Начало кошмара (2)

Первые недели пролетели совсем незаметно.

Оказалось, что учёба даётся мне очень легко. Буквы складывались в слова, а слова — в предложения. Цифры послушно ложились в столбики. Мария Степановна так и хвалила меня. Ставила отличные оценки, ставила в пример всему моему классу.

— Посмотрите на Бриза! — говорила учительница. — Как он старается. А вы что?

Однажды это вызвало не очень приятную ситуацию. Это было на уроке чтения. Я просто, как обычно, вышел к доске и прекрасно ответил. А учитель за своё:

— Молодец, Артём! Садись, пять. Вот, посмотрите на Артёма! - говорила она.

— Сука. — слышу я, как говорит Джек где-то на последней парте. — Как же меня заебал этот отличник. Постоянно ставят его в пример. Нужно его проучить. Даже дома от него нету покоя! —
Джек сделал задумчивый вид, бормоча себе под нос. — Никто не может быть лучше меня. Никто не посмеет.

— Джек, но он же тебе ничего не сделал... За что? - спрашивает своего друга Железный кулак.

— Ты что, не понимаешь? — продолжает Джек. — Только Я могу быть лучше других. А не ебанный отличник!

— Ладно, Джек...

— Когда пойдём? — спросил Арматура, смотря на меня с гневом и отвращением.

— Давайте после этого урока как раз его и настигнем. — предложил Железный кулак, потирая ладошки.

— Договорились. Пацаны, мы сделаем это на этой перемене. — Джек сказал это с большой улыбкой. А затем, зачем-то отпросился выйти.

— Ладно. Иди, Харбони.

Оставшиеся половина урока пролетела незаметно. Но я уже особо не вникал: я думал о банде Джека и о том, что они хотят меня побить. Мне было немного страшно, ведь я не умею толком драться. А вот Стелкард умеет. Может быть, его тоже привлечь? Хотя я должен сам отвечать за себя...

Эмоции и мысли в моей голове словно перемешались. Мне даже было страшно выходить из класса, но мне как-то сильно захотелось в туалет. Ну и я, набравшись всей своей смелости, пошёл в коридор.

— Эу, а ну стой, Бриз! -- заорал Джек.

— Что тебе нужно?

— Мы тя щас хуярить будем, урод!

— Но... За что?

— За то, что ты есть! — сказал Арматура, стоя сзади своего лидера.

— Ну да, конечно. Вы же все вместе будете меня пиздить. По-одному вы все жалкие трусы.

— Чё сказал?! — заорал Кулак и ударил меня в правую щёку.

— Посмотрите, он умеет материться! Я в ахуе... — продолжил Джек свой монолог и наконец-то показал, для чего выходил в "туалет" на уроке. Какая-то железка. Он вдарил ею прямо мне в живот.

Всё перемешалось. Я не знаю, как я так оцепенел. Может быть, не стоило им так жёстко грубить, и тогда бы я получил поменьше. Я же буквально оскорбил их личности... Но на правду не обижаются, правда? Кажись, на неё обижаются больше, чем даже на ложь.

— Эй, долбоёбы! Отъебитесь от Артёма! — заорал Стелкард. Мой спаситель, мой друг. Как же ты меня выручил, ты бы знал. А то я бы так валялся здесь и обоссался бы от нетерпения. Хотя уже что-то из-за этой ситуации перехотелось, честно.

— Э... Стелкард?.. Ты чё, за него впрягаешься? Хах, не смеши...— не успел договорить Джек свою мысль, как получил по своей морде.

— На нахуй. ПОЛУЧИЛ?!

Железный кулак и Арматура отпустили меня и уже подходили к Стелкарду. Мой друг встал в оборонительную стойку и уже готовился принимать серию ударов. Ещё и Джек встал. Чёрт, нужно что-то делать.

И я сделал.

Я вдарил Айрону в затылок, да так, что тот упал. Но я не останавливался и продолжал его бить. Я был настолько зол, что даже Стелкарду пришлось оттаскивать меня. Драка закончилась в тот же момент. Я не видел никого вокруг, я просто ударял и ударял. Повалив его, я продолжал уже двумя руками. Меня оттащили. Я пытался вырваться, но уже получил смачного леща от Стелкарда, и немного успокоился.

— Блять, братан, ты там живой? — спросил друга Коннор.

— Цел, к счастью. — ответил Айрон. — Только встать не могу. Затылок болит.

— Мы тя ща поднимем! — сказал Стелкард и начал ему помогать.

Звонок на урок.

Но мы не шли. Почти все ребята из нашего класса просто на это смотрели. А я до сих пор не мог прийти в себя. Просто смотрел в никуда. Мой глаз пульсировал, а живот уже мысленно говорил "Прощай" от боли. Пришлось вызывать родителей и идти к директору.

В кабинете я чувствовал стыд, боль, грусть. Мне было по-настоящему плохо. Я извинился перед его родителями. К счастью, они поняли всю ситуацию. Хорошо, что родители за меня, и добились просмотра камер.

Мне повезло. Это пообещали оставить в секрете за небольшую сумму денег. Теперь я понимаю, как решаются проблемки. Взятки...

Я вышел из кабинета.

— Пошли, сын. — сказал отец. — Отдам тебя на бокс. Будешь учиться защищаться.

— Ты уверен? — спросила отца мама.

— Абсолютно. Он научится постоять за себя, а не будет под чьей-то юбкой прятаться. Тебе повезло, что тебя Петя спас. С этого дня ты теперь боксёр.

Нет, не подумайте. Мой папа не злой, даже не строгий. Но если его вывести из себя, он может быть на нервах ещё очень долго и предпринимать странные и необдуманные решения.

К нам подошёл Стелкард.

— Пап, я на минуту.

