Глава-5.5| Новый дом, новые знакомые.

Али задумчиво сидел на диване, склонившись над столом, подпирая голову рукой.

Находился он в довольно непонятном состоянии, в каком-то смысле апатичном: то, что он узнал было действительно шокирующим, для его самого.

А в мыслях проговорил, рефлексируя над тем, что произошло:

"Вот я пару часов назад топтал землю-матушку, а сейчас... а что сейчас? хрен пойми где, хрен пойми у кого, согласился на хрен пойми что. Мраз вроде есть, где-то там, снаружи, далеко. А может его уже нет. И что остаётся делать в этой ситуации? Да хрен его знает, просто..."

Здесь, голову посетила довольно мрачная мысль, но сталкер тут же покачал головой, отбрасывая её, думая:

"Ну не накладывать же на себя руки".

И тут Али вспомнил, как когда-то он, с ещё не знакомым ему Мразом, застряли в жуткой передряге, из которой казалось небело выхода, и тогда Али тоже было... тяжко. Почти как сейчас. И тогда, его будущий друг и соратник сказал: "Живи, живи пока можешь пацан! Тебе нельзя сдаваться!" тогда эти слова прозвучали как приказ, который парень поклялся выполнить, ведь Мраз дал ему мотивации, никогда не сдаваться, бороться до кончины, чего бы это не стоило.

Интересно что Мраз тогда бросился в, казалось, самоубийственную атаку, благодаря которой Али смог сбежать, хоть и не без боя. Мраз же тогда выжил, да был в тяжёлом состоянии, но Али дотащил его до медика.

Почему-то эти мысли дали парню уверенность: не всё потеряно, ещё есть шанс, всегда есть шанс – надеется он.

Тут от мыслей его выдернул голос Майка:

– Эй, как тебя там, Али? Вставай, пройдёмся Зиды.

Свободовец, посмотрел на дрона. А потом саркастически спросил, вставая с дивана, раздражительность отдавалась от него стёбом и грубостью.

– Опять меня избивать будет?

– Если понадобится, - коротко ответил собеседник, подходя к двери, что вела из небольшого зала с кучей "квартирок" как у Вила.

–Да не бойся, Зида знает, что делает, - усмехнувшись добавил Итон, затем бросив невзначай. – Я тебе комнатушку пока что организую, как раз здесь одна пустует. - проговорил он, решая все за Али. Тот даже перечить ему не стал.

Свободовец встал с дивана и последовал за Майком, что уже открыл дверь, направившись куда-то вперёд. Выйдя из зала, Али слегка удивился: его встретил узкий коридор примерно в полтора метра в ширину, где с потолка висели трескающие провода, и всего лишь несколько лампочек кое-как освещали эту "кишку". Для сталкера это выглядело так, словно он оказался в "подвалах" Агропрома. Было довольно жутко, аж в дрожь бросало тело.

– У вас тут везде... такое? - неуверенно поинтересовался парень у дрона, разглядывая все эти провода, которые были не в лучшем состоянии. Где-то даже отсутствовали части труб, и из них выходил пар. Видимо местным было не до них или руки ещё не дошли починить.

– Везде и всюду. - с безразличием ответил собеседник, для которого подобные виды были обыденностью жизни.

Тем временем они уже уже дошли до ещё одной двери, которую Майк оттолкнул рукой, та, скрепя, открылась. Пройдя же, показался "жилой отсек" бункера. большое и короткое, прямоугольное, помещенные, что уходило куда-то в бок. На удивление хорошо освещённое, но свет всё равно помигивал. А осмотрев стены, там показались расположенные ряды дверей, возле которых, зачем-то, приделаны окна. А чуть выше, мостик, на который выходил второй ряд дверей.

Али это напомнило японские двухэтажные квартирные дома, которые он видел в одном журнале. И что-то ему подсказывало, что внутри, за дверьми, квартирки тесные. Приглядевшись, обнаружилась знакомая, торчащая то там то сям, проводка, а дополняли это всё гудящие трубы, что входили и выходили из покрытых трещинами бетонных стен. Хотя, было здесь немного жутко, от пустоты местных видов.

Но стоило пройти до места, где оно заворачивало, и пустота попала. Сменившись разными голосами, и резким криком:

– Макаронина ты пережаренная! Это не суда присоединяется! - прикрикнул кто-то с каким-то наигранно итальянским акцентом.

