3часть.Веселие приходит

Аделия посмотрела вниз, на бирюзовую воду и блестящие хвосты русалок, но вместо ожидаемого Питером восторга на её лице отразилось лишь вежливое безразличие. Она слегка прищурилась, оценила композицию и равнодушно пожала плечами.
— Ну... симпатично, — протянула она, разочаровывая Пэна. — Но, честно говоря, я ожидала большего.
Питер замер. Его брови взлетели вверх от недоумения.
— «Симпатично»? Это Лагуна Русалок, Аделия. Люди отдают жизни, чтобы просто мельком увидеть это место.
— Значит, у этих людей были очень скучные жизни, — парировала она, складывая руки на груди. — Слушай, Пэн, меня этим не купишь. Я была в Японии во время цветения сакуры — вот там действительно кажется, что ты в другом мире. Я видела неоновые улицы Токио и зеркальные озера в горах, которые выглядят куда магичнее, чем твои хвостатые рыбы.
Она бросила короткий взгляд на русалок, которые, заметив её холодность, начали недовольно шипеть и бить хвостами по воде.
— У тебя тут всё какое-то... дикое и непричесанное. Да, природа, да, красиво, но в моем мире есть места, где красота создана и природой, и человеком вместе. А это? Просто лес и вода. У меня в атласе по географии были картинки и получше.
Лицо Питера потемнело. Он привык, что каждый, кто попадает на остров, впадает в благоговейный трепет перед его владениями. Эта девчонка была первой, кто осмелился сравнить его магическое королевство с какими-то городами и найти его «недостаточно впечатляющим».
— Ты сравниваешь Нетландию с грязными городами людей? — его голос стал опасно тихим. — С местами, где всё подчинено часам и правилам?
— Я сравниваю это с искусством, — отрезала Аделия. — Красота — это не только отсутствие цивилизации. Это гармония. А у тебя тут — хаос. И русалки твои, кстати, выглядят довольно стервозно.
Пэн резко шагнул к ней, заставляя её отступить к самому краю скалы. В его глазах вспыхнул настоящий изумрудный огонь.
— Тебе не нравится моя Лагуна? Что ж, Аномалия, возможно, тебе просто нужно рассмотреть её поближе.
Он недобро усмехнулся, и Аделия вдруг поняла, что её честность только что подтолкнула его к какой-то очередной безумной идее.— А это кто вообще? Русалки или сирены? — спросила Аделия, с сомнением разглядывая острые черты лиц существ внизу. — Потому что, если они сейчас начнут петь и жрать людей, я официально записываю этот отпуск в список худших в моей жизни.
Питер, всё ещё раздражённый её равнодушием к красотам острова, фыркнул:
— Для тебя нет разницы. В Нетландии они — и то, и другое. Они не поют колыбельные, Аделия. Если они затащат тебя в воду, ты не выплывешь. Они питаются надеждами и... ну, иногда чем-то более осязаемым.
Аделия прищурилась, пытаясь рассмотреть одну из них, которая как раз лениво расчёсывала длинные волосы костяным гребнем.
— Понятно. Значит, просто злые рыбы с манией величия. Знаешь, в моем мире про них пишут добрые сказки, но я всегда подозревала, что у существа с чешуёй вместо ног характер не может быть сахарным.
Она перевела взгляд на Пэна, который всё ещё стоял слишком близко.
— И не надо так на меня смотреть. То, что я не падаю в обморок от вида твоей лагуны, не значит, что я не вижу, что тут опасно. Просто в Токио метро в час пик выглядит страшнее, чем весь твой остров. Там тебя могут раздавить и даже не заметить, а тут хотя бы врага видно в лицо.
Питер на мгновение замолчал, поражённый её логикой. Его злило, что она не боится так, как должна, но в то же время её странная стойкость вызывала у него кривую, почти уважительную ухмылку.
— Ты слишком много думаешь о своём мире, — произнёс он, делая шаг назад, но не сводя с неё глаз. — Но скоро ты забудешь название своей Японии. Остров стирает лишнее. Оставляет только то, что важно здесь и сейчас.
— Мою память не сотрёшь так просто, — огрызнулась Аделия, покрепче прижимая к себе скетчбук. — В этой книжке — весь мой мир. И пока она у меня, твой остров — просто декорация к неудачному походу.
Русалки внизу, словно почувствовав её пренебрежение, хором издали резкий, неприятный звук, похожий на шипение змеи. Аделия лишь помахала им рукой.
— Да-да, и вам привет, кильки переростки. Пэн, мы закончили с экскурсией? У меня от твоего «восторга» уже ноги болят.Аделия посмотрела на русалок, которые продолжали злобно скалиться, и вдруг усмехнулась.
— Ладно, рыбки, не дуйтесь. Вижу, вам тоже не хватает немного стиля в этой глуши.
