Часть 1. Глава 1.

1. Детство.

- Такое поведение не есть хорошо, Геката! Не для твоего статуса, тем более не для твоего предназначения! - злобным, строгим голосом сказала воспитательница.

Она тащила меня за плечо через огромный темный коридор. Через окна проходили лучи света, освещая пространство. Только что прозвенел звонок, и коридор охватил крики детей. Но это все заглушал мой внутренний голос «Она все расскажет матери».

Конечно, она все расскажет Гере, а она даже не станет слушать, ведь в прошлый раз она ясно дала мне понять. Очень надеюсь, что как и всегда она скажет, насколько я невыносима, ужасна и унижаю свою семью. Бездарное и никому ненужное дитя. Вот кем я являлась, являюсь и буду являться всю свою жизнь. Но, даже не смотря на то, как она относится ко мне, я пытаюсь подражать ей. Может быть, в один прекрасный день я даже стану лучшей Богиней, чем она. Мать еще будет мною гордиться. Но, а пока, она ненавидит меня все сердцем, а после это еще и не захочет меня видеть. Я вздохнула.

Воспитательница вывела меня во двор и толкнула на землю. Я грозно окинула ее взглядом. Низкая женщина с темными волосами, которые аккуратно собраны в низкий пучок, и ярко зелеными глазами. Пухлое каменное лицо и полные губы. Ее нахмуренные толстые брови и рассерженный взгляд от меня метнулся на стойку с инструментами. Поправив свою темно-оранжевую накидку и встряхнув воображаемую пыль, она рукой показала на эту стойку.

- На сегодня твоим лучшим другом и помощником будет вон те грабли. Ваша задача убрать всю листву. - я сузила глаза и сложила руки у себя на груди, в такие моменты мне жаль, что я не могу метать молнии так же, как мой отец. - Встала, отряхнулась и за дело! - она фыркнула и повернулась спиной. - Работайте руками и ногами, а не ушами. Бестолковые. - зарычала она и выбежала со двора на своих коротки ножках.

Я фыркнула. «Ну, ни за что. Пусть только попробует меня исправить и навязать другую точку мнения. Я такая, какая есть и горжусь этим и за свои слова могу ответить! Гера может и гавкает, но еще ни разу не кусалась.» Я продолжала сидеть и смотреть вниз, надув свои губы.

- Лучше бы тебе послушаться, а то будешь до выпуска школу драить, вместо получения знаний. - послышался девчачий голос рядом со мной. Я подняла свой гневный взгляд. Это была Артемида, а рядом с ней ее брат Аполлон. Они близнецы и старше меня на несколько лет.

- Раз вы такие послушные, что тогда делаете здесь. - с ухмылкой сказала я.

Это не было вопросом, но Атемида ответила:

- Этот скряга... - Аполлон кашлянул и осуждающе посмотрел на свою сестру, та закатила глаза. - а точнее Отец Каций, посчитал, что мои доводы неразумны, как и мое поведение.

- Что за доводы?

- Неважно, какие это были доводы - сказал Аполлон, не дав сказать своей сестре. - раз Отец Кация посчитал это не правильным, значит так оно и есть. Нам стоит больше работать руками и ногами, чем языками.

Я цокнула и закатила глаза, краем глаза увидела, что Артемида, на слова своего близнеца, зевнула. Я посмотрела на нее и улыбнулась. Думаю, мы с ней подружимся.

Брат с сестрой были одеты в одинаковую одежду. Белое короткое платье, с коричневым поясом и перчатками, сандалии с, переплетающими почти до колен, веревками. На плечах ткань была соединена специальным веществом. У Артемиды они были из серебра, а у Аполлона из золота.

Внешностью двойняшки различаются не так сильно, как характерами. У сестры были каштановые волосы, а у брата - как золото. На этом их различия во внешности заканчиваются, если не брать в расчет их пол. У обоих золотые глаза, смуглая кожа, которая поблёскивает на Солнце, тонкие губы, скулы и маленький, чуть поднятый к верху носик.

