Глава первая

В этом захолустье под названием «Вилет» я живу уже четыре года. Деревня с обычными деревянными домиками с печками и огородом. Смею предположить, что лет через десять она уже будет признана нежилой или же ее снесет правительство под предлогом того, что тут будет строиться загородный дачный комплекс, а на деле здесь появится еще один домик для мэра и его семьи. В десяти километрах от Вилета располагается городок Саутлет. Жителей там насчитывается около сорока тысяч. Скорее всего, Саутлет - это поселок городского типа, но местные жители считают свой город вторым Лос-Анджелесом. Это «райское место», по мнению туристов, идеально подходит для отдыха от городской суеты. Там есть море, куча магазинов и парк, но вот только туристы – это не коренные жители Саутлета, и они не знают, какая история у этого места. Всем местным давно известно: после двенадцати сиди дома, в обеденное время не ходи по улице Бюстрит, а если очень нужно сократить дорогу – не иди через заброшенный котедж. Это лишь базовые знания для выживания в этом городе. Формально Саутлет делится на три части: торговый район, молодежный и черный. С первыми двумя понятно, но вот второй куда интересней. Его, конечно, тоже можно назвать от части торговым, но только торгуют там не фруктами, а оружием и нароктиками. Здесь не в силах даже правительство, которое и само пользуется черным рынком. Как вы уже поняли, местные тут не приветливые, а туристы обмануты красивой оболочкой этой «конфетки».

Что касается меня. Меня зовут Блонди. Эта жизнь стала понятна мне еще с двеннадцати лет. Хочешь жить красиво – имей деньги. Хочешь в покое – имей деньги. Не хочешь, что бы тебя убили – имей связи и деньги. Моих родителей убили четыре года назад. У папы был бизнес, как и у мамы, но они его объединили и это послужило началом новой истории города. Они верили, что если сделать все правильно, то Саутлет станет новым Парижем или Лондоном, но они не знали, что не все люди готовы изменить свою жизнь в лучшую сторону. Власти натравили на папу бандитов, а мама по стечению обстоятельств слишком рано зашла в дом. Я - маленькая и беззащитная девочка с наивными, детскими мечтами вернулась с прогулки домой, но вместо радостных криков и привычных мне голосов родителей, я увидела два трупа. Мама лежала на полу в коридоре, а папа в гостиной. Оба с простреленной головой. Я не знала, что делать в таких случаях, но я помнила, что чтобы не случилось я должна сказать бабушке. Я схватила телефон и в слезах, заикаясь и захлебываясь начала искать номер бабушки. Конечно, она меня приютила и с тех самых пор я живу с ней и котом Бастетом. Кстати, Бастет круче любой собаки.

Те четыре года без родителей дались мне тяжело. На до мной издевались мои идиотские одноклассники. Дети в Саутлет совсем не подарки, их с самого начала учат идти по головам, только так можно выжить в этом чертовом городе. Так что, дети в Саутлете делятся на добычу и хищников. Я была добычей. Но в этом году всё изменилось. И теперь, когда я все осознала и мне надоело быть мышкой загнутой в угол, для меня нет хищника, я сама хищник.

Что касается сегодняшнего дня. Я работаю официантом в придорожном кафе «Солнце». Маленькая забегаловка для тех, кто в пути. Это очередное отвратительное лето в моей жизни. У меня нет друзей, но для меня это лишь плюс. Не люблю разговоры в пустоту и трату времени в никуда. Меня стало раздражать все: скрип двери, шум воды, нелепый смех людей в забегаловке. Каждый посетитель кафе для меня каторга. После смерти родителей я вижу людей насквозь, я могу пролить на человека кипяток и остаться довольной. И нет, я не психически больная, хотя школьный психолог ставила мне диагнозы вплоть до шизофрении. Все говорили: у нее нет мамы и папы, она видела трупы родителей, для ребенка с таким прошлым это нормально. И что сейчас стало со мной? Я стою в розовом платье и белом фартучке с подносом в руках. Входная дверь вновь распахнулась, с отвратительным скрипом, действующим мне на нервы. Чертов колокольчик над дверью звенит еще минуты две после закрытия. Зашла пара мужчин в черной грязной одежде и кусками грязи на ботинках. Один из них, толстый и бородатый, громко разговаривал по телефону и его голос басом меня тоже раздражал. Второй худой и длинный раздражал меня смазливой мордой и уродливой прической зачесанной лаком.

- Барби, нам пару стаканов пивка организуй, – закинув руку на стойку худой парень улыбался своими кривыми зубами.

- Меня зовут Блонди, - строго ответила я, протирая белой тряпочкой бокалы и кружки, – Мы работаем с девяти, а время без пяти минут, зайдите в свое время.

- Нет, блондиночка, ты меня не так поняла. Если я прошу, то ты это делаешь.

Этот отвратительный парень повышал тон с каждым словом. Он буквально прожег во мне дыру. Его мерзкая улыбка и дурные глаза с расширенными зрачками начинали меня бесить и одновременно пугать, но я не пыталась сдаться в этом споре. Я протирала стакан руками со всей силой, в попытках усмирить свой пыл. Я представила, как он треснет в моих руках, и один из осколков я бы вонзила в прямо в сонную артерию этому уроду.

