Глава 65. Пир призраков в Фэнду 10

Линь Гуйфэй и У-фэй только что обсуждали дела в главном зале, и вдруг за мгновение Ся Ци исключил из игры служанку первого ранга, которую Линь Гуйфэй лично воспитала!

Внезапные действия Ся Ци застали Линь Гуйфэй врасплох.

Глядя на холодное выражение лица Ся Ци, Линь Гуйфэй была вне себя от ярости, совершенно не в силах успокоиться.

Этот Ся Ци уже много лет портил ее планы. Если дать ему еще немного времени, не убьет ли он и ее саму?

— Госпожа Гуйфэй, не гневайтесь! — видя, что лицо Линь Гуйфэй побагровело от гнева, У-фэй поспешила успокоить ее.

Хотя У-фэй часто использовала Линь Гуйфэй как инструмент, та никогда не трогала ее, учитывая, что она женщина. Поэтому У-фэй всегда считала ее своей опорой.

— Хмф, — Линь Гуйфэй резко взмахнула рукавом и подошла к лежащей на земле служанке. Она холодно обратилась к столпившимся зрителям: — Чего стоите? Быстро уберите эту опозорившуюся тварь!

После слов Линь Гуйфэй прошло несколько секунд, но ни один слуга не вышел вперед, чтобы унести служанку.

Колебания слуг явно нанесли Линь Гуйфэй еще больший удар. Она пришла в ярость, ее лицо почернело, как дно котла. Она прорычала сквозь зубы:
— Что, вы все забыли о дворцовых правилах?!

Эти слова о правилах вывели слуг из мыслей о восстании против тирании вместе с Ся Ци.

Они немедленно вышли вперед и вместе подняли служанку.

Глядя на этих игроков, меняющих свое мнение по ветру, гнев в груди Линь Гуйфэй был подобен извергающемуся вулкану.

С тех пор как она попала в этот сценарий Фэнду, правила повышения уровня в сценарии уже начали формироваться. После того как она стала наложницей высшего ранга, пирамидальная структура гарема стала еще более прочной. Каждый раз, когда новые кандидатки в наложницы входили во дворец, им приходилось быть очень осторожными, чтобы подняться выше и получить высокое положение в гареме.

Со временем между игроками и системой сформировались устоявшиеся правила, и никто не осмеливался бросать вызов авторитету тех, кто стоял выше.

Кто бы мог подумать, что Ся Ци, пробыв здесь всего день, сразу разрушит правила, которые старые игроки так усердно создавали!

Подумав об этом, Линь Гуйфэй пришла в еще большую ярость. Она смотрела на Ся Ци покрасневшими глазами, совершенно не скрывая убийственного намерения во взгляде.

— Госпожа Гуйфэй, куда нам отнести сестрицу Лю Цзюй? — тихо спросила одна из служанок второго ранга.

Внезапный вопрос служанки вывел Линь Гуйфэй из состояния одержимости.

Линь Гуйфэй поспешно скрыла свои эмоции, собралась с мыслями и хрипло сказала:
— Отнесите ее в мою комнату.

Услышав, что служанку нужно отнести в комнату Линь Гуйфэй, слуги задумались.

После того как служанку унесли, наложница Чжао, наблюдавшая за происходящим у входа, ворвалась внутрь. Она, словно маленький вихрь, подлетела к Ся Ци.

— Негодяй! Кто дал тебе смелость творить беззаконие во дворце! — громко крикнула наложница Чжао на Ся Ци.

На самом деле, когда Ся Ци выносил приговор служанке, наложница Чжао уже не могла сдержаться.

Сейчас она была главной среди четырех наложниц, и после того как Линь Гуйфэй покинет игру, весь дворец будет принадлежать ей. Кто бы мог подумать, что Ся Ци выйдет и нарушит порядок, и даже Линь Гуйфэй, казалось, ничего не может с ним поделать. Как это могло не беспокоить ее?

Ся Ци бросил взгляд на наложницу Чжао, намеренно ищущую ссоры, и не стал тратить слова на этого мужчину, слишком вжившегося в роль наложницы.

Однако сестренка не могла стерпеть, что кто-то просто так ругает Ся Ци. Она недовольно нахмурилась и сказала:
— Он просто обсуждал дело, а наложница Чжао уже навешивает такие ярлыки.

— Ты, подлая рабыня, кто дал тебе право говорить! — хотя наложница Чжао и опасалась Ся Ци, она совершенно не боялась обычной служанки девятого ранга.

Сказав это, она сразу же подняла свою мускулистую руку и замахнулась, чтобы сильно ударить сестренку по лицу!

— Стойте! — не успела наложница Чжао опустить руку, как от входа вдруг выбежал Оу Пинь.

Услышав голос Оу Пиня, рука наложницы Чжао застыла в воздухе. Оу Пинь воспользовался моментом, схватил ее за руку и с улыбкой начал мирить всех:
— Сестрица, зачем гневаться? Это же просто маленькая служанка.

