6 глава

Чон.

— Прямо тут? — девчонка испуганно осмотрелась по сторонам, а затем, смерив меня полным похоти взглядом (наивная, думает я не вижу!), тихо прошептала: — Тут полно народу! Дом чужой... Да и... Дурацкое желание!

Черт... когда я, взрослый мужик, перестану умиляться ее наивным глазкам? Запах ее кожи сводит меня с ума и заставляет всеми силами контролировать внутреннего зверя, который хочет ее везде, всегда, во всех позах! Нет, это нормально, но только если тебе вчера восемнадцать стукнуло... И уж точно нет ничего хорошего, когда каждое прикосновение практически незнакомой малышки вызывает внутри эмоции, о существовании которых ты и не знал.

Особенно, когда у тебя на нее особые планы. Да еще и узнав которые, она больше никогда не посмотрит на меня... ТАК. Как никто другой. Нет, о них она никогда не узнает! Все равно цыпленок под моей защитой. Она и Минхо. Им ничего не угрожает... Просто у Лисы главная роль. К сожалению...

— Да, брось! Всем по хрен где мы. Поверь... — перехватив ее ладонь у себя на груди, я втиснул ее между нашими телами и положил на пах. Лиса перестала дышать и покраснела, как июльские помидоры. О да, детка! Обожаю твои щечки-персики... — Ты задолжала желание, малышка. К тому же, сегодня я помог тебе расслабиться, а теперь твоя очередь...

Орудуя рукой цыпленка, я очертил габариты своего члена и она провокационно застонала. Но крышу уже и так сорвало, когда пальчиком я случайно задел ее трусики. Адский дьявол, они буквально сочились влагой!

— Мы не можем... — сладко... боги, как же сладко она стонет! Уши просто заворачиваются в трубочку, когда ее пухлые губки приоткрываются буквой «О», глаза закатываются, а из груди вырывается невольные крики. Только от одного этого можно кончить!

— Можем, дорогая... — голос совсем меня покидал, глядя как кошечка извивается у меня на коленях от первого же прикосновения к клитору. Детка, я сразу понял твое слабое место! Ты никогда не устоишь... Только Я буду трогать тебя, трахать и дарить оргазм за оргазмом. Нет, делиться я не намерен. Убью любого! Моя! — Если сделаешь это сейчас, то я дам тебе то, что так просит твое тело.

Лиса включилась в игру. Наконец-то! Ее светлые глазки сверкнули недетским развратом и, когда манящие губки расползлись в хитрой улыбке, она заигрывающе потерлась о мои палец и член, прежде чем прошептать:

— И чего же, по-твоему, хочет мое тело?

И я готов был показать. Во всех известных миру позах... Возможно, даже минет придется перенести на потом, слишком уж хочется снова ощутить ее всем телом.

Прикинув расположение кровати, я подхватил ее под задницу и понес на красный шелк. Было темно, но не настолько, чтобы не увидеть, как торчали ее соски через тонкое платье. Боги, как же хочется запереть эту девчонку в доме и не показывать людям! Слишком уж она развращает вселенную одним своим присутствием! Дети же ходят по улицам, в конце-то концов...

— Прошу, давай не здесь! И... поменяй желание. Я не готова... — продолжала гнуть свою линию детка, пока я растягивал ее пальцами, подготавливал для себя. Чертовски узкая. Идеальная. Крышесносная.

— Уверена? — забросив низ живота, я едва сдержал смешок на ее недовольный рык. Моя тигрица...

Нет, естественно, ее насиловать никто не собирается. Я лишь хочу ей показать, что рамки нужны лузерам и неудачникам. Тем, кто всегда у жизни на вторых ролях. Но точно не Лисе! Ей пора расслабиться и понять, чего действительно хочет ее тело.

