Коварство

Каша из негатива всё гуще варилась внутри детской несмышлёной головушки. Совсем скоро у малышки закончились слёзы. Так бывает, когда очень долго заливаешься рёвом, но девочка этого не знала. Поэтому так и не поняла, почему перестала плакать. Немного солёная жидкость уже не текла по щекам, но горечь, разочарование и громаднейшая тоска, даже не собирались также быстро заканчиваться. После прекращения слезоотделения, началась головная боль, что только усугубляло ситуацию. Малышке хотелось прыгнуть с головой в какой-нибудь сугроб, лишь бы облегчить, хоть так свои страдания. Зарыться в снежный песок, забыть обо всех физических и психических болях. Просто зарыться и обрести покой, хотя бы на время. «Так и сделаю!». Уже без слёз, но с увесистым камнем на душе, девочка разбежалась и плюхнулась головой в сугроб. Получилось засунуть только головушку, но этого было ей достаточно чтобы успокоить себя. Коробочка для мозгов вся в снегу явно не прибавит здоровья физического, но внутри всё стало как-то поспокойнее, даже не смотря на не прекращающаяся боли. Кажется, это правда работало. Постепенно мысли девочки стали забиты не горечью и плохими эмоциями, а более приземлёнными вещами. «Дует ветер, надеюсь я не замерзну. Сколько же сейчас время? Наверно уже ночь скоро». Как бы не было странно, время девочка определять умела. Необыкновенный случай, бездомный ребёнок не умеющий читать, за всего шесть месяцев проживания в пекарне, научился считать до двенадцати и определять время. Хотя слова: «научился определять время», звучат очень громко. На самом деле, она лишь запомнила, что рабочий день начинается в восемь, обед начинается в двенадцать часов дня, тогда больше всего покупателей и приходило, рабочий день заканчивается в семь, а сам день в те же двенадцать часов, но уже ночи. Таких знаний ей вполне хватало, чтобы ориентироваться по времени и не выходить из своего подвала, во время рабочего дня. Посещали её мысли и о монетах, которые удалось сохранить. «Если с балетом не получилось, я обязательно возьму откуда-нибудь больше монеток и схожу туда!». «Надеюсь он ещё будет». Надежда ребёнка была наивной, ибо балет в данном городе ставился крайне редко, но ей хотелось верить, и она верила. Вдруг заурчал живот. Урчание и размышления о трате своих скудных средств пересеклись. Девочку начали посещать мысли, чтобы банально купить поесть. «Может, надо купить еды, а то мне её пока не достать никак, а потом уже балет..». Такими темпами, маленький ребёнок всё больше и больше забывал как совсем недавно переживал стресс. Сильный удар по психике, был отражён резкими переменами в окружении. Всё время размышления она головой находилась в сугробе, что рано или поздно привлекло бы чьё-то внимание.
-Ты живая? Эй, девка.
Какой-то низкий и даже кажется хрипловатый голос, заставил её перестать бурно размышлять и навострить ушки. Дабы показать, что дорогу в рай ей ещё никто не успел продемонстрировать, она немного подрыгала ножками, оставшимися снаружи. «Придется вылезать, чтобы посмотреть кто говорит»-Думала про себя девочка, пытаясь высунуть голову обратно. Довольно легко удалось достать свой котелок из снежной кучи, однако когда этот котелок уже был снаружи, поворачиваясь к источнику шума, маленькая лапочка поскользнулась и села на лёд своей пятой точкой.
-Ха-ха-ха-ха, ой какая забавная. Ты откуда бродяжничаешь, из каких мест?
Упав не сильно больно, дитя наконец посмотрело вверх. Малышка заметила перед собой девчушку, старше её на лет пять-шесть. В глаза сразу бросилась нахальная ухмылка, с таким же нахальным взглядом и золотисто-русые волосы, очень сильно выделявшиеся без шапки. Ей также довелось подметить, что одеты они с ней были одинаково бедно. У малютки появилась надежда, что новоприобретённая знакомая, такая же как она и найти с ней общий язык не составит, ни малейшего труда.
-Я из пекарни.
-А ты не бездомная что ли?
-Нет я там просто жила, а дома у меня нет.
-Ну значит ты уже не полностью бездомная.
-А я там больше не живу.
-Что же произошло?
-Меня выгнали.
-Ах, вот как. Это грустно.
-Да, очень грустно.