Мы сидели в тени дерева, на мягкой траве болтая обо всем, пока ее брат работал за троих. На мне было бледно-розовое воздушное платье, которое закрывало колени, на поясе посередине шла золотая линия, одно плечо оставалось голым. Так же на поясе по бокам платье было открытым. Мои темные кудри волнами спадали на мое оголенное плечо, а на голове был золотой венок. Уши украшали золотые сережки в виде маленьких арф, на левом запястье был золотой браслет в виде стрелы, а на ногах были сандалии такого же цвета. Мои голубые глаза рассматривали задний сад школы и других наказанных детей.

Это место нельзя назвать самым посещаемым местом школы. Здесь спокойно, тихо, слышно только журчание протекающего ручья, который находился неподалеку. Цветы, кусты и многовековые деревья создают чувство эйфории и защищенности. Ближе к ручью стоит проросшиеся беседка.

- Ты не обязана идти по стопам своей матери. - вдруг сказала мне Артемида, когда речь зашла о моей матери.

Я фыркнула и посмотрела глубоко ей в глаза.

- Я делаю, что хочу. - сощурила глаза . - Хочу быть как мама!

- Правда? - подняв брови, спросила Артемида.

- Она красивая, умная и умеет создавать Хаус - с гордостью сказала я, растягивая последнее слово. Моя ухмылка играет на лице, а в голове фантазирую себя, такой же сильной, властной и прекрасной.

Но как только сзади послышался спокойный ледяной голос, моя пелена фантазий быстро растворились. Быстро встав с земли, я встряхнула свое платье и медленно обернулась. Там была мама.

Аккуратно, не спеша она подошла ко мне, осмотрела всех и с презрением Артемиду, которая слегка поклонилась вместе со всеми. Я смотрела в пол, когда она подошла ко мне. В отличие от других, я знаю, что скрывается за этой изящной походкой и каменным лицом. Она схватила меня точно так же как и воспитательница и поволокла за собой. Если бы не другие ученики, она бы потащила меня далеко не за руку. За всю дорогу ни она, ни я не сказала ни слова. Я уже знала, что произойдет дальше. Я чувствую ее настроение. На этот раз она не ограничится одними словами, а мое чутье еще ни разу не подводило меня.

Теперь она не церемонится, так как зрителей больше нет. Схватив меня за волосы, она поволокла меня за собой и толкнула на пол. Сидя на коленках, как собака, сдерживая свои слезы, я смотрела в пол, не осмеливаясь смотреть на нее.

- Геката, почему каждый раз тебе нужно напоминать, чей дочкой ты являешься. Неужели, ты так быстро забываешь про это? Или ты не понимаешь слов? - начала она. - Я вроде бы говорила тебе, что в последний раз предупреждаю тебя, и что если это повториться еще раз, я вобью тебе это в твой маленький тупой мозг и закрою твой дерзкий ротик. - она говорит тихо, но это только начало перед бурей. - В последний раз ты позоришь нашу семью, нашу честь своим поганым ртом и поведением.

И я почувствовала удар в спину. Заскулив, словно щенок, я пыталась подавить всхлип.

- Я столько терпела, но всему есть предел, и ты его только что переступила.

Последовал еще один удар и еще один. Я уже не сдерживала свои крики и слезы. Стоя на четвереньках, я захлебывалась в слезах, криках и боли, пока меня продолжали бить. В каждый удар Гера вкладывала всю свою могучую силу, не жалея меня и под каждым ударом я содрогалась. Она никогда раньше не била меня, тем более своим фирменным хлыстом, которым она била предателей.

Она подошла ко мне.

- Посмотри на меня. - сказала она властным голосом, но я не подняла голову.

- Я сказала посмотри на меня, неблагодарный ты ребенок. - я услышала звук хлыста около себя и быстро подняла свой взгляд. Мои глаза были красные и полные от слез.

Она твердо и грубо схватила меня за челюсть. Сжала его и начала поднимать меня на ноги. Тряслось все тело, а спина не могла выпрямиться. Но я никогда не покажу свою слабость перед ней. Собрав все оставшиеся силы, конечно, не с первой попытки, но все равно встала.

