F O U R

Десять лет назад

Это всё твоя вина.

Она бы была жива, если бы не ты.

Если бы ты не вышла в тот день, она бы всё ещё была здесь.

Это ты во всём виновата.

Твоя вина.

Твоя вина.

Глаза Аурелии открываются, и она узнает белый потолок своего пентхауса. Ей снился один и тот же кошмар снова и снова в течении последних нескольких дней, и каждый раз, когда это происходит, она чувствует себя еще более виноватой. Аурелия думала, что пережила то, что случилось, но очевидно, её мозг и разум имели другие планы. Прошло около двух с половиной лет с тех пор, как она потеряла ребёнка, и горе бьёт по ней волнами. Иногда боль от того, что могло бы быть, управляема, но в другие дни казалось, будто жизнь была высосана из неё.

Иногда она едва может двигаться из-за горя. Аурелия много ходила на терапию и это помогло, но ничто не поможет ей полностью исцелиться от произошедшего. Гарри был огромной помощью и поддержкой, он был невероятно терпелив со своей женой.

Это разбивает его сердце, наблюдать за тем, как любовь его жизни ломается, и ему бывает больнее, когда он видит, как Бристоу пытается стать лучше. Гарри знает, что это всё для их сына. Хотя Финну пять лет, он очень проницателен и уже начал спрашивать, почему его мать грустит всё время.

Аурелии пришлось взять отпуск на несколько дней, чтобы сосредоточиться на улучшении, и, поскольку у них были деньги, Гарри решил сделать то же самое. Он взял отпуск, чтобы помочь своей жене присматривать за Финном, так как она не в состоянии делать это сейчас. Стайлс хотел бы, чтобы она знала или понимала, что выкидыш не был её виной и никогда не будет. Это просто судьба, которая должна была произойти из-за количества стресса, который давил на неё всё время.

Женщина является главным редактором издательской компании, и ей пришлось иметь дело с необходимостью увольнять нескольких сотрудников за некомпетентность, а также у неё было несколько встреч с очень важными авторами. Они продолжали отвергать всё, что она предлагала, и её почти уволили, ибо она не могла заставить их прийти к соглашению с компанией.

Гарри зачастую ненавидит, как бывает перегружена его жена, и как её босс всегда использует преданность Аурелии работе. Он неоднократно предлагал своей жене уволиться, либо пойти на другую работу, либо просто остаться дома, быть мамой. Аурелия всегда отказывалась, потому что была яростно независимой и ей не нравилась идея полагаться на кого-то другого для получения дохода. У неё также был иррациональный страх, что по какой-то причине Гарри собирается расстаться с ней, оставляя её для кого-то другого. Она знает, насколько глупа эта мысль, особенно из-за того, насколько он предан был ей, но мысль об этом всегда будет присутствовать. Идея возможного расставания – причина, по которой у них есть отдельные банковские счета. Таким образом, у нее всегда будут собственные деньги, к которым никто, кроме неё, не сможет прикоснуться.

— Ты ведь не ненавидишь меня, правда, Гарри? — Аурелия спрашивает, только чтобы понять, что её муж все ещё крепко спит. Она знает, насколько глуп её вопрос, она знает, что он всё ещё очень влюблен в неё и, что он никогда не сможет ненавидеть её. Однако страх, что он обижается, всегда будет у неё на уме.

Когда становится ясно, что женщина не сможет уснуть, она встает с кровати и направляется в комнату Финна. Аурелия сразу же чувствует себя лучше, когда видит своего сына. Финн открывает глаза, когда слышит тихий скрип пола. Он сонно улыбается своей матери и медленно двигается, чтобы она могла лечь рядом.

— Привет, мамочка, — тихо говорит Финн, прижимаясь лицом к её шее.

— Привет, детка, — также тихо говорит она. — Возвращайся спать, хорошо?

— Хорошо, — бормочет он, прежде чем закрыть глаза и довольно быстро заснуть. Вскоре после этого, Аурелия тоже засыпает.

В другой комнате, Гарри просыпается с чувством паники, когда не видит рядом своей спящей жены. Он грозно идет в ванную, чтобы убедиться, что её там нет, прежде чем инстинктивно направиться в комнату своего сына. Стайлс сразу же расслабляется, когда видит Аурелию, обнимающую Финна. Это согревает его сердце, и он быстро возвращается в свою комнату, чтобы захватить камеру. Он делает несколько снимков своей спящей жены и сына, прежде чем взять одеяло и подушку, располагаясь рядом с их кроватью.

Настоящее

Аурелия безучастно смотрит на фотографию в своих руках. Она знает, что это она, она знает, что её сын у неё на руках. Её первой мыслью был Гарри, но так, как он не любит её сейчас, почему он любил её тогда? Как может кто-то внезапно разлюбить того, кто подарил ему ребенка? Как кто-то может быть в порядке, разбивая чьё-то сердце? Гарри не мог её сильно любить, если был готов изменять ей целый год.

Аурелия не злится так, как должна, и это потому, что она полна решимости быть цивильной, не для себя или Гарри, а для её сына. Всё, что она делала последние пятнадцать лет, было только для сына. Она пошла на бесчисленные жертвы ради него, она отдала много своего времени, она упустила возможности, но всё это того стоило. Она застряла со своей семьей в самые трудные времена, и Гарри, похоже, больше не хотел этого делать. Похоже, они действительно не будут вместе, пока смерть не разлучит их.