– Не мешай мне, лазанья ты гнилая! - ответил второй голос, с таким-же акцентом, любителей пасты.

Пройдя в этот поворот, обнаружились эти "Итальянцы". Которыми оказались двое дронов, в оранжевых куртках. Что стояли на двух, больших, раскладных лестницах и, кажется, меняли лапочки. А рядышком, спокойно прохаживались другие дроны-парочки, буквально ничем не примечательные болванчики, одетые почти одинаково, но и среди них находились исключения, вот на "мостике" дрон в какой-то чёрной водолазке, оперившись курками об поручни, что-то рассказывал, другому, более мелкому, что внимательно его слушал. Чуть поодаль, под "мостиком", стоял какой-то недо-аристократ выродившиеся в какой-то то ли камзол, то ли ещё что-то, и он, активно жестикулируя, походу охмурял девчоночку чуть ниже его роста.

А буквально на другой стороне, игралась какая-то детвора, нещадно дубася друг друга чем-то похожим на палки. Пока какая-то девочка-дрон всё пыталась их усмерить, получалось, кстати говоря, не очень.

– Необычненько у вас. - словно делая замечание, протянул свободовец, смотря на это всё с каким-то удивлением смешанным с непониманием, всё же они роботы, но ведут себя как настоящие, живые люди.

Вдруг, проходя возле ремонтников, один из них обратился к Майку:

– Шмит! когда вы уже лампочки принесёте?! За неделю почти все полопались, как сыр в духовке, мы последнее используем!

– Отвали Франческо, не до вас.

Горе-электрики забурчали, явно недовольные. Как тут же, лампочка спереди потухла при этом издав странные звуки похожее на треск. От этого, самому Али захотелось поржать над ними, какие ж они " мастера " по своему делу, аж все лопается без конца.

– Мама мия! Маттео, я же говорил! оно так работать не будет! Сыр ты плесневелый!

– Да иди в свинью! это ты неправильно подключил! тостер дряхлый!

Пока они ругали друг друга на чём свет стоял, Али это напомнило ситуацию из детства, где какие-то Равшан и Джамшут также "чинили" у них что-то, трубы вроде, ох и мата же было тогда.

Свободовец даже чуть усмехнулся, доброе былое причудилось, очень приятно.

– Не смешно, - вдруг сказал Майк, пояснив, – эти обалдуи единственные "инженеры", на которых всё держится.

– Прости - тихо извинился парень, всё равно чуть хихикнув, не мог же он пропустить эту сценку без смешка особенно когда эта напоминало ему детство.

А тем временем, жилой отсек, на удивление, походил к концу. Впереди виднелась стена, да необычная, а с, интересного вида, незаконченным рисунком большого манула в тайге, и какой-то девушкой-дроном которая стоя на самопального вида лестнице, медленно что-то вытворяла.

Подойдя ближе, Али понял что это - очень, очень, огромная мозайка, с невероятно мелким деталями, а девушка, эту самую мозаику собирала.

Свободовец от такого даже задержался, рассматривая эту колоссальную работу. Но вот когда его взгляд устремился в потолок, у Али чуть не отпала челюсть. Большая часть потолка перед стенкой, представляла из себя масштабную картину-мазайку, с разнообразными лесными сюжетами.

Так что, стоя как Питерский солевой, свободовец разглядывал это всё, как вдруг его толкнул его попутчик, намекая перестать да поторопится, нечево Али с открытым ртом стоять, да мух ловить.

Сталкер тут же очухался а затем пошёл за дроном, в какой-то коридор, ведуший в глубь бункера. Выглядел он так же как и тот по которому они вошли в "жилой отсек", но этот был побольше в раза два, лампы светили куда ярче, да выглядел он более привлекательнее, чем тот... подвал

Пойдя по коридору, вскоре, они наткнулись на местных "подростков" если судить по яркой одежде, типичных американских детей из фильмов. Они столпившись говорили, создавая гул голосов.

– Не отставай, пожалуйста... - довольно напряжённо попросил Майк, нервно теребя пальцами.

Сталкер кивнул, но вот когда они проходили нимо, он всё равно случайно встретился взглядом с, походу главным в этой компании, красноглазым работягой одетым в бардовою рубашку с серым галстуком. Он оценивающе сверил взглядом человека и как ни в чём не бывало продолжил общаться. А парню показалось, словно на рубашке этого красноглазого было написано "ГОСТ", но списав это на "показалось", они продолжили путь.

