Глава 2: Тени на обоях

Утро после бала встретило Виндзор серым, тяжелым небом, нависшим над шпилями дворца, словно предчувствие грозы. Каэль сидел в своей личной библиотеке - комнате, которая была настоящим убежищем от дворцовой суеты. Здесь пахло старым пергаментом, кожей переплетов и тишиной. Только здесь он мог позволить себе снять маску, хотя бы на мгновение.

Он перелистывал страницы отчета, составленного его тайным агентом, внедренным в Министерство финансов. Цифры в графах «военные расходы» и «субсидии на колониальные нужды» были настолько чудовищны, что даже у него, привыкшего к грязи этого мира, свело скулы. Деньги текли рекой в карманы узкого круга советников короля, в то время как в портовых кварталах люди умирали от голода и холеры.

Он отложил бумагу и потер переносицу.

«Половина этих денег - кровь. Кровь моих подданных, которую они проливают на войнах за новые земли для стареющего короля. И моя собственная кровь - потому что я часть этого. Я наследник этого позора».

Его взгляд упал на небольшую шкатулку из черного дерева, стоящую на краю стола. Он открыл её, и внутри, на бархатной подушке, лежал небольшой серебряный ключ. Ключ к правде, которую он собирался обнародовать, но пока что использовал как оружие.

Раздался стук в дверь. Три коротких удара.

- Войдите, - ответил он, и его голос мгновенно обрел бархатистые нотки принца.

В комнату вошел лакей с серебряным подносом, на котором лежал конверт с сургучной печатью - герб дома Найтфоллов. Каэль взял конверт, стараясь не выдать любопытство.

«Рейн. Он начал действовать быстрее, чем я предполагал».

Он разорвал сургуч и развернул лист. Почерк был острым, рваным, почти нечитаемым - будто автор не тратил времени на изящество, предпочитая скорость.

«Ваше Высочество,

Поскольку вы проявили интерес к делу лорда Винтерхейвена, я осмелюсь пригласить вас на место происшествия сегодня в три часа пополудни. Дом лорда, Уайтхолл-Мэнор. Полагаю, вы оцените, насколько «неприятное» стечение обстоятельств может быть на самом деле изящным.

С уважением,
Р. Найтфолл».

Каэль перечитал письмо дважды, позволив себе легкую улыбку.

«Он приглашает меня на место преступления? Смело. Или глупо. Или же он хочет увидеть мою реакцию вживую. Ох, Рейн, ты даже не представляешь, насколько это опасная игра».

Он поднялся из кресла, подошел к высокому зеркалу в позолоченной раме и поправил воротник сюртука. В отражении на него смотрел идеальный принц, но в глубине его глаз, в этих разноцветных вертикальных зрачках, горел огонь хищника.

В три часа дня карета принца остановилась у мрачного особняка, чьи окна были занавешены траурными шторами. Уайтхолл-Мэнор выглядел именно так, как должен выглядеть дом человека, ставшего жертвой «несчастного случая» - пусто, холодно, безжизненно.

Рейн уже ждал его в вестибюле. На герцоге был простой, почти небрежный темный костюм, без обычных для балов украшений и орденов. Он стоял у камина и вертел в руках потухшую трубку, которую так и не раскурил.

- Ваше Высочество, - кивнул он, даже не делая попытки поклониться. - Вы пунктуальны. Это редкость среди вашей семьи.

- Моя семья любит опаздывать на похороны, - сухо ответил Каэль, оглядываясь по сторонам. - Но я предпочитаю появляться вовремя, чтобы увидеть все детали до того, как их скроют коврами.

Рейн поднял бровь, но ничего не сказал. Он развернулся и направился вглубь особняка, жестом приглашая принца следовать за ним.

Кабинет лорда Винтерхейвена был точно таким, каким его оставила смерть. Кровь на каменном полу уже почернела, но очертания тела всё еще были видны - грязный контур на дорогом ковре. Стол был сдвинут, графин разбит, а стул опрокинут.

