новое начало(2)

Она добралась до утёса на главном острове королевства Гоа, на который выбралась из воды. Этот её "отец" просто бросил её в океан и заставил плыть до берега. Ей нужна была разминка, но ещё больше ей нужна была ванна. И океан казался не лучшим местом для этого.

Она вздохнула, подумав о том, как сильно ей захочется помыться, когда она обустроится. Покачав головой, прогнала эти мысли. Поднявшись на утёс, на который ей нужно было взобраться, Люси оказалась лицом к лицу с крестом, лежащим там. Каким-то образом она поняла, что кто-то поставил его там после её ухода. Перебравшись через утёс, она повернулась лицом к кресту и посмотрела на море за утёсом. Головная боль пронзила её, заставив ахнуть и слегка согнуться.

«Я собираюсь стать Королевой Пиратов!» — крикнула маленькая девочка с края утёса, прижимая к голове соломенную шляпу, чтобы защититься от ветра.

–Воспоминание? — вслух спросила Люси, обращаясь ни к кому-то, а к самой себе. Она огляделась, потрогала камни и деревья, и всё показалось ей странно знакомым.

–Я ожидала, что после прибытия пройдёт какое-то время, прежде чем я начну что-то вспоминать. Должно быть, этот холм что-то значит для меня, раз я уже что-то вспомнила.

На самом деле она практически ощущала инстинктивное притяжение, которое вело её вглубь леса. Оно вело её по оврагам, через лес и джунгли, где странные животные наблюдали за ней с высоты. Осторожная, но с глубоким чувством умиротворения и дома, Люси шла вперёд, пока не добралась до места в глубине леса и не остановилась. Ведомая инстинктом, она оказалась в здесь. Просто большое дерево, окружённое множеством других. Между деревьями раздавались голоса, но она не могла разобрать, что они говорили. Покачав головой, Люси развернулась и ушла. Она сделала всего несколько шагов, прежде чем призвать Деву и Лока.

— Накажите, принцесса? — спросила Дева, и Локи с Люси опровергли комментарий горничной. Лев покачал головой и слегка улыбнулся.

–Я надеялась, что вы разобьете лагерь где-нибудь здесь. Надеюсь, в одном из них есть душ,- слегка взмолилась Люси, содрогаясь от ощущения налипших друг на друга грязи и пота. Служанка согласилась и повернулась, чтобы начать работу над палаткой. Локи привлек ее внимание.

–Я подумала, может быть, ты захочешь рассказать мне о боях. Ко мне возвращаются все техники, которым я научилась в детстве у своего дедушки. Например, когда он заставил меня сражаться с ордами обезьян, или когда он заставил меня выжить после того, как сбросил в ущелье, или когда он оставил меня одну в джунглях. Но я хочу убедиться и посмотреть, что я могу сделать сегодня, используя свой смешанный стиль.

Ошеломлённый её словами, Лок в страхе уставился на неё. Он оглядел её с ног до головы, чтобы убедиться, что не ослышался, а затем стряхнул с себя оцепенение. На его лице появилась дерзкая улыбка.

–Хорошо, Люси. Давай найдём более приятное место, подальше от твоего жилища.– Люси кивнула, отошла от дерева, которое звало её, и последовала за Львом в лес. С каждым шагом что-то разрывало её сердце, боль, которая поселилась в нём, как пустота. Что-то в этом дереве значило для неё что-то важное, она просто ещё не знала, что именно.

Но ей нужно было сосредоточиться на более важных вещах. Например, на том, чтобы научиться сражаться, поэтому Локи занял всё её внимание, заглушив чувства. Они вышли на небольшую поляну, окружённую деревьями, и он повернулся к ней. Сняв куртку, начал учить её. Он научил её всему, чему мог, за один день. Он научил её стойкам, тому, как правильно подставляться под удар, как включать тело в движение, точкам давления, тому, как сломать нос так, чтобы противник потерял сознание, основам боевых стилей, ударам, уклонениям, апперкотам, защитным стойкам, тому, как пробивать защиту, и многому другому.

К тому времени, как Локи объяснил ей основы, наступила полночь. Они потратили больше двенадцати часов, делая лишь тридцати минутные перерывы на воду, еду и разминку, работая над боевыми навыками Люси. Люси удивила их обоих тем, как хорошо у неё получалось. Она не дралась с детства, если не считать «Пинок Люси», и думала, что забудет. Но всё вернулось, инстинкты и радость наполняли её, когда она сражалась. Вместе с желанием жить. Всё это сочеталось с грацией, которую она приобрела благодаря усердным занятиям танцами и балетом под надзором Джуда, и акробатическими способностями, которые она развила благодаря гимнастике. Которую поддерживает в тонусе, используя спортзал Гильдии для занятий гимнастикой каждый день, когда могла.

Люси была слишком измотана, чтобы двигаться, и Локи отнёс её обратно в палатку. Он передал её на попечение Девы, которая занялась тем, что привела её в порядок и накормила. В палатке не было ванны, но душ был совсем не плох. Всё что угодно, лишь бы избавиться от ощущения собственной отвратительности. Люси чувствовала себя счастливой уже от того, что была чистой. И пока дух помогал ей, её окутывали ароматы ванили и кокоса. Дева вымыла ей волосы, проводя пальцами по прядям Люси и массируя кожу головы. Люси несколько раз чуть не заснула. Но проснулась от запаха еды.

