Глава 1. «Самое начало»

9 марта. 6 часов утра. Крик женщины раздается по всей больнице, впитываясь в серые мрачные стены комнаты. Медсестры то и дело бегают туда-сюда пытаясь помочь. Уже более 2 часов доктора борются за жизнь маленького мальчика и его мамы. Любимый муж держит женщину за руку и утешает. Да, даже в эту трудную минуту она знает, насколько сильно он ее любит. Она сделала правильный выбор.

Спустя столько долгих мучений, 9 сложных месяцев и два часа в операционной комнате наконец-то мать слышит громкий плач младенца. Это ее ребенок. Желанный ребенок в семье. Самый любимый и дорогой сын.

- Я назову тебя Юнги. Мин Юнги. - последнее, что произносит женщина, прежде чем она теряет сознание. Ей нужно отдохнуть.

\\\10 лет спустя\\\

- Эй, Юнги сыграешь? - Эдуард зовет кудрявого паренька. Тот тихонько сидит на заднем ряду и рисует в своем сером скейтчбуке, стараясь не замечать назойливых одноклассников.

Ребята находились в актовом зале. Везде весели разные новогодние украшения, снежинки, вырезанные первом классом, украшенная елка, что стояла почти у входа, и снеговик, сделанный из белой ваты. 4 класс - как самые старшие в начальном звене им предстоит приготовить новогоднее представление. Учительница чуть опаздывает, а парни, со скуки стянув старую черную ткань с неизвестного объекта в углу актового зала, обнаружили пианино еще в рабочем состоянии. - Покажи, чему ты там научился в своей музыкалке.

Недавно, а именно два года назад Мин поступил в музыкальную гимназию. Честно он был бы рад, если бы это был целый музыкальный интернат или же училище. Юнги очень давно хотел и до сих пор хочет перевестись, уехать, убежать куда подальше от этого прогнившего места, но финансовое положение родителей не позволяло. Их семье пришлось пережить трудные времена, сначала долги, потом кредиты, переезд из Кореи в Америку, что притянул за собой еще больше проблем: новая школа, новое местожительство, гражданство, новая работа и, конечно, другой часовой пояс. Нет, отец парня, Мин Сону, не был картежником, и он не проигрывал деньги. Просто так вышло.

Но Мин привык. Он очень обрадовался, когда узнал, что его приняли и теперь он станет музыкантом. Юнги приходилось после долгих и мучительных уроков плестись на музыку и лишь спустя два часа усердной работы, идти домой. Он не жаловался, ему нравилось заниматься музыкой.

В «Описание твоей души» учили всему: и создавать песни, и различать ноты, а также играть на разных инструментах.
«Она помогает жить. Это словно лучи солнца, ослепляют и греют где-то в районе сердца» - каждый раз твердила Сэлли - мать мальчика, услышав звуки своего любимого прекрасного пианино. Поэтому, Мин, обнаружив у себя способности игры на пианино, сразу решился перевесить на другое обучение. Юн хотел обрадовать Сэлли. Видеть мамину улыбку - как награждение, которое получаешь не каждый день.

И вот пришел этот момент, задрать нос своим одноклассникам. Уже месяц он изучает искусство пианино, стараясь вникнуть во всё и сразу. Трудно, но очень красиво. Мин выучил несколько легких мелодий. Все бы ничего, он мог бы прямо сейчас сыграть все, что сможет, но к большому сожалению, Юн не получил бы похвалы. Мальчики просят его поиграть лишь для того, чтобы вновь унизить, обозвать. Мин Юнги - вечный объект для насмешек.

- Эй, ты оглох что ли? - Овэн толкает парня в плечо, и тот роняет свой альбом. - Эй, да он тут геев рисует! - обидчик быстро хватает скейтчбук с пола и показывает Эдуарду. Тот лишь усмехается. На рисунке четко видно силуэт высокого парня, а рядом не дорисованная девушка. Именно! Не дорисованная! Новый повод!

- Так Юнги у нас голубой парнишка? - вновь эти усмешки сжимают сердце, вонзают острые шипы, заставляя согнуться под этим натиском. В горле застрял ком, Мин сжимает кулаки, и без того острая линия подбородка становится еще виднее, а глаза начинают слезится.