Пройдя несколько метров, показалась развилка, слева красовалась табличка где первоначальная надпись замазана, а по верх написано — "школа".

Али было хотел снова удивится, но тот уже понял, что местные жители конкретно так копируют людей. Причём во всём, и тут у него возникла мысль: "Как там Итон ему говорил когда Али обо всём его расспрашивал? Людей здесь как несколько лет нет? а мастные хорошо их заменяют."

Майк же увидев табличку, резко ускорил шаг. Хмыкнув от странного поведения попутчика Али тоже ускорил ход, выбросив свои догадки на другой план.

Они свернули в другой коридор, где вскоре дошли до ещё одной развилки, свернув налево, показался сам Мед-отсек, а точнее дверь с узнаваемым красным крестом.

– Так ну вперёд, дорогу назад ты знаешь, - произнёс Майк, словно слегка нервничая.

Но не успел Али ответить, как попутчик испарился оставив его одного.

– Ладно... - зачем-то сказал свободовец, подходя к двери.

Парень аккуратно открыл её и посмотрел внутрь.

Мед-отсек представлял собой довольно маленький, белый, кабинет, где посередине располагался стол за которым сидела сама Зида, сзади неё стеклянные шкафы, с синими ящичками и файлами.

Слева тоже был стол, но же с знакомыми сталкеру оранжевыми аптечками, справа же стояла койка.

В данный момент она писала что-то в книжку, словно вела отчёт. Заметив же человека в дверном проходе, она сказала устало:

– Проходи... - устало выдавила из себя женщина.

Свободовец вошёл, да как-то растерялся. Зида же вздохнув продолжила:

– Ну что встал, раздевайся, сейчас посмотрим тебя, вентиляция работает не задохнёшься, только двери закрой.

Свободовец молча закрыл дверь за собой, и подойдя к койке потянулся к молнии "севы" как вдруг осёкся. поинтересовавшись.

– А это обязательно?

— А мне как тебя смотреть? Всё, давай снимай, не маленький.

Али молча подчинился, вскоре он снял свой костюм, и перед медсестрой красовался молодой человек, коротко подстриженный, с круглым лицом, зеленные глаза узкие как у азиата. С атлетичным но довольно худым телосложением, так сказалась диета на консервах, что он невольно практиковал в зоне как и многие другие. Одетый в камуфляжные штаны с серой майкой, руки он держал в карманах не желая их показывать.

– Майку тоже сними - приказала Зида, заканчивая заполнять что-то в книжке.

Али нехотя снял её, последующее что увидела дрон, было очень необычным.

Торс, руки, шея, покрыты всевозможными шрамами и прочими следами от химических, термических, электрических, ожогов. На его теле, в районе живота и плеч, даже были видны шрамы от пулевых ранений вместе с рубцами от когтей. На теле юноши буквально небело живого места, отметины, отметины и ещё раз отметины, что были ярким напоминанием об его феерических ошибках.

– За все свои годы работы, я впервые такое вижу, - проявила искренний интерес Зида, рассматривая все эти шрамы, дрон просто не могла понять как это всё можно было заработать, а главное выжить после этого.

Она медленно подошла к Али, и внимательно начала рассматривать все "рисунки" что были на теле пациента. С каждой секундой, овальные глаза медсестры округлялись, ведь человек перед ней пережил перестрелку, многочисленные обливания кислотой, прожарку огнемётом, и, походу, несколько ударов молнии в грудь, по мнению дрона.

Свободовец же невольно вспоминал как он получал эти шрамы. Но на ум пришла лишь мысль: "Говорят, первый блин комом. У меня, десять блинов пожаром".

– Это-ж где ты так... умудрился? - не удержалась от вопроса медсестра, в чьём голосе больше слышался интерес, чем хоть какое-то удивление.

– Ну... ошибки неопытности, - почёсывая затылок, неуверенно ответил сталкер, не придумывая другого

И ведь Али не врал, только придя в зону он чуть ли не буквально опробовал все аномалии на себе, а его кое-как ставили на ноги, а он снова в аномалию, и снова полу живого его спасали. Разве что после знакомства с Мразом, он перестал испытывать свою удачу, почти.