- У тебя какие-то проблемы Тэм? – подошел к стойке напарник.

- Эта, дрянь, не хочет давать мне наше пиво,- нелестно обозвавшись обо мне промямлил Тэм.

- Слушай, крошка, тебе сколько лет?- снова заговорил со мной дружок Тэма.

- Мне шестнадцать. Для слабоумных на моем бейджике написано имя, так что я вам не крошка и не барби.

Я была в ярости: эти придурки не знают элементарных личных границ. Я не ошиблась, назвав Тэма уродом и мерзавцем. По сравнению со своим другом он действительно придурок.

- Нельзя тебе, Блонди, так разговаривать со взрослыми дяденьками,- запел толстый, - с такими как ты тут много чего делают. О, смотри-ка часики-то тикают, тик-так-тик-так, ровно девять! Заказ тот же, столик первый.

Он был прав, время подошло к девяти, я уже не в праве им отказать в заказе. Я подставила один стакан под струю, затем второй и понесла мужикам. Тэм все так же смотрел на меня прикусывая губу, а когда я поворачивалась в его сторону он то и дело подмигивал.

- Ваш заказ. Оплата будет картой или наличными?

- Наличными,- полез в кошелек Тэм.

- К оплате сто сорок рублей.

- Держи, барби,- он схватил меня за ладонь и положил в нее купюру в размере пятисот рублей, - сдачу оставь себе.

После этого он схватил меня за талию и посадил к себе на колени в попытках поцеловать, но я со всей силы ударила его кулаком в нос.

- Ах! Мразь! Дрянь!- столько лести я еще не слышала.

- Блонди, я же сказал таких борзых, как ты, у нас не терпят, хочешь жить спокойно – не лезь не в свои дела.

- Ты еще с ней разговариваешь!? Дейв, мы же можем ее просто...,- его тут же перебил дружок.

- Кончай орать! Пошли за мной!

Они мигом покинули кафе, а я вернулась к своей работе. Как жаль, что закрываемся только в четыре вечера. Оставалось только молиться, что следующие посетители будут адекватными. Признаться, я не любила посетителей вообще, разве что иногда семейные пары или старушек, пришедших за газетой. Хотя, семейные пары здесь были зачастую негативные. Родители ругались на детей из-за того, что дети долго выбирают блюда, а дети капризничают из-за слишком долгой дороги в пути. Да, чаще всего в это кафе заходят те, кто путешествует на машине и проголодался, или же местные люди,живущие около нас.

Рабочий день прошел как в тумане. Мысли были далеки от реальности, но иногда сбывались. К примеру, я представила, как я бы пролила горячий кофе на руку девушке и это произошло на самом деле. Еще меня раздражал робот маленького мальчика, он шумел и пел детскую песенку не переставая минут двадцать и я подумала, как выхвачу его из рук мальчишки и брошу на пол и сделала это по настоящему. Мама мальчика оставила радостную надпись в книге жалоб, но я ее выкинула.

Вот уже долгожданные четыре часа вечера. Я протерла столы, задвинула стулья, заранее поменяв надпись на входной двери с «открыто» на «закрыто», повешала чертов фартук на крючок и попрощалась с рабочим персоналом на кухне.

Дорога домой была не самой долгой, я любила быть в одиночестве и видимо из-за комфортной обстановки, минутки в одиночестве всегда длились быстро. И да, я езжу на велосипеде. Удобно, комфортно, быстро. Прямо как в рекламе. Проезжая по деревне, вдоль домиков, я иногда засматривалась на семьи людей, ведь именно этого мне не хватало, после ухода родителей. Безусловно, бабушка давала мне все, но она не мама. И вот я уже у своего дома. Ничем не приметный домик, все как у обычных людей, живущих в Вилете. Домик в две комнаты, гостиную, зал и кухню, туалет на улице. Беседка и кругом куча зелени. Бабушка садовод – любитель, я даже предлагала ей участвовать в конкурсе, но она отказывалась. Цветы – это лишь оболочка бабушкиного сада, за домом скрывается целый яблочный сад, но я отдаю предпочтение кустам малины возле крыльца.

- Ты уже вернулась? – улыбалась бабушка из беседки с книгой в руках.

Дафна, так зовут мою бабушку, очень тонкая натура. Она увлечена литературой и искусством, отсюда любовь ко всему прекрасному и саду тоже. Бабушка считает, что вдохновение писатели и поэты получали от природы, поэтому она так важна для человека. Не смотря на хорошие деньги со стороны моих родителей, она никогда ничего у них не брала. У нее нет брендовых вещей или дорогих украшений, она выглядит красиво и ухоженно без всего этого. У нее короткая прическа и волосы блондинистые. Скромное серое платье в цветочек и нежно-розовые балетки.

-Да, сумасшедший день! – крикнула ей я, поставив велосипед около крыльца и присела в беседку.

-Ну рассказывай.

