подвал

Подвал был тёмный, влажный и живой.
Живой — потому что в нём кто-то шевелился.
— Мы будем тут жить, — сказала Настя.
— Я согласен, — ответил Арабелла. — Я устал.
Они питались тем, что находили.
Иногда — голубями.
Иногда — тем, о чём не хочется рассказывать даже психотерапевту.
Подвал учил смирению и переговорам с собой.
— Мы всё сделали неправильно, — сказала однажды Настя.
— Мы просто не мазались, — ответил Арабелла.
— Иногда этого достаточно, чтобы всё пошло по пизде.
Они смеялись. Потом молчали. Потом снова смеялись.
И поняли: надо мириться.