Глава 24

8 лет ранее

Оливия

Сегодня я впервые побываю в Италии, на родине своих родителей. С самого утра меня окутало странное чувство тревожности, но я старалась не думать об этом. Мой собранный чемодан стоял в углу комнаты, готовый к первому долгому перелету в моей жизни, пока я сижу на подоконнике и думаю про наш вчерашний разговор с Алехандро. Он очень странно отреагировал, когда узнал, что мы едем в Италию. Его предупреждения про Сицилию были очень серьезны. Он ничего нормально не объяснил, лишь сказал, чтобы я находилась все время с охраной.

- Оливия, - голос мамы послышался со стороны двери.

Я настолько задумалась, что даже не услышала, как она вошла.

- Да, мам, - развернувшись к ней лицом, я натянула улыбку.

- Ты как-то странно себя ведешь со вчерашнего вечера, - подойдя ко мне, спросила женщина, которая была для меня всем.

Все мои знакомые из наших кругов открыто завидовали моим отношениям с мамой. Каждый мечтал, чтобы и их родная мама была настолько же открыта со своим ребенком, как и моя. Мы были настолько близки, насколько возможно. Её открытость и любовь, как яркий свет в этом тусклом мире.

- Алехандро слишком странно себя вел, когда услышал про нашу поездку.

Мамины плечи напряглись, и она указала на пустое место на подоконнике, спрашивая разрешения сесть. Быстро кивнув, я удобнее села.

- Эта поездка немного опасна, но и оставить здесь мы тебя не можем. Доверять кому-то, самая большая ошибка.

- Пообещай, что все будет хорошо, и вернемся через три дня, как и планируется, - взяв мамину руку в свою, я с надеждой посмотрела в такие же темно-карие глаза, как у меня.

Она молча смотрела на меня, будто боролась сама с собой. Ее рука крепче сжала мою, а на лице появилась легкая улыбка.

- Обещаю. Даже, если с нами что-то случится, ты будешь в целости, - я всегда верила маме, но сейчас меня что-то останавливало, а точнее нехорошее предчувствие.

Подавшись вперед, я заключила маму в крепкие объятия. Ее нежный запах окутал меня, и мне хотелось в нем полностью раствориться. Роднее человека у меня никогда не было. Даже с папой наши отношения были достаточно натянутыми, но мамина любовь и забота все компенсирует.

- Ты у нас умна не по годам, все понимаешь, поэтому и врать тебе не хочется. Все равно поймешь.

Она права. Я сама себя чувствую намного старше своего возраста. Через два месяца мне пятнадцать, хотя ощущается на все двадцать пять.

Ничего не случится.

***

Италия завораживала. Все улочки и старые постройки выглядели восхитительно. Я хотела как можно скорее приехать к маминой сестре и нарисовать то, что мне удалось рассмотреть. Руки уже так и чесались, взять кисточку и прорисовывать все детали.

Пока мы летели, я подслушала, как отец разговаривал с мамой. Он сказал, что мы будем в безопасности, так как на этой территории его люди. Только на Сицилию нам въезд запрещен, если мы хотим вернуться в целости и сохранности домой. Для того чтобы попасть на полуостров, нужно как минимум проехать всю Италию и переплыть на пароме. В наши планы это точно не входило, поэтому мое напряжение немного спало.

Звук входящего уведомления, заставил меня оторвать свой взгляд от окна машины и посмотреть в телефон. У меня нет друзей, кроме Алехандро, поэтому я уже знала, кто это был.

Алехандро: Как прошел перелет? Ты себя хорошо чувствуешь?

Я улыбнулась. Он всегда беспокоился обо мне, особенно, с того момента, когда отец пообещал ему меня в жены. Теперь он ждет, когда мне исполнится восемнадцать. Я рада, что он не переходит черту и спокойно ждет моего совершеннолетия, так как не понаслышке знаю какие мрази есть в наших кругах.

Оливия: Все хорошо, уже едем к маминой сестре. Здесь очень красиво.

Алехандро: Будь осторожна.

- Мы приехали, - сказал водитель, обращая все внимание на себя.

