Глава 6. Скрежет

Она выбрала. Но почему внутри всё выло?

Утро после драки было серым. Небо за окном Большого зала налилось свинцом, будто Хогвартс сам готовился к чему-то тяжелому. Эмили сидела рядом с Тео, их пальцы были переплетены под столом – так сильно, что почти болело. Она не знала, зачем так сжимала его руку. То ли чтобы он не ушёл. То ли чтобы она сама не сорвалась.

Тео ел. Молча. Не смотрел на неё. Не смотрел на пустое место напротив, где обычно сидел Драко. Его не было. И Эмили знала почему – отработка у Снейпа после вчерашней драки, но Драко наверняка сидел в кабинете один и сжимал кулаки так, что ногти впивались в ладони.

–Ты не ешь, – сказал Тео, не поднимая головы.

–Не хочется.

–Из-за него?

Эмили промолчала.

Тео убрал руку. Взял вилку, отодвинул тарелку, встал.

–Я пойду. У меня урок.

–Тео...

–Не надо, Эмили. – он не обернулся. – Я знаю, о чём ты думаешь. Ты думаешь о нём. И это нормально. Но не при мне.

Он ушёл. Эмили осталась одна за столом. Внутри что-то ныло – глухо, тупо, как зуб, который нельзя вырвать.

***

Пэнси нашла её в коридоре после первого урока. Розовая мантия, бигуди уже сняты, но в глазах – всё та же колючая тревога.

–Блэквуд, ты выглядишь как мокрая сова.

–Спасибо, Паркинсон.

–Я серьёзно. Ты выбрала Нотта. Поздравляю. Но почему ты не рада?

Эмили прислонилась к стене.

–Потому что я не знаю, правильно ли сделала.

–А ты хотела выбрать Малфоя?

–Я хотела, чтобы они оба были счастливы.

Пэнси усмехнулась – не зло, скорее устало.

–Блэквуд, ты не можешь сделать счастливыми всех. Это не твоя работа.

–А чья?

–Их. Они мужчины – пусть сами разбираются со своими чувствами. А ты... ты просто живи.

Эмили посмотрела на неё. Пэнси была права. Как всегда. Но легче от этого не становилось.

---

После обеда Эмили пошла в библиотеку. Не читать – просто чтобы побыть одной. Но там была она.

Гермиона Грейнджер сидела за дальним столом, заваленная книгами. Увидела Эмили, подняла голову.

–Блэквуд? Ты... читать?

–Не твоё дело, Грейнджер.

–Я могу помочь, если ты ищешь что-то конкретное.

–Я ищу тишину.

Гермиона кивнула и вернулась к книгам. Но через минуту подняла голову снова.

–Ты выглядишь несчастной.

–Ты выглядишь как грязнокровка, которая лезет не в своё дело.

–Я просто... – Гермиона замолчала, потом сказала тише: – Память вернулась ко всем вам. Я знаю. Вы были счастливы. До того, как стёрли.

Эмили села напротив.

–И что?

–А то, что вы можете попробовать снова. Не обязательно с одним. Просто... быть с теми, кто вам дорог.

–Ты про тройничок? – усмехнулась Эмили. – Грейнджер, я не знала, что ты такая грязная.

Гермиона покраснела.

–Я не про это! Я про дружбу. Вы были друзьями. Ты, Нотт, Малфой. Вы могли бы...

–Не могли бы, – перебила Эмили. – Он смотрит на меня, как на предательницу. А Тео смотрит на него, как на врага. Мы не можем быть друзьями. Мы даже не можем быть врагами. Мы просто... три человека, которые когда-то любили друг друга.

Гермиона замолчала.

Эмили встала.

–Спасибо за совет, Грейнджер. Но в следующий раз – не лезь.

Она ушла, оставив Гермиону одну за книгами.

***

Вечером она сидела в комнате Тео и Драко. Драко не было – он всё ещё отсиживал у Снейпа. Тео лежал на кровати, смотрел в потолок.

–Ты сегодня сама не своя, – сказал он.

–Я устала.

–Устала от меня?

Эмили повернулась к нему.

–Нет. Устала от того, что мы не можем быть просто счастливыми. Что он всегда между нами.

Тео сел.

