Бонус I

К И Л Л И А Н

Я никогда не хотел семью. Это было чем-то абстрактным. Как будущий король я знал, что рано или поздно женюсь и необходимо будет произвести наследника, и это можно было назвать чем угодно, но только не семьёй.

А потом в мою жизнь пришла, нет, ворвалась Амала, и сначала волей судьбы у меня появилась любимая жена, а после — сын с дочерью. Как королю мне нужно было быть сильным в глазах подданных, но для своей семьи я приберегал более мягкую сторону.

После рождения Элизабет, нашей долгожданной принцессы, здоровье Амалы сильно подкосились из-за осложнений в беременность. Лекари запретили ей рожать, а после появления на свет нашей малышки назначили отвар, который должен был хоть как-то спасти от частых болезней. Зимой всё становилось хуже: любой перепад температуры, и на утро она уже чихает. Меня убивало, что я никак не мог помочь жене.

Вчера, когда мы вернулись из путешествия в Денвер, Амалу снова просквозило, а уже этой ночью она проснулась в поту от лихорадки. Наш лекарь связывал подобное с иммунитетом, который понизился после родов, но сути это не меняло: моя жена стала в разы чаще болеть, и я был бессилен.

Соседние королевства присылали своих лучших лекарей, но ответ оставался один: подорванный иммунитет и очень восприимчивый организм сделали жену очень уязвимой перед болезнями. И пусть Амала обычно выздоравливала в течение нескольких дней, проходило какое-то время, пару недель или месяц, и она снова лежала с лихорадкой.

— Тебе лучше переехать в другие покои, пока я больна, — сказала Амала сегодня утром.

Каждый раз она так говорила и каждый раз я ей отвечал:

— Я не оставлю тебя одну. Я сильнее тебя, поэтому не заражусь, а забота о тебе — моя обязанность.

— У тебя есть другие дела на уровне королевства. Тебе нужно заниматься ими, а не сидеть со мной, — покачала головой жена.

Я знал этот строгий взгляд, а она знала, как я реагирую на него.

— Да, у меня есть дело чрезвычайной важности, — я наклонился к жене, словно хотел поделиться с ней великой тайной. — Проследить, чтобы её величество королева как можно быстрее исцелилась и чтобы наши драгоценные отпрыски не заскучали без неё, — я оставил мягкий поцелуй на виске Амалы.

— У меня самый лучший муж, — улыбнулась она и одарила меня вымученной улыбкой, затем протянула руку и мягко коснулась моей щеки.

Я повернул голову и поцеловал костяшки её пальцев.

Мы были женаты почти десять лет, и каждый день я благодарил судьбу за то, что моей женой стала именно Амала. Не знаю, каким бы был без неё. Забота о ней в болезни — меньшее, что я могу ей дать.

— Пойду разбужу Бетти и Кристиана, — сказал я, и поцеловал жену в лоб. — Я скоро вернусь, — подправив одеяло Амале, направился в комнату своей принцессы.

***

Она сладко спала, хотя уже наступило утро. Бетти обычно ранняя пташка, но в последнее время у неё появилась вредная привычка притворяться, будто спит. Я решил это проверить.

— Мисс Элизабет Лайтвуд, вам пришла срочная телеграмма, — сказал я и увидел, как плечи дочери затряслись.

Она издала тихий звук, затем снова вернулась к своему притворству.

— В телеграмме сказано, что, если её величество встанет с кровати, её ждёт сюрприз.

Бетти замерла, после чего медленно повернулась, думая, что я не замечу её приоткрытые глаза.

— Ну папа, — возмущённо фыркнула она, понимая, что сюрприза у меня в руках нет. — Так не честно.

— Кто бы говорил, — засмеялся я и присел к ней на кровать, заключая в объятия.

Моя малышка тут же прижалась ко мне. Не знаю, с чем это было связано, но что она, что Кристиан очень любили прикосновения. Объятия перед сном и после были обязательной частью дня обоих.

— А сюрприз будет всё-таки? — лукаво спросила она.

— Да, — согласился я. — Хочешь покататься на Максимусе?

Глаза Элизабет загорелись, и она тут же кивнула.

— Да-а-а! Папочка, давай пойдём сейчас!

Она посмотрела на меня умоляющим взглядом, который, к несчастью, хорошо на меня действовал. Но сегодня ответственность за обоих детей на мне, поэтому надо дать волю разуму, а не чувствам.

— После завтрака и всех процедур, — ответил я, на что Бетти надула свои пухлые губки в манере Амалы.

— Хорошо, — вздохнула она. — А мы возьмём маму?

— Мама заболела, родная, — я поцеловал дочь в макушку.

— Опять? — грустно вздохнула она. — Папа, почему она так часто болеет? — стеклянные глаза Элизабет встретились с моими, и я тяжело вздохнул.

Не мог сказать правду о том, что мама болеет из-за того, что дала ей жизнь — это будет ударом для Бетти.