- Ты никогда не станешь такой великой Богиней как я. Слышишь НИКОГДА. Максимум, что будет у тебя, так это муж, который будет выбивать из тебя твой нрав и характер, как это делаю и я, пока ты не станешь послушной куклой. Он будет насиловать и брать тебя тогда, когда захочет и с кем захочет, будет использовать тебя, для воспроизводства своего потомства. А когда ты сломаешься, ты будешь уже не дочерью Зевса, а грязной, поношенной шлюхой, каких полон этот мир. Когда об этом узнает твой отец, он не будет идти и спасать тебя...неееет. Он откажется от тебя. Выкинет как мусор, ведь ты своими действиями опозорила его честь. Если, конечно, он не сделает это прямо сейчас, когда узнает о твоем непослушании.

От этих слов, мое сердце пронзили ножом. Нет! Нет! Этого не может быть. Как она может так говорить, я ведь еще ребенок.

- Ты врешь, он...он никогда так не сделает. Я его дочь. Он любит меня! - выплюнула я ей. На что она лишь рассмеялась.

- А ты думаешь, что ты всегда будешь его единственным ребенком? Наивная и глупая девчонка. - она ударила меня по щеке. Моя голова повернулась в другую сторону и я упала на пол.

- Может быть, пока что ты его любимая и единственная дочь, но это только пока, моя дорогая. Скоро я рожу ему много, много, очень много детей. Не забывай, я его жена, а еще твоя мать, но ты походу про это забыла. Забыла кто я и на что способна - она села на коленки и снова взяла меня за подбородок, повернув мое лицо на себя, и посмотрела мне в глаза. - Я тебе обещаю, у тебя будет много братьев и сестер, которые превзойдут тебя и будут больше любимы и предпочитаемые твоим отцом, чем ты. - слезы захлестнули меня с головой.

- Только если ты не примешь свое предназначение и не покоришься. Начнешь слушаться и вести себя подобающе. Ты ОБЯЗАНА, Геката. Ты БУ-ДЕШЬ покладистой, милой, доброй и так далее. Будешь такой, какой тебе скажут и будешь делать то, что тебе скажут. Ты поняла меня, БУДЕШЬ!! Ты больше никогда не забудешь, кто твои родители.

Я закрыла глаза и кивнула. Гера дернула мой подбородок.

- Нет, моя дорогая, посмотри мне в глаза и скажи это.

Я с трудом открыла глаза, в них я видела ненависть и отвращение. Мое горло охрипло от криков и плача.

- Я...я при...нимаю...и...пока...ряюсь - я шмыгнула носом.- своему пред...назна...чение и бу..буду послушной...

Гера отпустила мой подбородок и погладила меня по волосам.

- Хорошо, можешь идти в комнату. - она развернулась и ушла. Я, не думая, сразу же пошла в комнату, дабы не разозлить ее своим непослушанием.

Покорилась. Стала послушной. Стала тенью. Призраком. Я больше не стала испытывать судьбу и покорилась. Для этого мне пришлось спрятать свою силу и свой характер, и стержень внутри себя. Спрятать саму себя, свою суть. Единственное, что я решила оставить, так это дружбу с Артемидой и Аполлоном.

Часто ездила к Персу тот, кто даровал мне силы и могущество. Фактически стал моим вторым отцом. Он помогал моей маме родить, когда богини-матери не успели вовремя. Он был первым, кто взял меня на руки, первым кого я увидела. Он единственный, кто давал мне любовь и заботу. Хоть он и был Богом разрушения и самим злом, но со мной он обращался как с сокровищем. Рассказывал о своей покойной жене, Астерии. Он любил ее всем сердцем. Если бы не я, он бы умер от горя.

Шли годы. С мамой я больше не сорилась, правда был один случай, когда я сидела у папы на коленях на троне. И задала ему вопрос:

- Папа... а ты меня - я начала сжимать подол платья. - ...любишь?

- Конечно, душа моя. С чего ты взяла? - он получше усадил меня у себя на коленях и взглянул в глаза.

- Просто, теперь у меня много братьев и сестер, вдруг ты забудешь...обо мне. - прежде, чем опустить свой взгляд, я увидела, как злобно на меня посмотрела мама. Да, я знала об этом и была готова к последствиям. Но мои мрачные мысли прервал громкий смех. Это был папа. Он смеялся так громко, что весь Олимп начал дрожать. Он мягко и нежно взял меня за подбородок, что бы я посмотрела на него своими большими круглыми удивленными глазами.