Хмыкнув, Зида отступила, и начала осматривать его со всех сторон, толи более подробно рассматривая шрамы, толи пытаясь найти что-то кроме их. Закончив внешний осмотр, она подошла к шкафам, достала какаё-то оборудование из одного из синих ящичков, а дальше начался типичный медицинский осмотр. Свободовцу это ну очень напомнило то как он, в детстве, ходил по врачам, они его также осматривали, также небрежно, устало, грубо. Все эти процедуры, понятные только Зиде, продолжались минут пять. По окончанию которых она сказала что-то на докторском, дала ему печенку, которой можно было раскалывать камни, выписку с непонятными словами, из которых было понятно только то что он здоров и то что ему следует кушать больше. А после, когда он оделся, выпроводила из кабинета.

Вот он снова в коридоре, сам по себе. Пожав плечами, свободовец пошёл по там уже маршруту по которому пришёл суда, проходя нимо коридора что ввёл в местную "школу" , Али мельком бросил туда взгляд, принципе нечего необычного, просто местные "ученики" ходившие туда-сюда, какая-то леди в тускло-синим платье, видимо учитель, шла со стопкой бумаг. Хотя кое что было странным, учительница ходила походкой "плывёт по морю лодочка", дисплей её выглядел, даже для же дрона, слишком расслабленно, почему-то парню казалось что она под чем-то.

Решив не заострять внимания он продолжил ход, но когда тот подходил к дверям, у них находились двое "итальянцев", которые снова что-то чинили, наверное двери, и снова что-то не поделили, если судить по тому что они опять ругают друг друга, при этом через каждое два слово крича- "Мама мия!". Снова чуть усмехнувшись от их изощрённых оскорблений, Али прошёл их, войдя в жилой отсек, где всё было уже более пусто, разве что, девушка на самопальной лестнице, всё делала сваю картину.

...

Вскоре Али вернулся в тот зал где был, относительно недавно, связан. Там его ждал Итон, что сидя на диване, склонился на картой, что-то там рисуя и помечая ручкой.

А заметив человека сообщил, не отрываясь от карты:

– Ключи на столе, твоя дверь-пять. Твой рюкзак я уже занёс, пушка твоя тоже там. Если что-то нужно я здесь. - влез лишних слов, разъяснил Итон.

– Вас понял, - отозвался парень, и подойдя к столу взял ключи, самые обычные.

Дверь быстро была найдена, открыв её, предстал вид, на тёмное помешенные, где ни черта видно небело. Али зашёл, нащупал возле двери переключатель, одно движение и слабый свет включился, освещая небольшую комнату, сепеди стояла ветхая тумбочка прилегающая к столу того же вида, развернувшись налево, обнаружилась и кровать с до боли знакомым колючим одеялом, прям как у бабушки в деревне. к слову, на ней и лежал его рюкзак. А между кроватью и столом, у самой стенки, красовалась на вид рабочая камфорная плита, вопрос о безопасности такого положения, был без ответа.

– М... не густо - протянул Али смотря на это всё, но закрыв дверь добавил резво, – зато моя! И бесплатно ! - зловещи улыбнулся, потирая руки. Но внезапно..

Одна из ламп, замигала, потрескала, да отрубилась. Не обратив на это внимания свободовец, начал изучать свою "жил-плоядь". спустя десяток минут, он ничего интересного не нашёл, просто бытовые вещи вместе с тряпками. Но кое что было и интересное, ещё одна дверь открыв которую он увидел... скелета... в задумчивой позе одного мыслителя, что сидел на пыльном унитазе, смотря прямо на Али. Слегка удивившись такому сюрпризу, парень развернулся чтоб посмотреть на дверь с внутренней стороны и... там висел постер, с волком и надписью - Брат не тот кто брат, а тот брат, что брат брату, но не брату брата того брата что тебе брат а...

Дальше Али не стал читать эту несомненно "глубокомысленную цитату". И просто обратно развернулся к скелету, подошёл к нему, и нажал на кнопку слива, позади его. На большое удивление она сработала, вода поилась, заставив трубы непродолжительно гудеть.

Решив убрать скелета потом, он закрыл дверь, дальше было хотел пойти к кровати, как тут раздался странный, протяжный звук, в котором послышалось слово "спасибо", спихнув это на местные трубы, в гуле которых слышатся слова, свободовец уселся на кровать и прилёг.

– Это определённо, самый странный день в моей жизни... - выдал тот, затем зевнул.

Безумно захотелось в тот момент окунуться в царство Морфея. Так и поступил Али, лег и забыл о проблемах, тихо попытавшись уснуть, силится с кроватью.