The Beggining.

Здравствуйте.

Приятно представиться: мы те, кого называют потерянным поколением.

О нас приятно говорить много разного, но все сходятся только в одном – хуже нас на свете не было и не будет никогда.

У нас в огромных рюкзаках вместо книжек и учебников помятые пачки сигарет и пластиковые цветные зажигалки, которые быстро ломаются, а в наушниках басами гремит странная бессмысленная музыка, и мы давно забыли, а, может, и вовсе не знали, как прекрасен Шопен.

Мы одеваемся ужасно: сверкаем голыми коленками через лоскуты порванных джинс и шаркаем поношенными кедами по асфальту в любое время года.

Наша речь – тот самый «новояз», которому ужасался Оруэлл, и мало кто в состоянии понять ее.

Вместо книг мы читаем бесконечные посты в социальных сетях, и, вообще, наш мир тяжело назвать реальным – он давно отцифрован и переведен в двоичную систему.

Мы потерянные.

Потерянные.

По-те-рян-ные.

Это слово можно повторять раз за разом, смаковать его, ощущая горьковатый привкус во рту. Его можно крутить, осматривая со всех сторон. И примерять: так и эдак. Но от него никуда не скрыться, потому что оно как клеймо.

Мы потерянные.

Это наш приговор.

Мы поколение на чьи чувства всем плевать, мы поколение, у которых, кажется, этих чувств и вовсе нет. Отсутствуют. Исчезли в процессе эволюции. Были выкурены с очередной пачкой сигарет и утоплены в новой бутылке отвратительно-горького пива.

Мы поломанные.

Но мы так же, как и все, хоть в это сложно поверить, хотим жить и любить. Потому что внутри нас еще мерцает свет, хоть и его не хватает, чтобы осветить наш путь, и, поэтому мы идем по нему на ощупь, в полной темноте. И для нас обязательно найдется место в этом странном мире, чтобы там кто ни говорил. Ведь поколение «Пепси» тоже считали потерянным. Однако они выросли, засели в офисы в однотипных костюмах-двойках и юбках-карандашах и даже создали новое поколение, чтобы смыть с себя позорное клеймо тех, кто разочаровывал всех вокруг.