где нельзя, и ещё раз объяснят правила поведения перед камерами.

— Понял. Видимо, одной только стопки документов вам всё-таки оказалось мало.

Помощница пропустила шутку мимо ушей.

— Именно.

Она коротко кивнула и направилась к двери.

Вот и всё.

Назад дороги уже не было.

Я вышел в коридор, засунув руки в карманы брюк.

На секунду остановился у зеркала, поправил воротник рубашки и посмотрел на своё отражение.

Довольно приподнял одну бровь.

Мимо прошёл кто-то из сотрудников и с любопытством покосился в мою сторону.

Я улыбнулся ему вслед.

Развернулся.

Двери лифта бесшумно открылись.

Съёмки начинались через две недели.

Десять дней.

Этого более чем достаточно, чтобы заработать деньги.