Выйдя из ванной, Люси с головой погрузилась в поедание хлеба и томатного супа-пюре. От теплого и сытного супа у нее на лице появилась улыбка. Она макала хлеб в суп и постанывала от восхитительных ощущений, которые дарила ей еда, наполнявшая ее и успокаивающая.

–Я рада, что тебе нравится еда, принцесса, — сказала Дева и слегка улыбнулась, наблюдая за тем, как Люси ест. Люси застенчиво улыбнулась.

–Ты лучшая, Дева, — сказала Люси и продолжила есть. Дева протянула ей маленький пузырёк. Люси взяла пузырёк и выпила его содержимое. Залпом проглотив две порции, она допила лекарство и вернула пузырёк хозяйке. И продолжила есть, отламывая кусочки слоёного тёплого хлеба и макая их в суп. Когда они закончили, Дева убрала тарелки и отвела Люси к небольшой кровати-раскладушке.

Она устроилась поудобнее в объятиях Девы и задремала. Она была уверена, что в такой близости от дома ей будет безопасно и комфортно

Погрузившись в сон, укрывшись одеялом, и задремав. Она была уверена, что в безопасности и ей будет комфортно так близко к дому.

На следующее утро Козерог разбудил её, тряся за плечо, пока она не открыла глаза. При виде его козлиной морды она почувствовала себя в безопасности и попыталась снова свернуться калачиком в постели. Она была уверена, что ей это сойдёт с рук, но тут её взгляд упал на часы. Было семь утра, и она повернулась к козлочеловеку.

–Козерог, что ты здесь делаешь так рано? — спросила Люси сонным голосом. Козерога, похоже, позабавил этот вопрос, и он расхохотался, так что по комнате разнёсся гул. Почему-то это показалось мне плохим знаком.

–Я думал, что сегодня буду обучать тебя магии. Но решил, что мы можем размяться, побегав, а потом отправиться в город, который ты, возможно, знаешь. Это тот город в котором я был, когда нашёл тебя», — объяснил Козерог, и Люси тут же вскочила и приготовилась к предстоящему уроку. Козерог вышел из палатки, чтобы подождать Люси.

Выйдя из палатки и надев такой же наряд, как и тот, что был на ней в Фиоре, Люси увидела, что Козерог разминается. Она последовала его примеру, чувствуя лёгкую боль в мышцах после вчерашнего занятия с Львом. Но мышцы, которые она нарастит благодаря тяжёлым тренировкам, того стоят. В будущем ей понадобится сила.

— Ладно, пойдём! — сказала Люси, закончив разминку, и обнаружила, что Козерог уже сорвался с места, услышав её слова. Она поспешила догнать его, немного пригнувшись из-за скорости, с которой они бежали. Быстро и постоянно меняя направление. Козерог вёл её, то ускоряясь, то замедляясь, а затем меняя направление. Они бегали по лесу около часа, мышцы Люси кричали от нагрузки, но она молчала. Она была полна решимости продвинуться дальше, чем позволяло её тело, и даже за его пределы.

Козерог наконец остановился посреди круга из деревьев. Он жестом пригласил её подойти, а затем усадил, чтобы она прислонилась к дереву. И она вспомнила, что он привёл её в то место, где нашёл много лет назад. Он постоянно менял направление, потому что хотел найти это место вместе с ней. Люси посмотрела на него и ухмыльнулась, прежде чем спросить: –Ты что, козёл, старик?– Это были первые слова Люси, обращённые к духу, и теперь она их вспомнила. И он сделал то же самое, откинув голову назад и рассмеявшись.

–Мы перейдём к медитации. А потом ты сможешь отправиться в деревню Фууша, — сказал Козерог, и она кивнула. Он сел напротив неё и погрузил её в глубокую медитацию. Он провёл её через ряд магических техник контроля и понимания.

***

Люси смотрела на деревню Фууша из леса и узнавала знакомые места. Всё выглядело так же, только зданий было чуть больше, чем она помнила. Но она отчётливо различала старые здания, которые часто посещала в детстве. «Партис Бар» выделялся, как бельмо на глазу, и вызывал у неё множество эмоций, которые она не могла понять. Но, похоже, пришло время. Ей нужно было идти.

Спускаясь по каменной лестнице, ведущей в маленькую деревушку, Люси добралась до неё. Небольшие одно- и двухэтажные здания выстроились вдоль дорог, как солдаты, идеально выстроенные в ряд. Грязная улица под её ногами помнила её следы, пока она шла по главной улице. Одной из немногих улиц в городе. Люди входили и выходили из дверей, болтали на углах зданий, не обращая особого внимания на Люси, пока она шла по городу.

Она сжала кулаки в перчатках и наблюдала, как пекарь радостно беседует со своей женой из-за витрины. Их раскрасневшиеся лица и загорелая кожа растянулись в счастливых улыбках, и поняла, что за все эти годы в городе ничего не изменилось.