- Ох, моя милая и непревзойдённая Геката. Моя старшая и самая могущественная дочка. Как я могу разлюбить тебя, моя душа, м? - он взял мою голову в свои ладони и нежно поцеловал меня в лоб. - Ты мое сокровище. Запомни это. Больше даже и не думай об этом. Выбрось из головы. Моя душа радуется и поет, когда вижу тебя и, причем, твою улыбку, которая покорит ни одно мужское сердце. - от этих слов, мое сердце растаяло и я улыбнулась всей душой. Отец погладил меня по щеке и отпустил.

...

Я слушалась наставников, была послушной и покорной. Но в один день, это все испарилось на несколько мгновений из-за него. Эреб. Чертов засранец, когда стал для меня сначала настоящим другом, а вскоре и первой любовью. С ним я была той, что прятала внутри себя. Была собой. Я раскрылась ни сразу, постепенно он завоевал мою доверие, дружбу и любовь.

- Эреб, чертов ты засранец! - прокричала я ему в след, когда в очередной раз он забрал мои любимые цветные амлюзы у меня из под носа. Я побежала за ним в след, как кто-то хватает меня и затаскивает в коридор, и прислоняет к стене. Чувствую дыхание около своего уха.

- Это я чертов засранец, малыш? - тихим соблазнительно охрипшим голосом сказал Эреб.

Мое дыхание чуть участилось, внизу начало истошно гореть, а на лице появляется моя коронная улыбка. Ненавижу, когда он так меня называет.

- Ты забыла правила этикета, малышка? Хочешь, что бы тебя наказали?

- О нет, это ТЫ хочешь, что бы меня наказали. - в ответку за прозвище, я прижалась к нему и потерлась об его пах своими бедрами. Почувствовала, как он напрягся и уже в следующую секунду, чувствую как он зашипел и его губы на своих губах. Его поцелуй, хоть и был требовательным, показывая его желание ко мне, но дальше положенного он никогда не заходил. Хотя, я очень, очень этого хотела.

- Блять, не стоит этого делать. Или ты не богиня целомудрия? - я фыркнула ему прямо в губы и закатила глаза, откинув свою голову подальше от его губ. Мои глаза упали на бугорок в его штанах.

Никто не знал, о наших с ним встречах и, тем более, об отношениях. Я не рассказывала об этом даже Артемиде с Аполлоном, хотя может они и догадываются, но упорно делают вид, что мы просто друзья, а они глупые, наивные и слепые. При них, он называет меня лимончиком. Когда я спросила, почему лимончик, он сказал, что я сделала его жизнь захватывающей, новой с долькой кислоты.

Отношения с отцом у нас идеальные, с матерью натянутые. Сегодня я решилась рассказать папе о моих чувствах к Эребу. Попросить о помолвке. Как раз отец пригласил меня к себе что-то обсудить, и я походу догадываюсь, о чем именно.

Наши отношения с водными жителями всегда были натянуты, но на данный момент они переживают сложный период. Отец думает, что если так продолжиться начнется война, что не есть хорошо. Сегодня у него совещание, и меня пригласили туда.

Я стояла около папиных покоев и ждала встречи. Нервно переступала на одном месте с одной ноги на другую, играя с платьем. Не знаю, зачем отцу было приглашать меня. Неужели, он узнал о моих отношениях раньше, чем я успела рассказать? Я помотала головой. Конечно же, нет. Эреб относился к этому серьезно. У нас был договор. Я буду видеться и приходить к нему только тогда, когда место будет безопасным и скрытным.

Отец выходит из своих покоев и, увидев меня, показал ту самую улыбку, которая была только для меня одной. Всегда. Я так же в ответ показала свою улыбку, ту, которую показывала только для моего отца.

- Моя душа, как ты? Как проходят последние дни в Нерисе?

- Все отлично. Проблем нет. Учителя говорят, что Олимп вздрогнет от такой будущей Богини, как я. Говорят, вся в отца. - отец с гордым видом кивнул мне.

- Я позвал тебя так рано, что бы как раз проверить твои знания и умения. Придут несколько гостей и мой ближний круг. Ты, как моя старшая дочь, уже должна знать их и углубляться в политику. - он повернул голову и с улыбкой посмотрел на меня. - Там будет Арес.