На время повисает неловкое молчание, изредка лишь дополняемо звуками улицы.
-Слушай, я так ведь не представилась. Я тоже беспризорница, меня Софья зовут.
-Никогда не слышала такого имени.
-Да я как вижу, ты вообще вряд ли что-то слышала, раз так долго в пекарнях всяких жила.
Последняя фраза была сказана с этакими, нотками надменности. Девочки рассматривали друг друга и каждая думала о чём-то своём. Особенно пристально смотрела конечно Софья, будто что-то выискивая в новой знакомой.
-А ты где живешь?
Вдруг начала младшая из двух беспризорниц
-А я. Тут, недалеко, вон там.
-Ой, рядом с магазином хрусталя? А я там была! А ты видела сегодня там хрустальную фигурку балерины?
-Нет, зачем на такое время тратить.
Малышка посмотрела на неё обидчивым и недоверчивым взглядом и более, по понятным причинам, разговор не продолжала. Однако, старшая из двух девиц так быстро диалог заканчивать не собиралась.
-А это у тебя в маленьком кармашке что?
-Это двадцать копеек, я на них себе поесть куплю, или ещё что-нибудь.
-А давай я куплю тебе.
Предложение крайне удивило девочку.
-Зачем?
-Ну тебя же туда не пустят, а я тебе помочь хочу.
-Почему не пустят?
-Ты что в магазине никогда не была, там таким как мы не рады.
-Ах, ну да.
У девочки закрадывались сомнения насчет передачи денег, практически незнакомому человеку.
-Ну давай эти две монеты скорее.
-А почему тебя туда пустят?
-Меня?
Старшая девочка не ожидала такого вопроса, он заставил её напрячься и призадуматься.
-А я взрослая уже!
-Да, взрослая, но...
-Нет, хватит но. Ты есть хочешь или нет?
-Хочу, но сейчас уже ничего не продают я знаю, вечер же.
-Я завтра тебе куплю.
Софья протянула малютке руку, уже жестами показывая, чего от неё ждёт. Девочка достала из кармашка двадцать копеек. Она уже было хотела передать свои небогатые накопления, но в последний момент отдёрнула руку и немного попятилась назад
-Нет, знаешь, я пожалуй сама куплю.
-Ну не надо стесняться!
Новая знакомая угрожающе начала двигаться в сторону малышки. Та, пройдя несколько шагов назад, уткнулась в какую-то ограду. Отступать больше некуда.
-Почему ты думаешь, что я хочу их украсть?
-Не знаю, я так не думаю.
-А зачем уходишь?
-Ты пугаешь меня.
-Не говори глупостей. Ты ещё маленькая, не знаешь о людях ничего и ничего не понимаешь.
-Не понимаю.
-Вот видишь, так что давай их сюда.
-Нет я всё-таки...
-Что всё таки?!Как же ты мне надоела уже! Это так сложно что ли?!
Софья наконец подошла впритык к растерянному и напуганному чаду. Недолго думая, та оттолкнула её так, что маленькая девочка полетела в соседний сугроб, предварительно выронив из рук нужные её «подружке» двадцать копеек. Силы у старшей было явно не занимать. Оттолкнуть малютку ей не составило никакого труда. Боевой внешний вид и нахальная ухмылка были подтверждены одним толчком.
-Извини, хотя я не думаю что перед тобой нужно. Мы же даже не друзья какие-нибудь, близкие. Мне эти деньги куда нужнее. Прощай. Не расшибись по дороге.