–Люси, — окликнул её голос, и она обернулась и увидела старого мэра Вуп Слэпа, который в изумлении смотрел на неё. Она не надела свой плащ, о чём размышляла, и он, конечно же, заметил, как она вошла в город. Конечно, шрам, который она пока не скрывала, тоже выдал её. Это был мэр, которого она помнила. Улыбнувшись, она поднесла палец к губам и сделала тихий жест. У него отвисла челюсть, когда он увидел её, а она пошла дальше, направляясь к старому бару.

Он вышел из оцепенения, и она услышала, как он ковыляет за ней. Она не оглядывалась и улыбалась, проходя мимо жителей деревни, которые заметили, что мэр идёт за ней, и стали рассматривать её внимательнее. Казалось, что время остановилось, люди по всему городу заметили, что их повседневная жизнь нарушилась. Она тоже улыбалась им, но не останавливалась, пока не дошла до «Партис Бар».

Она остановилась и окинула взглядом обветшалый бар. Двухэтажное здание с крыльцом и дверями салуна выглядело так же, как и всегда. У неё на глаза навернулись слёзы, когда она увидела, что, несмотря на то, что его нужно было перекрасить, он выглядел так же. Всё выглядело так же. И голос, который она услышала изнутри, принадлежал кому-то из далёкого прошлого.

Толпа деревенских жителей последовала за ней и наблюдала, как она вошла в двери салуна. Они захлопнулись за ней и закачались на ржавых петлях. Но она обратила больше внимания на зеленоволосую женщину за барной стойкой, которая кормила с ложки ребёнка пюре из разной зелени, если запах о чём-то говорил. Ребёнок захныкал и отвернулся от еды. Макино, расстроенная тем, что её извивающийся ребёнок не хочет есть, поставила еду на стол и отвернулась. Совсем не замечая Люси.

—  Тебе стоит попробовать замаскировать запах какими-нибудь фруктами, тогда она, скорее всего, съест их, Макино-ни, — предложила Люси, не зная, что ещё сказать. Но она вспомнила о Биске и её малышке. И подумала о связи между ними: обе с зелёными волосами и обе с маленькими девочками. Женщина резко обернулась, взглянула на Люси, потом на толпу деревенских жителей, прижавшихся к окнам её бара, а затем снова на Люси.

— Люси? — Макино обошла барную стойку и подошла ближе, делая маленькие неуверенные шажки. Люси улыбнулась, и на её глазах выступили слёзы. Она кивнула.

— Я вернулась, прости, что так долго не было, — прохрипела Люси, и слёзы застилали ей глаза. Другая женщина икнула, преодолела оставшееся расстояние и крепко обняла Люси. Их слёзы падали на плечи друг другу, и они крепко держались за руки. С каждой секундой они сжимали друг друга всё сильнее, подтверждая реальность в своих мыслях. Макино отстранилась, взяла Люси за лицо и осмотрела её. Её дыхание было прерывистым от веселья и безумия. С её губ сорвался смех.

–Ты так сильно изменилась… но я бы узнала свою младшую сестру где угодно, — выдохнула Макино, поджав губы и улыбнувшись сквозь слёзы. Слёзы продолжали катиться по её щекам при их воссоединении.

–Мы все думали, что потеряли тебя, я тоже, Люси.

— Прости, что я тебя напугала, клянусь, я не хотела так уходить. Я была молода и глупа, — призналась Люси, вытирая остатки слёз, которые катились по её щекам. — Я бы никогда так не ушла, если бы знала, что произойдёт. Я бы сказала вам всем, куда иду, если бы знала, что произойдёт.

– Я просто рада, что ты снова здесь. Ты уже такая взрослая, что я помню только свою младшую сестру, которая кричала и вопила по любому поводу. Сейчас ты такая спокойная и зрелая… но как бы ты ни изменилась, свет, который всегда был в тебе, стал только ярче. И я всегда буду знать, что он твой, каким бы ты ни была. Потому что твоё сердце — это ты… а не то, как ты выглядишь. — Она оглядела Люси с ног до головы и приподняла бровь. — Хотя, должна сказать, ты такая красивая. Кто бы мог подумать, что ты станешь такой красавицей?

Люси хихикнула и ещё раз обняла женщину. –Я похожа на свою мать, так что, конечно, я красивая.

— И скромная, — согласилась Макино, прежде чем повернуться к двери салуна, где все столпились снаружи.

— Наша Люси вернулась! — эти слова заставили Люси улыбнуться, и она услышала, как с грохотом распахнулись двери и в салун хлынули люди. Они окружили её. Увидев её, они заплакали, и Люси тоже заплакала. Она была счастлива оказаться в окружении стольких знакомых друзей и членов семьи. Что-то ударило её по затылку, и она увидела, что мэр злится на неё.

–Как ты могла, неблагодарная девчонка! Как ты посмела… как ты посмела так уйти… как ты посмела заставить нас думать, что ты умерла. Мы похоронили пустую могилу, — он замолчал, уронив трость, и заплакал. Люси упала на колени, чтобы дотянуться до него, и обняла старого мэра, который плакал с такой болью и облегчением, что она почувствовала запах. Он витал в воздухе, и у неё защемило сердце. Она сделала это.

