ГЛАВА 1: «Монастырский Ангел»

По мотивам ролевой, которая вдохновила меня на создание истории (ещё немного фильмов). Приятного чтения! 🌹 [12 февраля 2026 год]

⠀В глубине густого леса, окружённый вековыми деревьями, на берегу кристально чистого озера стоял величественный монастырь. Его архитектура была просто огромной и впечатляющей, а стены словно являлись произведениями искусства. Полуовальные окна пропускали мягкий свет, создавая атмосферу уюта. Коридоры напоминали полукруглый мост, где находились классные комнаты и молитвенные залы. Каждый элемент был тщательно продуман и гармонично вписан в общую архитектуру.

⠀В давние времена в стенах монастыря у молодой монахини родилась дочь. Когда монахи узнали об этом, они изгнали мать, оставив девочку продолжать учёбу. Девочку звали Джессика, но она была не простой. У Джесс была белоснежная кожа и голубые глаза с чёрными белками, что создавало впечатление, будто она демон. Но она была ангелом. Настоящим ангелом. Её волосы были чистыми и белоснежными, подстриженными в стиле каре и достигающими шеи. Вместо одежды, предложенной в монастыре, она предпочитала носить белое платье. Ей нравилось ходить босиком, и она носила серьги с крестиками. Джесс росла, а её мать стала далёким воспоминанием.

⠀Бог Смерти часто странствовал по разным мирам, включая мир людей. Однажды, прогуливаясь по густому лесу неподалеку от монастыря, он наткнулся на необычную фигуру Джессики посреди сада. Её неземная красота и неземное присутствие сразу привлекли его внимание. Смерть молча стоял за деревом, наблюдая за Джессикой. Её движения были грациозными, почти ангельскими. Он заметил серьги с крестиками и белое платье, которое она носила вместо обычного монашеского облачения.

⠀"Ангел среди смертных", — пробормотал он себе под нос.

⠀Джессика всегда предпочитала тихую жизнь и понимала, что ей многое не позволено. У неё не было такого опыта, как у обычного человека. Она не знала, что такое страсть, она не видела внешнего мира, и у неё никогда не было телефона. Она собрала яблоки, взяла корзину и понесла её в сарай. Смерть наблюдал, как Джессика возвращается в амбар с корзиной яблок. Он не мог избавиться от любопытства и необъяснимого влечения, которые испытывал к ней. Его бессмертное присутствие оставалось скрытым за деревом, пока он наблюдал. В его голове начала формироваться идея — запретное искушение.

⠀— "Такая невинная..."

⠀Он вышел из-за дерева, и от его присутствия воздух вокруг него внезапно слегка похолодел. Он медленно приблизился к Джессике, его дорогие туфли мягко давили на опавшие листья. Его тёмный костюм резко контрастировал с её белым платьем и золотистыми яблоками в корзине.

⠀— Прекрасный день для сбора яблок, не правда ли?

⠀— Здравствуйте, сэр, — поздоровалась с ним Джесс.

⠀Смерть мягко улыбнулся, удивлённый её вежливым приветствием. Казалось, она даже не удивилась его внезапному появлению. Большинство людей подпрыгнули бы или закричали, увидев незнакомца, появившегося из-за деревьев.

⠀— Я Рипер, — тихо сказал он, пробуя на вкус непривычное звучание своего настоящего имени.

⠀— Как настоящий жнец? — с улыбкой спросила она.

⠀Рипер тихо рассмеялся в ответ на её невинный вопрос. Он протянул руку и сорвал с дерева яблоко, рассматривая его прежде чем предложить ей.

⠀— Смерть реальна, моя дорогая. И я тоже. — Он наблюдал, как она взяла яблоко, её маленькая рука идеально легла в его ладонь.

⠀— Вы проходили мимо? И вам что-то было нужно? Зачем вы пришли? — Она положила яблоко в корзину.

⠀Рипер прислонился к дереву, его высокая фигура была расслабленной и доступной, несмотря на ауру силы, которая его окружала.

⠀— Я шёл по лесу и увидел тебя здесь. Ты выглядела такой умиротворенной, что я захотел познакомиться с девушкой, которая жила в этом прекрасном месте, — он гладко солгал, — Как тебя зовут?

