10

Мако всё ещё держал Ицуки за ворот так, будто выбирал - ударить его об стену сейчас или всё-таки послушать старика.

Ицуки же выглядел возмутительно спокойным.

- Мако, - лениво протянул он. - Я сейчас даже разговаривать с тобой не хочу. У меня дела.

Повисла тишина.

Опасная.

Очень.

Мако медленно моргнул.

- ...дела?

- М-м.

- ДЕЛА?!

Кажется, ещё секунда - и Ицуки бы красиво впечатался в потолок.

Сакэтаро вовремя рявкнул:

- Да отпусти ты его, медведь бешеный!

Мако раздражённо поставил Ицуки обратно на пол.

Тот поправил шляпу так невозмутимо, будто его сейчас не пытались убить.

- Спасибо.

- Я тебя ненавижу.

- Взаимно, солнышко.

- НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ-

- Ой... - вдруг пробормотал Сакэтаро.

Все обернулись.

Старик побледнел и тяжело опустился обратно.

- Чё-то... плоховато...

Вот теперь даже Ицуки перестал язвить.

Ну почти.

Мако мгновенно оказался рядом и помог старику дойти до кровати.

Уложил осторожно. Слишком осторожно для человека, который пять минут назад был готов кого-то придушить.

Ицуки стоял рядом, сунув руки в карманы.

- Скорую вызвать?

- Не надо, - хрипло ответил Сакэтаро. - Не люблю я этих...

- Они тоже тебя не любят, - заметил Ицуки.

- Вот видишь. Взаимно.

Мако поморщился.

В комнате слишком сильно пахло алкоголем.

- Я выйду, - буркнул он и ушёл на улицу.

На пару минут стало тихо.

Старик лежал, тяжело дыша.

Ицуки наконец спросил:

- Что случилось?

Сакэтаро отвернулся.

И... кажется, даже покраснел.

Очень странное зрелище.

Потому что это был человек, который однажды пьяный угрожал министру топором.

- Старик?

Тот помолчал.

Он прекрасно понимал, что умирает.

Сердце давно уже сдавало.

Организм держался исключительно на алкоголе, упрямстве и плохом характере.

Но вслух говорить это не хотелось.

Поэтому вместо нормального ответа Сакэтаро пробормотал:

- Подойди ближе... На ухо кое-что скажу...

Ицуки подозрительно прищурился.

Но всё-таки подошёл.

Наклонился.

И-

Тычок.

Точно в нужную точку.

Секунда.

Ицуки просто выключился.

Как лампочка.

Сакэтаро тихо захрипел от смеха:

- Всё ещё ведётся... мелкий...

---

- ЭЙ.

Кто-то тряс его за плечо.

- Проснись уже!

Ицуки медленно открыл глаза.

Башка болела.

Шея болела.

Весь мир раздражал.

Мако сидел рядом с лицом человека, который за последний час морально постарел лет на двадцать.

Ицуки сонно поднял взгляд.

Сакэтаро лежал на кровати неподвижно.

Одна рука всё ещё лежала у Ицуки на голове.

Будто старик перед смертью просто решил:

"Ну пусть мелкий поспит".

- А... - тихо протянул Ицуки. - Сдох, значит.

Мако уставился на него с ужасом.

- Ты... ты вообще нормальный?!

- Нет.

- ОН УМЕР!

- Вижу.

Ицуки спокойно убрал руку старика со своей головы и поднялся.

Без истерики.

Без трагедии.

Просто устало.

- Похорони его нормально, - сказал он Мако. - У тебя лучше получится.

- ЧТО?!

- Я устал. Уже вечер. Домой хочу.

Мако аж задохнулся от возмущения.

- ТЫ... ТЫ ПРОСТО УЙДЁШЬ?!

- М-м.

- ДА Я ТЕБЯ-

Он снова схватил Ицуки за ворот.

Почти придушил.

Опять.

А Ицуки смотрел на него сонными глазами человека, которого сейчас больше волнует подушка, чем чужая агрессия.

- Мако... - лениво прохрипел он. - Ты очень эмоциональный... Это вредно для кожи...