— У неё слабое здоровье, милая. Вчера в наших покоях было прохладно, и утром она заболела.

Лицо дочери помрачнело.

— А мы можем её навестить?

— Только без объятий. Она может тебя заразить.

В ответ дочь строго кивнула.

Когда-то она вырастет ответственной и прекрасной принцессой.

— А ещё надо проверить, где твой брат. Вдруг он ещё спит.

— Я думаю, он уже с дядей Кираном и Трисом, — хмыкнула Бетти.

Зная Кристиана, дочь была абсолютно права. Он был одержим идеей становления рыцарем, особенно, после рассказов Тристана, который начал проходить военную подготовку в свои тринадцать. До него Крису оставалось всего три года, но в нем бурлило полно решимости подготовиться, чтобы ему разрешили вступить раньше. Я дал ему такую возможность, и он решил не упускать время. Плюсом Тристан был одним из его мотиваторов. Кристиан с детства стремился за ним: бегал, играл, подражал. Сейчас это было похоже на здоровое соперничество, которое не уничтожает, наоборот, мотивирует.

Киран взял на себя ответственность за обучение новобранцев. Несмотря на то, что его дочери едва исполнилось полгода, я дал ему работу которая была важна, но не отнимала так много времени как служба, и он мог проводить остаток дня с семьёй. Со своими детьми такой привилегией я не мог воспользоваться и благодарил Амалу каждый раз, когда она с пониманием заботилась о наших детях. Пока они были совсем маленькие, я подменял её по ночам, но позже, через пару лет, у меня часто случались дни, когда единственное, на что хватало сил, — добраться до кровати.

Сейчас я старался исправлять это упущение и при любом поводе давал Амале и служанкам возможность заняться другими делами.

Я переодел Бетти, и мы вместе направились в обеденный зал. Крис сидел на своём привычном месте и уплетал тушку какого-то животного на завтрак. Казалось, он даже не заметил, что кто-то вошёл.

— Теряешь бдительность, сынок, — ухмыльнулся я и похлопал Криса по плечу.

— Я знал, что это вы, — хмыкнул он, отрываясь от еды. — Бетти опять играла в недотрогу?

— Сам ты недотрога, — буркнула дочь и показала брату язык.

— Элизабет, дразниться не хорошо, — строго сказал я и смирил Бетти отцовским взглядом, который ничего хорошего не означал. — А ты, Кристиан, выбирай как общаться с сестрой.

— Прости, пап, — сказала Бетти, и Крис кивнул, соглашаясь с её словами.

— Мама снова заболела, — я обратился к сыну. — Мы сегодня за старших.

— Я могу отнести ей завтрак, — сказал Крис.

Несмотря на подростковый возраст, он всё ещё оставался чутким и ответственным юношей, что не могло не радовать. Я надеялся, что эти качества он сохранит в себе до взрослого возраста, так как они помогут в будущем.

— Если хочешь и не боишься заразиться. Бетти я не разрешил приближаться к маме, но ты старше и твой организм сильнее способен противостоять болезням. Давай доедим и сходим вместе, — кивнул я.

— Хорошо, — сказал Крис и продолжил завтракать.

— Хочешь сегодня потренироваться? Я обещал Бетти прогулку на Максимусе. Ты можешь покататься с нами, а потом мы с тобой позанимаемся на мечах.

— Я согласен, — довольно улыбнулся сын. — Как раз дядя Киран уехал в город помочь родителям тёти Эмили. Мы с тобой давно не занимались.

До рождения Элизабет мы много времени проводили вместе, но с появлением маленькой мисс «я сама решу», которая требовала много внимания, я стал реже уделять его сыну. Это была одна из немногих вещей, о которых я жалел в своей жизни. Нет, я не отсутствовал в жизни Кристиана неделями, но в сравнении с дочерью количество совместного времени было мало. Мне не хотелось, чтобы это отразилось на сыне, и он считал, что с появлением сестры, стал не нужен. Я хотел показать ему, что это не так, даже если Кристиан так не думал, поэтому старался выкроить хоть какое-то время, чтобы провести его с ним, но получалось не так хорошо, как я думал. Бесконечные собрания и управление королевством отнимали много сил и длились часами. Королевские обязанности давали о себе знать, и только к ночи я доходил до комнат детей.

***

Мы позавтракали, я набрал в тарелку еды для Амалы, и мы все вместе направились в нашу спальню. Когда мы открыли дверь, мне показалось, что жена спит, но, видимо, её сон был слабым, и она обернулась на звуки.

— Мамочка! — воскликнула Бетти и начала вырываться у меня из рук так, что я еле удержал её на месте.

— Милая, слушайся папу, я не хочу, чтобы ты заболела, — мягко сказала Амала, хотя по её взгляду было видно, как тяжело ей держаться на расстоянии от дочери.

— Мы принесли тебе завтрак, — отозвался Кристиан и подошёл к матери, протягивая ей поднос.

— Спасибо, родной, — улыбнулась жена.