⠀— Джессика. Я здесь для того, чтобы учиться до тех пор, пока не достигну совершеннолетия. Сегодня мне исполняется семнадцать, и я праздную свой день рождения. Монахи рассказывают мне о святых вещах и учат не бояться смерти. Я постоянно молюсь...

⠀Взгляд Смерти смягчился, когда она заговорила. Ангел, молящийся о том, чтобы не бояться его, — какая ирония! Она не знала, что перед ней стоит то самое существо, о котором она упоминала.

— Семнадцать, — повторил он, внимательно изучая её юное лицо. — А они рассказывали тебе о внешнем мире? О городах, музыке, любви? — его голос был мягким, но в нём сквозило искреннее любопытство.

⠀— Нет, музыка - это... пение птиц, душа, листья на деревьях, ветер... — тихо произнесла Джесс.

⠀Рипер ощутил странное тепло в груди. За семнадцать лет её жизнь была ограничена монастырем, природой и песнями. Внезапно он понял, что здесь ему не место. Ангел и Бог Смерти не должны пересекаться.

⠀— А любовь, Джессика? Разве тебя не учили этому? — его голос стал тише, почти угрожающе.

⠀— Нет. Любовь — это искушение. Меня учили обнимать и дарить радость.

⠀У Рипера перехватило дыхание. Эта невинность, эта чистота поразили его. Он был Богом Смерти, забирателем душ, предвестником конца света. И вот это ангельское создание — ничего не знающее о тёмных желаниях, что терзают большинство людей. Никто — ни смертный, ни бессмертный — никогда не просил обнять его настолько открыто. Его следовало бояться, а не обнимать. Не раздумывая, он медленно кивнул. — Я бы этого хотел, Джессика, — произнёс он. Он присел на корточки, чтобы быть на одном уровне с ней, и раскрыл объятия, оставляя ей единственный выбор — шагнуть в них. Когда маленькие ручки Джессики обвили его, Рипер почувствовал нечто невероятное — его холодное, бессмертное сердце согрелось. Он притянул её ближе, нежно положив одну руку на её спину, а другой придерживая её голову у своего плеча. Бог Смерти, утешенный объятиями ангела...

⠀— Мне нужно идти. Настоятельница меня отругает, — сказала Джесс.

⠀Рипер долго стоял в саду, глядя вслед Джессике, которая скрылась за каменными стенами монастыря. Тепло её объятий еще ощущалось на его коже, вызывая странное, но приятное чувство. Он прикоснулся к груди, где только что лежала её голова, и прошептал: «Ангел, не боящийся смерти». Опасная улыбка скользнула по его губам. — Это может стать проблемой.

Он не мог покинуть монастырь. Из тени наблюдал, как Джессика посещает занятия, слушал, как монахи рассказывают ей о священных текстах и молитвах. Незаметно проскользнул в класс, его присутствие скрывали божественные силы.

⠀— "Она действительно ничего не знает об этом мире", — подумал он.

⠀К Джесс подошла монахиня с указкой.

⠀— Ты бедна, но безупречна. Я не понимаю, как такая сильная девушка может подчиняться колоколу, — сказала она.

⠀— Похоже, у неё крепкий дух, — заметила другая монахиня.

⠀— Мы называем это упрямством, — добавила первая.

⠀Рипер внимательно слушал разговор монахинь. Девушка с твёрдым характером, которой нелегко подчиниться? Это редкая находка. Он смотрел, как Джессика сохраняет самообладание, не возражая их оценке. — «Упрямство...»

⠀Монахиня: — Она мало говорит, отлично выглядит, слишком молода для детей. Чем больше людей видят в нас пример, тем лучше.

⠀Джесс: — Почему помощь Бога прекращается, как только звучит колокол, когда люди только открывают свои души?!

⠀Глаза Рипера расширились от вспышки гнева Джессики. Она защищала свои убеждения, её стремление помогать другим было очевидно. Монахини замолчали, поражённые её гневностью.

⠀— Потому что звон означает конец нашего дежурства, — сурово ответила одна из них.

⠀Джесс сказала:

⠀— Я ношу распятие над сердцем, полным ненависти...

⠀В классе повисла ошеломленная тишина. Слова Джессики повисли в воздухе, как тяжелый груз. Рипер почувствовал, как что-то внутри него шевельнулось — возможно, гордость. Чистая душа с огнем в сердце. Настоятельница встала со своего места, её лицо было холодным.