- Это девушка! На рисунке девушка! - Юн вырывает альбом с рук Эдуарда, находит свой рисунок и показывает всем. - Эта девушка! Я не успел дорисовать! Здесь я хотел нарисовать косичку. Я просто не успел. - темноволосый отпускает свой взгляд. Голос становится тише. Он давным-давно понял, нужно было терпеть и молчать. Как он мог сорваться? Как он мог забыть самое главное правило этой школы? Так как Мин был корейцем, многие сторонились его. А в США закон один - «Либо ты, либо тебя». В случае Юнги подходит второй вариант. Но было уже поздно.

Брюс Фортин - самый ужасный, самый отвратительный и самый бесчувственный обидчик из всех троих, наконец-то оторвался от своего телефона и устремил взгляд на Мина.

- Это что...слезы? - Брюс начинает смеяться и к нему присоединяются еще двое гиен. Они тычут в мальчика пальцем. - «Он голубой! Потому что кореец! Узкоглазый! Урод! Ест собак! Плохо рисует! Пианист недоделанный! Девчонка! Да он плачет! Трус! Слабак! Ничто! Никто! Ничтожество!»

Возгласы ребят эхом раздаются в голове. Мин не выдерживает. Он мнет свой рисунок в руках и, вытерев рукавом горячие слезы, убегает из этого адского места, толкая всех. Не успел. Ему не дали реализовать свои мысли. Брюс крепко схватил мальчика за локоть.

- Эй, Юнгия. - голос Брюса пугает, заставляя все тело покрыться мурашками. А от его «Юнгия» уши вянут, и становится мерзко. - Ты что забыл? Мы тебя сказали играй! - Фортин резко швыряет того к пианино. Мин ударяется спиной об угол. Завтра будет синяк, но ничего страшного. У Юнги много синяков. Остается только послушаться и сыграть на чертовом пианино.

Пытаться просить помощи у класса бесполезно. Они все сидят в своих гаджетах, ничего в упор не видят. Или не хотят видеть? Все знают, что не смогут ничего сделать. Брюс Фортин, Овэн Клосберк и Эдуард Филл - главные в этом классе. Те самые дети богачей: все им можно, все разрешено, и даже суд ничего им не запретит. Если папочка денег побольше заплатит. Больше ничего не остается, как смирится.

Юн пытается успокоится. Он садится на стул и кладет свои хрупкие руки на пианино. Дрожь в теле унять не получается, остается надеяться, что обидчики не услышат стук зубов. Музыка начинает разноситься по всему залу. Многие подняли свои взгляды и удивлено смотрели на Юнги. Песня передавала все эмоции парня. Пианист закрыл глаза. Вся боль, что скрывалась внутри, сейчас плавно раздается мелодией. Мин чувствует душевную боль, как сердце сжимается от безвыходности, чувствует физическую боль от недавних синяков и психологическую боль. Он больше так не может. Слеза скатилась, больно режа щеку, и упала прямо на клавишу. Юн остановился. И всё вернулась обратно.

- Я что разрешил тебе останавливаться? Ноты забыл?

- Да он просто не умеет играть! - вновь этот дурацкий смех. Юнги хватается за голову. Он больше ТАК не может. Глаза слипаются, и пианист с грохотом падает на пол, прямо перед тем как зашла классная руководительница.

***

- Доктор с ним точно все будет в порядке? - голос матери туманно раздается в голове.

- Не волнуйтесь с ним все будет хорошо. Парень слишком переволновался. Такое бывает во время учебы. Просто будьте с ним рядом.

- Мама? - Мин открыл глаза. Сильно кружится голова. Что произошло?

- Вот видите он уже проснулся! - медсестра улыбнулась и незаметно протянула Сэлли записку. - Прочтете после того, как проведете время с сыном. Я вас оставлю.

- Боже мой ты в порядке? Мне позвонили со школы и сказали, что ты упал в обморок! Я сразу прибежала из офиса! Как это произошло? - женщина обняла сына.

- Мне стало плохо. Очень плохо. Мама я так хочу уехать! - Юнги начал плакать.

-Я стараюсь, правда. Скоро, очень скоро мы с папой накопим нужную сумму и переедим обратно домой! Скоро, сынок. - Сэлли гладила мальчика тихонько по спине, а сама незаметно раскрыла записку в руках:

«Мин Сэлли мне очень жаль. Мальчик потерял сознание из-за психологического шока. Так же мы обнаружили много синяков на его теле. Думаю, над ним издеваются в школе. Я пока не буду сообщать школе, попробуйте разобраться сами. Поговорите с сыном. Вы можете всегда приходить в эту больницу, если потребуется помощь. Александра Джозеф»

Прочитав, Сэлли чуть не закричала. Сердце сильно сжалось в груди и она, смяв бумагу в руке, позволила слезе тихо упасть.