Она расстегнула на запястье свой любимый браслет — тонкую цепочку с переливающимися бусинами и маленьким серебристым кулоном, который она привезла из той самой Японии. Для неё это была просто безделушка, но в свете солнца Нетландии браслет вспыхнул тысячей искр.
Одним точным движением Аделия подбросила его вверх, и украшение, пролетев дугой, упало прямо в руки самой крупной русалке.
Та поймала его на лету и замерла, заворожённо разглядывая блестящий металл. Остальные сирены тут же облепили её, толкаясь и восторженно попискивая. Злость на их лицах мгновенно сменилась детским любопытством. Главная русалка примерила браслет на тонкое запястье и, подняв глаза на Аделию, неожиданно мягко улыбнулась. Она грациозно взмахнула рукой в знак приветствия, и остальные последовали её примеру, больше не пытаясь шипеть.
Питер Пэн застыл, глядя на это с открытым ртом. Он прожил на острове вечность, но никогда не видел, чтобы русалки — самые капризные и жестокие существа лагуны — так быстро меняли гнев на милость, да ещё и ради обычной девчонки.
— Ты... ты только что подкупила моих сирен? — выдавил он, наконец обретя дар речи. — Ты хоть понимаешь, что они могли тебя убить?
— Ой, да ладно тебе, Пэн, — Аделия самодовольно поправила волосы. — Каждой девушке хочется чего-то блестящего, даже если у неё вместо ног хвост. Видишь? Они не злые, им просто было скучно. Прямо как мне здесь с тобой.
Она повернулась и пошла прочь от края обрыва, оставив Питера стоять в полном замешательстве.
— Ну что, лидер? — бросила она через плечо. — Идем дальше или ты так и будешь стоять и завидовать их новому аксессуару?
Пэн быстро опомнился и догнал её в два прыжка. В его взгляде теперь читалось не только раздражение, но и нескрываемый азарт. Эта девчонка ломала все его представления о том, как должны вести себя «пленники». Она не боялась, она не восхищалась — она просто жила по своим правилам, и остров, кажется, начинал под неё подстраиватьсяАделия хитро прищурилась. Раз уж она застряла на этом острове вечного детства, где все ведут себя как дикари, то почему бы не использовать их же оружие?
Пока Питер пытался переварить сцену с русалками, она внезапно сократила дистанцию. С тихим «Хлоп!» её ладонь отвесила ему звонкий, но не болезненный подзатыльник.
— Ты вода! — звонко выкрикнула Аделия, вложив в этот крик всё своё ехидство.
Пэн замер на месте, округлив глаза от такой неслыханной наглости. Никто и никогда в Нетландии не смел не то что ударить его, а даже просто коснуться без разрешения.
Аделия тем временем, не теряя ни секунды, рванула с места. Она пронеслась мимо него, перепрыгнула через выступающий корень дерева и скрылась в густых зарослях, на бегу выкрикивая:
— Догоняй, зеленоглазый! Или ты только перед малышами такой крутой, а бегаешь как столетняя черепаха?
Питер стоял, приложив руку к затылку, и на его лице сменялась целая гамма эмоций: от шока и ярости до странного, безумного азарта. Он медленно обернулся в сторону, где только что исчезла эта невозможная девчонка.
— Ты даже не представляешь, во что ввязалась, Аномалия, — прошептал он сам себе.
На его губах заиграла опасная, но на этот раз по-настоящему мальчишеская улыбка. В глазах вспыхнул огонь охотника. Он не стал бежать по земле, как она. Питер легко взмыл в воздух, пролетая сквозь кроны деревьев.
— От меня ещё никто не уходил, Аделия! — его голос эхом разнесся над лесом, заставляя птиц взмыть в небо. — И когда я тебя поймаю, правила игры сильно изменятся!
Аделия бежала, смеясь и чувствуя, как адреналин бьет в голову. Она знала, что он близко, но сейчас ей было всё равно. Впервые за всё время на острове она не чувствовала себя жертвой — она была той, кто задает темп. Она ловко уворачивалась от лиан, используя свою гибкость, и петляла так, чтобы сбить его с толку.
— Давай, Пэн! — крикнула она, слыша над собой шум крыльев... или это была магия? — Моя бабушка бегает быстрее! Что, крылышки заржавели?Питер спикировал с дерева прямо перед ней, преграждая путь, и Аделия, не успев затормозить, врезалась прямо в него. Они оба не удержались на ногах и повалились в мягкую траву, покрытую росой.
Секунду царила тишина — Пэн замер, нависая над ней, и его взгляд был острым, как нож. Аделия уже приготовилась к новой порции угроз, но вдруг увидела, как его плечи затряслись. Питер запрокинул голову и расхохотался — искренне, громко, так, как смеются только дети, когда совершают какую-то шалость.