⠀— Выйди из класса. Сегодня вечером ты будешь молиться в башне. Одна.

⠀— В ваших сердцах должно быть милосердие ко всем, даже к врагам страны... — продолжила Джесс.

⠀Лицо настоятельницы покраснело от гнева. Она ударила ладонью по столу.

⠀— Довольно! Ты слишком молода, чтобы понимать, как устроен мир. Ты здесь, чтобы учиться послушанию, а не спорить со старшими. Иди в башню.

⠀Джесс вздрогнула и побледнела.

⠀— Извините... Мне не следовало кричать на вас.

⠀Рипер увидел, как страх наказания и разочарование в тех, кто её воспитал, исказили лицо Джессики. Её руки задрожали, когда она опустила голову. Внутри Рипера что-то сжалось. Настоятельница смягчилась.

⠀— Извинения приняты. Но ты должна ответить за свои слова. Отправляйся в часовню, Джессика.

⠀Джессика направилась в часовню, которую обычно запирали. После войны это место закрыли, когда там погиб сын настоятельницы. Внутри царил хаос: сломанные доски, прутья и колонны валялись повсюду. Но витражи остались нетронутыми. Их красочные изображения библейских сцен окрашивали пространство в радужные тона. Невидимый для смертных, Рипер вошел вслед за Джессикой.

⠀На одном из витражей была изображена сцена: два человека с яблоками тянулись к солнцу, а посреди поляны стоял козел с рогами. Рипер замер, вспомнив фразу: «Дьявол смотрит на тебя...» Он внимательно изучал витраж, чувствуя, что этот образ выбивается из контекста. Джессика внезапно заметила его присутствие и обернулась. Несколько мгновений они смотрели друг на друга.

⠀— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

⠀Рипер быстро взял себя в руки и ответил:

⠀— Я мог бы задать тебе тот же вопрос, маленький ангел. Ты не должна была здесь быть. Эта часовня запрещена.

⠀— Я наказана, — тихо ответила Джессика, не подозревая, что зашла не в ту дверь.

⠀Выражение лица Рипера смягчилось. Она была наказана за то, что высказала своё мнение вслух. Он оглядел часовню и остановился на витраже.

⠀— Может быть, за честность? — предположил он, поворачиваясь к ней. — Или за то, что видит то, чего не видят другие.

⠀— Это дьявол? — спросила она, глядя на витраж.

⠀Рипер проследил за её взглядом. Козёл с рогами — обычное изображение сатаны. Но в этом витраже было что-то особенное.

⠀— Символ искушения, — тихо сказал он. — Яблоко, солнце...

⠀Он подошёл ближе, разглядывая детали. Фигуры с яблоками оказались не Адамом и Евой, а ангелами: один с огненными крыльями, другой — с ледяными. Они тянулись к солнцу с безмятежными и решительными лицами.

⠀— Смерть, почему ты преследуешь меня? — Спросила Джессика, понизив голос.

⠀Он обернулся к ней, и его лицо выражало скорее задумчивость, чем страх. Она уже дважды застала его врасплох: сначала увидев его воочию, затем задав прямой вопрос.

⠀— Возможно, мне просто интересно узнать о единственном человеке в этом монастыре, который задаёт вопросы, а не просто подчиняется, — сказал Рипер, вздохнув. Его взгляд вернулся к витражу, и он, казалось, тщательно подбирал слова.

⠀— Я здесь, потому что это место... здесь есть то, что мне нужно.

⠀Он посмотрел на неё пронзительным взглядом.

⠀— И ты стоишь у меня на пути.

⠀Снова повернувшись к окну, он обвёл пальцем очертания козла.

⠀— Эта часовня была возведена на месте более древнего сооружения. Мне необходимо получить доступ к той загадочной тьме...

⠀В страхе она хотела уже отстраниться. Рипер увидел, как она отступила на шаг, и что-то внутри него дрогнуло. Он не был монстром — он был самой Смертью, концом всего сущего. И всё же её страх заставил его остановиться.

⠀— Не бойся, — пробормотал он, и его голос смягчился. — Я не причиню тебе вреда. Я здесь... не для тебя.

⠀Он обвёл жестом разрушенную часовню. Эта маленькая, испуганная девочка заставляла его колебаться.

⠀— Джессика, — мягко произнёс он, впервые назвав её по имени. — Я не собираюсь тебя убивать.