Обычный невзрачный дом выполненный из темного кирпича, был окружен миниатюрным белым заборчиком. Видно, что тетя живет обычной жизнью. Отец с мамой первые вышли с машины и я недолго думая последовала за ними. Было не так жарко как дома, поэтому я сначала немного поежилась. Большая входная дверь распахнулась а на крыльце появилась женщина копия мамы. Мы уже виделись с ней, когда она приезжала в Америку.

- Солнышко! - радостно воскликнула она, когда заметила меня.

- Тетя, - улыбнувшись я подбежала к ней и заключила в объятия.

- Ты так выросла! Уже со мной одного роста даже, - мы посмеялись над последней фразой, так как я говорила, что хочу быть такой же высокой, каки она.

Конечно, это была шутка, что мы уже одного роста, но было приятно, что она помнит такие мелочи.

- У меня кое-что есть для тебя, - отстранившись, женщина взяла меня за руку и повела в дом.

Мне нравилась простота этого дома. Вся мебель и обстановка была настолько уютная, что в груди даже потеплело. Мне нравилось множества само ручного декора и растений, которые были подвешены на потолке.

- У тебя так уютно, Марта, - мои глаза светились от счастья, пока мы поднимались по лестнице на второй этаж.

Остановившись возле деревянной двери, тетя все так же загадочно улыбаясь открыла её. Мои глаза быстро начали осматривать комнату и когда я заметила мольберт, возле которого стояла огромная коробка красок, я не удержалась и подбежала к ним.

Оно все было настолько красивым, что сердце грозило выпрыгнуть из груди из-за переполняющего меня счастья. Мои глаза были прикованы к гравировке на мольберте, и я лишь могла молча рассматривать её. Мама рассказывала, что её бабушка очень красиво рисовала, но я не могла и представить, что она имела мольберт с личной гравировкой.

- Его пришлось немного подлатать, но вроде должен функционировать.

Развернувшись, я подбежала к тете и крепко её обняла. Это было очень мило с её стороны и довольно символично для меня.

Как же мне повезло с ними.

***

Родители уехали по делам, и когда я их провожала, странный ком появился в горле. Мы с тетей посмотрели фильм, а затем ей позвонили с работы и ей понадобилось срочно уехать. Со мной остался охранник, которого отец нанял здесь. На улице уже потемнело, но я все также оставалась одна. Мама написала, чтобы я ложилась отдыхать, так как они поздно вернуться. Мой организм сам тянул в сон, так как в самолете я не сильно выспалась.

Лежа на кровати, я повернула голову к окну и наблюдала за луной. Она ярко светила в мою комнату, соединяясь с комнатным светом. Пару звезд недалеко от неё были тусклые по сравнению с полярной звездой. Смотреть на ночное небо всегда было, как успокоительное для меня. Встав с кровати и выключив свет в комнате, я вернулась в кровать. Мои глаза начали закрываться, а тело полностью расслабилось, перед тем, как я полностью провалилась в сон.

- Я стану твоим началом и концом, - мужской голос донесся до моего сознания.

Мне показалось, что это сон, пока я не почувствовала мужской одеколон. Мне было страшно открывать глаза, но я сделала это медленно. Увидев лицо в нескольких сантиметрах от моего, я хотела закричать, но не успела я открыть рот, как его ладонь легонько закрыла мой рот. Я шокировано смотрела на него, борясь со страхом внутри.

- Шшш... - я машинально подняла ноги и согнула в коленях, а руками вцепились в его кожанку. – Вот мы и встретились, Ливия.

Услышав своё имя, я почувствовала, как сердце забилось чаще, а руки непроизвольно потянули кожанку вниз. Благодаря лунному свету мне удалось рассмотреть лицо мужчины, на котором появилась ухмылка.

- Ты можешь кричать сколько угодно,но тебя никто не услышит.

Он убил моего охранника? Почему я ничего не слышала? Крики и громкие звуки явно разбудили бы меня.

- Наверное, ты думаешь, что я пришел убить тебя, но нет. Я не твой отец или дед. Я лишь хочу поговорить, согласна? - из-за лунного света я рассмотрела его голубые глаза, в которых не было ничего доброго.

