Глава 12. Мигрень

"Естественная радость не приносит ни головной боли, ни сердечной боли."

Я вскочил глубоко хватая ртом воздух, голова гудела, в глазах было мутно. Я понимал, что мне что-то говорили, но все звуки доносились до меня эхом и я не мог разобрать, что именно мне говорят.
Передо мной щёлкали пальцами, но это не помогало придти в себя.
Но в конце концов мой разум начал просыпаться: слух стал чётче, а зрение стало потихоньку приходить в норму. Я начал улавливать суть происходящего. Передо мной щёлкает пальцами командир отряда, рядом сидит та девушка. Мутанта нет, а баррикада из столов и стульев сломана, все её составляющие валяются вблизи.

- Зайцев, ты в порядке? - слегка раздражённо меня спрашивал командир.

- Да.. Вроде да.. - еле выдавливая из себя крупицы слов ответил я.

- Ты помнишь, что произошло? - уже слегка успокоившись, но всё ещё дерзко спросил он.

- Я.. Помню, что.. - с трудом вспоминая произодшее мне пришлось сказать самую простую информацию - После грохота я почувствовал.. Удар и.. Всё..

- По сути так и было. В тебя отлетела ножка стола. - и он показал на рядом лежащую расколотую ножку. - Ты сразу упал, противогаз слегка смягчил удар, но как я вижу, он всё равно был не слабым..
После этих слов резко пришло осознание и также резко появилась боль, словно пронзающая иглами мою голову и пульсирующими отростками распространяющаяся по всему телу. Я схватил руками место удара, пытаясь этим её заглушить хоть на немного, но вместо этого я почувствовал влагу и лёд. Оторвав руку, я взглянул на неё. Она была в крови, в моей собственной.
Явно поняв мой страх, девушка отклонила мою руку в сторону.

- Двигаться сможешь? - спросил командир, пытаясь хоть как то рассосать ситуацию.

- Думаю да.. - прозвучал мой утомлённый ответ.
Я постарался встать, пшикая от боли.

- Солженицын, помогай Зайцеву двигаться. - скомандовали одному из соотрядников и меня сразу же подхватил крепкий на вид парень, решил я это из того, что он смог удержать мою тушу.

Некоторое время мы подождали, пока все будут готовы и я велел идти к чёрному выходу из кафе.
Как только все вышли, я стал осматриваться, остальные же обступили меня, чтобы защитить.
Перед нами была бетонная стена, рядом стояла пара мусорных контейнеров и разметка для парковки машин с одной дряхлой иномаркой на самой парковке. Выезд был только один.

- Нужно подойти ближе к дороге. - сказал я, все остальные повернулись к командиру и когда тот кивнул, то все двинулись к единственному выходу к дороге.
Мы медленно приближались к дороге, каждый шаг мне давался с трудом из-за боли в голове. Дорога казалась недостижимой, и каждый метр приближал нас к новому испытанию.
Как только мы приблизились к дороге, командир скомандовал одному из разведчиков проверить дальнейший путь.
Один из парней подошёл к выезду и стал смотреть, в его движениях легко читалась тревога и напряжение.
Через время он помахал всем, сообщая что дорога "чиста". Командир поманил за собой всех и мы подошли к разведчику.
На дороге стояли давно покинутые автомобили, преимущественно отечественный автопром, окна разбиты и вокруг валялись осколки от стекла. Двери и кузов сгнили, фары выкручены или также разбиты. У многих машин были открыты двери и багажники, видимо после сигнала о тревоге все стали резко выходить, забирать вещи и скрываться под землю.

- Нам по дороге туда. - сказал я и показал пальцем в скопление машин. - После этого свернём во двор слева и пройдём таким путём до вентиляционной шахты.
Все посмотрели на меня с удивлением и скепсисом, но решили повиноваться. В итоге мы двинулись по дороге, на этот раз колонна превратилась в круг, где каждый внимательно смотрел в свою сторону.
К счастью наш пятиминутный поход увенчался успехом и мы свернув налево по моему плану, двинулись через двор многоэтажного дома, выстроенного в квадратной форме.

Сквозь рощу подтаявшего снега, хлама и грязи мы шли не спеша, то ли устали, то ли просто боялись прячущейся опасности. Мой живот сильно болел от голода, ноги стали ватными и я перебирал ими по земле машинально. Голова перестала напоминать о себе болью и только изредка гудела. В этот же момент я решил и пересчитать всех людей в отряде.
Раз.. Командир отряда, шёл впереди и вертел головой по сторонам, маниакально выслеживая мутантов и прочую нечисть, как сумасшедший. Два.. Солженицын, он помогал мне волочиться после удара по голове. Три.. Девушка сперва напомнившая мне парня, идёт слева от меня и довольно близко, видимо сильно боится. Четыре.. Неизвестный мне парень сзади нас, он смотрит, чтобы никто не напал изподтишка.
Но где же тот парень, который забежал в машину, когда мы бежали от мутанта?

- Командир.. - хрипло и приглушённо начал я. - А где парень, который забежал в фургон?
Командир после вопроса даже не обернулся, а продолжив своё движение ответил - Я связался с ним по рации после твоей отключки, он попробует привести подмогу, чтобы нам было безопаснее возвращаться на станцию.
Это всё объясняло и давало надежду, что мы всё-таки вернёмся  в целости и сохранности.

Прошли считанные минуты, как мы пройдя перекрёсток после дворов очутились перед вентиляционной шахтой.

- Должна быть она. - я начал всматриваться в неё и увидел знакомый крюк перевязанный у лаза в шахту. - Там закреплён крюк, по нему шпионы вылезают на поверхность и слезают обратно.
Многие удивились, что я их и вправду привёл к ходу своего бывшего дома. Только сейчас я понял, что они всю дорогу с сомнением относились к моим словам и вообще к моей персоне.

И тогда же я услышал от командира желанное:

- Значит пора домой.