Первая Глава - «Грех в виде любви»

Первая глава
────────────────────
෴

⚘₊˚෴𖥧𖤣𖥧෴˚₊𖥧෴⚘₊˚෴𖥧𖤣𖥧෴˚₊𖥧෴

Металлические оковы впились в посиневшую пленку кожи. Ариэль ещё не чувствовал ничего подобного.

Стоя перед небесным судом, ожидание нескончаемым зудом царапало внутри нервы. Грудную клетку сковало напряжение. Впрочем, чувство такое, как и трепет перед существом чье присутствие тащило скрываемое вожделение.

Он стоял там, покрытый пеленой тени от высокой, уходящей в небо колонны. От его вида опухшие под оковами запястья дернулись от подступающего зуда. Из-за чего звук цепей прорубил шепот скрытых на балконах свидетелей.

На самом высоком балконе, из начищенного мрамора, на свет появилось шестикрылое существо, чьи крылья скрывали лик. Высший чин Небес - Серафим. Жуткое создание от которого у Ариэля пропадало всякое желание противиться приговору который должен быть оглашён с минуты на минуту.

Шестикрылое нечто всегда вбивало в голову своим голосом, подобному грозам, о том, как важно не нарушать Небесный устав. До сих пор от шороха крыльев существа у Ариэля начинали болеть ушные перепонки.

На балконе ниже расположился один из Херувимов уже держа в руках блестящий свиток.
Ангел, стоящий в оковах не мог не поглядывать на того из-за кого это все началось. Архангел Михаил - тот на кого чистая, ангельская кровь в организме Ариэля приливала не в то место куда стоило. Точно не в голову которой он должен был сто раз подумать перед тем, как срывать для война целый букет ароматных лилий. Всё таки это были цветы с хрупкими лепестками, но Ариэль поздно понял, что их искренность несовместима с доспехами пропитанной грешной кровью.

На одно мгновение взгляд Михаила встретился с уже блестевшими от непролитых слез глазами Ариэля, но Архангел разбил этот момент отведя взгляд. Было даже с такого расстояния заметно, как сильно сжалась его челюсть что, казалось, божественный фарфор этих зубов сейчас треснет.

Наконец заведение началось как только Херувим раскрыл свиток:

- Внимание, - произнёс Херувим - Заслушивается дело младшего Вестника Третьего Небесного Сектора. Обвинение выдвинуто Высшей Инспекцией Небес.

За спиной ангела мышцы крыльев напряглись. Он едва себя сдерживал чтобы прямо здесь не разрыдаться перед заседанием. Такого позора он не вынесет перед столь высшими чинами. Всё, что ему оставалось так это тихо шмыгнуть носом проглатывая свои чувства.

- Подсудимый, - продолжил Херувим - Согласно протоколу, в дежурные сутки отклонялся от выполнения своих обязанностей. Вместо излияния высшей универсальной регламентированной любви на всё творения Господне, вы сфокусировали всю свою сто процентную любовь к одному объекту. А именно к Архангелу Михаилу.

Так называемый чистый воин и Архангел после произнесённых слов мог только бросить полный раздражения взгляд на Ариэля. Даже не в лицо, а на тускнеющий с каждой минутой нимб над головой ангела. Сто процентов раздражения отражалось в его начищенных латах, как и сто процентов любви во взгляде Ариэля.

- Более того, - протянув слова с таким наслаждением, Херувим продолжил чтение протокола - вы совершили грубейший акт нарушения небесной субординации, заявив вышеназванному объекту о своей... "симпатии". И, что ещё больше отяжествляет ваш поступок, так это проникновение в Оружейную Палату и поместили в ножны Священного Меча Возмездия ровно четыре дикорастущей лилии которую вы вырвали из пруда неподалёку. Вдобавок добавив внутрь ещё пять разновидностей редких райских полевых цветов которые вы так же бессовестно сорвали.

- Они были красивые! - не выдержал Ариэль, всхлипывая и едва сдерживая слезы. - И пахли хорошо! Я со всей... любовью подарил эти прекрасные цветы. Я просто хотел чтобы Миша... чтобы товарищ Архангел улыбнулся когда снова будет резать демонов! Он всегда ходит с грустной миной!

- Молчать, - заткнул ангела Серафим. От вибрации пламенного голоса у Ариэля в левом ухе что-то лопнуло. - Рай - это идеальная, вечная песнь. Каждое существо это нота в божественном хоре. Твоя же нота, вестник, звучала фальшиво. Гордыня и личные привязанности - это удел смертных земных существ. Ты очеловечился, тем самым нарушив идеальную симфонию!

- Но я же просто люблю! - посмел возразить Ариэль даже если внутри ком страха не проходил. Он посмотрел на балкон куда падала тень от высокой колоны. Туда, где сидел Михаил - Миш, ну, скажи им! Я же просто тебе предложил вместе патрулировать! А ты меня сразу Властям сдал! Мы же могли...

