Конфликт.

Звонок.

- Слушаю.

- Ты знаешь, зачем я звоню.

- Догадываюсь. Ваши люди на башне. Один раненый, второй в шоке. А мой снайпер, между прочим, до сих пор не может говорить. Что ты хотел?

- Я хотел понять, кто дал приказ открывать огонь без согласования. Мы пришли на переговоры. А твои люди сидели на склоне с винтовками.

- Мы защищаем реальность. Этот человек - угроза. Его аппарат - дыра, через которую может пролезть нечто, чему не место в нашем мире. Ты это знаешь. И ты знаешь, что переговоры с ним - это игра с огнём.

- Это ты играешь с огнём, когда отдаёшь приказы на ликвидацию без единого слова анализа. Мы не знаем, что там, за гранью. Может быть, это ключ к новой физике. А может быть, это то, что перевернёт всё наше понимание о мире. Ты хочешь уничтожить знание, потому что боишься его.

- Я хочу уничтожить угрозу, пока она не уничтожила нас. Ты видел, что он сделал с моими снайперами? Он даже не прикоснулся к ним. Просто импульс - и два профессионала вырубились как новобранцы. А если бы он захотел убить? Мы бы даже не поняли, что нас уже нет.

- И поэтому ты хочешь его убить. Вместо того чтобы понять, как он это делает. Вместо того чтобы использовать его знания для защиты.

- Защиты от чего? От того, что он сам создал? Ты хочешь сотрудничать с безумцем, который прячется, водит всех за нос и оставляет за собой ложные следы. Он не доверяет никому. Или ты думаешь, что он доверится тебе?

- Я думаю, что если мы не попытаемся, мы никогда не узнаем. А если мы никогда не узнаем - мы проиграем. Ты можешь уничтожить его, но ты не сможешь уничтожить саму идею. Рано или поздно кто-то другой создаст такой же аппарат. И тогда у нас не будет ни Архитектора, ни времени, чтобы понять, что происходит.

- Значит, ты предлагаешь дать ему время? Пока он играет в свои игры и раскачивает реальность?

- Я предлагаю тебе отступить. Дай нам неделю. Мы найдём его, мы сядем за стол, мы предложим ему условия. Если он откажется - действуй как хочешь. Но не сейчас. Сейчас он напуган и перешёл в оборону. Он готов на всё. Если ты прижмёшь его, он может сделать глупость. И тогда мы потеряем всё.

- Неделя. Но если ты провалишься, я беру всё в свои руки. И не будет никаких «может быть». Я сотру его в пыль вместе с его игрушкой.

Принято. У нас есть одна неделя.

Противостояние двух структур перешло из скрытого в открытое. ГРАНКОМ и РЕАЛСТАЖ теперь действуют не параллельно, а против друг друга. Начинается гонка, исход которой предопределит судьбу не только Архитектора, но и всей реальности.