Причина травоядности

Жизнь — тяжелая штука, особенно когда идёшь рука об руку с приключениями. Нужно покорить огромное море, посетить множество неповторимых островов, а также спасти пару тысяч только что приобретенных друзей и шлифануть всё невиданной по масштабам пирушкой.

Луффи обожает есть, и делает он это соразмерно своей большой душе. В желудок периодически попадает не только еда, но и тарелки. Большие или маленькие, резиновый человек сметает всё со стола, не глядя, что попадется под руку. Пару раз от таких махинаций чуть не пострадал судовой врач — Тонни Тонни Чоппер, самый милый из аварийных пайков.

Сколько бы не ругался Санджи на прожорливость капитана, ни один удар не мог отвадить Луффи от покушений на холодильник. А по довольной ухмылке за обеденным столом всегда можно было понять, что резиновый вор еды вновь обчистил чью-то тарелку.

Как бы ни был счастлив Монки Д. Луффи в моменты удачно набитого желудка, его команда испытывала лишь жалость и беспокойство. Дело было в том, что для каждого в мире еда была чем-то крайне особенным. А если точнее, любимая еда и отсутствие вкуса при употреблении какой-то определенной пищи.

В мире у каждого была своя родственная душа, и искали её по одному из важнейших факторов для жизни — еде. Любимое блюдо не имело вкуса для второй половинки до момента совместной трапезы. Казалось бы, условия не из легких, особенно с учетом пиратской жизни и пышных пирушек на пол-острова, но судьба, не бесчувственная жопа, позаботилась и об этом. Истина открывается только в случае одновременного попадания в рот еды любимого человека, а кто будет просто так есть то, что для него безвкусно.

Луффи тащил в рот всё подряд, и от этого напрашивался воистину печальный вывод. Либо половинка уже мертва, либо она любит что-то настолько редкое и экзотическое, что найти её поможет лишь чудо. Но у Робин было более печальное предположение.

— Думаю, Луффи не знает и половину вкусов еды.

Небольшая фраза сразу привлекла внимание стоящей рядом Нами. Она взглянула на капитана, который, сидя на палубе, слопал десерт вместе с стаканчиком.

— Он закидывает в рот всё, что только может, если он не научится жевать что-то помимо мяса, может всю жизнь прожить, даже не зная, была у него родственная душа или нет.

Уголки губ Робин поднялись вверх, она тихо хихикнула в ладошку. Нами взглянула на нее печально, она переживала за Луффи, да, они ещё молоды, кто-то находит половинку, находясь в глубокой старости, но ведь гораздо лучше просто от мысли, что она есть. Робин оборвала поток грустных мыслей.

— Луффи только 19, всего год назад у него пропал один из вкусов, всё образуется. К тому же уж очень интересно, какого человека судьба наградила нашим прожорливым искателем проблем на пятую точку.

На этом разговор было решено закончить. Переживания о счастливом, ни о чем не волнующемся капитане имели мало смысла.

***

Год назад жизнь Трафальгара Ло перешла на новый уровень, но, к сожалению, не счастья и успешного свершения новых начинаний, а голодных страданий. Каждый прием пищи превращался в лотерею. В погоне за вкусом сдавали железные нервы. Хирург смерти просто не понимал, почему ему достался такой подарок судьбы.

— Я больше не могу! Хотите сказать, что мне полжизни питаться как травоядное, грызть морковку, словно кролик, закусывая листиками салата?

Ло выплюнул кусок недавно откушенного мяса и уныло засунул в рот брокколи. Ещё год назад он чувствовал обиду на несправедливую судьбу, не наградившую его второй половинкой, а иногда и вовсе тонул в мыслях, что, возможно, они уже ели вместе, но он тогда был мал и Кора-сан ему ничего не сказал. Мучился от дум, что, возможно, навсегда потерял человека, подаренного судьбой.

— Никогда не думал, что буду скучать по дням, когда о тебе не было ни слуху ни духу, моя переменчивая пара.

Трафальгар устал. Целый год он играет в угадайку. Его родственная душа — до ужаса ветреная натура. Сейчас она любит мясо, а через минуту рыбу, опа, спустя час она обожает сладости попеременно все. Овощи и фрукты она тоже любит, но заметно реже по сравнению с мясом, рыбой и сладким. До появления столь ужасного личного опыта Ло считал, что любимое блюдо у человека за жизнь может смениться от силы пару раз и может принимать лишь определенную конкретную форму, но его половинка растоптала эти доводы и окунула его в пучину мечт о жареной рыбке с онегирями и саке. Несбыточных грез, ломающихся о суровые овощные реалии. И, судя по его отстраненности по жизни, он ещё не скоро покинет этот веганский капкан.