–Ты сама его туда поставила.

–Я не ставила!

–Ты поцеловала его в Выручай-комнате. Ты бегала за ним. Ты плакала из-за него. – голос Тео стал тише, но твёрже. – Я всё видел, Эмили. И я молчал. Потому что любил тебя. И потому что не хотел тебя терять.

–А сейчас?

–Сейчас – я тебя не теряю. Ты здесь. Ты со мной. И я хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если для этого придётся смотреть, как ты скучаешь по нему.

Эмили подошла к нему. Села на колени, обняла за шею.

–Я не скучаю по нему. Я скучаю по тому времени, когда мы были вместе. Все трое.

Тео обнял её. Прижал к себе.

–Это время прошло, Эмили. Его не вернуть.

–Я знаю.

Она поцеловала его. Нежно. Без отчаяния. Без страсти. Просто – чтобы почувствовать, что он здесь. Что он живой. Что он её.

Они лежали в темноте, переплетённые, и слушали, как за стеной гудит замок.

***

Ночью Эмили не спала.

Она сидела на подоконнике в гостиной Слизерина, смотрела на звёзды, курила. Знала, что нельзя – но ей было плевать.

–Ты знаешь, что это запрещено.

Она не обернулась. Узнала голос.

–Малфой, ты не мой отец.

–Слава Мерлину.

Он подошёл. Остановился рядом. Не садился. Смотрел на неё сверху вниз.

–Ты выбрала его.

–Ты уже это говорил.

–Я хочу услышать от тебя.

Эмили затушила сигарету о подоконник. Повернулась к нему.

–Да. Я выбрала Тео.

–Почему?

–Потому что он не заставлял меня выбирать.

Драко усмехнулся – горько, безрадостно.

–А я заставлял?

–Ты заставлял меня чувствовать. По-другому. Слишком сильно. Я не выдерживаю.

Он молчал. Долго. Потом сказал тихо:

–Я любил тебя. До того, как всё стёрли. Я любил тебя так, что боялся дышать. А потом отец... – он замолчал. – А потом я забыл. И ненавидел тебя. За то, что ты заставляла меня чувствовать то, что я не помнил.

–Драко...

–Не надо, – он поднял руку. – Я не за этим пришёл. Я пришёл сказать, что отпускаю. Ты выбрала. Я принял. Но не проси меня радоваться.

Он развернулся и ушёл.

Эмили осталась одна. Смотрела в окно, на звёзды, и не плакала.

Блэквуды не плачут.

***

Утром она проснулась в кровати Тео. Он обнимал её, как всегда – будто боялся, что она исчезнет.

–Доброе утро, – прошептала она.

–Доброе, – он поцеловал её в лоб. – Ты сегодня какая-то другая.

–Я приняла решение.

–Какое?

–Остаться с тобой. По-настоящему. Без оглядки на него.

Тео посмотрел на неё долго-долго.

–Ты уверена?

–Нет. Но попробую.

Он улыбнулся. Впервые за много дней – по-настоящему.

–Тогда пойдём завтракать. Я умираю с голоду.

–Ты всегда умираешь с голоду.

–Потому что я трачу слишком много энергии на тебя.

Эмили засмеялась. Свободно. Как раньше – до всего этого.

Они вышли в коридор, держась за руки. Но на полпути к Большому залу Эмили остановилась.

–Что? – спросил Тео.

–Ничего. Просто... – она замолчала. – Пошли.

Она не сказала ему, что увидела Драко. Он стоял в нише, скрестив руки на груди, и смотрел на них. Не зло. Не больно. Пусто.

Эмили отвела взгляд и пошла дальше.

А Драко остался стоять, глядя им вслед, пока они не скрылись за поворотом.

Он не плакал. Малфои не плачут.

Но внутри всё горело. И нечем было затушить.

***

После завтрака Эмили сидела в гостиной Слизерина, уставившись в огонь. Камин трещал, языки пламени лизали чёрные рёбра решётки, и она думала о том, как же глупо устроена жизнь. Только что она хохотала с Тео над его дурацкой шуткой про Снейпа, а через минуту – уже здесь, одна, с пустотой в груди.