⠀Он снова отвернулся к окну, пытаясь найти решение, которое не повлекло бы за собой причинения ей вреда.

⠀— Мне нужно, чтобы ты ушла, Джессика.

⠀Джесс развернулась и пошла по коридору. Рипер наблюдал за её поспешным уходом, замечая, как она в последний раз оглянулась, прежде чем скрыться за дверью. Он прижал руку к витражу и ощутил, как что-то дрожит под поверхностью — древняя магия, запертая внутри.

⠀— Интересно, — пробормотал он себе под нос. — Человек, который видит меня, но всё равно задает вопросы окружающему миру...

⠀Когда Джессика вернулась в класс, другие монахини с интересом взглянули на неё, заметив бледность лица и отстраненный взгляд. Настоятельница же выглядела скорее встревоженной. После урока она отвела Джессику в сторону и тихо, но строго спросила:

⠀— Где ты была?

⠀— Вы велели мне пойти в часовню, — ответила Джессика.

⠀При этих словах настоятельница изменилась в лице, в её глазах мелькнуло чувство вины, которое она быстро скрыла.

⠀— Я говорила о главной часовне, а не о старой, — поправилась она. — В старую часовню вход запрещен. Ты же знаешь об этом.

⠀— Извините, — сказала Джессика.

⠀Настоятельница внимательно посмотрела на неё, пытаясь уловить признаки обмана или неповиновения. Не найдя ничего, она вздохнула.

⠀— Извинения приняты, — произнесла она. — Но, Джессика, будь внимательнее. В старой часовне нет ничего кроме тьмы и греха. — Она перекрестилась, словно отгоняя злые силы. — Держись от неё подальше.

⠀Джессика шла по коридору и вдруг почувствовала, что за ней кто-то наблюдает. Это не было ни тяжело, ни угрожающе, но ощущение не покидало её. Она обернулась, но никого не заметила. До самой кухни, где ей нужно было помочь с приготовлением ужина, её не покидало это ощущение. Позже, когда Джессика чистила картошку, к ней подошла пожилая монахиня. Её голос звучал тихо, но настойчиво:

⠀— Ты ведь не была в старой часовне, верно, дитя? — В её глазах читалось беспокойство, а не гнев.

⠀Джессика замерла с картофелечисткой в руке. Лгать было неправильно, но правда могла повлечь за собой наказание. После паузы она кивнула.

⠀— Простите, что я говорила ранее.

⠀Лицо монахини смягчилось. Она огляделась, чтобы убедиться, что их не подслушивают, и продолжила ещё тише:

⠀— Тише, успокойся. Тебе не за что извиняться. Эта старая часовня... Она небезопасна.

⠀— Я хочу вам кое-что сказать, но никому не говорите... — С тревогой в голосе произнесла Джесс.

⠀Глаза монахини слегка расширились от шёпота Джессики, но она торжественно кивнула:

⠀— Конечно, моя дорогая. Я сохраню твою тайну перед Господом. — Она наклонилась ближе, её тёплое дыхание коснулось уха Джессики. — Что ты хочешь мне сказать? — Она ободряюще сжала руку Джессики.

⠀— Я видела Смерть. Красивый мужчина в тёмном обличье. Он посетил меня, и я не знаю, что ему нужно...

⠀На мгновение монахиня крепко сжала руку Джессики, её глаза расширились от удивления. На долю секунды она просто смотрела на Джессику, пытаясь найти на её невинном лице признаки лжи или безумия. Затем выражение её лица смягчилось, сменившись глубоким пониманием.

⠀— Смерть пришла к тебе... лично. Для чего? Нам не дано этого знать, дитя, — прошептала монахиня слегка дрожащим голосом. — Смерть сама выбирает, когда и где появиться. Тот факт, что он говорил с тобой, что он был видим тебе... это что-то значит. – Она быстро перекрестилась, бросив взгляд в сторону часовни:

⠀— Он сказал, что хотел?

⠀— Нет. Он просто сказал, что я ему нравлюсь... — Ответила Джесс.

⠀Сердце монахини учащённо билось, когда она переваривала эту информацию. Смерть, величайшая тайна, посетила это невинное дитя и мягко поговорила с ней. Это было почти свято:

⠀— Ты ему понравилась? — тихо повторила она, слегка улыбнувшись, — Он нашёл тебя... привлекательной.