Моя голова поднялась с пола и посмотрела на отца. Арес, мой старший брат, бог войны. Неужели, ситуация с водными богами стала на столько плохой. Я уже хотела спросить об этом отца, но вовремя прикусила язык.

- Буду рада увидеть брата. Давно его не видела, очень соскучилась. - с улыбкой во все зубы ответила я.

Арес, единственный брат, который защищает меня от нашей матери и любит меня. Он моя опора и поддержка. Мне, действительно, не терпится его увидеть.

Мы уже подошли к комнате совета, как на пути встает мать. Он улыбается мне своей коварно-властной улыбкой, от которой у меня чуть не подкосились ноги. Но я не подаю виду, так и продолжаю идти с высоко поднятой головой рядом с отцом.

- Зевс, милый. - мама слегка наклонила голову. - Геката, ты что тут делаешь? - с притворно милым, но властным голосом спросила мама.

- Мы идем на совет, хочу проверить Гекату и дать ей пару советов и уроков. Мы спешим. - серьезным голосом ответил отец.

- Но, милый, Гекате не стоит быть в зале советов. Она будущая богиня-мать, богиня плодородия, а не богиня войны или политики. Ей... - мама остановилась, когда отец отправил ей свой гнев взгляд. Его брови нахмурились. - Если я зову ее на совет, значит я так посчитал нужным. Не лезь в это.

Я слегка поклонилась маме на прощание, дабы дать понять, что я в этом не виновата. Посмотреть на нее я не решилась.

Мы подходим к огромным золотым воротам, украшенные всякими завитками, золотыми ягодами. Вся они переплетались между собой, показывая историю образования совета. Я шла не рядом с отцом, а чуть подальше. На мне было длинное платье, цветом кофе с молоком. Легкое, но не объемное. Талию украшало серебряный пояс, украшенный узорами. Груди покрывали две линии, но вырез был не слишком вульгарным. Волосы были чуть собраны сверху, а остальные лежали кудрями. Мои скрытые снизу белые волосы, доставшие от отца, были ели-ели видны. Серьги были в цвет пояса, как и туфли. Я была как маленькая хрупкая хрустальная статуэтка, которую можно было сломать одним касанием. Как моя папа и сказал, сокровище.

В ряд по своему статусу, был выстроен ближний круг. В самом начале, выйдя чуть вперед, стоял мой брат. Увидев его, мои глаза заблестели и счастливая улыбка появилась на глазах.

Все Боги стояли и глазели на меня, что ни странно. Они не видели меня раньше, и, возможно, даже не знали о моем существовании. Но теперь я стою напротив них, рядом с отцом. Смотрю на них, как мама, с высоко поднятой головой.

Брат стоял ровно, с высоко поднятой головой, в его действиях и стойке читалась сила, ум и высокомерие и, увидев меня, сначала был удивлен, а потом на его глазах заиграла тоска и радость встречи.

Отец обвел их всех взглядом и подошел к Аресу.

- Отец - он поклонился отцу, а потом повернулся ко мне с улыбкой на лице. - Геката. - склонил голову в мою сторону.

- Арес, рада видеть тебя. - я так же склонила голову в знак приветствия.

Ворота открылись, и отец вместе со мной первым зашел в зал, а после за нами двинулись остальные.

Зал был просторным и светлым. Сверкающие мраморные полы и стены. Огромные окна на всю стену, за которыми был виден сад с прудом. В центе на возвышении стоял золотой трон, украшенный алмазными ветвями. Над троном был натюрморт, где изображен день рождения Алимпа.

К окончанию совета, я запомнила всех Богов, которые имели те или иные силы и власть. Но главная, конечно, была у моего отца, Зевса. Он - отец Богов, а моя мать - мать Богов.

Слухи, действительно, не врут. Отношения между водой и сушей были напряженными. Скоро договор, который был заключен после войны, закончит свое действие. Моего брата, как Бога войны, пригласили на совещание, дабы предугадать следующие действия водных Богов.

- Не думаю, что они хотят этой войны. - ответил брат. - Не знаю, как обстоят у них дела с экономикой, политикой, а так же военной силой, но не думаю, что она продвинулась. Изоляция от суши могла иметь для них деградирующий характер. Предполагаю, что они хотят вернуть тот мир, который был до войны.