-Вообщем-то нечего рассказывать, грубые посетители с утра и плаксивые дети к вечеру,- я сложила руки «полочкой» на стол и уткнулась ботбородком на них.

-Что ж, хоть что-то в этом мире стабильно, - рассмеялась бабушка.

Я томно вздохнула и перевела взгляд со стола на бабушку.

- О чем ты?

- Вечно недовольная Блонди.

- Ты же знаешь, что это не так! – вскрикнула я, - Да, я сержусь иногда и порой не сдерживаю себя, но ведь это не делает меня плохой.

- Конечно же нет! Эмоции не делают нас слабыми, они лишь манипулируют нами, дают направление и толчок, но если слишком много им позволить, они заведут тебя тупик или в глубокую яму, из которой выбраться уже не получится.

Я слушала это, как под колдовством, бабушка буд-то одурманила меня. Она всегда говорит красиво и от чистого сердца. Порой, что бы понять ее, нужно время.

- Идем в дом, я заварила чай. Выпьешь и настроение поднимется, и усталость спадет.

После чая я ушла в свою комнату. У меня есть все о чем можно только мечтать: компьютер, приставка, телевизор, телефон, гитара и куча – куча всего другого. Я почти не пользуюсь ничем из этого, кроме телефона. Каждый день я пишу маме и папе в наш общий семейный чат, я представляю, что они живы и пишу им о том, как прошел мой день или планы на завтра, узнаю, как дела у них. Мне кажется, что я схожу с ума.

Как и в любой другой день, в пять часов вечера, под моим окном появляется наглая черная морда кота Бастета.

- Привет, блохастик! – я открыла окно и кот вошел в мою комнату.

Бастет – очень умный кот. Мы нашли его случайно. Я была в третьем классе и папа забирал меня со школы. По стечению обстоятельств, мы зашли в пекарню за хлебом и кексами. На выходе, сидел кот и жалобно мяукал. Папа разрешил дать ему маленький кусочек хлеба, но он не отстал, а на оборот пошел за нами. Так продолжалось три дня: я в школу - кот со мной, я со школы – кот со мной. А потом я упросила маму и папу оставить его себе. Бастет оказался прекрасным мышеловом и отличным другом. Вот так вот!

Я услышала странный шум на кухне и решила пойти туда. Не удивлюсь, если бабушка опять печет яблочный пирог. По пути, я заглянула в ее комнату – ее там нет, ну точно, значит она на кухне. Вслед за мной прибежал и Бастет. В окне ее комнаты я увидела чужую машину, значит у нас еще и гости.

Придя на кухню, я увидела со всем не то, что я хотела видеть. Бабушка сидит связанная на стуле по-середине комнаты, а позади нее стоят два мужика.

-Что здесь происходит?- грубо и громко сказала я.

-Ох, милая Блонди, хочу напомнить сегодняшнее утро в кафе,- ко мне повернулся тот самый Тэм, которому утром я начистила морду, - Видишь ли, я влиятельная фигура и неуважения не потерплю, придется тебя немного проучить.

Он достал пистолет и направил в потолок, сделав один выстрел.

- А что это у нас глазки забегали? – он мерзко заржал.

- Тэм просто отбери у девочки куклу и считай, что отомстил,- язвительно улыбался его товарищ.

- Ты прав,- он подошел к моей бабушке, - Она ведь тебе дорога, так?

Тэм подставил ей пистолет к виску и посмеялся.

- Представь, если курок нажмется. Пуф! И нет у тебя бабушки, как и родителей.

- Что ты хочешь? – спокойно спросила я.

- Ничего, просто это моя работа – убивать людей. Или же досаждать маленьким выскочкам, как ты.

Я схватила первую попавшуюся под руку вещь – это была ваза и кинула в него. Слава Богу, с меткостью у меня все хорошо. Ваза полетела ему прямо в нос. Соль на рану, в буквальном смысле.

- Тварь! – он схватился за нос, - Хотел я все решить быстро!

Тэм взял нож, а Дейв ушел в машину. Мы ходили во круг стола. Он казался мне психом. Я тоже выхватила нож. Теперь бой почти равный.

- Смешная, ты Барби, - улыбнулся он, - Надо же было допустить столь сильную оплошность, когда мы убили твоих родителей, мы забыли о ребенке.

Теперь я все поняла, это были они. Они лишили меня самого дорогого – моих родителей.

- Я упрощу наши мучения,- он достал пистолет на смену ножу.

В этот самый момент зашел Дейв, а Тэм от неожиданности выстрелил. Все прошло быстро, секунда и бабушка, как когда-то родители , уже сидела с опущенной вниз головой, а со лба стекали капли крови. Я слышала стук своего сердца, а ее голос эхом звучал в моей голове. В себя я пришла от голоса Дейва.

- Что ты сделал, идиот! Надо было только припугнуть! Она нас сдаст в полицию! - кричал он на дружка.

Тэм стоял в таком же шоке, как и я. Не теряя времени, я подорвалась с места и побежала на Тэма с ножом. Он успел повернуться и ударил меня по голове. Я упала, а дальше темнота.