–Мне так жаль, мэр, — сказала Люси, чувствуя, как всё вокруг неё болит. Она причинила боль, никому не сказав, куда идёт в тот день. Но она расскажет им, куда ходила и что случилось. Она надеялась, что они всё поймут.

Объяснив всем всё, они все согласились не звонить Гарпу. Все знали, что старый боевой кулак выследит её и убьёт, прежде чем она успеет проявить себя. Поэтому вместо этого город устроил вечеринку, которая затянулась до поздней ночи. И это напомнило ей о Шанксе, что заставило её задуматься о том, как он получил её шляпу. Она спросила об этом Макино, рассказав ей о возвращении, и Макино сказала ей правду. После того, как Макино узнал, что Люси потеряла память, вернувшись к своей матери.

Все они, казалось, были озадачены магией. Но они понимали, что кто-то забрал у Люси воспоминания о них, Шанксе, Гарпе и её жизни на острове. Это стало причиной, по которой она не отправляла вестей и не возвращалась до сих пор. И они понимали, что ей всё ещё нужна помощь, чтобы вернуть то, что она потеряла. А Макино и мэр понимали, что она всё ещё не помнит Эйса, Сабо и бандитов. Поэтому, чтобы помочь ей, они отправили Люси на гору искать Даданских разбойников.

Это имя показалось Люси знакомым, хотя она и не знала, откуда. Но в нём было что-то знакомое, и она последовала совету этих двоих. Продолжая идти по густому лесу, она начала двигаться инстинктивно. По старой и протоптанной тропинке вверх по горе. Она вспомнила тропинку к Дадан, по которой её много лет назад тащил дедушка.

Он хотел перевоспитать её, сделать из неё сильную морскую пехотинку. Поэтому он отправил её жить с бандитами, чтобы она научилась выживать и жить. Теперь он, конечно, считал её мёртвой, но она жила с бандитами дольше всех и должна была их помнить. Почему-то во время ходьбы её тошнило, она нервничала. Но в то же время была взволнована.

Издалека донёсся крик, в ту сторону, куда она должна была идти. Она ускорила шаг, пробегая через лес, пока не добралась до небольшого домика в лесу. Ну, "небольшое деревянное строение" было бы более подходящим определением, но и это казалось неправильным. Внутри было слышно несколько человек, женский голос, кричащий на мужчин. И она вспомнила, как Дадан кричал на неё в первый день её прибытия на базу.

Улыбаясь, она направилась к базе и вошла внутрь. Мужчины, сидевшие на полу, сжались в страхе перед Дадан, которая кричала на них сверху. Пожилая женщина с сигаретой во рту и развевающимися кудрявыми волосами ещё не заметила Люси. Поэтому она продолжала стоять в дверях, ожидая, когда они её заметят. Так прошло пару минут, прежде чем Люси решила привлечь к себе внимание, чтобы напугать их.

Люси так громко закричала:

–Эй! Я вернулась!— что все головы повернулись в её сторону, а челюсти отвисли при виде блондинки со шрамом под левым глазом. Она практически чувствовала их мысли, их замешательство. Они не верили, что это она, и она не могла их винить.

–Что ж, если это такое приветствие, то я не знаю, стоило ли мне возвращаться. Я имею в виду, что прошло одиннадцать лет, а вы, ребята, только и делаете, что пялитесь. Макино была хотя бы немного интереснее, — она заплакала. А мэр ударил меня… не делай этого.

— Л-Люси?! — закричала Дадан, оглядывая комнату, как будто вместо Люси там стояло привидение. Покачав головой, Люси подошла к пожилой женщине, и её нос сморщился от запаха табака, но не в неприятном смысле. Пахло Дадан, что в данный момент было неплохо. С другой стороны, от большинства её спутников пахло грязью и разложением. Догра и Магра последовали за ней, выкрикивая её имя, а затем и остальные старые бандиты, которые её вырастили. Увидев их, Люси вспомнила их всех, и к ней вернулись воспоминания. Хотя в этих воспоминаниях появились и незнакомые лица, которых она пока не могла вспомнить.

— Заткнитесь все! У меня чертовски чувствительные уши, а вы заставляете меня оглохнуть! — закричала Люси, закрыв уши. Они замолчали после того, как она рявкнула. Люси вздохнула и потёрла уши, в которых появился звон, который она хотела бы убрать. Подойдя к небольшой кухне в центре базы, Люси налила себе чашку чая, которая висела там в маленькой белой подставке. Она вдохнула землистый аромат, вздохнула, села и сделала глоток. Она повернулась к Магре и улыбнулась пожилому мужчине, который смотрел на неё в изумлении.

–Твой чай действительно лучший, Магра. Я помню, как Дадан всегда хвалила его, когда у неё с утра было похмелье.–Мужчина покраснел, но всё равно поблагодарил её.