- Красиво, правда? - спросил Рейн, останавливаясь в центре комнаты. - Я уже три дня изучаю эту сцену, и каждый раз замечаю что-то новое.

Каэль прошел по периметру, стараясь не наступать на отмеченные мелом участки. Его глаза быстро сканировали детали: угол падения тела, разлет осколков, следы борьбы.

«Удары нанесены сзади. Он не оборонялся. Значит, знал убийцу. Доверял ему. Или просто не ожидал нападения».

- Лорд Винтерхейвен был правшой, - произнес Каэль вслух, остановившись у опрокинутого стула. - Осколки разбитого графина лежат слева от тела. Если бы он упал случайно, ударившись о стол, графин полетел бы вправо, по инерции. Но он разбит в левой части комнаты, как будто его скинули специально, чтобы имитировать борьбу.

Рейн медленно повернулся к принцу. Его голубые глаза сузились.

- Вы это только что заметили или знали заранее?

- Я прочитал отчеты, - спокойно ответил Каэль, встретив его взгляд. - Вы же сами прислали мне письмо с просьбой прийти. Я счел своим долгом подготовиться.

Герцог чуть склонил голову набок, изучая принца, как энтомолог изучает редкого жука.

- Позвольте задать вам прямой вопрос, Ваше Высочество. Вы считаете, что справедливость можно восстановить, идя против закона?

Каэль замер. Вопрос был ловушкой. Очевидной, но изящной.

- Что вы имеете в виду? - переспросил он, и его голос звучал абсолютно нейтрально.

- Только то, что система этого королевства гнилая, - продолжил Рейн, делая шаг вперед. - Коррумпированные министры, продажные судьи, аристократы, которые не платят налогов, и крестьяне, которые умирают от голода. Закон не работает. Поэтому кто-то решил взять правосудие в свои руки. Кто-то умный, хладнокровный, кто-то, кто знает дворцовые тайны. Кто-то, кто может прийти сюда, на место преступления, и назвать мне каждую ошибку убийцы.

Повисла тишина. Где-то на лестнице скрипнула половица - лакей, оставленный для охраны, кашлянул в коридоре.

Каэль взял с каминной полки небольшой подсвечник и повертел его в руках, изучая восковые капли на основании.

- Допустим, существует такой человек, - медленно заговорил он. - Его цель - очистить королевство от гнили. Но его руки связаны титулом, властью и положением. Он не может выйти на площадь и сказать правду, потому что его казнят за измену. Он вынужден действовать в тени. Вы готовы осудить его за это, герцог? Готовы сказать, что он хуже тех, кто наживается на трупах?

Рейн молчал, глядя на принца. В его глазах читалась не ненависть и не обвинение, а странная смесь восхищения и тревоги.

- Я не могу оправдать убийство, - сказал он наконец. - Но я могу понять отчаяние, которое толкает на это.

Каэль поставил подсвечник обратно и повернулся лицом к герцогу. Их разделяло всего три шага. Вертикальные зрачки принца расширились почти до круглой формы, делая его взгляд гипнотизирующим.

- Тогда, возможно, герцог Найтфолл, нам стоит найти общий язык, - мягко произнес Каэль. - Вместо того чтобы преследовать тень, вы могли бы помочь этой тени. Если, конечно, ваша вера в закон позволяет вам делать исключения.

Рейн фыркнул, едва заметно улыбнувшись - холодно и горько.

- Исключения? Ваше Высочество, вы предлагаете мне стать соучастником убийцы? Даже если убийца - ангел во плоти, закон есть закон.

- А если закон сам стал орудием зла? - парировал Каэль, и его голос стал жестче. - Где проходит грань между защитой порядка и защитой беспредела? Вы умный человек, Рейн. Вы видите, что происходит в стране. И вы знаете, что суды продажны, а король - марионетка в руках военных советников. Что вы сделаете? Будете стоять в стороне и ждать, пока система обрушится сама, унося с собой миллионы жизней?