Михаил наконец медленно повернул голову смотря прямо на дрожащее от всхлипываний создание.

- Параграф Четыре Устава Небесного Воинства - прервав ангела произнёс сухо Михаил - Совместное патрулирование формируется штабом согласно графику дежурств. Личные инициативы недопустимы. Твои цветы заклинили механизм фиксации гарды. Это ЧП.

- Ты сухарь! - разрыдался ангелочек потирая нос рукавом своей туники - Причем самый настоящий военный сухарь! Я к тебе со всей своей любовью, а ты мне про гарду!

Серафим слегка колыхнул своими массивными крыльями призывая всех к тишине.

- Суд выносит вердикт - бездушно провозгласил Серафим - За утрату божественной фокусировки и подрыву порядка ангельской структуры, ты временно лишаешься права находиться в раю. Так же приказываю лишить Вестника Ариэля возможности использования способности к полёту.

Херувим закрутил свиток с протоколом в начальное положение.

- Ты будешь сослан на Землю - отметив на краю свитка сказал Херувим - Твоя задача будет исцелить свою сущность, помогая другим живым существам. Забота и труд - лучший путь исцеления разума. Срок ссылки - до полного исправления. Привести к исполнению.

Ариэль возмущенно смотрел то на безэмоциональное лицо херувима за которым явно было какое то наслаждение, то на пернатого Серафима.

- Ну и ладно! - крикнул он напоследок - И сидите тут в своём чистом раю! Сами псалмы пойте! А я найду того кто оценит мои цветы, а вы потом будете плакать, что меня выгнали!

С этими словами Ариэль уже хотел отвернуться, с яростью и гордостью шагнуть в облака, но лязг натянутых цепей заставило его остановиться.

- Что... Почему они еще на мне? Разве процедура исполнения еще не завершилась? - устало спросил Ариэль глядя на Херувима.

- Нет, вестник, ещё не завершена. - спокойно объяснил Херувим - Прошу исполнить приказ о лишении способности к полёту.

Из-за противоположных друг-другу колонн вышли безликие, белые существа. Ангел понял, что сейчас произойдет. Самое страшное о чем он не мог подумать, что именно это случиться с ним.
Как только двое исполнителей уже оказались в метре от него, Ариэль попятился назад. Кандалы остановили его не давая сделать шагу, они только сильнее обхватили его запястья застаивая кровь в руках.

Ариэль испуганно моргнул желая чтобы это был кошмар. Надеялся, что это не по-настоящему. Его зрачки сузились от подступающего по венам, как лёд ужаса.

- Вы чего? Я же просто... я же просто цветы положил! Ну, хотите я так больше не буду! Никогда! Честное слово!

- Для пребывания в нижнем мире крылья тебе не понадобятся - безэмоционально сказал Серафим.

Один из Исполнителей резко дернул за цепи прикованные к оковам ангела. Второй со спины навалился на Ариэля заставив колени почувствовать холодный прием мраморного пола. Из ножен с тихим лязгом вынырнули сверкающие кинжалы. Профессиональные, заточенные специально для холодного подрезания крыльев.
Ариэль дернулся в сторону пытаясь сбросить хватку на его плечах, а крылья... О, эти белоснежные, пушистые крылья которыми так гордился Ариэль беспомощно ударялись об воздух. Они слишком слабые - как те лилии, что он дарил.

-НЕ ТРОГАЙТЕ! ПОЖАЛУЙСТА НЕ НАДО! - срываясь на хрип кричал Ариэль - МИША, ПРОШУ, ПОЩАДИ! Я ВСЁ ОТДАМ, ПРОШУ! Я БОЛЬШЕ ТАК НЕ БУДУ!

Дорожки слез проходили трещинами по мягким щекам ангела. Позади Исполнитель поднёс лезвие кинжала к основанию крыльев. Ариэль дернулся от холода небесного металла задыхаясь от слез. Вот сейчас. Сейчас лезвие прорежет его шёлковую нетронутую кожу.
Он бился на месте как дикий зверь которого вот вот должны выпотрошить.

- Миша, пожалуйста! Скажи им прекратить...- последняя мольба слетела с губ ангела когда лезвие прошло точно под податливой кожей правого крыла. По телу прошла волна, холодной пленки онемения. Туника окрасилась в венозный красный цвет бурлящей фонтаном крови из разреза. Лезвие точно и четко рассекло вену проходящую под кожей. Девственность белого цвета туники опорочилась скопившейся кровью из крыльев. Это настоящая любовь!
Ариэль точно чувствовал как лезвие резало слой за слоем кожу, мышцы плавно переходя к сухожилию.