Устроившись между ее ногами, я постарался как можно плотнее придавить ее к простыне. Пусть почувствует — еще несколько минут ее закидонов и мои яйца лопнут. А нам еще нужны тигрята... Возможно. Когда-то... Что за мысли вообще?!

Она снова застонала. Да, малышка сдалась!

И тут мой взгляд случайно упал на прикроватный столик, а точнее — белую рамку. Там на фоне загородного дома Мина красовались три насиликоненные шлюшки в бикини: Юна, Наён и... Айрин. Блядь, трахаться сразу перехотелось...

В одну секунду я подскочил с кровати и тут же за руку поднял Лису. На лице девушки застыло полное непонимание и растерянность. Черт, ведь и не объяснишь ей ничего...

— Пойдем домой. Не будем развращать чужой дом, — натянув улыбку, я подхватил с пола пиджак, который случайно упал, когда я тащил цыпленка в постель. Накинув ей его на плечи обратно, не смог удержаться, чтобы не погладить ее снова пылающие щеки. — На твои стоны сбежится весь дом. Зачем оно нам надо, да?

Целую секунду она смотрела на меня, как на полного кретина. Со всей стойкостью я делал вид, что не заметил этого и тут же, схватив ее за руку, потянул прочь. Не хватало еще, чтобы она заметила то фото. Лиса и так задает слишком уж много лишних вопросов! Не для этого создан ее милый ротик.

— Мы возвращаемся домой! — чисто из вежливости объявил ей я и тут же вспомнил про Наён. С этой сукой нужно встретиться обязательно!

Как раз вовремя по коридору проходила прислуга. Буквально всучив Лису ей в руки, приказал ждать на выходе. При разговоре взрослых ей лучше не присутствовать...

Слава богу, дом Минов я знал, как свои пять пальцев. Поэтому быстро нашел логово проституток и, разбавив их компанию наглой улыбкой, мило заявил:

— Дорогие дамы, мы с Лисой уходим! Можно у вас украсть Наён на минуту, хочу лично попрощаться... — бросив сучке убийственный взгляд, дал понять — выбора у нее нет! Поджав свои вареники, она таки встала и с многозначительным видом потопала в коридор. Боится, тварь! Правильно делает.

— Гуки, забери сумочку Лисы. Приветик ей! — на прощание кинула мне Юна и, расцеловав в обе щеки, все же позволила покинуть пропитанное перегаром помещение. Фуууу...

— Чон, какого хрена тебя надо от меня?! — стоило закрыть дверь, как Наён тут же приняла позу: «я тебя не боюсь», хотя глазки бегали и искали папика. Жалкое создание...

Схватив ее под локоть, не пытаясь даже заботиться о комфорте, завернул за угол и крепко придавил рукой за шею к стене. Черные глаза разглядывали меня с неприкрытым ужасом, но и презрение никуда не делось. Пожалуй, она одна из немногих моих «друзей» вскоре познает истинное лицо Чон Чонгука. Ох, недолго ей осталось закатывать глаза передо мной!

— Где Айрин?! — отчеканивая каждое слово, я внимательно ловил любые изменения в ее мимике. Как я и предполагал, Наён точно знала, где она. Сучка дрожала, как осиновый лист, но молчала. Идиотка... Нашла кому верность хранить! — Передай ей, что я все равно найду ее! Из-под земли достану, ясно? Только тогда будет поздно. Еще пару дней я готов решить вопрос по-хорошему, а потом пусть заказывает себе гроб... по-гламурней!

Но, вопреки моим ожиданиям, Наён рассмеялась. Настолько звонко, насколько позволяли мои пальцы на ее шее. Нет, ну точно больная на всю голову... Нужно будет заняться ею поплотнее...

— А зачем тебе Айрин, а? — заигрывающе протянула Наён и тут же злобно прошипела: — Уже сегодня она будет знать о твоей новой сучке! Не думаю, что ей это понравится. Вряд ли она подпустит к своему сыну эту Лису! Ты специально бабу подобрал, похожую на Айрин? Думаешь, Минхо на это купится??? Придурок!

