Тот же вечер
Мы еще сидели в баре, но вечер уже
ощущался по-другому, чем в начале.
Я не сразу поняла, почему этот вечер так быстро вышел из-под контроля.
Сначала все выглядело даже... нормально. Мы сидели за одним и тем же столиком, разговор будто тек сам по себе. Ник и Сэм вели себя так, будто давно знали это место, как будто бар был их привычным миром. Они говорили легко, шутили, и я ловила себя на том, что просто наблюдаю.Но Ник... он смотрел на меня по-другому.Не так, как смотрят случайные знакомые.Его внимание было постоянным. И это начинало нервничать больше, чем я хотела признаться себе.
— Ты всегда такая тихая? — спросил он вдруг.
Я подняла глаза.
— Я не тихая. Просто не перебиваю.
Он ухмыльнулся уголком губ, будто ему это понравилось.
— Это редкость.
Я перевела взгляд на Аманду, будто искала поддержки. Но она была занята разговором с Сэмом и как будто намеренно не вмешивалась.
Время тянулось странно. Смех становился громче, разговор — хаотичнее, а мое чувство спокойствия медленно исчезало.
Ник все чаще обращался ко мне.Слишком часто.
И каждый раз я чувствовала, как внутри появляется напряжение, которое трудно объяснить словами.
Он был старше.Не «немного старше». Это ощущалось сразу — в голосе, в уверенности, в том, как он держался.
И где-то в середине вечера я вдруг четко поняла: мне некомфортно.
— Сколько тебе лет? — спросила я прямо, не отводя взгляда.
Ник на секунду задержался, как будто не ожидал такого вопроса.
— Двадцать один, — спокойно ответил он.
Эти слова зависли между нами.
Я кивнула, но внутри что-то резко изменилось.
Я стала смотреть на него по другому.
Не как на парня, который просто случайно появился в нашем вечере.
А как на взрослого, который чего-то от меня хочет - и я понимала чего.
— Тебе это кажется странным? — спросил он, заметив мою реакцию.
— Нет, — быстро сказала я. И это была неправда.
Аманда наконец посмотрела на меня. Ее взгляд был коротким, но внимательным. Как будто она все поняла без слов
Я почувствовала что хочу уйти отсюда
Не из-за страха.
А из-за непонятного напряжения, которое становилось все тяжелее.
Ник продолжал говорить, но его слова уже не звучали для меня четко.