–Ты не можешь быть Люси. Эта девчонка всегда ненавидела чай и никогда бы не была такой спокойной на встрече с родными, — заявил Догра, правая рука Дадан в этой маленькой и простой организации. Он скрестил руки на груди и подошёл к ней, пытаясь выхватить чашку из её рук. Она убрала её подальше и подняла над невысоким мужчиной, который подпрыгнул, пытаясь дотянуться до неё. Но каждый раз она просто поднимала чашку выше, держа её подальше от старика, прежде чем залпом допить остатки и поставить чашку на стол. Она повернулась к Догре, изогнув тело.

–Это я, всё в порядке. Когда я только приехала сюда, мой дедушка Гарп сказал вам, что если со мной что-нибудь случится, он убьёт вас всех. Он ожидал, что вы будете хорошо обо мне заботиться. Но после его отъезда Дадан сказала мне, что я буду вашим рабом, буду выполнять ваши поручения и работать. Не то чтобы я когда-нибудь слушала или что-то делала. Я заблудилась в лесу на неделю после того, как впервые сюда приехала, и никто из вас не пришёл меня искать, — сказала она ему, вспоминая то время в лесу. Она ела насекомых и выживала, как могла.

—Только один человек мог знать всё это…Люси… Люси, — Дадан подбежала к ней на своих коротких ножках и набросилась на Люси, выхватив из ниоткуда дубинку. Люси увернулась, и началась их игра. Дадан гонялась за ней по комнате, пытаясь забить Люси дубинкой до смерти, но та уклонялась. Мужчины в комнате наблюдали за ними, некоторые кричали, но никто не вмешивался. Ну, Магра пыталась, но Догра удержал его.

— Дадан, я понимаю, что ты злишься, — Дадан оборвала её, не дав Люси договорить.

— Ты понимаешь?! Что ты понимаешь? Что мы все думали, что ты умерла, что Макино целый год не переставала плакать, просто слонялась по своему бару. Что нам пришлось сказать Гарпу, что его внучку не могут найти, и он привёл своих людей, и они прочёсывали этот остров в поисках тебя. Только чтобы ничего не найти. Что после этого Гарп перестал приходить на остров, с головой ушёл в работу! Пойми, что я потеряла тебя, мы потеряли тебя. И боль твоих братьев. Ты понимаешь, что они чувствовали? Они искали тебя, разрабатывали теории, пока не нашли твою дурацкую соломенную шляпу и не столкнулись с реальностью. Как это их сокрушило?– Дубинка Дадана попала в цель, потому что Люси перестала уворачиваться. Сила ее гнева отбросила Люси на пол, и она просто уставилась на зерно. –Тебе нечего на это сказать?!

Дадан схватил Люси за ворот рубашки и замахнулся кулаком, чтобы ударить, но не ударил. Люси задала вопрос, который хотела задать.

–У меня есть братья?–Кулак разжался, и Дадан отпустил её. Люси упала на пол. Были ли Эйс и Сабо её братьями? Но почему она, единственная из всех, до сих пор их не помнит?

–Не веди себя глупо, девочка. Твои братья до сих пор страдают. Отдали твою дурацкую шляпу этому дураку Рыжему, сказал ему, что ты умерла. Что с тобой не так?— спросил Дадан, стоя над Люси.

–Я их не помню… я… потеряла память, когда исчезла. Поэтому я и не возвращалась до сих пор. Но Эйс и Сабо — мои братья? Я знаю их имена, но больше ничего не помню. Поэтому я и пришла сюда, Макино сказала, что ты можешь помочь,— сказала Люси и приподнялась на локтях. Боль в плече была ничтожной по сравнению с болью в сердце.

— Амнезия? — спросил Магра, подходя к Люси и успокаивающе опускаясь на колени рядом с ней.

- И да, и нет. Думаю, мне нужно многое тебе сказать. И о многом попросить тебя. Люси села и скрестила ноги. Дадан отказывалась смотреть на нее секунду, прежде чем вздохнула и села напротив Люси. Все бандиты сели позади своего лидера и ждали рассказа Люси.

–Я начну с самого начала. О том, что я помню, когда уходил. Друг моей матери приехал за мной, он сказал, что меня похитил отец и оставил на попечение кого-то другого. И моя мать хотела меня увидеть. Я никогда не думала, что забуду тебя, и я хотела встретиться с мамой. Поэтому я согласилась, и он отвёз меня на остров Гранд-Лайн. Который называется Фиор, и вы не найдёте его ни на одной карте.

После того, как она рассказала свою историю, все замолчали. Хотя это произошло из-за того, что те, кто сидел напротив неё, разинули рты и уставились на неё. Вздохнув, она хлопнула в ладоши.

–И это конец моей жизни на данный момент. От моей матери до возвращения некоторых воспоминаний и запертых эмоций. А теперь не могли бы вы рассказать мне об Эйсе и Сабо… они всё ещё занимают места в моих мыслях. Если что, не могли бы вы подсказать мне, с чего начать восстанавливать воспоминания?