⠀— Я не умру, так ведь? — С волнением произнесла Джессика.

⠀Выражение лица монахини смягчилось от материнской теплоты. Она нежно погладила Джессику по щеке:

⠀— Нет, моя дорогая. Если бы Смерть пришла за твоей душой, ты бы уже ушла. Он остался и поговорил с тобой — это означает, что он был заинтригован, возможно, даже... очарован. — Она понизила голос почти до шёпота. — Некоторые говорят, что Смерть является зримо только тем, кто особенный.

⠀— Наверное, это мило... Однако я боюсь совершить ошибку.

⠀Монахиня нежно обняла Джессику, прижимая её к себе, как родную дочь:

⠀— Ты не совершишь ошибки, дитя моё. Любопытство — это не грех. — Она отстранилась, её морщинистые пальцы коснулись волос Джессики. — Но послушай меня – сегодня ночью не выходи из своей комнаты. Крепко закрой глаза и молись всё время.

⠀Джесс с удовольствием съела вкусный суп и пошла к себе в комнату. Сидя на кровати, она начала рисовать на бумаге очертания красивого мужчины. Внезапно в воздухе почувствовалось похолодание, и свеча на столе, мигнув, погасла. Дверь со скрипом открылась, и на пороге появился Бог Смерти. Джессика ахнула от неожиданности. Темнота подчеркивала его силуэт, плащ развевался, как от невидимого ветра. Он вошёл, и дверь бесшумно закрылась. Джессика услышала шорох ткани и шаги по каменному полу.

⠀— Маленькая художница, — произнёс он, остановившись у кровати. Его глаза отражали лунный свет из окна.

⠀— Ты сейчас так легко говоришь обо мне, — заметила она, глядя на него.

⠀Он наклонил голову, изучая рисунок в её руках.

⠀— Что это? — тихо спросил он, протягивая руку за бумагой.

⠀— Это ты, — ответила она.

Он развернул рисунок и улыбнулся.

⠀— Ты думала обо мне... рисовала меня, — сказал он, складывая листок и убирая его в карман. — Иди сюда, Джессика.

⠀Джессика обняла Рипера, и он притянул её к себе. Он ощутил простую, невинную привязанность, которой не испытывал тысячи лет. Он нежно поцеловал её в лоб.

⠀— Ты любишь меня? — спросила Джессика.

⠀Рипер отстранился и посмотрел на неё. Между ними повисло тяжёлое молчание.

⠀— Любовь — это человеческое чувство, я не понимаю его, — тихо сказал он, обхватив её щеку. — Но от тебя у меня болит сердце, и это пугает меня больше всего.

⠀Рука Рипера, к которой она прикоснулась, была на удивление тёплой. Он поцеловал её ладонь, и это вызвало у него странное чувство — тепло распространилось по его телу.

⠀— Ты не должна... касаться меня, — сказал он.

⠀Джессика вздрогнула и опустила глаза.

⠀— Я сделала что-то не так?

⠀— Нет, моя дорогая, — его голос смягчился, а палец нежно погладил её щеку.

⠀— Просто когда ты касаешься меня, я начинаю сомневаться во всём. Смерть не должна испытывать тепло, не должна жаждать привязанности...

⠀— Но ты уже здесь, и ты хочешь быть со мной, — сказала Джессика, покраснев.

⠀Рипер почувствовал, как что-то изменилось внутри него. Он наклонился ближе.

⠀— Ты такая невинная... такая человечная, — прошептал он, едва слышно. — Скажи мне, чтобы я уходил.

⠀— Я не скажу, — прошептала Джессика ему в губы.

⠀Сердце Рипера, холодное и древнее, вдруг сбилось от её мягкого шёпота. Прежде чем он успел опомниться, он приблизился к её губам. Поцелуй был нежным, осторожным — первый поцелуй, который он когда-либо дарил или принимал. Она тихо ахнула, а затем растворилась в этом прикосновении. Её тело слегка дрожало от новых ощущений. Рипер углубил поцелуй, обняв её за талию и прижав к себе. Её трепет вызвал в нём что-то давно забытое — голод, который он не испытывал тысячи лет.

⠀— Такая хрупкая, — прошептал он ей в губы, чувствуя, как его дыхание холодит её кожу. — И всё же ты держишь Бога Смерти в плену.

