Часть 7

Сирин

- Ты, лживая пророчица. Ты что-то сказала царю, - русалка вошла в темницу. Обычно русалки все делали мягко и плавно. Они извивались, стелились и уплывали. Сирин за многие лета не видала столь резкой и быстрой русалки. Или видала, но не в короне из кувшинок и не с трезубцем Дуная.

Сирин кивнула псу. Тот скрылся в тенях.

- Ты заразила его своим безумием - за русалкой плыли мелкие рыбки-огоньки. Теперь они были ее глазами и ушами. – Из-за тебя умерла Тавия!

- Та, что сначала предала тебя? - Сирин рассмеялась. – Она часто тут бывала. Она думала, царь любит тебя больше. Именно она хотела найти тебя и убить. Возможно, - Сирин понизила голос до шепота, - тебе стоило бы получше выбирать сестер.

- Это не так.

Русалка приблизилась. Тени наплывали на тюрьму. Зеленоватое свечение луны доползло до тюремного окна под потолком.

- Я знаю о тебе больше, Сирин, - голос русалки стал мягче и нежнее, он звучал как волна, - Я слышала песню о тебе.

Сирин положила руки на прутья решетки.

- Обо мне сложено много песен. Едва ли они правдивы. Песня – это ерунда.

- Ее спела ведьма из твоего птичьего кружка.

Из теней зарычал пес. Трезубец сверкнул. Пес тотчас умолк.

- Все еще не думаю, что она правдива. Люди меня не понимали. Особенно те, кого я любила, - Сирин склонила голову набок. - У тебя разве так не бывало? Ты живешь много весен, а люди совсем чуть-чуть.

Полина была так молода, когда пришла к Сирин. Судьба ее сложилась причудливо, но предсказуемо для той, кого избрали силы. Она забеременела не от того мужчины. Батенька не выдержал позора, умер спустя месяц. Маменька отослала внука на воспитание, а блудницу в монастырь. Там Апполинария и превратилась в Пелагию. И там она поняла, что никто ее не спасет. Пелагея думала повеситься на двери, но сестры вынули из петли. Они заперли ее в келье. Заставили молиться перед образами.

- Люди, - продолжала Сирин, - не видят смены эпох. Они не знают правды о том, как было, есть и будет. По одному они слабы. А вместе могут раздавить даже бога.Ах да, ты же уничтожила вашего русалочьего бога.

Пелагия взяла себе имя Полина. Это последнее, что она сделала из любви, а не из страха. Она боялась Сирин. Поэтому утаила кольцо. Знала бы она, что Сирин ей за это очень благодарна.

- Он не был богом!

- А ты будешь? – спросила Сирин.

Одна из рыб подплыла к русалке. Та всмотрелась в ее чешую. Вода забурлила.

- На Калиновом мосту? - русалка исчезла в вихре пузырьков. Пес вышел из темноты. Его шерсть блестела, словно в ней запутался лунный свет.

- Наше заточение окончено, Аконит, - с этими словами тюрьма обрушилась, и Сирин покинула ее стены.