Знакомая начала удаляться, с ещё более издевательской улыбкой, чем раньше. Из сугроба она ,тщетно пытающаяся подняться, смогла разглядеть только спину уходящей старшей девочки. «Она не может их так просто взять, я их верну!». Не долго думая, малышка совершила ещё пару попыток встать из снежной кучи на ледяную дорожку. В один момент у неё получилось. Ребёнка всего переполняло негодование и злость. Эмоции давали отличный стимул и прилив адреналина. Ещё одно чувство приходится испытывать впервые. По-настоящему злится ей никогда не приходилось, либо она этого не помнила, но злость испытываемая в данный момент, запомнится на всю жизнь. Начиная медленно, продолжая наращивая скорость, заканчивая уже быстрым бегом, девчушка прилагала все усилия чтобы догнать и вернуть свои монеты. Софья в свою очередь, изначально не слышала бегущих ножек малышки. Когда же та подступала всё ближе, бойкая девочка стала быстро бежать и ловко перепрыгивать любые препятствия на своём пути. Чего не скажешь о её преследовательнице. Она мало того, что не могла бежать быстрее старшей знакомой, так ещё и не редко тратила много времени, чтобы обходить или аккуратно перепрыгивать сугробы, маленькие оградки и многие другие мешающие объекты. Пробегав так минут десять, предварительно упав по нескольку раз, девочки вышли почти вровень. Считанные сантиметры оставались малютке чтобы догнать воровку. Однако произошло то, чего она меньше всего ожидала. Надменная девочка внезапно и крайне резко остановилась, и схватившись за ближайшую точку опоры, в виде скамейки, еле как удержалась на ногах. Что же до малышки, то та практически сразу после резкой остановки упала. Бежавший с огромной скоростью и ударившийся головой, ребёнок плюхнулась на землю. Встав с дороги, кроха некоторое время видела просто стоящую в метре нахалку. Ошарашенная после падения, она не могла ничего сделать. Мир виделся каким-то расплывчатым, но Софью ей почему то удавалось разглядеть крайне отчётливо. Остановившаяся девочка же, хорошенько всё обдумав, кажется с самым злым выражением лица, что могла сделать, двинулась прямо на беззащитного ребёнка. Снова приблизившись впритык и подумав ещё несколько раз, старшая из двух детей совершила ужасный поступок. Хорошо подготовившись, сжав руку в кулак, она точным ударом в область носа, заставила девочку упасть ещё раз. Из носа начало что-то течь. Лежащая на земле малютка смогла взять немного руками неизвестную жидкость и увидела, что субстанция была алого цвета. Удар был настолько сильным, что у девочки из носа пошла кровь. Получив ещё один шок, она не могла пошевелиться, но даже после такого, драка не кончалась. Софья накинулась на неё и совершала удар за ударом. Они уже были не настолько сильны, но около трёх точных толчков кулаком по глазам, двух затрещин, совершённых далеко не ладонью, по щекам и пары произвольных ударов в область груди, живота и рта, вряд ли дали меньше боли. Маленькому ангелочку казалось что это конец. Она испытывала такую боль, о какой до ныне ей не приходилось и слышать, и видеть. Не то чтобы девочка совсем ничего не знала про жестокость, но настолько подробно ей не доводилось знакомиться никогда. Да что там знакомиться, оказываться в самом центре событий. И от кого она получает удар за ударом? От такой же девочки как она, только немного старше. Этот факт, травмировал психически не меньше самих толчков кулаком. Малютке становилось всё хуже. Казалось, кровь течёт теперь не только из носа. Приготовившись к смерти, она уже пыталась ни о чём не думать, но внезапно всё прекратилось. Софья слезла с неё и встав отошла на приличное расстояние. Из последних сил, малышка подняла голову и услышала вещь, добившую её окончательно.
-Ты всего лишь глупая уродина. В мире выживает сильнейший, в следующий раз будешь думать прежде чем пытаться отобрать честно наворованное!
Не в силах дальше смотреть, опустив голову, она так и не увидела куда направилась её мучительница. В холодной ночи, ей лишь слышался хруст шагов по только выпавшему снегу. Снегопад так и шёл. Скоро звуки Софьиных обувок давящих на снег прекратились окончательно и девочка осталась лежать одна. Практически полная тишина, нарушаемая только несильным ветром и звуками откуда-то издалека. Боль покрыла тело малютки с ног до головы, сливаясь в унисон, в одну большую, общую. Одинокий, раненый и почти замёрзший ребёнок. В какой-то степени, для неё за долгое время наступила тишина и спокойствие. Такое же, какое было в мешке, в подвале. Такое же, какое было рядом с мамой. Да, во всех трёх случаях были какие-то заботы, переживания, но разве это так сильно мешает просто полежать? Тем более, понимая что чудо тебя точно не спасёт, и никто тебе не поможет, можно же легко отдохнуть и принять неизбежную участь. Девочка, из-за скудного жизненного опыта, не знала практически ничего о смерти, убийстве и уходе в мир иной, но на подсознательном уровне понимала, что умирает. Смысла двигаться вперёд, встать и сделать хоть один шаг, не было. Да и подняться в любом случае было невозможно, ноги находились совсем не в состоянии.