- Если это так и есть, то чего они ждут и не присылают посланника для оглашений своих намерений. Чего они ждут?

- С такой же причиной они и тянут нападение, если они, конечно, его готовят. Договор еще не потерял свою силу. У нас есть чуть больше месяца на подготовку. - Арес повернулся к отцу. - Отец, войско наготове, если вода начнет свои действия не в пользу мира, мы отразим их наступление. Проблема лишь в том, осталось ли их водное войско таким же сильным.

Отец откинулся на свой трон и вздохнул. Молчание, которое повисло, было удушающим. Каждый думал, какие действия лучше предпринять, что бы сделать это более благоприятно и с меньшими потерями.

- Правильно, мы не знаем об их состояние как государственного, так и военного строя. Мы так же не можем внедрить наших шпионов на водную территорию. Но, Арес, мы так же не может думать о том, что их бездействие, можно считать как шаг к возвращению того мира, который был до этого. Они долго и упорно достигали своей цели быть самостоятельными, иметь свои законы, власть и Богов. - Зевс постучал своими пальцами по подлокотнику трона. - Они так же могут пойти на нас войной, что бы расширить свои владение и взять под контроль больше Богов. Так они продвинуться с мертвой точки в развитии, если они на ней стояли. Мы можем долго спорить и строить предположения на счет их дальнейших действий. Мы должны быть готовы к любому раскладу, потому что иногда самое маловероятное предположение может оказаться самым вероятным.

Отец встал и пошел к выходу, при этом предварительно кивнув мне. Я последовала сразу же за ним. Я бы хотела поговорить с братом наедине, безумно соскучилась по нему. У меня было много вопросов личного характера, которые я бы не хотела задавать при таком количестве лишних, не семейных, ушей.

Моя душа ликовала, когда я почувствовала его энергию позади себя. Он шел на почтительном расстояние, но когда мы оказались в покоях отца, я ели-ели успела обернуться, как брат уже захватил меня в объятия и закружил вокруг. Я давно так не смеялась. Отец не одобряет такие порывы, но только благодаря моему смеху, которое он так любит слушать, ничего не стал говорить. Он, наконец-то, отпустил меня.

- Мой любимый братик - я провела своей рукой по его щеке. - Как ты? Как Энио?

Энио является его предназначением, а Эрида мимолетным интересом. Причем обе являлись нашими сестрами. Эрида - богиня развода, а Энио - богиня неистовой войны. Так как Эриду я ненавидела, одобряю и спрашиваю только о Энио. Мы с ней не в такие уж и хороших отношениях, но лучше чем с Эридой. В нашей семье инцест, действительно, дело семейное, ведь папа и мама являются друг другу братом и сестрой. Но с судьбой не поспоришь, ведь они являлись Предназначенными друг другу.

Кто же такие Предназначенные? Они связаны между собой, их души переплетены, а спустя большое количество времени становится едиными. Они понимают и чувствуют друг друга без слов. Могут найти друг друга и так же чувствовать боль друг друга. Отменить эту связь или разорвать ее нереально. Как только она проявляется, она становится нерушимой. Конечно, большинство Богов и Богинь принимают эту связь, но есть и те, кто решили проигнорировать ее и не развивать отношения. Нет, эта связь остается, но она причиняет боль друг другу и оставляет пустоту в душе пар, до тех пор, пока они не сойдутся. Эту связь можно разрушить только одним способом и это смерть. В основном, когда один из них умирает, второй не может продержаться без своей пары даже дня. Они совершают самоубийство. Дело в том, что умирая, он забирает не только свою душу, но и часть души своей пары. Тот, кто останется в живых, просто не сможет жить после этого. Поэтому, они берегут друг друга как зеницу ока. Любовь предназначенных - это обуза.

- Все хорошо, Геката. Энио передает тебе привет. Ты как, моя красавица? Еще не нашелся тот, кто покорил твое сердце?

Отец посмотрел на Ареса взглядом, который я не поняла. Он подошел ко мне.

- Я рад, что вы смогли встретиться. - Отец слегка провел пальцами мою щеку. - Геката, ты можешь идти.

Я хотела остаться, ответить на вопрос брата и рассказать о нас с Эребом, но кивнула головой и покорно ушла. Перед тем как закрыть дверь, я услышала.

