Глава 16

Джейсон.

Меня привезли в полицейский участок. Оказывается, Картер написал на меня заявление об избиении. Чёртов ублюдок. Я настолько зол, что готов вновь заехать ему по морде. Когда-то мы и вправду дружили, но ему не стоило приближаться к Эмили и открывать рот в сторону неё.

Не знаю сколько прошло времени, но я устал уже сидеть в этой тесной и душной камере. Родители бегают из одного кабинета в другой. Понимаю, что вляпался в дерьмо и сейчас они решают, как мне выбраться из него. К их сожалению, я бесполезен, потому что ничего не сказал, кроме:

- Он это заслужил.

Спустя некоторое время в коридоре появился невысокий мужчина в костюме с чёрным кейсом. Он подошёл к маме, и они начали оживленно о чем-то разговаривать. Позже из кабинета вышел отец, и после того, что этот мужчина ему сказал, его челюсти сжались. По нему было видно, что он очень зол. Видимо, ему не нравится слышать то, что говорит этот мистер "Как его там". Лицо матери исказилось в печальной гримасе, она отошла и присела на скамью. Значит хуже не куда дела. Только почему-то меня мало это заботит. Все мысли только об Эмили. Она очень расстроилась из-за Келси. Боже, эта девчонка кого угодно может расстроить. Мне хочется обнять Эмили и попросить прощения за всё. За все те поступки. Каким же я был мудаком по отношению к ней. Знаю, что она сейчас находится дальше по коридору, вне моего поля зрения. Об этом мне сообщила бабушка, когда прибежала и начала разглагольствовать о том, как ужасно то, что я натворил.

Прошло, наверное, около получаса, прежде чем полицейский подошёл к моей камере и открыл её. Неужели отец наконец-то смог решить этот вопрос. Как только я покинул пределы клетки, кинул взгляд в конец коридора. Моя девочка сидит на небольшом потрепанном диванчике с опущенной головой. Тёмные волосы скрывают её лицо цвета бронзы. Эмили нервно постукивает ногой по деревянному паркету, в то время как ее ноготки впились в обивку дивана. Я сразу сорвался с места и подбежал к ней.

- Малышка, - тихо сказал я.

Она быстро поднимает глаза, в которых блестят слезы. Недолго думая, поднимается и кидается ко мне в объятия.

- Я волновалась, - шепчет она, дрожа в моих руках.

Моё сердце настолько быстро бьется рядом с ней, что готово выпрыгнуть из груди.

- Прости меня, - я смотрел в карие глаза, уже зная, что она готова простить мне всё. - За Келси, и за то как я поступал с тобой.

- Джейсон, я тебя прощаю, - она прижимается к моей груди, и я чувствую облегчение.

Эмили со мной, и я сделаю все, чтобы так и оставалось. Хочу видеть ее рядом просыпаясь и засыпая, обнимая свою девочку. Почему я понял это только сейчас?

- Скажи мне, всё будет хорошо? - на ее лице читалось сомнение, она сама не верила в хороший исход.

Я хочу сказать, что она хочет услышать, но это будет ложью.

- Я не знаю. Родители Картера настроены серьёзно, чтобы засадить меня за решетку.

- Этого не будет, - она вновь прижимается ко мне, словно боясь потерять.

Не могу представить, что буду вдалеке от нее. Я и так не видел ее около двух лет, тогда обида за всё сжирала меня изнутри. Я не хочу вновь потерять Эмили.

Дверь позади нас открывается, из неё выходят разъяренный отец, мама и следом бабушка. В коридоре становится сразу как-то тесно. Не хотя Эмили отпускает меня и отходит.

- Поехали домой, там поговорим, - серьезно говорит отец, поправляя галстук. Его взгляд бегает от меня к маме. Он как всегда серьёзен. И это нагонят жуть.

- Меня отпустили?

- Мы договорились о внесении залога, а теперь бегом в машину.

Конечно, родителям не трудно решить вопрос деньгами. Но если все затянется, помогут ли деньги?

Мама громко кашляет, держась за плечо отца. Я смотрю на нее и только сейчас замечаю, какой у нее уставший вид. На лице появились морщины, а под глазами заметные синяки. Она выглядит так же, как свой костюм - помятой.

- Внуки поедут со мной, увидимся дома, - говорит бабушка. И мы втроем направляемся к выходу.

- Спасибо, - благодарю её.
Она прекрасно знает, что поездка с родителями равна катастрофе.

* * *

- Вы, - бабушка поворачивается к нам с переднего сиденья. - Идите домой. А мне надо заглянуть в одно место.

- Куда ты собралась? - спрашиваю я. Смотрю краем глаза на Эмили, она выглядит напуганной. Ей тоже не нравится тот факт, что бабушка уезжает. Она всю дорогу переживала из-за предстоящего разговора.

- Мне надо уладить дела, это важно. Я скоро приеду.

- Ладно, хорошо, - соглашается за нас Эмили. - Пойдем.

- Не наговори лишнего, - советует мне бабушка, перед тем как я следом за Эмили вылезаю из машины. Автомобиль выезжает за пределы ворот и я оборачиваюсь в сторону дома.

- Я с тобой, - Эмили берет меня за руку. Кажется, обычный жест, но моё тело покрылось мурашками. Смотрю на нее. Она пытается улыбнуться, но улыбка выходит кривоватой.

- Малышка, - я прижимаю ее к себе и целую в макушку. - Не волнуйся.

- Где бабушка? - спрашивает отец, когда мы заходим в гостиную. Родители сидят на диване, а Пушок удобно устроился у их ног.