Вздыхая, Аурелия роняет фотографию, не заботясь о том, что та упала на пол, когда покидает спальню. Сейчас три часа утра, она осматривает место, которое раньше приносило столько счастья. Теперь это просто воспоминание о том, что было, и, что могло быть. Воспоминания о том, что произошло в этом пентхаусе, поражают её, отчего она начинает тихо всхлипывает. Женщина не хочет оставлять всё это позади, она не хочет отпускать свою жизнь, но должна. Это её работа, как послушной жены, и её сердце начинает болеть, когда глаза сканируют все поверхности.

Как будто по собственному желанию, Аурелия достаёт блокнот и начинает записывать каждый предмет в гостиной; это важно. Она работает над списком часами, а когда на часах бьет половина шестого, она опускает ручку. Женщина молча идет к холодильнику, чтобы начать готовить завтрак, но расстраивается, когда видит продукты, но понятия не имеет, что с ними делать. Все рецепты, которые она знала, позабылись. Её разум пуст. Она выпускает стон, не зная, что делать. Врачи предупреждали, что что-то подобное произойдет, но она не ожидала, что это произойдет так быстро.

— Доброе утро, мама, — говорит Финн, зевая, когда входит на кухню. Его шаги замедляются, когда он видит растрёпанный внешний вид своей матери. Он может предположить, что она не спала прошлой ночью, или она спала, но это был беспокойный сон. Парень пытается скрыть свою озабоченность, подходя к ней и крепко обнимая её. — Ты же знаешь, что я люблю тебя? — Финн шепчет.

— Да, конечно, я тоже тебя люблю, — тихо говорит Аурелия. Она собирается продолжить говорить, но чувствует, как её рука начинает трястись, за что она спокойно отдаляется от своего сына. — Я собираюсь разбудить твоего отца. Скоро вернусь, хорошо?

— Я начну завтракать, — Финн зевает. Аурелия медленно кивает, прежде чем подняться наверх. Дрожь в её руке... или спазмы утихли. Она глубоко вздыхает, прежде чем войти в спальню. Женщина резко прыгает, когда видит Гарри, сидящего на краю кровати с изображением в руке. Это фотография её и Финна. Она видит грустный взгляд Гарри.

— И-извини, — тихо говорит Аурелия, быстро убегая в ванную. Она толкает бедром комод, а после закрывает дверь позади себя. Женщина неуклюже принимает душ, а после выходит из ванной с полотенцем, плотно обернутым вокруг своего тела. Нигде нет Гарри, и она радуется этому. Она одевается за короткое время и, когда спускается, видит Финна и Гарри, сидящими за маленьким столом в кухне, несмотря на большой стол, который находился в гостиной.

— Яйца на плите, — говорит Финн с улыбкой. Это не сон, он не спит, смотря на своих родителей. Прошло несколько дней с тех пор, как его отец начал провожать Аурелию из пентхауса, и это много значило для парня, видя это каждое утро. Это дало ему уверенность в том, что его родители были счастливы, что ему не о чем беспокоиться в отношении их расставания. Страх, который мальчик испытывал, ушел, и он не мог быть счастливее. Финн даже видит, как его отец улыбается Аурелие, когда подходит к плите, чтобы взять еду. Гарри не делал этого в течении длительного времени, поэтому Финну тяжело остановить свой визг. Теперь всё так спокойно.

— Время пришло, — говорит Аурелия, отключая напоминание в своём телефоне.

— Но ты даже не поела, — говорит Гарри с легким хмурым взглядом, отмечая, что она едва коснулась тарелки яиц.

— Я поем в офисе, — спокойно отвечает Аурелия. Она пытается стоять, но её ноги сегодня слабые, за что ей нужно много сил, чтобы подтолкнуть себя. Гарри появляется около неё, немедленно хватая. Он принимает к сведению, насколько она легкая сейчас, и приписывает, что для него это медленно набирает больше сил. Когда мужчина провожает свою жену к входной двери, он замечает, как её голова теперь прислонилась к его груди, и он чувствует легкий ванильный аромат её любимых духов.

Финн бросается к двери, открывая её и смотря на то, как его родители переступили порог и вышли из пентхауса. Он не может помочь себе, отчего выпускает тихий возглас, начиная хлопать. Чувство вины поражает Гарри, когда он отпускает Аурелию, не понимая, насколько важно, чтобы его сын был счастлив видеть своих родителей вместе. Стайлс неловко смотрит на Аурелию и чувствует, как его сердцебиение учащается. Он открывает рот, чтобы попрощаться, но останавливается, когда замечает грустный взгляд в её глазах. Прежде чем он сможет что-то сделать, женщина отворачивается и идет по коридору.

Когда Гарри везет Финна в школу, миллион мыслей проносится через его ум. Воспоминания о счастливых временах возвращаются к мужчине, и ему нужно приложить все силы, чтобы не разрыдаться прямо там. Он ждет, пока не оставит Финна, чтобы остановиться на переулке и сделать несколько глубоких вдохов. У него есть внутренняя битва с самим собой из-за ужина, прежде чем решить, что он не может пойти на работу сегодня. Он быстро посылает сообщение Силие и решает вернуться в пентхаус.

Гарри ложится на диван, только чтобы его остановил блокнот и ручка. Его брови хмурятся, и он наклоняется, чтобы взять отброшенные предметы.

Вещи, которые я не смогу забыть.