— Маленькая служанка? Я сегодня не могу ее проучить? — у наложницы Чжао было квадратное лицо, и когда она выпучила глаза, выглядела довольно пугающе.

— Ай-яй, сестрица, посмотри, она же служанка госпожи Гуйфэй. Даже если нужно наказать, госпожа Гуйфэй сама это сделает... — Оу Пинь снова надавил на руку наложницы Чжао и подмигнул в сторону Линь Гуйфэй.

После напоминания Оу Пиня наложница Чжао постепенно успокоилась. Хотя она думала, что даже если бы ударила эту маленькую служанку, Линь Гуйфэй не рассердилась бы и даже посчитала бы ее заботливой.

Однако снаружи стояла толпа зевак, и ради лица Линь Гуйфэй ей пришлось отступить.

В конце концов, сегодня служанка уже полностью опозорила Линь Гуйфэй, и она не могла позволить Линь Гуйфэй потерять лицо еще больше.

— Хмф, чтобы я вас больше не видела, — наложница Чжао закатила глаза на Ся Ци и сестренку и гневно удалилась.

Оу Пинь подмигнул Ся Ци и сестренке, а затем поспешил догнать наложницу Чжао.

Дойдя до входа во Дворец долголетия и хризантем, наложница Чжао все еще была полна гнева. Увидев, что Оу Пинь тоже вышел, она сказала:
— Сестрица Оу Пинь, проводи меня.
— Хорошо, я провожу сестрицу Чжао, — заботливо улыбнулся Оу Пинь.

Дворец наложницы Чжао находился довольно далеко от Дворца долголетия и хризантем, нужно было пройти мимо Императорского сада. Наложница Чжао, пыхтя, шла, держа Оу Пиня за руку, и ворчала:
— Эта кандидатка в наложницы Ся Ци действительно бедствие, нам нужно найти способ избавиться от него.

— А? — Оу Пинь удивился, почему наложница Чжао так ненавидит Ся Ци?

По пути наложница Чжао ругала Ся Ци бесчисленное количество раз, но кто бы мог подумать, что она еще и хочет навредить ему.

— Сестрица, как ты хочешь с ним разобраться? — изначально Оу Пинь не хотел обсуждать эту тему с наложницей Чжао, но подумал, что если узнает о ее планах заранее, то сможет предупредить Ся Ци.

Поэтому Оу Пинь спросил как бы между прочим, давая наложнице Чжао продолжить.

— Хе-хе, через семь дней будет ночной банкет в праздник Чжунъюань. За это время они обязательно будут готовить номера, — наложница Чжао подняла бровь, показывая стандартную улыбку злодея.

Поскольку Ся Ци уже овладел правилами игры, теперь было трудно использовать их против него. Но кроме этого, наложница Чжао придумала еще один способ.

А именно, использовать босса, чтобы избавиться от Ся Ци.

— Они все знают характер босса. Если заставить Ся Ци разозлить босса, то Ся Ци конец! — придумав такой идеальный план, наложница Чжао не могла не возгордиться собой.

После этих слов наложницы Чжао вдруг откуда-то подул холодный ветер, от которого Оу Пинь невольно вздрогнул.

Оу Пинь огляделся и понял, что они подошли к Императорскому саду.

— А дальше что? — Оу Пинь не понимал, как можно навредить во время подготовки номеров.

Наложница Чжао, погруженная в свои коварные планы, совершенно не заметила изменений в окружающей обстановке и продолжала холодно усмехаться:
— Мы все знаем, что не любит призрачный император. Завтра я тайно пошлю людей подложить украшения из Дворца моей любви в их реквизит...

— Сестрица Чжао! — Оу Пинь вдруг прервал наложницу Чжао. Он поднял руку, указывая ей за спину, с выражением лица, будто увидел призрака: — Ты, ты, ты...

— Что такое? — заметив странное поведение Оу Пиня, наложница Чжао застыла и тоже почувствовала что-то неладное.

У нее за спиной что-то есть?

Возможно, из-за слишком испуганного выражения лица Оу Пиня, наложница Чжао вдруг почувствовала, будто ей в спину дует холодный кондиционер, по всей спине побежали мурашки.

— А-а-а-а! — Оу Пинь, похоже, разглядел что-то за спиной наложницы Чжао. Его глаза расширились, и он закричал, схватившись за лицо. Пронзительный крик Оу Пиня чуть не порвал барабанные перепонки наложницы Чжао. Она застыла на месте, невольно сглотнув.

Почувствовав, что нечто за спиной приблизилось, она медленно повернула голову и краем глаза посмотрела назад.

В темноте за спиной она увидела бледно-белую руку.

Хотя рука была очень длинной и изящной, с сильными пальцами, почему-то наложнице Чжао показалось, что эта рука сломала много шей.

Присмотревшись к свисающему рукаву и узору на нем, наложница Чжао затаила дыхание.

Затем сзади раздался низкий голос, полный гнева:
— Ты осмелилась навредить моей императрице! Ты ищешь смерти!

О чем он говорит?

Кто такая императрица?