- Отъехала по делам, - прохрипела Эмили.

От нервов она забавно прикусывает щеки изнутри. Я ухмыляюсь ее выражению лица, она замечает и тут же прекращает терзать свои щеки.

- Садитесь, - указывает папа на кресла, которые расположены рядом с диваном.

Вспоминаю последний серьезный разговор с родителями, когда они пытались выпытать из меня, почему Эмили решила пожить у бабушки. И всё это закончилось ссорой, и новым разбитым джипом.

Я сел на чёрное кожаное кресло, Эмили села напротив меня, и эти три метра казались для меня милями.

- Итак, Джейсон не рассказывает нам, что случилось на вечеринке. Надеюсь ты расскажешь, - говорит мама, смотря на дочь. В ответ она молчит. Её взгляд прикован ко мне. Она хочет, чтобы я сказал им.

- Ты была там! Нам нужно знать правду! - голос отца переходит на крик, отчего Эмили вздрагивает. Пушок, лежащий у отца в ногах, резко встает с ковра и выходит из гостиной. Он даже собаку напугал.

- Это не имеет значения, - рычу я. Меня бесит, что он повышает на нее голос.

- Джейсон, пожалуйста, - умоляет мама.

- Какая разница из-за чего? Вы думаете я просто так его ударил?

- Ты понимаешь, что тебя могут посадить, - голос мамы дрожит, а в глазах стоят накопившиеся слезы. 

Да, я понимаю, что мне светит тюрьма, но она меня не пугает. Меня пугает мысль о том, что я буду в дали от своей девочки.

- Харли, все будет хорошо. Дональд Майклз уже едет.

- Майклз? - с удивлением спрашиваю я, смотря на отца.

Я многое слышал о нем. Дональд лучший адвокат во Флориде, у которого нет ни одного проигрышного дела.

- Да, он самый. Я не хочу, чтобы моего сына посадили. Надеюсь, ему ты расскажешь, почему избил Бейзана младшего.

- Из-за меня, - прошептала Эмили.

- Что?

- Из-за меня Джейсон избил Картера. Он оскорбил меня, а Джейсон заступился.

- Это хорошо, что ты можешь постоять за сестру, - недолго думая, ответил отец.
Сестра? От злости сжимаю челюсть, пытаясь держать себя в руках. Может, по документам Эмили мне и сестра, но только по документам.

- Но так избить человека, - продолжает папа.

- Ты не знаешь, что этот кусок дерьма говорил о ней. Он заслужил это.

- Зак, ты должен его понять. Вспомни себя в этом возрасте, - мама берёт отца за руку, чтобы он взразумился и хоть как-то понял мой поступок.

- Я был сдержаннее,- папа закрывает глаза и начинает потирать переносицу.

- Ты серьёзно? А как ты два ребра сломал парню в баре, который подкатывал ко мне, - мама встает с дивана и смотрит сверху вниз на супруга.

- О, и ты еще что-то мне о сдержанности говоришь, - фыркаю в его сторону.

- Я поумнел за столько лет.

- Я обязательно поумнею к твоим годам.

Встаю и ухожу из гостиной, направляясь в комнату. Мне хочется вернуться туда и забрать Эмили, но мне надо побыть одному.

Мой телефон вибрирует в кармане, когда я захожу в комнату. Достаю его и принимаю вызов:

- Брат, ты в порядке? - спрашивает Дюк.

- Не знаю. Картер написал на меня заявление о избиении, меня отпустили под залог.

- Да я ему голову оторву! - рычит друг. - Ай, малышка, - шепчет Дюк, и в трубке раздаются шумы.

- Джейсон, это Лалли. Я вам обоим головы по отрываю, если вы вляпаетесь в какое-нибудь дерьмо! - кричит девчонка в трубку.

- Уже вляпался, - бурчу в ответ, садясь за компьютерный стол.

- Эй, Джейсон, мы с Лалли заедем позже, поговорим.

- Хорошо, - я отключаюсь и бросаю телефон на стол.

Не знаю зачем, но включаю ноутбук. Захожу в папку под названием "Рождество". Там всего десять фотографий. Открываю первую, на которой мы вдвоем с Эмили сидим под ёлкой и открываем подарки.

- Это был лучший праздник, - шепчет Эмили мне на ухо, обнимая сзади за плечи. - Я сохранила твой свитер.

В недоумении смотрю на нее через плечо, не веря, что она его не выбросила.

- Он у меня в шкафу, только мал в рукавах, - улыбается Эмили и целует меня в щеку.

После всего, что я сделал, сколько боли причинил, она все равно не выкинула вещи, которые напоминали ей обо мне.

- Мистер Джингл в коробке под кроватью, - пробормотал я смотря в пол.

Черт, да, я сохранил этого плюшевого монстра с рогами! У взрослого парня есть любимая игрушка, помимо футбольного мяча.

- Что? - чуть ли не кричит малышка. Я поворачиваюсь на кресле. Меня забавляет ее реакция на то, что я оставил мистера Джингла, а не сжег, как сказал.

- Дерзай, - качаю головой в сторону кровати, давая зеленый свет.

Она бежит и приземляется на колени возле кровати. Спустя несколько секунд Эмили достаёт из-под кровати красную коробку. Я подхожу к ней и сажусь рядом на пол.

- Ты говорил, что сжег его, - шепчет она, когда открывает коробку.

- Хотел, но не смог.

Эмили достает лося, одетого в новогодний свитер, и прижимает его к груди, будто эта самая сокровенная вещь. А я смотрю на неё и понимаю, что счастлив.