Если я хочу выжить, нужно играть по его правилам. И хоть, я вовсе не хотела вступать с ним в диалог и страх переполнял меня, я все же кивнула. Он убрал руку, а сам сел на край кровати.

- Беллони и вправду глуп, если оставил тебя здесь с одним охранником. Наверное забыл, что здесь есть те, кто жаждут его смерти больше всего.

Его тон был резким, а слова били своей прямолинейностью. Я молча смотрела на него, обдумывая в голове план, как сбежать и вызвать помощь. Его взгляд был направлен куда-то прямо. Я начала быстро, как можно незаметней смотреть по сторонам. Я оставила на тумбочке карандаш, который заточила для набросков. Он был достаточно острым, чтобы проткнуть кожу.

- Мы не трогаем женщин и детей, Ливия. И я не заинтересован в насилие.

Заметив, что он поворачивает голову в мою сторону, я резко метнулась к карандашу, и с такой же скоростью накинулась на него. Он явно не ожидал такого, из-за чего поддался порыву моей силы и упал спиной на кровать. Но не успела я воткнуть карандаш ему в шею, как его рука перехватила мою и он резко поменял нас местами. Теперь я была под ним, заключенная в клетку и лишившаяся своего единственного спасения.

- Ты удивляешь меня, - со все той же ухмылкой проговорил он.

- Что ты от меня хочешь? - злость вперемешку со страхом вырвалась из меня.

- О, Оливия, я хочу плату за смерть моей мамы.

Мои глаза расширились от услышанного. Кто-то из моей семьи убил его мать? Я знала, что в мире мафии нет ярких красок или справедливости. Здесь все построено на силе, мести и иллюзии. Мне ни разу не удавалось услышать о том, что отец убивает женщин. Это же настолько низко.

- Так что? Ты мне её дашь? - мои глаза уже блестели от подходящих слез.

Мама, папа, где вы?

- Я не знаю.

- Сегодня я тебя отпущу. Буду наблюдать издалека. Как ты будешь жить. Развиваться. Влюбляться. А возможно и семью создашь, - мои глаза наполнялись слезами от каждого произнесенного им слова. - И именно тогда, когда ты не будешь подозревать, я появлюсь в твоей жизни. Отниму у тебя все, до каждой детали. Заставлю прожить всю жизнь со мной. И ты будешь смотреть на меня и мучаться до конца своих дней.

Я молча смотрела в его небесные глаза и уже чувствовала как текут слезы. Горло сдавило от этих отвратительно-жестоких слов.

- Приму твое молчание за согласие, - его взгляд на мгновению опустился чуть ниже моего лица, а держащим карандашом в руке он поднял подвеску. - Бабочка.

Он ушел также быстро, как и появился. Слезы текли без остановки, пока я смотрела в потолок. Вибрация моего сотового, заставила встать. Это был номер тети.

- Марта?

- Оливия, возьми документы и свои важные вещи, - ее голос дрожал. - Я уже подъезжаю. Сразу выходи на улицу.

Вызов оборвался, а я ещё несколько минут смотрела на дверь, за которой скрылась моя смерть. В мгновение меня будто переклинило, я не узнавала сама себя. Мои ноги сами начали меня водить по комнате, а руки собирали то, что сказала тетя.

- Важные документы, вещи, - ходя по комнате я бормотала себе под нос, повторяя эти три слова будто меня заело.

Мое сознание вернулось, когда я уже стояла на крыльце, обнимая свой рюкзак. Тень возле меня заставила дернуться. Охранник. Он жив. Тот подонок обвел меня вокруг пальца. Но как он пробрался тогда в дом?

- Вы не видели странного мужчину в доме? - спросила я, быстрее чем подумала.

- Нет, миссис.

Машина тети припарковалась возле нас. Она вылетела из неё будто где-то был пожар и направилась в сторону дома.

- Солнце, садись в машину, я быстро, - крикнула она мне, перед тем, как скрыться за дверью.

- Вы знаете, что случилось? - снова посмотрев на охранника, я надеялась услышать ответ.

- Знаю, что это указ босса.

Если это указание отца, значит случилось что-то серьезное. Сжав крепче рюкзак, я села в машину. Почему столько всего происходит меньше чем за сутки?

