Глава 14. Величайшее бедствие пожалел уже дважды

Через час, как и договаривались, перерожденный лорд и величайшее бедствие спустились в холл, где их уже ждал Фэй Мо. На самом деле, он стоял здесь последние сорок минут, поскольку собирать ему было попросту нечего. Не имея за спиной ни гроша, он взял последние пожитки в небольшую сумку, которую перекинул через плечо.

- Я могу убрать твои вещи в пространственное кольцо, - глядя на молодого человека, произнес Тао Донг, - так будет сподручнее.

- Не стоит беспокоится, - низко поклонился Фэй Мо, - ноша моя не тяжела, лишь вещи первой необходимости.

- Как хочешь, - не стал уговаривать его Тао Донг, но в то же время мужчина бросил короткий взгляд на другого человека рядом. До сих пор он не припоминал, чтобы у Чи Лао была хотя бы одна вещь, но у него всегда все есть. Значит он уже использует какой-то пространственный амулет?

Но на сей раз бедствие не заметил, как в очередной раз просчитался относительно наблюдательности перерожденного лорда и допустил ошибку. Он все еще оценивал, насколько полезным может оказаться новый попутчик, и не ошибся ли он с решением. Хозяин постоялого двора совершенно никак не отреагировал на то, что гости отняли у него сотрудника, поскольку мальчишка для него был просто проходящим человеком, которому он дал работу. Уже к обеду он найдет нового сотрудника, поскольку приезжих бедняков, готовых вкалывать за гроши, становилось с каждым днем все больше. Поэтому он равнодушно смотрел на то, как гости уходят с его бывшим сотрудником, и в его глазах не отразилось ни одной эмоции кроме скуки.

Зато Фэй Мо едва сдерживал чувства, стараясь вести себя скромно. Когда он снял одежду слуги и переоделся в свою собственную, стало понятно, что мальчишка не такой уж и хилый, просто одежда ему была сильно велика. Тем ни менее он был очень аккуратен, даже длинные волосы были в опрятном состоянии и собраны в скромный пучок. Кожа его уже посмуглела от работы на улице, но в силу того, что по большей части он все равно находился в гостинице, она все еще была достаточно светлой в сравнении с рыбаками и прочими трудящимися.

- Для начала решим вопрос с одеждой, - объявил Чи Лао, когда к ним вывели лошадей, - затем нам понадобится перейти через мост и выйти к восточным воротам.

- Господин хочет приобрести изысканную одежду или простую? – тут же учтиво спросил Фэй Мо чуть склонив голову, - этому слуге известны магазины, удовлетворяющие вашему вкусу на пути к Восточным воротам, чтобы зайти в них.

Когда он закончил свою речь, Чи Лао прищурился, но ответил ему горный лорд.

- Простую, - уже привычно улыбнулся Тао Донг, - ни к чему тратиться на шелка, покуда ночевать нам под небом. Простая одежда более прочная.

- В таком случае, следуйте за мной, - с воодушевлением, что так скоро смог пригодиться, Фэй Мо повел совершенствующихся по городу. Чи Лао же смотрел на него и думал о том, что этот человек уже начал его раздражать, но почему не понимал. Наверное, потому что Тао Донг улыбается так довольно и скромно, словно в действительности обзавелся первым в своей жизни учеником.

Точно море, этот человек был мягким лелеющим приливом, с совершенно ровной морской гладью, сияющей в лучах полуденного солнца, так и неистовым штормом. На пике же Чи Лао видел его всегда таинственным и спокойным, без тени улыбки на лице, а в последний раз тем самым штормом, что был готов обрушить свою сокрушительную мощь на врага, дабы всех спасти. Впрочем, это все еще был не «девятый вал» на который, очевидно, был способен этот человек. Теперь Чи Лао это будто чувствовал. Но сейчас, он все время улыбается, как будто человек на пике и сейчас братья близнецы совершенно отличные друг от друга по характеру! Ладно Чи Лао, но почему этот человек так воодушевлен появлением в их дуэте третьего инструмента?! Как же раздражает.

