Дневник Астреи.

С того дня жизнь Мелиссы в «Лесной Гавани» превратилась в долгое, непрекращающееся унижение. Она не просто существовала - она выживала под взглядом Пэйтона. Его взгляд, тяжелый и всевидящий, преследовал ее повсюду: в столовой, на уроках, в коридорах. От него по телу пробегала невольная дрожь - смесь страха, стыда и подавленной ярости. Что ей теперь делать? Вариантов не было. Бежать? В тайгу, где, по слухам, терялись даже местные? Взорвать всё? Ее моральный дух был сломлен тем ударом в библиотеке.

Ее «долг» выплачивался мелкими, унизительными поручениями. Сегодня это были его носки. Не просто передать постиранные, а выстирать вручную в ледяной воде общей умывальной и отнести обратно, еще влажными. В обществе, где все - изгнанные дети богатых семей, привыкшие к услугам, но не к услужливости, - это был особый, изощренный позор. Они все были здесь не потому, что преступники, а потому что мешали. Мешали новым бракам, карьерам, репутации. Их ссылали под благородным предлогом. И вот теперь одна из них, Мелисса Берентт, бывшая принцесса из особняка, стала прислугой для местного царька.

Она пыталась сопротивляться. Сжимала зубы, бросала вызовующий взгляд, оттягивала момент выполнения. Но это только развлекало Пэйтона. Он ломал ее сопротивление одним лишь взглядом, холодной фразой, намеком на то, что может быть хуже. Он физически был сильнее, да. Но страшнее была его моральная власть - власть того, кто знал ее тайну, ее грех, и мог в любой момент обрушить на нее весь гнев системы или, что хуже, свою личную месть.

Райли и Виола пытались вступиться. Однажды Райли прямо спросила Пэйтона за обедом, не перегибает ли он палку. Виола молча положила руку ему на предплечье - мол, хватит. Даже Дилан, обычно молчаливый и верный, неодобрительно хмурился.

Ответ Пэйтона был прост и окончателен, брошен через стол так, чтобы слышала вся их компания и, возможно, пара лишних ушей:
-Я не прощаю предательств. Никогда. Она знала, на что шла. Теперь отрабатывает. Вопрос закрыт.

И взгляд, которым он сопроводил эти слова, сказал его друзьям всё: это не только наказание. Это демонстрация силы. Предупреждение всем. И они, скрепя сердце, отступили.

Отчаяние, густое и черное, как смола, заполнило Мелиссу изнутри. В один из редких свободных часов она сбежала в самый дальний, заброшенный уголок сада, заросший диким плющом и бурьяном. Там, спрятавшись за полуразрушенной каменной аркой, она наконец позволила себе заплакать. Не рыдать, а именно плакать - тихо, безнадежно, ощущая, как слезы, горячие и соленые, смывают пыль с лица и оставляют на коже ощущение еще большей беззащитности. Боль от унижений жгла изнутри, как раскаленная игла. И в этот момент она с неожиданной ясностью поняла: она ужасно, до физической тоски, скучает по дому. По своему огромному, холодному особняку, где хоть и были скандалы, но были и ее комната, и ее вещи. По друзьям, по их глупому, бесцельному, но такому свободному времяпрепровождению. По Майку... даже мысль о нем теперь вызывала не ревность или обиду, а щемящую ностальгию по простому человеческому теплу. По отцу, такому далекому и беспомощному. И даже... даже по Роуз. Да, она ненавидела мачеху. Но та никогда не опускалась до такой жестокости, до такого тотального уничтожения ее достоинства. Ее методы были другими - крик, скандал, лишение карманных денег, но не это.

Мелисса провела рукой по своему лицу, вытирая слезы и оставляя грязные разводы. И ее взгляд упал на книгу. Ту самую. Ту, что с бордовой обложкой и серебристым крестом. Она так и лежала здесь, в тайнике под камнем, куда она ее спрятала после той первой «миссии».

С любопытством, заглушающим на мгновение боль, она взяла его в руки. Обложка из бордового дерматина была потрепана временем, серебристый крест потускнел. Страницы пожелтели и пахли не просто старостью, а историей.

- Дневник Астреи, - прочла она вытисненные на обложке слова. Не учебник. Дневник. Астрея... как богиня. Справедливости, невинности, чистоты. Горькая ирония.

- Интересно... - прошептала она и открыла его.