— Это — мой сын. То, что она его родила — ничего не значит. Так и передай! — сквозь зубы прошипел я, а затем сделал нечто непоправимое...

Крышу сорвало окончательно, когда эта тварь снова оскалила свои люминиры, так, словно знала о новой пакости ее чокнутой подруги. Признаю, это было лишним — отпустив шею Наён, я врезал ей по скуле так, что девушка отлетела к соседней стене и жалобно заныла. Хоть она и заслужила подобное за угрозы в адрес цыпленка и Минхо, но ошарашенный голос у меня за спиной заставил патово прикрыть глаза, едва не простонав в голос:

— Что тут происходит? — тон Лисы был не просто напуганным, кажется, девушка была... разочарована до мозга костей. Блядь!

Лиса.

Когда мне было восемь лет, у родителей в отношениях случился непростой период: они постоянно ругались, скандалили по каждому пустяку и едва не развелись. Думаю, причина была в том, что они любили друг друга намного больше, чем понимали. Чувства разъедали их изнутри, превращая в пустой сосуд, который постепенно заполнялся презрением, холодным нетерпением и непониманием.

Мне же все это казалось ерундой. Ведь я всегда завидовала маме и папе — они были друг у друга. Поддерживали. Обнимали. Говорили, что все будет хорошо... У меня же такого не было. Я всегда была одна и, признаю, тайно завидовала, что «счастливые тоже плачут». Наверное, это называется словом «мразь»...

Но однажды наступил день и я, как никогда, осознала — мир не так прост, каким хочет казаться... Покой, уют, спокойствие в нем слишком хрупкие, дабы так просто поддаваться эмоциям и рушить все под корень...

...Я забежала на кухню за яблоком. Был уже ужин, а родители настолько бурно ругались, что за целый день не соизволили вспомнить — детей никто так и не покормил. Наверное, так распорядилась судьба, что я вошла в самый «подходящий» момент, который стал некой красной тряпкой всей моей последующей жизни.

— Ну ты и шлюха! — в припадке заявил отец и врезал матери пощечину такой силы, что та невольно отлетела к белой столешнице и сбила миску с яблоками на пол.

Мир замер. Кажется, каждый в той комнате вдруг понял что-то важное и переосмыслил свои ценности... Мама долго находилась в подвешенном состоянии и не сводила с папы своего взгляда... Он не был печальный, презрительный, ненавидящий. Нет. Просто она вдруг поняла о нем нечто, перевернувшее всю ее жизнь в верх дном. Словно увидела впервые.

С того дня ссоры прекратились. Вместе с любовью... Они молчали, потому что противоположности перестали притягиваться. Их жизнь превратилась в пустую обыденность... Они просто доживали остаток лет вместе, потому что... так надо. Так принято в их среде.

Долгие годы я мучилась вопросом: что же такое осознала мать? Что заставило ее лицо исказиться от непонятных мне эмоций, пробирающими даже ребенка до дрожи в коленках? Что лишило ее той самой единственной любви???

А сейчас отдаленно поняла... Бедная Наён стонала на полу, отчаянно прикрывая раскрасневшуюся щеку рукой. На шее уже проступили небольшие отеки, а нога была неестественно вывернута. Надеюсь, она просто ее подвернула...

Чон даже не смотрел на меня, продолжая добивать девушку взглядом. Ну и хорошо, иначе бы он увидел... больше, чем ему положено знать, в моих глазах! Внутри что-то рухнуло. Я была разбита на миллионы осколков, склеить которые нереально. Глупо, да?..

Да, я знакома с мужчиной лишь два дня... Да, я видела его рядом с двумя трупами в переулке... Да, он насильно держал меня в своем доме, но ЭТО... Почему-то именно ЭТО стало моим рубильником. Огромной красной кнопкой «стоп».

