Фумиаки Каджия

Фумиаки Каджия

78/ Хиросима/ 1,8 км

Я был очевидцем бомбежки Хиросимы и ее возрождения из пепела. В настоящее время хибакуши находятся на грани исчезновения. Я собираюсь беречь это тело, даже на год дольше (пока я жив), чтобы рассказывать об «истине, реальности и чувственном опыте» атомной бомбы. Ради будущего человечества.

(На момент бомбардировки: первый класс начальной школы, 6 лет, мужской пол; в настоящее время – 78 лет)

Г 29, 22 декабря

Каджия Фумиаки

В то утро мы с сестрой сидели в импровизированной классной комнате, сооруженной в доме местного жителя, в 1,8 км от эпицентра. Она была в третьем классе; я – в первом. Мы вымыли полы в фойе и спорили, кому из нас предстоит вынести ведро с грязной водой. Моя сестра – совершенно не в ее характере – быстро согласилась ее убрать. Как только она повернула за угол, чтобы выйти во двор, мощный воздушный удар обрушился на нас. Меня сбило с ног и похоронило под домом. С большим усилием я выполз из-под обломков и добрался до главной улицы. Я присоединился к толпе людей, бежал изо всех сил. Я даже не думал о сестре. Я чувствовал только страх.

Мне сказали, что сестра мгновенно погибла под домом. Тем не менее мой отец вытащил ее тело из-под обломков и отнес ее в хигаши-ренпейджо (восточные военные полигоны). Моя мама, которая находилась дома недалеко от нашего класса, позже присоединилась к сестре в лагере. Стеклянные осколки попали маме в левый глаз и оставили 10-сантиметровый порез на щеке. Некоторые осколки так глубоко находились в ее коже, что она не могла их вытащить. Более того, узнав о смерти моей сестры, мама получила психологическую травму, от которой полностью не излечилась после войны.

Должно быть, прошло около двух десятилетий после взрыва бомбы. Моя мама рыдала каждый год на годовщину бомбежки. Наконец я однажды сказал ей: «Мама, вы достаточно страдали. Вам больше не нужно плакать». Именно тогда моя мама призналась: «Твоя сестра была бы еще жива, если бы не я».

По словам моей матери, летом 1945 года мою сестру отправили в эвакуационный центр за городом. За неделю до взрыва моя мама пришла к ней со сменной одеждой. Увидев маму, сестра попросила: «Пожалуйста, мама, возьми меня с собой». Мама отказалась. «Что делать, если будет воздушный налет? Я не могу отвезти тебя обратно в Хиросиму». Моя сестра отчаянно цеплялась за руку матери. «Watashi wa okaasan to issho ga eenja! (Я просто хочу быть с вами, мама!)»

Они некоторое время спорили, но в конце концов мама сдалась. «Хорошо. Если мы умрем, то умрем вместе», - пообещали они друг другу.

«Если бы я не забрала ее с собой, - сетовала мама. – Я подвела ее, мое бедное, бедное дитя...» Внезапно это поразило меня. После возвращения в Хиросиму из эвакуационного центра сестра вела себя очень хорошо. Она выполняла свои обязанности по дому и не ссорилась со мной, чтобы не доставлять проблем маме, которая удовлетворила ее просьбу вернуться домой. Вот почему она так быстро согласилась вынести грязную воду, которая стоила ей жизни.

Тем временем мне каким-то образом позволили выжить.