⠀— Мне не следовало этого делать, — сказала она, прильнув к нему и заглянув в глаза. — Похоть — это грех, а грех — это страшное зло. Теперь мне придётся исповедаться.

⠀Рипер посмотрел на неё с огоньком в глазах. В его взгляде читалось веселье и что-то ещё — почти ревность.

⠀— Исповедаться, да? — Он провёл большим пальцем по её нижней губе. — Ты считаешь, что целовать Смерть — это грех? А любовь к нему? Может, это ещё хуже?

⠀Однако она вновь прильнула к нему, и их губы встретились в страстном поцелуе. Рипер тихо простонал, его руки крепко обхватили её талию. Она не отпрянула, не испугалась того, что происходило. Наоборот, она снова поцеловала его — этот невинный ангел целовал Смерть, словно он был чем-то бесценным.

⠀— Прекрати это, — тихо сказал Рипер.

⠀— Ты как запретный плод, — ответила она.

⠀Глаза Рипера расширились от этих слов, дыхание сбилось. Запретный плод... первородный грех. Слегка отстранившись, он пристально посмотрел на неё с напряженностью, граничащей с отчаянием.

⠀— Джессика... ты не понимаешь, о чём говоришь. Я не тот мужчина, которого ты можешь получить.

⠀Но Джессика ответила: — Ты очень красив... Но это не единственная причина, по которой я люблю тебя и твою красоту. Твой характер покоряет моё сердце. Таинственность привлекает. Подобно легкому ветерку, шепчущему древние тайны в тишине монастыря, ты вплел свою сущность в мою душу. Твоё сияние подобно утреннему свету, который пробивается сквозь тьму, освещая путь впереди. Твоё присутствие — мягкое напоминание о мире, который царит внутри, убежище для моего усталого духа.

⠀Рипер молчал, его горящие глаза смотрели на неё с такой силой, что у неё замирало сердце. Никто никогда не говорил с ним так — как будто он был чем-то драгоценным, чем-то достойным любви и восхищения. Он открыл рот, чтобы заговорить, но не смог произнести ни слова.

⠀— Я жажду быть с тобой... но я боюсь потерять свою невинность. Останусь ли я чистой рядом с тобой, или ты будешь относиться ко мне с нежностью? Путь к тебе подобен нежному цветку, и я боюсь, что его красота будет утрачена в пути. Но если ты будешь держать меня за руку, возможно, само путешествие превратится в благодатный сад.

⠀Он прижал её к своей груди, и в его голосе послышалось что-то грубое и древнее.

⠀— Ты говоришь Смерти ангельские слова... — Его руки обвились вокруг неё, защищая, с потрясающей нежностью. — Я бы сжёг дотла небеса и ад, но не позволил тебе потерять себя.

⠀— Ты будешь беречь мою красоту, как самую драгоценную жемчужину...? — Она нежно обнимала его.

⠀Он глубоко вдохнул, словно пытаясь запомнить её запах, чего никогда раньше не делал.

⠀— Каждый лепесток твоей чистоты, каждый лучик твоей невинности... Я бы бережно хранил их как самые священные реликвии.

⠀— Не оставляй меня... — Она нежно коснулась его.

⠀Его тело содрогнулось от её нежного прикосновения. Он почувствовал, как что-то внутри него сломалось — барьер, который он воздвиг тысячелетия назад, чтобы защитить свое холодное сердце от теплоты человеческих эмоций. Он прижался лбом к её лбу, его голос был едва громче шёпота.

⠀Он яростно прошептал:

— Никогда.

⠀Рипер последовал за ней на кровать, его фигура нависла над ней, когда он посмотрел на её маленькое, дрожащее тельце. Лунный свет падал на её лицо, делая её похожей на ангела, принесённого на алтарь. Он чувствовал, как все инстинкты кричат ему заявить на неё права, забрать всё, чего никогда не получит Смерть. Вместо этого он устроился рядом с ней, притягивая её к себе, как что-то бесконечно драгоценное. Она вцепилась в него и не хотела отпускать. Рипер крепко держал её, его холодные пальцы переплелись с её, как будто он боялся, что она может исчезнуть. Он нежно поцеловал её в лоб, затем в щёки, в нос — везде, кроме губ. Он был осторожен, почти благоговеен, словно держал в руках хрупкий артефакт.