- Арес. - с твёрдым и холодным тонов сказал отец. Значит дело действительно серьёзное то, что Отец даже не стал рассказывать совету.

Повернув голову в сторону, я увидела в конце коридора мать.

«Да помогут мне древние силы Алимпа.»

Я пошла в её сторону.

- Мама. - я чуть присела.

Она улыбнулась и взяла меня за предплечье.

- Пойдём в сад, пройдёмся.

Её хватка на моей руке усилилась. Мне предстоит долгая прогулка.

В саду как всегда было очень красиво. Мы шли по тонкой каменной дорожке, нас окружали вечно зелёные деревья и кусты.

- Как прошло заседание совета?

- Боги обсуждали вопросы, которые были подняты. Ничего такого интересного.

Гера чуть ли не закатила глаза. Конечно, она ждала совсем другого, но если дело касается отца, я буду упертой. И она это знает.

Мы направляемся к закрытой части сада, существование которого знает только наша семья.

Именно там растут мои цветы. В детстве меня редко пускали одну гулять в сад. В той части сада, в которой растут мои цветы, была не до конца очищена от тварей, которых полно на Алимпе.

Тогда у отца были проблемы с Богами, и он был очень занят. Маме было все равно на то, что мне одиноко и скучно.

Я очень обрадовалась, когда Зевс зашёл в комнату и позвал меня на прогулку по саду, который был сделан по приказу Геры.

Не знаю, как так произошло, но я оказалась там, где не должна была находиться. На меня напала тварь. Помню лишь как промелькнула тень и острая боль в животе и темнота. Проснулась я в темноте, а окружали меня волшебные цветы, которые появились от моей крови.

Их стебель был чёрным, как смола. А лепестки переливались от ярко красных к тёмным, по которым медленно капала моя кровь. Большие красивые цветы, которые тянутся ко мне, когда я подвожу к ним свою руку, которые меняют свой вид только под моим касанием.

У каждого Бога появляются свои цветы после смерти. Я умирала, истекала кровью. Точнее, я действительно тогда умерла, и возродилась Богом. Мое тело изменилось, мои силы вступили в полное право.

Уже наступила ночь и я услышала, как меня кто-то зовёт. Я встала и пошла на крики. Лицо отца никогда не выражало такой ужас, когда он увидел, как я выхожу из темноты вся в крови и уже не человек. После этого, тот сад очистили и всех тварей загнали в подземное царство брата Эреба, а ту часть с моими цветами сделали закрытой.

Эту историю замяли и скрыли. Ведь Богами не становятся после смерти. Дети богов приобретают эту способность в пути своей человеческой жизни. Что происходит с теми, кто не смог? А как вы думаете, появились люди? Люди это дети Богов, которые так и не смогли стать как их родители. Ни разу ещё не было, что бы после смерти дети богов становились Богами. А может и были, и они просто замяли эту историю, так же как и мы.

Каждый раз, когда я появляюсь у отца, я хожу к этим цветам, вспоминая то, как я стала той, кем являюсь сейчас.

Я притормозила. Около моих цветов кто-то стоял. Мало того, что этот кто-то не являлся частью нашей семьи, так он ещё и стоял рядом с моими цветами, на моем месте смерти.

Моей злости и негодования не было предела. Мои кулаки сжались, а лицо приняло холодное выражение.

Я посмотрела на Геру, которая продолжала чуть ли не тащить меня к нему с очаровательной улыбкой на лице. Что эта тварь задумала?

- Какая встреча, мистер Форкис. Не ожидали вас увидеть здесь...

-...в закрытой части сада, куда запрещено заходится посторонним. - договорила я.

Гера сжала мою руку. Да мне все равно, это часть сада закрыта, это мои цветы, в них моя душа. Никто не смеет, кроме меня, прикасаться к моей душе. Загрязнять ее своими руками.

- Именно поэтому я и здесь. - он улыбнулся. Мне было не до улыбок, я была полностью сосредоточена на моих цветах, которые уже во всю тянули свои листочки ко мне.

- Как вам цветы, они превосходны. Не так ли? - сказала Гера. Сейчас я была готова оторвать ей язык.

Форкис проследил за моими глазами. Он убрал свои руки от моих цветов и сделал пару шагов назад. Мне сразу стало легко, и я с облегчением выдохнула.