Записи велись от первого лица, аккуратным, но нервным почерком чернилами, которые тоже побурели.
«3 октября. Отец-пастор называет меня падшей. Говорит, я опозорила его приход. Ребенка моего забрали, отдали в приют, а меня - сюда. В эту "Лесную Гавань". Говорят, исправят. Исправят от чего? От любви? От желания жить?»
Сердце Мелиссы сжалось.Шестнадцать лет. Ребенок. Ее, Астрею, тоже сослали сюда. Не за наркотики или пьянство, а за «непристойное поведение».

Она листала дальше. Описание скучной, регламентированной жизни было до боли знакомым: скудная еда, муштра, лицемерные проповеди о морали. И потом, запись, от которой у Мелиссы похолодели пальцы:
«А больше всех меня бесит эта Эльвира Блейт. Начальница женского крыла. Настоящая истеричка в образе ледяной статуи. Смотрит на нас, как на грязь под своими начищенными ботинками. Сегодня за то, что я не так пришила пуговицу на форме, заставила меня переписывать устав школы до рассвета. Говорит, она здесь, чтобы выжечь в нас всё дурное. Чувствую, если бы могла, она бы выжгла нас самих».

- Блейт?.. - Мелисса вслух прошептала, оторвавшись от страницы. Дневник старый. Очень старый. Почерк, стиль речи, упоминание пастора... Это никак не мог быть двадцатый век, а уж тем более двадцать первый. Но... Эльвира Блейт? Та же фамилия. Та же должность. Та же «истеричка в образе ледяной статуи».

Она отложила дневник, и в голове заросли дикие, пугающие мысли. Неужели... одна и та же женщина? Как? Она что, вампир? Или ведьма? Или это просто чудовищное совпадение, династия Блейтов, поколениями служащих в этой исправительной колонии? Но описание... оно было слишком точным, слишком живым.

Раздумья прервал голос, зовущий ее из глубины сада:
-Мелисса! Берентт!
Это были Райли и Дилан.Они выглядели озабоченными.
-Где ты шлялась? - спросила Райли, но в ее голосе была не столько досада, сколько тревога.
-У фонтана. Думала, - буркнула Мелисса, отводя глаза.
Дилан поджал губы.Его молчаливая солидарность была заметна.
-Тебя зовет Пэйтон, - сказал он тихо, почти извиняясь. - В главный зал отдыха.
Райли бросила на Мелиссу полный жалости и бессилия взгляд.Дилан лишь покачал головой. Он не одобрял, но идти против Пэйтона не мог.

Сердце Мелиссы упало. Снова. Она на мгновение метнулась взглядом к арке, где лежал дневник. Прятать его с собой было опасно. Быстро оглядевшись, она сунула его под в дупло, полузасохшей березы у самой беседки и, выровняв дыхание, пошла навстречу новому унижению.

В зале отдыха Пэйтон восседал в самом большом кожаном кресле, как на троне. Рядом, на подлокотнике, сидела Сиерра. На ее лице цвела довольная, ядовитая ухмылка. Она обожала каждую секунду страданий Мелиссы.

Пэйтон поднял на нее глаза. Взгляд был тяжелым, оценивающим.
-Ты опять убежала. Не послушная, - произнес он без особой интонации, как констатируя факт. - Я этого не люблю.

Мелисса недовольно фыркнула, не в силах сдержаться. Сиерра, моментально среагировав, резко пнула ее ногой по голени. Острая боль пронзила ногу. Мелисса вскрикнула и схватилась за ушибленное место.

Пэйтон бросил на Сиерру быстрый, хмурый взгляд. Что-то промелькнуло в его серых глазах - раздражение? Предупреждение? Но он ничего не сказал ей вслух. Его внимание вернулось к Мелиссе. Он медленно, как будто изучая товар, осмотрел ее с головы до ног: длинные темные волосы, выбившиеся из строгого пучка, бледную кожу, на которой ярко проступали следы недавних слез и синяк под глазом от прошлой стычки, стройную фигуру, теряющуюся в мешковатой форме.

Потом он грубо, без предисловий, сказал:
-Задание. Передашь кое-что, кое-кому.
Он небрежно швырнул ей в сторону еще один том- на этот раз потрепанный сборник стихов.
-Справишься без косяков, так уж и быть - будет поблажка, - добавил он, и в его голосе прозвучала не то насмешка, не то... обещание.

Мелисса подняла книгу, ощущая ее неестественную тяжесть. Она смотрела на Пэйтона, хмуря свои аккуратные брови, пытаясь прочитать в его каменном лице хоть что-то, кроме привычной жестокости. Но читала она только одно: она в его власти. Полностью. И дневник Астреи с его тайной о Блейт был теперь единственной ее собственной, спрятанной тайной в этом мире, где всем остальным безраздельно владел он.