Раздражает, когда Тао Донг с легкостью согласился на серые грозовые одеяния с облаками, соглашаясь на слова этого Фэй Мо, что они ему идут, а ведь Чи Лао был первым, кто сказал об этом! Ладно, второй. Тао Донг желал и для своих двух попутчиков купить новый комплект, но оба отказались, ссылаясь, что у них всего достаточно, а нести лишнее в их положении не слишком удобно. Да, у них теперь были лошади, но теперь их трое, а значит лошадям и так придется трудно. Даже на аргумент, что у Тао Донга есть пространственное кольцо, оба новых попутчика уперлись лбами. В конце концов по-настоящему нуждался в новой одежде именно Тао Донг, который пожертвовал своими сбережениями ранее.

- Господин, осмелюсь предложить Вам еще одну вещь, - скромно произнес Фэй Мо, - почему бы не приобрести шляпу с вуалью? Ваша кожа такая белая, она может обгореть на восточном солнце.

- А моя, значит, не может? – проворчал Чи Лао.

- Ваша немного смуглее от природы, такой тон кожи менее подвержен загару. К тому же, очевидно легкий загар у Вас уже имеется, а господин проводил времени на солнце меньше.

И с этим сложно было не согласиться, ведь половину жизни Тао Донг провел в затворничестве, тогда как Чи Лао усердно трудился под палящим солнцем, будь то дежурство или тренировка.

- Ну, значит моя кожа тоже потемнеет, как у простых людей, - с легкой ностальгией произнес Тао Донг, но прежде чем он закончил, Чи Лао уже нацепил ему на голову плетенную шляпу с вуалью.

- Вот еще, - строго сказал молодой человек, - не хочу смотреть на твое обугленное лицо из-за жаркого солнца. К тому же, пусть ты и ушел из школы, но все еще выглядишь как благородный господин, что нам крайне полезно в дороге. Знаешь ли, бродяг в мире не слишком жалуют. К тому же тебя могут узнать. Так что извольте потрудиться, носить шляпу.

«А заодно наконец-то спрячешь свое красивое лицо, притягивающее внимание, а заодно неприятности»: добавил про себя Чи Лао, которому изрядно надоело, что окружение летит к Тао Донгу как мотыльки на свет, а в итоге им приходится решать множество лишних чужих проблем.

- Кхм, ну раз вы так настойчивы, - ответил Тао Донг. На самом деле он не слишком беспокоился о белизне кожи, и не собирался ни от кого скрываться, но если об этом его так просят, ему не составит труда просто поносить эту шляпу.

Теперь в серых одеяниях с облаками и шляпе с шелковой вуалью, он будто полностью преобразился для окружающих, став казаться более утонченным и серьезным. Неизменная палка, что заменяла ему меч не придавала страннику слабости, а напротив заставляла увидеть в стройной, но крепкой фигуре загадочный силуэт. Чи Лао уже успел смириться, что его никто не воспринимает вровень с Тао Донгом, но таким образом он улучшил свое положение до «ученика», чтобы не считаться слугой. Подозревал ли о его коварстве сам лорд? Во всяком случае, он не торопился ему мешать в этом. Что до Фэй Мо, он сам вызвался быть слугой, но все сразу стали считать его никем иным, как учеником совершенствующегося, а потому юноша сразу сыскал уважение у продавцов. Это не могло не раздражать вечно невезучего Чи Лао, которому казалось, что он слепнет от блеска этих двоих. Да без него бы один ходил кругами вокруг собственной школы, а второй бы остался прислуживать в гостинице! 

Впрочем, в сравнении с пиком, Чи Лао с каждым днем все больше нравилось это странное путешествие. Он планировал издеваться над Тао Донгом, доводить его до крайности, запугивать, привести его душу в смятение, но этот человек был просто непроходимым дураком, который принимал все его пакости с мягкой улыбкой и восхищался каждым событием. Кроме одного, о котором они оба предпочли бы забыть, и тем ни менее. А этот мальчишка оказался действительно смышленым и способным, очень быстро став полезным. Он не любезничал чрезмерно, говорил по существу и всегда учтиво даже в отношении Чи Лао, вовремя предлагал свою помощь и не мешался под ногами, когда был не нужен. Он даже не настаивал на приобретении третьей лошади ли хотя бы осла, просто идя рядом с путниками. Впрочем, Тао Донг спустился с кобылы тоже, предложив ехать на ней по очереди.

- Не стоит, господин, я вынослив и выдержу долгий путь, - все с той же учтивостью отвечал Фэй Мо, не позволяя сомневаться в своей искренности.