- Видимо, это те цветы, к которым мне нельзя было подходить. Прощу прощения. Они действительно прекрасны.

Я подняла на него свой взгляд. Это был бледный высокий крупный мужчина. Его синие волосы были собраны в пучок. Одет он в белый костюм, который на свету переливался в морской цвет.

Морской цвет! Я все сразу поняла. Совещание, тайный разговор с Аресом.

Морские боги все-таки прислали своего советника.

- Позвольте познакомить вас с моей старшей дочерью, Геката.

Я чуть присела.

- Геката, это Форкис, Бог бурного моря.

Мой пазл сложился окончательно. Я прижал своему лицу безразлично выражение лица. Я не глупая. Половину моих сверстников уже замужем.

Я должна срочно поговорить с отцом.

- Очень приятно познакомиться с вами. Это большая честь увидеть вас.

Я отвела свой взгляд от него и что бы успокоится, провела своей рукой по лепесткам. Они расцвели и затрепетали под моими касаниями. Мои ресницы затрепетали.

Я не стала оборачиваться, когда почувствовала, что кто-то идет.

- Геката?- я обернулась. Передо мной стоял мой отец, а рядом с ним мой брат. У отца в глазах танцевали молнии, когда он посмотрел на маму. Надеюсь, ей достанется за этот поступок. Брат посмотрел на меня с сожалением, походу он знал, о чем я думаю.

- Арес, проводи свою сестру домой. - сказала папа.

Арес взял меня за руку и начал уводить. Но я не хочу уходить! В последний раз я выходила из себя очень давно и сейчас я находилась на грани. Они будут решать мою судьбу без меня? Или они уже все решили?

- Нет. - я вырвала свою руку. - Я никуда не пойду! Отец!

Зевс даже не посмотрел на меня, он смотрел лишь на Ареса, который крепко взял меня за плечи, развернул и тащил меня к выходу.

- Не нужно Геката, успокойся.

На моем лице читался гнев, но внутри я плакала. За него ничего не решали, Арес не знает, кого мне было. С самого детства я терпела и проглатывала все, что мне говорили сделать и как должна вести. Я думала, что Котел отблагодарит меня за мои страдания, и я буду с тем, кого люблю. Неужели я и этого лишусь? Чем я хуже его остальных детей? Где я ошиблась? В чем моя вина?

- Отпусти меня, Арес. Хватит! - я оттолкнула его руки от себя и развернулась лицом.

- Что сказал тебе отец, когда я ушла? - Арес замер. Бог войны, самый жестокий, холодный и кровожадный бог замер от моего вопроса.

- Геката...

- Что. Он. Тебе. Сказал. - он отвернулся. - Нет! Смотри мне в глаза, Арес Смотри.

Он поднял свои глаза.

- Я выйду за него замуж, так ведь? - тихим дрожащим голосом спросила я.

Он молчал, его взгляд ничего не выражал. Арес уже не был со мной, он ушел. С моих глаз потекли слезы. Одна. Вторая. Их уже не остановить. Тихий всхлип и мой брат снова здесь, стирая мои слезы. Я отшатнулась.

- Не нужно. Лучше не трогай меня.

- Геката, успокойся. Отец желает тебе только лучшего, поверь.

Я отшатнулась от боли. Я застыла, не веря в то, что услышала от человека, который был мне так дорог. Мне не было так больно даже тогда, когда мать впервые избила меня.

- Что ты сказал? Хотя стой, не говори Арес. Не утруждайся, я знаю все, что ты скажешь. Конечно, ведь не тебе придется пройти через это. Не тебе всю жизнь говорят, как лучше ее прожить и не тебя выдают замуж ради политического мира. Уж точно не тебе меня успокаивать, ведь ты все равно не поймешь меня, ведь не ты здесь разменная монета. Не тебе меня судить. И уж точно не ты должен приказывать мне, что я должна чувствовать и как должна себя вести. Поверь, с этим отлично справляется и матушка. Не думала, что ты такой же, как и она, что поступишь со мной так же. Не нужно меня сейчас успокаивать и говорить такие же эти пустые слова, как и Гера. Они не к чему.

Я резко развернулась и ушла, оставив стоять Арес посередине пути.