Аделия, глядя на его смеющееся лицо, тоже не выдержала. Весь стресс последних дней, страх и напряжение вышли наружу вместе с заразительным смехом.
— Видела бы ты... своё лицо... когда я тебя нагнал! — выдавил Пэн сквозь смех, перекатываясь на бок и вытирая выступившие слезы.
— Ой, помолчи, — Аделия села, выбирая из волос сухие листья. — Ты жульничал! Ты летел! Это всё равно что соревноваться с самолётом. Но подзатыльник ты заслужил, признай это.
— Никто. Никогда. Не давал мне подзатыльников, — Питер сел рядом, и его смех постепенно перешел в тихую, почти добрую усмешку. — Ты сумасшедшая, Аделия. Остров тебя не видит, но, кажется, он начинает тебя слышать.
Они просидели так еще пару минут, просто переводя дух под сенью гигантских деревьев. Лес вокруг уже не казался таким враждебным, а солнечные зайчики весело прыгали по разрисованному лицу Аделии.
— Ну что, «вода», — Аделия поднялась и протянула ему руку, чтобы помочь встать, — веди назад в свой лагерь. Мой живот уже начинает репетировать новую оперу, так что, может, я всё-таки рискну попробовать ту твою странную лепешку.
Питер принял руку и легко вскочил на ноги.
— Размечталась. Для тебя сегодня будет кое-что получше. За то, что не побоялась бросить мне вызов... и за то, что развеселила русалок.
Они пошли обратно в сторону лагеря. На этот раз Пэн не тащил её за локоть и не подгонял. Они шли плечом к плечу, перебрасываясь колкими шуточками, и со стороны могло показаться, что это просто двое старых друзей возвращаются домой после долгой прогулки.
Аделия шла и думала о том, что этот мальчик в зеленом костюме, возможно, не такой уж и безнадежный монстр. А Питер, украдкой поглядывая на неё, впервые за долгие десятилетия не думал о том, как удержать власть. Он просто наслаждался моментом.
Когда они вышли на поляну, мальчишки замерли в изумлении: их грозный господин возвращался не с пленницей, а с девчонкой, которая что-то увлеченно рассказывалаКогда они ступили на поляну, шум в лагере на мгновение стих. Потерянные мальчишки во все глаза смотрели на Аделию и Пэна, которые вернулись в странном, почти мирном расположении духа.
Аделия сразу отыскала глазами того самого маленького мальчика, которому подарила шоколад. Он сидел у костра, испачканный в саже, но когда их взгляды встретились, он едва заметно похлопал себя по карману и расплылся в счастливой улыбке. Аделия заговорщицки подмигнула ему, и малыш в восторге покраснел, чувствуя себя соучастником великой тайны.
Затем она повернулась к Питеру, который всё ещё выглядел непривычно расслабленным. Она провела пальцами по своей щеке, чувствуя наслоения засохшей грязи, ягодного сока и боевого раскраса.
— Ладно, герой, — начала она, упирая руки в бока. — Игры играми, но я чувствую себя как экспонат из палеонтологического музея. Где здесь можно помыться? Только не говори мне, что вы все тут ждете сезона дождей, чтобы принять душ. И чур, в лагуну к твоим новым фанаткам-русалкам я не пойду — они хоть и приняли браслет, но за мои ноги я всё ещё опасаюсь.
Питер усмехнулся, окинув её оценивающим взглядом.Он кивнул в сторону тропы, ведущей вглубь леса, противоположную лагуне.
— В той стороне есть грот с водопадом. Вода там падает прямо с гор, она чистая и ледяная — как раз то, что нужно, чтобы выбить из твоей головы лишние мысли.
— Ледяная? — Аделия картинно поежилась. — Ну конечно, сервиса «пять звезд» с подогревом здесь ждать не приходится.
— Феликс! — окликнул Пэн своего помощника. — Дай ей какую-нибудь сухую одежду из наших запасов. И проводи до ручья. Но близко не подходиФеликс нехотя вытащил из большого сундука, спрятанного под навесом, что-то вроде длинной просторной рубахи из грубого, но мягкого льна и чистые кожаные штаны на завязках.
— Держи, — буркнул он, протягивая вещи Аделии.
Забрав одежду и свой бесценный скетчбук, Аделия направилась вслед за Феликсом к водопаду. Уходя, она услышала голос Питера за спиной:
— Поторапливайся! Ужин сам себя не съест, а после ледяной воды даже наш «мох» покажется тебе деликатесом!
Аделия лишь махнула рукой, не оборачиваясь. Сейчас её мысли занимало только одно: смыть с себя этот безумный день и хоть на мгновение остаться в тишине под шум падающей воды. Она еще не знала, что Пэн будет лично охранять подступы к гроту, чтобы никто из мальчишек не вздумал мешать её «королевскому омовению».