Рейн отвернулся и подошел к окну. За стеклом начинал моросить мелкий дождь, и капли медленно стекали по стеклу, искажая очертания сада.

- Вы говорите как революционер, - тихо произнес он. - Но вы принц. Наследник престола. Согласно законам, вы обязаны защищать эту систему. Почему же вы её ненавидите?

Каэль почувствовал, как его маска на секунду дала трещину. Он не ожидал, что герцог, этот холодный, отстраненный интеллектуал, зайдет так далеко в своем допросе.

«Он знает. Он почти уверен. Но у него нет доказательств. И у него нет причин хотеть меня уничтожить».

- Я ненавижу не систему, - ответил Каэль, подходя к столу и коснувшись пальцами его поцарапанной поверхности. - Я ненавижу то, что система превратила меня в соучастника. Каждое утро я просыпаюсь, надеваю корону и улыбаюсь людям, которые продают мою страну. Я говорю им «доброе утро», зная, что их руки по локоть в крови. И я не могу ничего сделать, потому что если я сорву маску, они убьют меня, а на моем месте посадят марионетку, которая будет еще хуже. Так скажите мне, герцог: что вы сделали бы на моем месте? Приняли бы свою роль и смирились, живя в роскоши на костях? Или вы предпочли бы сгореть, но сжечь всё это дотла?

Рейн долго молчал. Он смотрел на дождь, на размытые силуэты деревьев, и его профиль казался вырезанным из льда.

- Я не знаю, - признался он наконец. - Но я знаю одно: я должен найти ответ. Не для того, чтобы вас осудить, а для того, чтобы понять, что будет дальше. Если вы продолжите свой путь, Ваше Высочество, вы войдете в историю либо как величайший спаситель, либо как самый кровавый тиран. И я хочу быть рядом, чтобы увидеть, в какую сторону качнется маятник.

Он повернулся к Каэлю, и в его голубых глазах промелькнула искра - странная, почти опасная.

- Но если вы переступите черту, я остановлю вас. Это не угроза. Это обещание.

Каэль слегка улыбнулся. Это была самая искренняя улыбка за последний месяц.

- Я принимаю ваш вызов, Рейн. И даю вам слово: когда всё закончится, вы первым увидите финал.

Он направился к выходу, но уже в дверях остановился.

- Кстати, герцог, - бросил он через плечо, - вы искали убийцу лорда Винтерхейвена, но вы ошиблись, когда подумали, что это был кто-то со стороны. Убийца пришел из камина. В этом доме есть подземный ход, ведущий в сад. Проверьте люк в углу кабинета. На его ручке есть свежие царапины.

Рейн уставился на него с искренним изумлением.

- Откуда вы знаете про люк?

- Я читал архитектурные чертежи особняка, - ответил Каэль с невинной улыбкой. - Это мое хобби. Изучать старые дома. До свидания, герцог.

Он вышел, оставив Рейна в одиночестве в кабинете, который внезапно показался ему еще более зловещим, чем раньше.

Герцог медленно опустился на корточки и заглянул под ковер. Там, в углу, под слоем пыли и мелкой стружки, действительно находилась незаметная металлическая ручка. Он провел пальцами по её поверхности и обнаружил тонкие, почти невидимые следы, оставленные перчатками.

"Он знал всё. Он знал с самого начала. И он пришел сюда, чтобы сказать мне это прямо в лицо."

Рейн выпрямился и нервно провел рукой по длинным черным волосам, пытаясь унять дрожь в пальцах.

"Что же ты за человек, Каэль? Ты - загадка, которую я не могу решить. И это... это самое захватывающее, что случалось со мной за последние десять лет".

За окном всё сильнее шел дождь, и дворец вдалеке казался серой тенью на горизонте. Рейн стоял у окна, глядя на уходящую карету принца, и тихо прошептал:

- Это только начало, Ваше Высочество. Только начало.

Продолжение следует...