Часть 32

Встал, что бы вытереть их, но она не дала мне, этого сделать. — не трогай меня — полушёпотом прошептала она, сжав зубы — ты мне противен, ты противен всем — я уже хотел возразить и сказать ей, что то в ответ, но она ее дала. Перебила — сначала ты спишь со мной! Я доверяюсь тебе, дарю себя. Ты в полу старости шепчешь мне слова любви, — она облизывает свои губы, и помада на этом месте стирается. — а после гуляешь по шлюхам! Как же я тебя ненавижу, бабник! — вдруг выкрикивает она и в следящей момент я чувствую удар ее ладони по своей щеке. Голова невольно поворачивается в сторону удара, а щека начинает полыхать. Я чувствую как она горит, окрашиваясь красным светом. Прикладываю к ней ладонь, да бы хоть как то остановить и облегчить боль, но не выходит. Боль только просыпается, пробкгая внутрь, катясь по венам, и попадая в самое сердце. Я вдруг чувствую себя виноватым перед девушкой, впервые за четыре года. Только в этот момент я понимаю, что правда, что то чувствовал к алине, что то теплое и родное, спокойное чувство любви. И продолжаю чувствовать даже сейчас.
—Почему ты молчишь?! — выводит меня из раздумий громкий, надрывной голос Алины. — сказать нечего? Какой же ты мерзкий, ты меня бесишь! Я увольняюсь, ищи себе другого звукоря, более выносливого! — в один момент говорит она, а в следующий уже выбегает из студии, бежа на улицу и захлёбываясь в слезах. А я бегу за ней, забыв про боль в щеке и головную боль. Я ее не отпущу, нам надо поговорить
Все кто был в тот момент в студии оборачиваются на нас, но мне всё равно и думаю, что ей тоже. Как только она выбегает на улицу, в одном легком платьице, я хватаю её за руку и прижимаю к стене студии, чуть отойдя от входа, в угол. Она кричит и бьёт меня, но я сильнее ее. На ее лице виднеется потекшая тушь от слез, которая осела на щеках, её алая помада тоже размазана.
—Отойди от меня! Отпусти я буду кричать! — бьет меня по плечам и груди, а я смотрю то ей в глаза, то на ее губы. — ты вообще меня слышишь? Мудак! — восклицает! — я не буду с тобой говорит, ты мне противен! — она кричит, что то ещё.
— Замолчи, Алина замолчи. — хрипло говорю я и она на мгновение теряется.
—Что? — облизывает свои губы и наконец то поднимает на меня свои заплаканные глаза.
—Помолчи.
Наклоняюсь к ней и нежно целую ее в губы. Первые десять секунд она не отвечает, мычит, что, то нечленораздельное. Бьёт меня по плечам, но после расслабляется, подаётся мне и моему напору. Начинает отвечать на поцелуй, но не уверено, на доверчиво. Я целую нежно, без капли пошлости или же намека на, что то более чем этот подростковый поцелуй. Я просто ловлю моменты наслаждения от вкуса ее губы. Сминая их. Но в какой то момент эта хулиганка слегка царапает сзади мою шею и прикусывает мою нижнюю губу, так, что в наш поцелуй добавляется металлический вкус моей крови.