Тео ушёл наверх – переодеться перед следующим уроком. А она не пошла с ним. Сказала, что хочет побыть одна. Он не спросил почему. Просто поцеловал в висок и ушёл. Хороший. Правильный. Идеальный. Её воздух.

–Ты выглядишь как статуя, – раздался голос из кресла напротив. Блейз. Развалился, как всегда, нога на ногу, в руке – книга, которую он даже не открывал.

–А ты выглядишь как тот, кто лезет не в своё дело.

–Моё дело – наблюдать. Я в этом хорош.

Эмили не ответила.

–Он вчера не пришёл в комнату, – Блейз отложил книгу. – Малфой. Ночевал неизвестно где. Наверное, в Выручай-комнате. Или на Астрономической башне. Он любит оттуда смотреть. Особенно когда не спит.

–Мне всё равно.

–Врёшь.

–А ты не умничай.

Блейз усмехнулся – беззлобно, устало.

–Блэквуд, я видел, как ты смотрела на него сегодня в коридоре. Он стоял в нише, ты прошла мимо. Но секунду – ты на него смотрела. Как на призрака.

–Он и есть призрак, – тихо сказала Эмили. – Призрак того, что могло быть.

Блейз замолчал. Потом встал, взял книгу, похлопал её по плечу.

–Призраки не уходят, Блэквуд. Они просто ждут.

Он ушёл. А она осталась смотреть на огонь и слушать потрескивание углей.

***

Вечером они с Тео сидели в его комнате. Драко опять не было – отработка у Снейпа после драки оказалась не на месяц, а на две недели ежевечерней чисткой котлов. Эмили знала это, потому что Пэнси проболталась. И потому что сама спросила.

–Ты хочешь его увидеть? – спросил Тео, не глядя на неё.

–Я хочу, чтобы всё это закончилось.

–Что – «всё»?

–Боль. Страх. Чувство, что я сделала что-то не так.

Тео повернулся к ней. Его серые глаза были спокойными, но в глубине – что-то дрожало. Она знала это что-то – страх. Он боялся, что она уйдёт.

–Ты не сделала ничего не так, – сказал он. – Ты просто выбрала. Это трудно. Но это правильно.

–Откуда ты знаешь?

–Потому что я тоже выбирал. И выбрал тебя.

Эмили не выдержала. Пересела к нему на колени, обняла за шею, уткнулась лицом в плечо.

–Я боюсь, – прошептала она.

–Чего?

–Что однажды ты проснёшься и поймёшь – я того не стою.

Тео обхватил её лицо ладонями, заставил смотреть на себя.

–Слушай меня, Эмили Блэквуд. Ты стоишь всего. И даже больше. Ты – единственная, кто заставил меня чувствовать. Не ненависть. Не боль. Жизнь. Ты – моя жизнь.

Она поцеловала его. Долго. Прочувствованно. Без спешки. А потом всё ускорилось, и она забыла, где они, кто они, почему она так долго не могла решиться.

Он раздевал её медленно – пуговица за пуговицей, застежка за застежкой. Гладил каждый сантиметр кожи, будто запоминал. Она выгибалась, шептала его имя, впивалась ногтями в плечи. Он отвечал – стонами, дрожью, тем, как его пальцы сжимали её бёдра.

Им никто не мешал. Дверь была закрыта. Драко не было. Только они двое в тишине, где было слышно лишь сбитое дыхание и скрип кровати.

Эмили кончила первой – громко, отчаянно, вцепившись в его волосы. Тео последовал за ней через минуту, уткнувшись лицом в её шею, прошептав что-то неразборчивое, похожее на «люблю» и «всегда».

Они лежали в темноте, переплетённые, мокрые от пота, и не говорили ни слова.

***

А за стеной, у самой двери, стоял Драко.

Он вернулся с отработки раньше – Снейп отпустил, сказав, что чистки достаточно на сегодня. Он шёл по коридору, думая о том, что скажет, когда войдёт. Как сделает вид, что ему всё равно. Как ляжет на свою кровать и будет смотреть в потолок, пока они шепчутся напротив.

Но когда он подошёл к двери, то услышал её. Стон. Не тот, утробный, от боли. Другой – счастливый, освобождающий, живой.

Он замер.

Не вошёл. Не ушёл.