Чи Лао же сидя на своей лошади скрипел зубами от возникшей слащавости. Как же раздражает!

К вечеру они не успели добраться до следующего города и были вынуждены остановиться в пути возле реки. Но Фэй Мо очень быстро сориентировался на месте и организовал для них отдых. Неизвестно как, он поставил целую палатку, разжег кострище и наловил рыбы. Пока Чи Лао скрипел зубами, а Тао Донг молча восхищался, он успел собрать травы и приготовил в общей сложности три блюда! Притом, надо признать, восхитительных блюда. Тао Донг вкушал с наслаждением каждый кусочек, а Чи Лао мрачно смотрел на миску в своих руках, думая о том, что подобранный им Фэй Мо слишком хорош. И почему этот дурень так улыбается этому блюду?! Это Величайшее Бедствие пробовал блюда получше!

Тем временем Фэй Мо успел привести в порядок лошадей, и кобылица Чи Лао отдала ему свое сердце. Только когда все дела были улажены, Фэй Мо присел поесть, но Чи Лао уже прожигал взглядом этого ничего не подозревающего старательного юношу.

- Очень вкусно, твои руки – золото, - искренне похвалил Тао Донг, наслаждаясь трапезой.

«Так давай отрубим и продадим их»: мысленно ворчал Чи Лао, но на его лице не отразилось ни единой грозной мысли.

- Спасибо, господин, - с стеснением ответил Фэй Мо, - я рад, что моя стряпня пришлась Вам по вкусу.

«Удавите меня, я не хочу это больше слушать»: фыркнул Чи Лао, едва не сломав пополам палочки для еды пальцами.

- Может для Вас, господин, не слишком терпко? – теперь уже обратился Фэй Мо со всей искренностью к Чи Лао, - я оставил немного специй, может добавить их побольше?

От этой всепоглощающей искренности Чи Лао был готов взвыть. И почему, когда всю прошлую жизнь его окружали лицемеры и лжецы, именно сейчас концентрация добродушных дураков без тени на душе была так велика?! Небеса решили таким образом его помучить?

- Нет, нормально, - тем временем ответил Чи Лао. На самом деле, блюда действительно были хороши и придраться было не к чему.

Ночью Чи Лао и Фэй Мо отправились в палатку, тогда как Тао Донг отказался, ведь он все равно ночами предпочитает медитацию. Но этот юноша даже спал праведно и спокойно, практически не шевелясь, чем наоборот злил не в состоянии уснуть Чи Лао. В конечном итоге, он хотел выйти из палатки и взглянуть на медитацию Тао Донга, но неожиданно обнаружил, что тот все еще в сознании.

Сейчас Тао Донг снял шляпу, ведь солнце не грозилось обжечь его бледную кожу, а темно-серые глаза устремились в небо, где мерцали равнодушные холодные звезды. Ночной ветер иногда подхватывал выбившиеся пряди волос мужчины, создавая странную иллюзию движения, но на самом деле тот сидел неподвижно глядя в бескрайнее небо, а на его лице более не было той непринужденной дневной улыбки.

- Учитель, - вдруг тихо произнес мужчина и его голос точно музыка разлился по сонному лесу и ударился о водную гладь, - представляешь... Кажется у меня самого появился ученик.

Сердце Чи Лао замерло. Этот человек смотрел в небо и разговаривал с тем, кто остался только в его сердце. Когда-то Чи Лао так же обращался к собственному, чтобы поговорить с тем, кого больше нет. В конечном итоге, будучи в постоянной изоляции от внешнего мира, Тао Донг скучал хоть по кому-то в этом мире кроме своего учителя?

- Но я не смогу его ничему научить, - шепнул Тао Донг, - он не поклонился мне.

Тишина была ему ответом, но лорд и не ждал, что будет иначе. Он понимал, что может вести лишь монолог, а ответы придется искать в своей душе самому.

- Но, у меня все равно появился ученик. Как мне следует поступить? Я, кажется, растерян. И рад.

На задумчивом лице появилась невесомая скромная улыбка, а ресницы скрыли темные глаза. Чи Лао должно было сложно понять чувства этого лорда, но отчего-то он их понимал. Оттого ему не хотелось нарушать чужой монолог, и молодой человек просто продолжал смотреть на переродившегося лорда, окутанного лунным светом.