— Хорошо. Но только на минуту. Опоздаем на бокс. А тебе ещё уроки делать.

Я подошёл к Пете.

— Что, Стелкард?

— Ты, конечно, меня извини, — начал он. — но ты переборщил, блять. Ты бы его реально убил, если бы продолжил. Ты прям озверел. Правильно твой батёк говорит, что пора тебя на бокс отдать. Я вижу, что тебе гнев нужно куда-то девать.

— Да, наверное. Ладно, мне дали всего минуту. До завтра.

— Ага. И кстати, извини за пощёчину, ну ты просто реально из себя вышел...

— Да не, я не злюсь. Ты правильно сделал.

Ещё как неправильно сделал, сука. В тот момент тебе повезло, что я смог успокоиться. Я бы убил вас всех на месте, если бы не мой инстинкт самосохранения. Ты ещё ответишь за свою пощёчину. Хоть ты и мой друг, но запомни: я злопамятный. И ты так просто не отделаешься. Вот попросишь в будущем денег в трудную минуту, а я тебя просто пошлю. Это будет прекрасная месть... Хотя, кому я говорю. Пора идти...

Бокс в моей жизни появился очень даже неожиданно. Батя так же аргументировал отдачу меня на бокс ещё тем, что спорт дисциплинирует.

Зачем мне эта дисциплина? Я и так, по-моему, выполняю домашние задания вовремя. Но кажется, у этого слова есть и другие понятия.

Вообщем, меня, как ты понял, не спросили.

Зал находился в старом подвале дома культуры в нашем районе. Там пахло потом, трудом и жирными волосами. Первое, что я заметил: 4 груши, иссечённые до дыр, и ринг. Затем я увидел нескольких парней постарше — все с суровыми лицами сидят на общей скамье.

Какой-то мужик вышел из подсобки. Я сразу же понял, что это тренер. Здоровый лысый мужик, весь в татуировках, нос скривлен вправо, а шрам на половину лица будто был вишенкой на торте. Я его даже сначала чутка боялся, честно.

— Новенький... — я думал, что он спрашивает, но, оказывается, он говорил с абсолютным утверждением. Обычно про это спрашивают, разве нет? — Хилый ты, пацан. Ничего, разомнём.

— Здравствуйте! Я Артём... Артём Бриз. А вас как зовут?

— Да мне насрать, как тебя зовут, и тебе должно быть так же насрать на то, как зовут меня. — сказал тренер. — ПОНЯТНО?!

Я промолчал.

— Здесь ты будешь делать то, что я скажу... Ты усвоил?

Я кивнул.

— Я НЕ СЛЫШУ!

— Понял.

— ЕЩЁ ГРОМЧЕ!

— ПОНЯЛ!

— Всё, работай, салага.

Так начались мои тренеровки. И знаешь, что? Это было самое ужасное, что со мной приключилось за всю мою маленькую жизнь на тот момент.

Он не бил, нет. Для него это было бы помилованием. Он по-настоящему унижал, ломал тебя изнутри как морально, так и физически.

Каждое грёбанное занятие он находил способ показать мне, что я — главное ничтожество на этой круглой планете.  То заставлял стоять в планке, пока я не падал от истощения, а он приговаривал: "Позорник нахуй, бабы стоят дольше." То ставил в спарринг с парнями постарше на три года,  "подбадривая": "Ну чё, ссыкун? Так и будешь бегать от соперника, как олень? УДАРЬ УЖЕ! ПОДОЙДИ! Не можешь? Я так и понял."

Я терпел это. Поскольку отец сказал, что он знает своё дело. Но я не резиновый, поверь. Достаточно времени...

Но однажды я пришёл домой с разбитым в хлам лицом. Мать была в шоке. Отец нахмурился.

— Артём! О Боже, что случилось? — начала расспрашивать меня мама. — Тебя кто-то встретил после занятий?

— Нет, мам. Это на тренеровке. Тренер сказал, что я слабак. Поставил с тремя сразу. Я не мог...

— Довольно. — сказал отец. — Сын. Я не хочу, чтобы ты так продолжал получать на тренеровках. Не дай Бог потом придёт письмо, что ты в реанимации. Будем заниматься дома на выходных дополнительно. Ты понял?

— Отец. Я думал, ты меня поддержишь.

— Ты должен быть сильным, Артём.

— Я не хочу быть сильным, отец. Я правда устал. Я не хочу этого, понимаешь? Не хочу...

— Не придумывай. Иди умойся, смотреть не могу на это.

И я пошёл. Умылся. Как-то странно у меня появились новые силы. Я хотел заниматься дальше... Честно, непонятно, как так вышло. Но заниматься хотелось не с другими людьми, а выйти именно с тренером в спарринг и дать по его собачьей наглой морде.

— Однажды... — сказал я сам себе. — Однажды, ты за всё заплатишь, говнюк.

В тот вечер я не мог уснуть. Лежал, не мог лечь в свою любимую позу на животе, ведь лицо горело. Я думал о родителях в тот момент.

Я не мог их ненавидеть. Они у меня добрые. Но они меня не понимают. По крайней мере в теме про тренера. Я бы занимался, возможно, даже по своему желанию, но не с этим уебаном.

— Ты ещё мелкий, не понимаешь. — говорил отец. — Спорт — это жизнь.

— Переведите меня в другой зал! Он меня унижает. По-настоящему.

— Он — лучший из лучших. Извини, сын, но он проверен временем и хорош в своём деле. Он воспитал настоящих чемпионов.

— Я не хочу быть чемпионом, понимаешь?

И такой разговор по кругу. И я перестал жаловаться после этого момента.

Я просто ждал. Время ещё ему покажет своё...

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ ВЫЙДЕТ СКОРО!..