Стоял, прислонившись лбом к холодному камню, и слушал, как она шепчет его имя. Не своё – чужое. Тео. Не Драко. Тео.

Малфой не плакал. Но сейчас слёзы текли сами – без спроса, без контроля, по щекам, по подбородку, на мантию.

Он не вошёл. Потому что знал – если войдёт, то убьёт. Или его убьют.

А когда всё стихло, он тихо открыл дверь.

Свет из коридора упал на них – на голые плечи Эмили, на спину Тео, на сбитые простыни. Драко смотрел. Не моргал. Не дышал.

–Малфой... – начал Тео, садясь, прикрывая её одеялом.

–Не надо, – голос Драко был сухим, чужим. – Я случайно. Не хотел.

Он отступил, вышел в коридор, закрыл дверь.

И остался там, сидя на полу, глядя в стену, пока не рассвело.

***

Утром они нашли его спящим – сидячим, прислонившись к стене, с мокрыми дорожками на щеках. Эмили сжала зубы, Тео хотел разбудить, но она остановила его.

–Не надо. Пусть спит.

–Эмили...

–Я сказала – не надо.

Она ушла в душ. Стояла под холодной водой, пока кожа не пошла мурашками, и думала – за что ей всё это.

***

После завтрака она поймала Драко в коридоре. Он был бледнее обычного, под глазами – тени, волосы взлохмачены.

–Малфой, стой.

Он остановился.

–Что ты видел?

–Всё.

–И что ты сделаешь?

–Ничего.

–Почему?

Он посмотрел на неё – пусто, холодно, безжизненно.

–Потому что ты выбрала. А я не идиот, чтобы биться в закрытую дверь.

Он ушёл.

Эмили осталась стоять, глядя ему вслед, и не знала, радоваться или плакать.

Она выбрала. Да.

Но почему внутри всё выло? Почему сердце болело, как от Круцио? Почему ей хотелось бежать за ним, остановить, сказать, что она ошиблась?

Потому что она не ошиблась. Она просто не успела попрощаться.

По-настоящему. Не тогда, в Выручай-комнате. Не сейчас, в коридоре. А когда-то, давно, на третьем курсе, когда ей стёрли память.

Она попрощалась с ним тогда. А тело не помнило.

И теперь оно требовало прощания заново. Каждой клеткой. Каждой мыслью. Каждым сном, в котором не было его.

Эмили закрыла глаза.

–Прощай, Драко Малфой, – прошептала она.

И никто не услышал. Только стены. Только старая магия. Только её собственное сердце, которое, наконец-то, затихло.

***

Вечером она сидела на подоконнике в гостиной Слизерина, курила и смотрела на звёзды.

Тео не было – он ушёл к Блейзу, сказал, что хочет поговорить. Эмили не спрашивала о чём – догадывалась.

Она была одна. И впервые за долгое время ей не было страшно.

–Блэквуд, – раздалось сбоку.

Она не обернулась. Узнала голос.

–Паркинсон, ты как всегда не вовремя.

–Я принесла тебе кое-что.

Эмили повернулась. Пэнси протягивала ей маленький флакон с мутной серебристой жидкостью.

–Что это?

–Мнемозина. Усиленная. Грейнджер дала. Сказала, что это поможет.

–Поможет с чем?

–С памятью. С прошлым. С... выбором.

Эмили взяла флакон. Посмотрела на свет.

–Мне не нужно.

–Знаю, – Пэнси села рядом. – Но если когда-нибудь передумаешь – она у тебя будет.

Эмили сунула флакон в карман.

–Ты идиотка, Паркинсон.

–Знаю. Но ты меня любишь.

–Ненавижу.

–Это одно и то же, – усмехнулась Пэнси и ушла.

Эмили осталась одна.

Смотрела на звёзды. Держала в кармане флакон с Мнемозиной. И знала – она никогда его не использует. Потому что память не лечат. Потому что прошлое не возвращают. Потому что она выбрала.

И теперь будет жить с этим выбором.

Так, как умеют жить только Блэквуды. С гордо поднятой головой. С разбитым сердцем. И с ядовитой улыбкой для тех, кто спросит, как она.

–Прекрасно, – скажет она.

И соврёт.

Как всегда.