— Что ж, малыш, теперь я знаю. И я понимаю, что ты понятия не имела, что это произойдёт. И почему ты не хочешь, чтобы я позвонила Гарпу. Чёрт, старик бы попытался убить нас за то, что мы рассказали ему что-то подобное той истории, которую ты мне только что поведала. Но если ты пообещаешь сказать ему, что ты жив, найти Эйса, Сабо и своего кумира и рассказать им об этом, тогда я расскажу тебе всё, что смогу. Я сильно сомневаюсь, что мои рассказы о ваших собственных воспоминаниях помогут. Но я могу рассказать вам о том, что произошло после вашего ухода, и отправить Магру с вами в особое место, которое вы трое создали.

- Клянусь звездами, от которых я черпаю свою силу, я расскажу им. Просто ... не раньше, чем увижу их. И я решу, кто первый, после того, как ты расскажешь мне о том, что произошло после моего ухода. Пожилая женщина вздохнула и кивнула головой, и начала объяснять все, что произошло после ухода Люси. От Эйса и Сабо, взбешенных ее исчезновением, до Гарпа, приезжающего и обыскивающего остров. И когда они нашли ее шляпу.

–Эйс и Сабо нашли твою шляпу, и это стало последней каплей. Мы все знали, как сильно ты любила эту шляпу, и для Гарпа и Эйса это было знаком того, что ты мертва. Ты бы никогда не оставила эту вещь, если бы не умерла или, в данном случае, если бы у тебя не было амнезии. Гарп объявил тебя мёртвой, и Эйс сделал то же самое. Сабо и Макино верили, что ты жива. Я знаю, что Сабо сказал, что будет искать тебя, когда они отправятся в море, но скрыл это от Эйса. – Не знаю, жив ли он ещё. Эйс и Сабо решили вернуть твою шляпу Шанксу, сказав, что будет правильно, если он узнает.

–Зачем ему было скрывать это от Эйса? — спросила Люси, любопытствуя, что же случилось с её братьями, что они не могли сказать друг другу что-то важное. Если её братья не доверяли друг другу в том, что касалось их убеждений, она знала, что её смерть сделала гораздо больше, чем мог рассказать Дадан. Не то чтобы она помнила своих братьев, но она в детстве не стала бы называть кого-то братом, если бы он так себя не вёл.

–Эйс… он разозлился, когда решил, что ты умерла. Он ходил взад-вперёд, глядя на всех и вся. Боль, которую он испытывал, была настолько сильной, что вылилась в ещё большую ненависть и гнев, чем я когда-либо видела в нём. Он вымещал свою боль на тех, кого встречал, становясь с каждым днём всё сильнее и злее. И любой, кто осмеливался произнести твоё имя, рисковал жизнью. Сабо втайне говорил о тебе, рассказывал нам о твоих выходках и начинал плакать. Но он никогда не говорил Эйсу. Со временем Эйсу становилось лучше, но твоё имя продолжало его раздражать. Вот почему, если Сабо всё ещё ищет тебя, он, скорее всего, не говорит об этом Эйсу, — объяснил Дадан дрожащей блондинке.

Но дрожь не прекращалась, как бы Люси ни хотела этого. Она видела, как Нацу страдал после того, как она умерла у него на глазах. Ну, тогда умерла другая она. И она задавалась вопросом, чувствовал ли он что-то подобное, но хуже, потому что у него не было возможности узнать, что она всё ещё жива. Каким-то образом она знала, что ему было больнее, чем Нацу. Её брат потерял её, не имея возможности помочь. Он страдал больше всех, как и Сабо. И это она причинила ему боль. Она знала, что не может повернуть время вспять и не могла знать, что произойдёт, но она не жалела о том, что поехала к матери. Но она сбежала от них, оставила их, его, без всякой надежды.

–Они вместе?– На этот раз спросила Люси.

–Они, как всегда, ссорились из-за того, что собирались отправиться в разные путешествия, но в итоге вышли в море вместе. Это было четыре года назад. Ты не помнишь, но вы все поклялись отправиться в море в семнадцать лет. Ты опоздал на год, и теперь им по двадцать один. Эйс стал капитаном их корабля, Сабо — первым помощником. Они называли себя Пиратами Пики. Они прославились на весь мир. Обоим предложили стать шичибукаями, пиратскими псами правительства, но они оба отказались. И вот мир узнал, что они присоединились к команде Белоуса и вскоре вместе возглавили его второй отряд, — сказала Дадан, откинув голову назад и рассмеявшись, и Люси поняла, что смеются два свободолюбивых капитана, которые служат под чьим-то началом.

–А теперь я отведу тебя, в совершено особенно место для вас троих,- предложил Магра и встал. Дадан последовала ее примеру, и остальные бандиты тоже. Они последовали за Люси с базы и обняли ее, прежде чем она и другой мужчина ушли. Люси повернулась назад после того, как они прошли через линию деревьев. Все продолжали смотреть, как они уходили.

–Дадан всегда думала о тебе как о внучке. Не то чтобы она признавалась в этом. Они хотят посмотреть, как ты идёшь, чтобы убедиться, что ты больше не исчезнешь.

–Я сожалею обо всей той боли и неприятностях, которые причинила, — сказала Люси и опустила голову. Он усмехнулся рядом с ней.