Мое предчувствие меня не подвело.

***

Дождь с каждой секундой превращался в ливень. Ночной город мелькал перед моими глазами, пока машины рассекали по полупустым улицам. Проезжающие мимо две пожарные машины, привлекли мое внимание.

- Не бойся, - приятный голос Марты донесся по правую сторону от меня. Она заставила себя успокоиться.

Её слова заставили меня начать быстрее теребить ленту которая была завязана на бантик вокруг ручки моего маленького рюкзака.

Машина заехала в более оживленный район. Толпа людей стояла и что-то высматривала вдалеке, а многие машины припарковались на обочине. Я попыталась посмотреть, что так привлекло остальных, и точно не ожидала увидеть столб дыма и горящее помещение.

- Нет, - вскрикнула тетя, а мое горло сдавило от подходящих слез.

Наша машина остановилась в нескольких метрах от происходящего, где перекрыли дорогу пожарники. Я начала дергать ручку, до того момента, пока дверь автомобиля не открылась и я не вышла на улицу.

- Солнце, вернись в машину, - женский голос окликнул меня, но я наоборот ускорила шаг, когда глаза полностью заполнили слезы.

- Это не правда, - шептала я, пока мои ноги вели меня в направлении пожара, который даже дождь не мог потушить.

Мои распущенные волосы прилипли к щекам, а слезы смешались с дождем.

- Вам сюда нельзя, - перегородив дорогу предупредил мужчина в пожарном костюме, но я продолжала идти, уже медленными шагами.

- Я должна их спасти, - захлебываясь в слезах бормотала я, пытаясь обойти пожарника, но он не позволил мне, взяв меня за плечи.

- Вам нельзя туда, - повторив свои слова, мужчина встряхнул меня.

- Я должна их спасти! Они не умрут там! - мой голос сорвался на крик, и я начала вырываться из жесткой хватки, но все попытки были тщетны.

- Пожалуйста, успокойтесь.

Опустившись на землю, я почувствовала боль в коленях, но то, что разрывало меня изнутри не сравниться с этим. Меня уже не держали, я полулежа сидела на коленях и захлебывалась в собственных слезах вперемешку с дождем. Все мое тело дрожало, а глаза не видели четкой картинки. Я сжала ткань кофты там где сердце вырывалось наружу от боли, которую сейчас чувствовала, каждой частичкой своего тела. Резкий звук грома, а затем и искры молнии, заставили меня резко замолчать, когда я случайно сорвала подвеску, выбившуюся из под кофты. Прикрыв глаза и прижав цепочку с бабочкой к сердцу, я чувствовала как дождь продолжает смывать мои слезы, а все внутри горело с новой силой.

- Вернись в машину, бабочка.

Мое сердце начало биться еще чаще. Уверена, если бы была такая возможность, оно бы выпрыгнуло у меня из груди. И сейчас мне именно этого и хотелось. Чтобы кто-то вырвал его у меня и я ушла из этой жизни.

- Ты рад? - с насмешкой и горечью, я посмотрела сквозь выбившиеся мокрые пряди которые прилипли к лицу.

Его лицо было в тени, я не могла рассмотреть ничего, кроме подбородка.

- Не вижу пока повода для радости, - его голос отдавался эхом и не был достаточно четким.

- Семь кругов ада говоришь, - опустив голову, я начала чувствовать как в глазах снова начинает жечь. - Это ли первый.

- Как пожелаешь.

Почувствовав как его пальцы прикоснулись к моим волосам, убирая их с лица, я резко отвернула подбородок в сторону.

- Ты, - резко проговорила я, собрав всю свою решимость и снова посмотрела на него. - Ты еще пожалеешь, что связался со мной. Это не ты испортишь мою жизнь, а я твою. Будешь умолять на коленях, а я лишь по смеюсь тебе в лицо и убью собственными руками.

- Звучит как вызов.

Поднявшись на ноги, и уже смотря на него сверху вниз, я чувствовала себя намного уверенней, а вся боль которая пронзила меня, будто превратилась в лед внутри меня.

- Это обещание, которые я привыкла сдерживать, - сжав ладонь в кулак, проговорила я.