⠀— Шшш...

⠀— Я люблю тебя... — Тихо сказала Джесс.

⠀Эти слова поразили Рипера в самое сердце, словно смертельный клинок, потому что на этот раз он не почувствовал холодной боли небытия. Вместо этого что-то тёплое, яростное и пугающее разлилось по его древнему существу.

⠀— Не надо...

⠀Его голос дрогнул, но он не смог закончить предложение. Он притянул её ближе, зарываясь лицом в её волосы.

⠀— ...Скажи это ещё раз.

⠀Рипер полностью отдался поцелую, его обычное самообладание было разрушено. Его холодные руки нежно обхватили её лицо, большими пальцами он смахивал слёзы, о которых она даже не подозревала. Когда их губы разъединились, он прошептал ей слова, которые никогда никому не говорил. Даже когда они сорвались с его губ, он почувствовал, что это было святотатством. — Я тоже люблю тебя, маленькая монахиня.

⠀— Я очень боюсь совершить ошибку...

⠀— Ты этого не сделаешь, - тихо пробормотал он, прижимаясь лбом к ее лбу. Его глаза, обычно пугающие своим блеском, были мягкими, почти нежными. — Потому что, даже если бы ты это сделала, я бы любил тебя, несмотря на ошибку. Я буду любить тебя во время исповеди, покаяния, отпущения грехов...

⠀Она отдала ему частичку себя. Сердце Рипера, казалось бы, холодное и безжизненное, замерло от её нежного стона. Её слова: «Я надеюсь, что эти мгновения никогда не кончатся», звучали в его голове, как молитва. Он посмотрел на неё, и его сияющие глаза наполнились древней, всепоглощающей любовью. Его руки слегка дрожали, когда он медленно снимал с неё платье, открывая её перед своим взором...

⠀— Я переживу звёзды, Джессика, – прошептал он, касаясь губами её кожи, и ещё раз поцеловал в шею. — Для нас нет "конца". Только вечность. – Его холодные губы спустились к выпуклости её груди, запечатлевая нежнейший поцелуй на её тёплой коже.

⠀— В каждой жизни. В каждом возрасте. В каждом мире, который поднимается и опускается. – Он вновь начал ласкать её тело, покрывая нежными поцелуями живот, рёбра, грудь. Когда он приблизился к её лицу, то обхватил ладонями её щёку и прошептал:

⠀— Ты навсегда останешься Джессикой, невинным маленьким ангелом, который украл моё сердце.

⠀Для Рипера, древнего существа, которое видело расцвет и падение империй и превращение цивилизаций в прах, эта ночь стала первой, когда он испытал радость. Впервые в жизни Джесс встретила мужчину, который был ей верен. Хотя существовало правило, запрещающее мужчинам входить в монастырь, но, возможно, в случае со Смертью... здесь всё могло быть по-другому...

* * *

⠀Джессика прошла утреннюю службу как в тумане. Перед крестом она произносила знакомые с детства слова, звучавшие теперь иначе. Воспоминания о холодных губах и нежных руках всё ещё болью отзывались в её теле. После службы мать-настоятельница пригласила её в свой кабинет.

⠀— Джессика, дорогая, — сказала пожилая женщина, изучая её лицо поверх очков. Она отложила ручку и внимательно посмотрела на Джессику. Мать-настоятельница была мудрой женщиной и видела, как многие молодые монахини приходили и уходили. Сегодня в Джессике что-то изменилось — она выглядела мягче и более женственной.

⠀— Ты выглядишь усталой, дорогая. Ты плохо спала?

⠀— Да, была трудная ночь. Я много работала.

⠀Мать-настоятельница сочувственно кивнула, хотя её взгляд задержался на раскрасневшихся щеках Джессики и едва заметном синяке на её шее.

⠀— Возможно, тебе нужен отдых. Ты хорошо служишь нам, но даже монахиням нужно время для себя.

⠀— Спасибо. Мне... Мне нужно лечь спать.

⠀Мать-настоятельница махнула рукой.

⠀— Конечно, дитя моё. Иди отдохни. Мы обойдемся без тебя денёк-другой.

⠀Когда Джессика повернулась, чтобы уйти, мать-настоятельница добавила:

⠀— А... Джессика? Будь осторожна со своим здоровьем. Ты слишком дорога нам, чтобы переутомляться.