–Ты повзрослела, Люси. Ты понимаешь чувства других и знаешь, как искренне извиниться. В детстве ты бы никогда так не поступила. Но, учитывая твои внезапные перемены в жизни и воспитании, в это не так уж трудно поверить. И больше всего на свете я рад, что ты жива. – Магра продолжал вести её через лес, и она улыбалась ему в спину.

Магра отвёл её обратно в её собственный лагерь, что сбило её с толку. Или даже больше, чем то, что она уже запуталась во всей этой истории с братьями. Он растерянно посмотрел на палатку, и Люси вздохнула.

–Я уже была здесь. Какое отношение дерево имеет ко мне и моим братьям? — спросила Люси, и мужчина усмехнулся, прежде чем указать вверх. Последовав за его пальцем, Люси увидела сломанный домик на дереве, висевший над ней.

- О ... мне следовало посмотреть наверх.

— Всё в порядке. Эйс и Сабо после твоего ухода перестроили его так, чтобы он хорошо сливался с деревьями. И когда я говорю «он», я имею в виду «Сабо». Эйсу было всё равно. Но после твоего ухода Эйс нажил себе много врагов в Сером Терминале, так что им понадобилась дополнительная защита, — сказал Магра и вздохнул, покачав головой, размышляя обо всём этом. Люси почувствовала, как в её сердце нарастает боль, и прижала к нему руку. Добавление другого давления.

— Понятно… как мне подняться? — спросила Люси, и Магра подвёл её к другой стороне дерева. Она обошла пень, плоский и слегка заросший, следуя за ним. При взгляде на него у неё скрутило живот, но она подумает об этом позже. С другой стороны в дереве было вырезано несколько ступенек, похожих на углубления для ног. Идеально для подъёма.

— Тогда я оставлю тебя с этим. Я останусь здесь, — сказал Магра и прислонился к дереву. Подойдя к дереву, Люси начала взбираться. Осторожно, пока не добралась до дерева и не потянула за панель. Она скрипнула, поднимаясь на петлях, которые нужно было заменить, а затем с глухим стуком упала на пол. Она пролезла через открытое окно, цепляясь за него перчатками и не беспокоясь о том, что ржавый гвоздь может её поранить.

Домик на дереве выглядел разросшимся, и несколько лиан и веток свисали с половиц. Они опасно скрипели, когда она по ним ходила. В углу её внимание привлекла доска, и она подошла к ней. Сдув с неё пыль, она обнаружила три буквы. «А», «С» и «Л», рядом с каждой из которых были цифры. На доске было написано «счёт боев», и в ней были секции для победителей и проигравших. Цифры рядом с буквой «L» были пустыми, и она могла только предположить, что это была её зона. В то время как две другие буквы обозначали Эйса и Сабо. На их доске был почти равный счёт, и Эйс выигрывал с разницей в одно очко.

Она задумалась, не решили ли они, кто станет капитаном, путём голосования. Это казалось ей разумным.

Звон привлёк её внимание, и она развернулась, чтобы нанести удар, но Локи перехватил её кулак в перчатке. Он ударил, и она увернулась вправо. Она поставила ногу на пол, и та провалилась сквозь доски. –Я сказал, что буду нападать на тебя каждый раз, когда буду появляться. Но я думаю, что нам стоит остановиться.

— Наверное, — согласилась Люси, вытаскивая ногу из-под дерева. К счастью, благодаря чудесному материалу, из которого была сшита её одежда, её было трудно порвать. Так что дерево не порвало её одежду, и ей не нужно было беспокоиться о занозе.

— Где мы? — спросила Лок, оглядывая ветхий домик на дереве. Он приподнял бровь, глядя на неё, и она вздохнула.

–Эйс и Сабо жили здесь, превратив это в крепость. Но исходя из этого, - объяснила Люси и указала на доску для боев. –Я думаю, мы жили здесь вместе. Думаю, я помогла им сделать это. – Она направилась к центральной части дерева, где ствол служил опорой для остальной конструкции. Оттуда поднялась еще одна лестница. Она начала подниматься, направляясь к вершине дерева. Она услышала, как Локи последовал за ней.

Они поднялись над листвой и оказались лицом к лицу с пиратским флагом. Он выглядел довольно просто, но имел такое значение, что Люси поперхнулась. Над ними развевался чёрный флаг с черепом и скрещенными костями, а поверх них была напечатана буква «L». Они пометили домик на дереве как её дом, где будет жить её дух, пока они путешествуют. Она знала, что на флаге должно было быть написано «ASL» для всех них, а не только для неё.

–Ты можешь снять его. Когда снова их увидишь, можешь показать им. Или сделай из него свой флаг, — предложил Лок, пока Люси стягивала флаг и прижимала его к груди. По краям ткани образовалось несколько дырок. Слезы текли внутрь и разрывали рисунок, как бахрома, развевающаяся на ветру.

–Это не будет моим флагом. Не каким-то… надгробием. Кроме того, команда будет состоять из Пиратов Хвоста Феи, и флаг будет украшен этим символом. Кем бы мы были, если бы у нас был такой флаг? — спросила Люси и начала спускаться с вершины дерева. Лок последовал за ней. Когда они снова оказались на земле, он ответил:

— Ладно, я понял твою точку зрения. Но что ты будешь делать с флагом?