Последний раз взглянув на горящее место позади человека, со все таким же размытым лицом, я развернулась и направилась к машине. Сев на заднее сиденье, мои глаза снова нашли мужчину, через тонированное окно, сидящим боком ко мне.

Обещаю, я сдержу свое слово.

***

Почти неделю я никуда не выходила из своей комнаты, после возвращения в Америку. Мне приносили есть, но в горло и кусочка не лезло. Я могла лишь пить, в надежде хоть немного успокоиться. Сон также испарился, так как только закрывая глаза, я видела это лицо. Лицо своей смерти.

Я не могу выйти из комнаты, точнее не вижу смысла, так как там меня больше не встретит мама со своей нежной улыбкой, и не предложит мне провести время вместе, пока отец занимался работой. Я осталась сиротой. Лишилась любящих родителей из-за ошибки дедушки или отца. Мое сердце ныло до тех пор, пока все эмоции покинули меня.

Лежа свернутой на кровати, по которой разбросала все фотки с родителями, я смотрела на вновь заходящее солнце. Каждый день оно заходит, а потом встает. Его жизнь бесконечна, не то что у нас. Непроизвольно потянувшись к шее, я вновь не нащупала подвеску. Почему я потеряла именно её?

В дверь постучали, а на пороге комнаты снова появилась тетя. Только она ко мне ходит все эти дни.

- Солнце, к тебе едет Алехандро, думала, стоит предупредить тебя, - в её голосе была слышна боль и сожаления.

- Хорошо.

Слово, которое я произносила за эту неделю чаще всего. Даже если и в реальности у меня совсем все не хорошо. Все отвратительно.

Звук закрывающейся двери, оповестил меня, что я снова осталась одна. В полном одиночестве, в котором хочу и умереть. Я не выдержу проходить все эти испытания, которые хочет тот мужчина. Она старше меня на пару лет, но я не могу назвать его парнем. Его поведение тому пример.

Алехандро писал мне, но я не отвечала. Не было ни сил, ни желания с кем-то общаться. Мне стоит все же уделить ему время. Он предупреждал и он точно не виноват в том, что случилось.

Встав с кровати, я почувствовала как меня пошатнуло. Отсутствия еды в организме давало о себе знать. Проходя мимо зеркала, я остановилась и осмотрела свое плачевное состояние. Под глазами были ярко выражены синяки, щеки по впадали, а за тело вообще молчу. Мне было страшно вставать на весы. Я ещё никогда не выглядела настолько истощенной.

- Милая, - слабый голос мамы донесся до моего сознания, из-за чего я дернулась.

У меня уже начались галлюцинации? Ноги сами начали вести в сторону двери.

- Ливия, - она звала меня, и я не хотела даже думать, что мне кажется.

Рука потянулась к дверной ручке и я вышла в коридор. Снова услышав свое имя, я направилась к лестнице, так как голос звучал снизу. Мои ноги ступали медленно на каждую ступеньку, пока я вслушивалась и ждала, как меня снова позовут.

- Доченька, - голос прозвучал громче предыдущих раз, из-за чего я ускорилась.

Мама где-то рядом. Мои ноги заплетались, но я старалась держаться за перила. Пройдя половину ступенек, в глазах начало резко темнеть. Стараясь смахнуть непонятное состояние, я отпустила перила. Все начало идти кругом, а ноги перестали слушаться. Я не поняла, как оступилась, пока не почувствовала первый больший удар по тело о деревянные ступеньки. Каждое новое падение, увеличивало боль в районе головы и спины.

- Ливия! - чей-то голос послышался вдалеке, когда меня в последний раз перевернуло.

В голове ужасно гудело, а веки стали настолько тяжелыми, что сил открыть совсем не осталось. Спазмы по всему телу отдавали в каждую конечность. Теплые прикосновения к моему лицу, заставили меня немного приоткрыть глаза. Лицо Алехандро было размытым, а тяжесть в глазах не дала мне возможность оставаться с открытыми.

- Не умирай, прошу тебя, ты должна жить, - умоляющий голос Алехандро доносился до моего сознания, но последние силы покинули меня.

Вот тебе моя плата, смерть.