ненависть с первого взгляда

Граница миров напоминала тонкую плёнку льда — хрупкую, мерцающую, готовую треснуть от малейшего прикосновения. С одной стороны — белизна рая, стерильная и безмолвная, с другой — адская пустошь, где ветер выл, как потерянная душа. Зонтик шёл вдоль разлома, чёрные крылья, покрытые сетью трещин, едва парили над землёй. Ему поручили собрать «пепел времён» — серую пыль, оседающую на границе. Никто не объяснил, зачем это нужно, но вопросы здесь не приветствовались. 

Он наклонился, чтобы насыпать пепел в сосуд, и вдруг ощутил покалывание на затылке. Знакомое, как укол булавки. Зонтик замер, рука непроизвольно сжала горлышко флакона. Медленно, будто преодолевая сопротивление воздуха, он поднял взгляд. 

На той стороне, в сиянии рая, стоял ангел. Белые крылья, нимб, бесстрастное лицо. Зелёные кудри, знакомый острый подбородок, спиралевидные глаза, лишённые очков. Вару. Он смотрел куда-то вдаль, будто размышляя о вечном, но уголок его рта был чуть приподнят — едва заметно, как у кота, заметившего мышку. 

Зонтик выпрямился. Его крылья дёрнулись, сбрасывая пепел, который закружился в воздухе, словно снег в обратной съёмке. Он ждал насмешки, жеста, хоть чего-то. Но Вару лишь провёл рукой по краю своего белого гиматия, поправил складки и… отвернулся. Совершенно случайно. Совершенно небрежно. 

«Притворяется не заметил. Как будто я… пустота», — пронеслось в голове. 

Пепел в сосуде зашипел, превращаясь в стекло. Зонтик не почувствовал, как сжал его так, что осколки впились в ладонь. Кровь — чёрная, густая — капнула на землю, и адская почва жадно впитала её. 

Вару сделал шаг в сторону, его крылья мягко взметнулись, поднимая облачко райской пыльцы. Она долетела до границы и рассыпалась, коснувшись щеки Зонтика. Обожгла. Он дёрнулся, но не издал ни звука. 

«точно притворяется... демон в одеяниях ангелочка... грх», — мысли стучали, как молоток по наковальне. 

Ангел поднял руку, и в ней вспыхнул светильник — символ его миссии. Золотистый свет упал на границу, высветив следы — будто кто-то невидимый топтался на краю. Вару наклонился, изучая их, и его крыло случайно (слишком случайно) задело разлом. Волна энергии ударила в Зонтика, сбив с ног. 

Он упал на колени, пальцы вцепились в камни. Когда поднял голову, Вару уже уходил, не оглядываясь. Только край его гиматия колыхнулся, словно махнув на прощание.