–После того, как я верну свои воспоминания и найду их, я собираюсь ткнуть их им в лицо.

— Как мило, ты хочешь, чтобы Дева пока подержала это у себя? Вместе с другими вещами, которые она забрала из «Хвоста Феи» и из твоей квартиры? — спросил Локи, протягивая руку, чтобы взять потрёпанную ткань.

–Пожалуйста. Мне нужно вернуться туда. – Люси передала ткань, затем вернулась к входу в домик на дереве. Локи исчез у нее за спиной, и она присоединилась к Магре, упав обратно на землю, и грациозно приземлилась рядом с ним. Хотя ее ботинки действительно проваливались во влажную почву, должно быть, в какой-то момент за последние несколько дней прошел дождь, и густая листва не позволяла воде так быстро испаряться. — Ничего, Магра, но спасибо. — Он кивнул, нахмурившись, и повернулся, чтобы уйти.

– Осмотри остальную часть территории, может, что-то и привлечёт твоё внимание. И заходи после того, как вспомнишь их, — сказал Магра и оставил её одну. Люси хотелось почесать голову, но не с помощью покрывавших её опасных когтей, и она вздохнула. Оглядывая территорию, она ожидала, что что-нибудь на неё набросится. Но ничего не произошло.

Она обошла дерево снаружи, возвращаясь тем же путём, каким пришла, и снова обошла разросшийся пень. Он выглядел как обычное срубленное дерево, но что-то в нём притягивало её. Из этого места доносился шёпот, и она опустилась на колени рядом с пнём, чувствуя, как её колени становятся влажными от грязи.

Выдернув сорняки, разросшиеся на пне, она увидела плоскую поверхность. Голый белый ствол с начинающейся гнилью, он выдолбил пространство между кольцами и сделал некогда старое дерево ещё более печальным. Сняв одну из перчаток, она положила голую руку на дерево. Закрыв глаза, она вспомнила прошлое, вспомнила Эйса и Сабо. В её голове раздался звон, и она открыла глаза, чтобы увидеть себя в детстве и двух мальчиков постарше.

Перед ними стоял чистый пень с тремя чашками. Черноволосый мальчик с пластырем на носу и тощими руками, держащими кувшин с саке. Светловолосый мальчик в цилиндре тоже сидел с ними, и они с Люси внимательно наблюдали за другим мальчиком. Он наполнил чашки саке, и они взяли по одной.

– Я слышал, что все, кто пьёт сакэ, считаются братьями и сёстрами. Так что, если мы все выпьем, мы навсегда станем братьями и сёстрами, — сказал Эйс с торжествующей ухмылкой на лице, взял свою чашку и поднял её к центру пня. Сабо взял свою чашку, и Люси тоже.

— Значит, мы всегда будем вместе? — спросила Люси, и на её лице засияла улыбка. — Я хочу быть с Эйсом и Сабо всегда, независимо от расстояния.

– И мы все станем капитанами собственных команд, это гарантирует, что мы всегда будем присматривать друг за другом. В конце концов, мы с Эйсом должны присматривать за тобой, Люси, — блондинка усмехнулась и улыбнулась, показав отсутствующий зуб.

– Нет, я должна присматривать за Эйсом и Сабо. Я умная, — гордо сказала Люси, но поставила свою чашку в центр, как и остальные.

— А теперь послушай, Люси, мы — старшие братья. Мы заботимся о тебе, потому что мы старше. И ты не самая умная, — проворчал Эйс в ответ. — А теперь давай выпьем. За братьев и сестёр! — все они обрадовались и стукнулись бокалами, а затем допили сакэ. Все они скривились от отвращения, но никто не выплюнул жидкость. Они сглотнули, хотя это было трудно, а потом закашлялись от жжения в горле.

Она видела всё это, начало их братских отношений. И это показало, как они впервые встретились: Эйс с бандитами, Сабо с Серым Терминалом. Её воспоминания о них были полными, и она вспомнила, почему не возражала против ухода и не сказала им. В тот день, когда Козерог нашёл её, они разозлили её, сказав, что им нет дела до её обещания Шанксу, что с ними она будет в безопасности и не сможет ничего сказать. То, что её будущее было решено за неё, разозлило её, и она ушла. Она уронила шляпу во время бега, пошла за ней, споткнулась и вывихнула лодыжку. Тогда её нашёл Козерог, и она забыла о шляпе, когда подумала о матери. Она думала, что её мать на острове.

Но в итоге она отправилась на Гранд-Лайн, где потеряла свои воспоминания и саму себя.

Она сжалась в комок, по её лицу текли слёзы, и она знала, какую боль причинила. Наконец-то она почувствовала это, когда оно растеклось по её венам, как яд. Как сожаление о том, что она не сказала им, не сказала, что чувствует, вместо того, чтобы сбежать. Не сказала, как сильно она их любит, когда её последними словами были слова о том, как сильно она их ненавидит