Боль сложила ангела на мраморном полу. Пальцы впились в камень от ледяной, но в то же время переходящей в огненную боль. Он уже не мог кричать, из рта только слетал хриплый, задыхающийся стон. Боже, закончи страдания.
Крылья по обе стороны упали как две рухляди едва удерживаясь за хлипкое мяса в измождении.
В теле Ариэля тихо угасала чистая энергия.

Двое исполнителей подхватили его под мышки таща к краю. За его безвольным телом по мраморному полу тянулась алая тропа по которой проходит в одиночестве страдания только он.
Позади показался оборванный край раздробленного камня, где внизу сгущался водоворот облаков. Последнее что почувствовал Ариэль так это толчок вниз, а затем свист ветра и шорох пропитанной кровью туники. Вот как избавляются от тех кто показал слабость на небесах.

По краям зрения постепенно затягивалось чёрной дымкой.
Даже несмотря на поглощающий разум туман после перекрытого в лёгких кислорода, Ариэль, не мог забыть тот момент когда простой букет из лилий рухнул на него тяжестью креста Христова.
Всего несколько суток назад, то мгновенние, казалось таким правильным, чистым и до невозможнсти приятным. Он тогда думал, что душа его пела, что он нашел того кто разделит его сорванный букет. Это было смело даже для него.

Все ангелы были неженками по мнению Ариэля. Как пугливые овцы они разбегались при виде волка в лице уважаемого всеми Михаила. Только Ариэль попытал удачу и заплатил сполна так, что любой другой ещё тысячу лет подумает перед тем как проявить слабость перед тем кто не показывает её.

От волнения перья на его девственных, ещё неокрепших за столетия крыльях стояли дыбом от мысли так близко подойти к волку. Нимб горел, пылал от сдерживаемых чувств внутри обещавших разорвать Ариэля медленно, по каждому лоскутку его кожи, мыщц и нервов. Он дал волю этом, очеловечился настолько, что вся его любовь была присвоена одному Архангелу.

И вот двери распахнулись, как четко помнит эту секунду Ариэль. Из Палаты вышел Михаил. Только что вернулся из очередного похода на границе с Преисподней. Доспехи были покрыты нечистой кровью адских тварей. Вся ненависть горящих в Преисподне грешников заставляла невинный небесный камень в помещении тускнеть. Он шёл размашистым, тяжёлым шагом, на лице было всё то же выражение лица которое как казалось Ариэлю скорее было полно усталости. Все ангелы это видели, просто никто не хотел называть вещи своими именами.
Ариэль сглотнул, зажмурился и буквально вывалился из-за колонны прямо под ноги великому полководцу, выставив букет вперед, словно щит.

- Товарищ Архангел! Миша! - пискнул он, чувствуя как щеки залило горячей кровью - Это тебе! Ты такой крутой, когда демонов рубишь...! И крылья у тебя самые пушистые в гарнизоне! Ты мне очень нравишься... Давай патрулировать вместе? Всегда!

Наступила мертвая, оглушительная тишина. Михаил резко затормозил. Его латная рукавица, рефлекторно легшая на рукоять меча, замерла. На его безупречном лице не дрогнул ни один мускул - великий воин сверху вниз разглядывал это крылатое недоразумение. Обычный ангел на его месте уже умер бы от взгляда, но Михаил был частью Небесной Системы. В его глазах было видно, как та самая система безотказно работающая на протяжении веков дала сбой.

- Лилии? - сухо сказал Михаил, осторожно, двумя пальцами перехватывая стебли будто перед ним была бомба которая должна рвануть прямо сейчас - Тактическое использование флоры в боевом снаряжении не предусмотрено регламентом. Возвращайся на пост, вестник. И прекрати нарушать субординацию.

Он обошёл замершего ангелочка и пошел дальше, даже не обернувшись назад. За ним так же и тянулся металлический привкус крови вместо хрупких лилий предложенных так невинно. Ариэль тогда остался стоять один, смотря на природные трещины мрамора прикусив губу. "Нельзя по регламенту" - мысль, с точностью заразной иглы прокалывающей кожу уселась в нём как зараза. Вместо горечи внутри разгорелась все та же искра неповиновения.

Именно поэтому через полчаса, когда Михаил оставил оружие в оружейной перед совещанием, Ариэль тайно пробрался туда. На цыпочках, сдерживая дыхание, он подошел к великому Мечу Возмездия и с тихим, мстительным триумфом запихал три самые жирные, пахучие лилии прямо внутрь ножен, поглубже к гарде. Он глупо хихикал, представляя, как Михаил в следующем бою пафосно выхватит клинок, а во все стороны полетят романтичные белые лепестки...

Треск дробленых об металл костей под пленкой кожи точно отдался хрустом в черепе Ариэля. Губы приоткрылись в попытке сделать вдох порванными легкими. Тело медленно, скользя на собственной крови скатилось по рваным краям пробоины и исчезло внутри бездны.