Пролог

Девушка бежала по пустой дороге, задыхаясь от страха.
Позади неё спокойными, неторопливыми шагами шёл парень, будто точно знал, что ей некуда сбежать. Босые ноги обжигал холодный асфальт, дыхание сбивалось, а сердце билось так громко, что заглушало звук его шагов.

— Не беги, детка.

Парень быстро сократил расстояние между ними. Она споткнулась и почти рухнула на колени от усталости, но он успел схватить её за волосы, заставляя поднять взгляд на себя.
Его лицо оставалось пугающе спокойным, будто всё происходящее было лишь вопросом времени.

— Я ведь предупреждал тебя, — тихо произнёс он, тяжело дыша ей прямо в лицо. — Ты меня не поймаешь.

Её губы дрогнули, но сил ответить уже не осталось. Сердце колотилось где-то в горле, а ноги подкашивались от боли и страха.
Он слегка наклонился ближе, не сводя с неё холодного взгляда.

— Я же говорил, — тихо произнёс он, заставляя её смотреть прямо на него. — Я тебе не по зубам.

Уголок его губ дрогнул в холодной усмешке.

— А ты так уверенно строила из себя ту, что может мной манипулировать. Подкатывала ко мне, смотрела так, будто уже победила. Серьёзно думала, что я ничего не замечу?

Его голос звучал ровно, почти лениво, но за каждым словом скрывалась угроза. Такая спокойная, что от неё становилось только хуже.
Позади раздались быстрые шаги. К ним подошли двое парней в дорогих тёмных костюмах. Они были удивительно похожи: одинаковые черты лица, одинаково жёсткие взгляды и выправка людей, привыкших выполнять приказы без лишних вопросов.

— Уберите этот мусор.

Он произнёс это так спокойно, будто речь шла не о человеке, а о ненужной вещи.
Парни без лишних слов выполнили приказ. Один резко схватил девушку за руку, второй за плечо, заставляя её подняться на дрожащие ноги.

— Отпустите меня! — её голос сорвался на крик. Она пыталась вырваться, цеплялась за их руки, но хватка становилась только сильнее.

Её уводили всё дальше по пустой дороге, в темноту, где не было ни людей, ни шанса на помощь.
А он даже не обернулся.
Стоял неподвижно, засунув руки в карманы пальто, и лишь равнодушно смотрел куда-то вперёд, будто её крики давно перестали что-либо для него значить.