И уже не важно, что я испытываю от его прикосновений! Нет никакой разницы, что пока его жестокость рядом со мной граничила с нежностью и заботой. Он был монстром. Чудовищем. Потенциально опасным объектом! Пора смазывать пятки и бежать, бежать, бежать!

— Мы. Уходим. — отчеканивая каждое слово, Чон так и не удостоил меня взглядом. Прежде чем развернуться в сторону выхода, мужчина еще раз нагнулся к Наён и, прошептав той что-то на ухо, от чего она вся позеленела, сказал более громко с легкой усмешкой: — Тебе тоже пора домой.

— Ей нужна помощь. Не оставляй ее в таком состоянии. Прошу... — дрожащими губами прошептала я, сделав первый шаг в сторону Наён.

Чонгук тут же развернулся и, подхватив меня за талию, потащил в сторону выхода, бросив короткое:

— Сама о себе позаботится. Идем.

Я смотрела на девушку, в глазах которой появилось некое сочувствие и... смешинки. Она словно злорадствовала мне и тут же жалела. Такое бывает?

— Мне жаль тебя, Лиса! — словно в доказательство моих слов, бросила она мне вдогонку, но тут же злобно прошипела: — Если будет возможность — беги от него. Долго около этого придурка ты не протянешь.

Чон взревел, как кое-то дикое животное, и, казалось, сейчас он бросит меня в этом коридоре и просто пристрелит ее на месте. Но Чонгук молча продолжил путь, сцепив губы так плотно, что они превратились в тонкую, едва заметную полоску. Как какая-то силиконовая Барби смогла ТАК вывести из себя бесчувственного убийцу??? Почему-то внутри я боролась с желанием пожать ей руку или добить вместо Чона...

Но, увы, Чон Чонгуку мне больше нечего было сказать. Его молчание только укореняло идею — он считает свой поступок нормальным. Наверное, даже типичным поведением в отношении девушки.

«Тоже самое (а может и хуже) ждет тебя, если ослушаешься»! — будто говорили его действия.

Он буквально силком спустил меня с лестницы и усадил на заднее сидение машины с коротким приказом: «Я сейчас. Пойду попрощаюсь с остальными. Даже не думай выходить!».

Хоби буквально подскочил на водительском месте от неожиданности и с ошарашенным видом прошелся по мне внимательным взглядом. Видимо, слишком уж я была бледная, потому как тот совсем смутился и недовольно отвел взгляд.

— День рождения, прямо скажем, не очень... — словно оправдываясь, я мило улыбнулась и тут же добавила: — Врагу не пожелаешь попасть в такое место!

Хос рассмеялся как-то грустно... Будто знал больше меня, но сказать не мог. Я же между делом внимательно оглядела его внешний вид: сегодня парень был замотан чуть ли не с головой в плотную одежду, не хватало только чулка на голову для полноты картины... Чон  постарался! И, тем не менее, взгляд снова вернулся к огромному бланшу под глазом.

— Мне жаль. Я ведь не думала... — голос осип. И я догадывалась почему — все я знала! Мне просто было плевать на нормального парня Хоби и хотелось позлить Чона... Чем я хуже, Его?! — Окей. Ладно, я ДУМАЛА, но мне правда не по себе. В смысле, я не должна была флиртовать с тобой и выводить Чонгука... Но хочу сделать комплимент — тебе идет синяк! Правда... Эм... мужественно выглядит.

Хоби внимательно проследил за сменами эмоций на моем лице, а затем... мило усмехнулся. Будто смотрел какие-то смешные видео с котиками или годовалыми детьми в интернете. Я тоже расплылась в довольной улыбке... Так спокойно стало на душе.

— Оу, а ты флиртовала, да?.. У тебя красивые глаза, — внезапно сказал он и с неким наваждением гортанно прошептал: — Никогда не видел таких серых. Тебе идет...