Глаза наложницы Чжао расширились. Поняв, кому принадлежит рука за спиной, она в ужасе издала странный звук, а еще страшнее было то, что она почувствовала, будто ее ноги налились свинцом, и ей стало крайне трудно двигаться.

— Бежим! — вдруг закричал Оу Пинь и бросился бежать. Наложница Чжао, очнувшись от этого крика, тоже побежала.

Оу Пинь убежал первым, но не успел отбежать далеко, как услышал позади болезненный крик наложницы Чжао.

Он обернулся и увидел, что в темноте появилась высокая белая фигура. Она протянула руку, схватила наложницу Чжао за шею и одной рукой подняла ее в воздух!

В отличие от прошлого раза, сегодня белая фигура выглядела особенно свирепой. Даже издалека Оу Пинь мог видеть ее кроваво-красные глаза, похожие на глаза ужасного хищника.

В ночи глаза белой фигуры излучали кровожадный красный свет. Достаточно было одного взгляда, чтобы Оу Пинь почувствовал, что не может двигаться.

— Кхе-кхе-кхе-кхе... — наложница Чжао, схваченная за горло, уже не могла сопротивляться. Она кашляла и болезненно дергала ногами. Вскоре ее красный язык вывалился и безвольно повис на подбородке.

Когда наложница Чжао была уже на грани удушья, белая фигура вдруг сильно сжала правую руку. Раздался хруст, и голова наложницы Чжао безвольно повисла.

— Ся Ци! Спаси меня! — увидев это, Оу Пинь в ужасе обмочился. Он издал крик, похожий на визг курицы, и как безумный побежал в сторону Дворца долголетия и хризантем.

То ли Оу Пинь бежал слишком быстро, то ли крик "Ся Ци" подействовал, но он добежал до Дворца долголетия и хризантем, так и не будучи настигнутым белой фигурой из Императорского сада.

Добравшись до дворца, Оу Пинь, уже не заботясь о приличиях, спросил у слуг, где комната Ся Ци, и сразу бросился туда.

— А-а-а-а, спасите! — Оу Пинь ворвался в комнату, распахнув дверь, и бросился к Ся Ци.

— Эй-эй, ты что делаешь! — увидев, как Оу Пинь бесцеремонно набросился на него, Ся Ци поднял руку, уперев ее в грудь Оу Пиня.

Поскольку Оу Пинь был ниже Ся Ци, его руки беспомощно махали в воздухе, не дотягиваясь до плеч Ся Ци. Упершись в грудь, он не мог продвинуться вперед и оставался на расстоянии вытянутой руки от Ся Ци.

Их поза напоминала мем, где одного человека держат за голову, а другой беспомощно машет руками в воздухе.

— Что случилось? Говори нормально, — Ся Ци поднял Оу Пиня и бросил на стул рядом.

Сестренка возилась с цветочным горшком, в который она посадила несколько найденных бобов. Она только обрадовалась, что нашла способ обеспечить себя едой в сценарии, как вдруг увидела Оу Пиня.

Сестренка нахмурилась и холодно сказала Оу Пиню:
— Зачем ты пришел? Быстро уходи, тебе здесь не рады.

Сестренка не собиралась быть любезной с игроком, который повышал уровень, поедая "булочки".

Оу Пинь, все еще находившийся в шоковом состоянии, не ожидал, что его так неожиданно отвергнут. Он почувствовал себя очень обиженным и надул губы:
— Что с вами? Почему вы вдруг мне не рады?

— Хочешь, чтобы мы тебе обрадовались? Это просто. Ты ел булочки? — Ся Ци искоса посмотрел на него.

Оу Пинь помолчал немного, затем сказал:
— Если я скажу, что ел... вы перестанете со мной общаться?

— Да, — Ся Ци поднял его со стула, подтолкнул к плечу и безжалостно сказал: — Нечего больше говорить, уходи.

Любой, кто видел процесс приготовления булочек, не мог бы хорошо относиться к тем, кто их ел.

— Эй-эй-эй, не надо так! Я хоть и ел булочки, но тогда не знал, что в них! — Оу Пинь чуть не расплакался от обиды. Как эти двое могут так резко менять отношение?

Ему редко удавалось найти нормальных игроков, он хотел объединиться с ними, но не успел присоединиться, как его уже отвергли.

— Правда? — Ся Ци пристально посмотрел на лицо Оу Пиня.

— Правда-правда, — Оу Пинь поднял правую руку, поклявшись: — Если я лгу, пусть босс задушит меня!

— Задушит? — Ся Ци удивился. Вчера он видел призрачного императора, тот выглядел культурным и утонченным, с нежной улыбкой на лице. Ся Ци думал, что в этот раз босс сценария стал нормальным.

Кто бы мог подумать, что призрачный император снова начал убивать?

— Да, — вспомнив кровавую сцену у Императорского сада, Оу Пинь снова вздрогнул. Он сглотнул и сказал: — Босс только что убил наложницу Чжао...

Услышав это, лицо Ся Ци помрачнело. То, чего он опасался, снова произошло.