Тут уж я совсем расхохоталась. Честно?! Он сказал, что мне идет цвет глаз??? Этот парень нравится мне все больше и больше!

— Ты не бойся, — внезапно серьезно добавил он и, с некоторой опаской глянув в сторону входа в гараж, сбивчиво прошептал: — Я знаю, что Чон что-то задумал на твой счет. Ты нужна ему для дела. Именно поэтому он не обидит тебя.

— Для дела? — на автомате переспросила я, вмиг забыв про улыбку. Черт, судя по тону Хоби — все намного хуже и опаснее, чем я могла предположить! — Это как-то связано с Айрин?

На секунду замешкавшись, Хосок коротко кивнул и отвернулся.

— Она ведь была его женой, так? — проснулся некий азарт. Я вдруг ощутила, что сейчас мужчина готов рассказать мне все, хоть и боится не по-детски. Дыхание участилось, когда он как-то неуверенно то ли кивнул, то ли отрицательно покачал головой. — Ага, значит был гражданский брак... Уже хоть что-то.

Вдруг я увидела как открылась дверь в гараж и к машине быстро направился Чон. Нет, я еще ничего не узнала! Как же не вовремя...

— Расскажи мне потом все, прошу! Я имею право знать, зачем меня держат! — почти со слезами на глазах взмолилась я. Хоби быстро повернулся в мою сторону и резко кивнул, словно какой-то военный на особо ответственном задании. Его непоколебимое лицо говорило четче слов — он меня не подведет.

Чон сел в машину спустя секунду, а я тут же отвернулась от него и уставилась в окно. Не хватало еще, чтобы мужчина увидел мои красные щеки и сбивчивое дыхание... Только не сейчас, когда я так близко к правде!

Несколько минут в машине царила полная тишина. Тем не менее, каждой клеточкой своего тела я ощущала закипающую ярость Чонгука. Почему-то полностью была уверена: причина во мне...

Только вот почему? Не потому ли, что посмела осудить его ВЗГЛЯДОМ за избиение женщины?! Не по причине моего внезапно воскресшего страха к бесчувственному тирану?! А, возможно, ему просто была небезразлична моя реакция... Ведь если бы я не рискнула вернуться за сумочкой к девочкам, то так и осталась розовой лужицей у его ног... Кто знает, возможно, даже передумала бежать...

— Отвези нас на дачу. За город, — внезапно бросил Хоби Чонгук таким тоном, будто выпускал из оружия несколько очередей. — Завтра мне в офис к одиннадцати. Хочу расслабиться.

— Но... Чон! — Хоби как-то странно покосился на меня через зеркало и многозначительно продолжил: — У Минхо матч в одинадцать часов... Я просто физически не успею отвезти вас обоих.

Хоби не просто так это сказал. Он хотел донести мне посыл... Ведь существовали такси и водитель у Чона явно не один. Только вот Чонгук больше не хотел потакать моим желаниям. Что происходит?!

Именно в этот момент Чон повернулся ко мне с хищной улыбкой, без капли нежности и былого понимания. Он словно радовался, что с помощью своего великого ума вывел охранника на правильные мысли. Все напоминало ловушку.

— А она никуда не поедет! — глядя на меня с неоправданной жесткостью, от которой внезапно стало до дрожи холодно, он продолжал объяснять свою позицию Хоби: — Цыпленок задолжала мне желание в обмен на матч. Она его не выполнила. Разве честно так играть, а?

На секунду в груди что-то защемило. Все эмоции подкатили к горлу и, руководствуясь сиюминутным порывом, я буквально выплюнула ему в лицо:

— Ты чудовище!

Он замер. «Синие озера» стали бездонными, смертельными омутами. Черты лица ожесточились, губы сомкнулись, а кулаки сжались. Я уже начала задыхаться от страха и недостатка кислорода в легких, когда он обманчиво спокойно сказал Хосоку:

— Останови машину. И выйди из нее на хрен.