— Надеюсь, ты скоро поправишься, — с тоской сказал сын, но не решился подойти слишком близко к Амале.

— Очень скоро, — ответила она и слегка потрепала нашего мальчика по тёмным волосам. — Слушайся папу, родной.

— А ты? — грустно сказал Крис.

— Я пока посплю. Мне нехорошо. Лекарь сказал, что во сне организм борется с болезнями.

— Тогда тебе нужно много спать, — задумчиво произнёс сын. — С тобой точно всё будет хорошо?

— Это просто болезнь, милый. Не страшно, — успокоила его Амала, и, показалось, это помогло.

Бетти сидела у меня на руках и с тоской наблюдала за братом и мамой. Ей тоже хотелось её внимания. Не то чтобы я ревновал своих детей к ней. Я понимал, почему так происходит: Амала видит их чаще, чем я. Но хотелось, чтобы, когда у них будут проблемы, им нужна будет помощь, они знали, что у них есть отец, который будет на их стороне до самого конца.

Попрощавшись с Амалой, мы ушли из покоев и направились к конюшням. Всю дорогу Бетти была грустная, и я надеялся, что прогулка на лошади поднимет ей настроение, но, пока она была маленькой, всё ещё зависела от своей мамы. Кристиан витал в своих мыслях, и оставалось лишь догадываться о том, что творилось в его голове.

— Можешь взять Гера, — сказал я сыну, когда мы зашли в конюшню.

Гер был конём Кристиана, которого я подарил ему на девятый день рождения. В свои десять Крис умел управляться с лошадью, но пока ему разрешалась пользоваться ею только под присмотром кого-то из старших.

Я же запряг Максимуса и помог Бетти устроиться на нём, затем сам запрыгнул на коня и сел позади неё, одной рукой удерживая дочь. Кристиан подошёл к нам на Гере, и мы вместе направились за пределы замка.

— Потрясающе, — улыбнулся сын, когда мы зашли в глубь леса.

Бетти смотрела на природу, раскрыв рот от восторга. Это была не первая её прогулка по лесу, но каждый раз меня поражала реакция.

— Пап, давай пойдём к ручью, — предложил Кристиан, и я согласился с ним.

Через какое-то время мы достигли этого места, и я осмотрелся вокруг. По какой-то причине мне казалось это место знакомым. Не потому, что это были окрестности замка, нет. Другое, более свежее воспоминание упорно старалось залезть в голову.

Я присмотрелся. Поваленное дерево, заброшенная кроличья нора. Ну конечно! Амала. То место, где я нашёл её после побега. С ума сойти, как давно это было. Больше десяти лет назад, а я всё ещё помню этот момент как вчера. Сейчас я снова здесь, с нашими детьми.

Укол вины снова пронзил меня. Моя жена больна, и сейчас я не рядом. Но с ней всё должно быть в порядке. Я не позволю, чтобы с ней случилось что-то плохое. Я готов молиться хоть самому дьяволу, лишь бы болезни больше не мучали её.

— Пап, можно мне потрогать воду? — раздался тонкий голос Бетти.

— Конечно, принцесса, — улыбнулся я и снова вернулся в реальность.

Я спустился с Максимуса и помог слезть дочери, то же самое сделал и Кристиан.

Пока Элизабет побежала к ручью и начала пускать по нему листья, я подошёл к сыну, который задумчиво наблюдал за этой картиной.

— Как дела в фехтовании? — спросил я, решив закинуть удочку, чтобы начать разговор.

— Дядя Киран хвалит, но до Тристана мне ещё далеко, — улыбнулся он.

— Скоро догонишь, — я похлопал его по плечу.

Кристиан всё ещё витал в своих мыслях.

— Что-то случилось?

— Трис рассказал, что Анна каждый день говорит обо мне, — ухмыльнулся он. — Она старше Бетти всего на два месяца, откуда у неё такие мысли? Она постоянно просится с нами с Трисом, даже когда мы идём на тренировки.

— Она ребёнок, а ты старше. Девочкам хочется, чтобы их защищал принц. Видимо, она нашла это в тебе, — я пожал плечами.

— Надеюсь, она бросит это занятие, — хмыкнул Крис. — И почему ей не интересны куклы как всем девочкам?

— Не всем девочкам интересны куклы, — я понимающе кивнул, на что Кристиан вопросительно выгнул бровь.

— Знаешь, что это за место? — сын отрицательно помахал головой.

— Здесь я нашёл твою маму, когда она сбежала от меня через день после нашей помолвки. Её план был продуман, но, к её несчастью, я видел, как она убегала. Довольно быстро, должен отметить, — я улыбнулся воспоминаниям.

Со временем это событие перестало ранить меня. Я понял, почему Амала это сделала: она просто хотела свободы.

— Но как ты догнал её? — с любопытством спросил Крис.

— Как минимум потому, что я поехал на коне, а ещё она подвернула ногу и не могла идти дальше. Так что, отвечая на твой вопрос, некоторым девочкам нравятся скачки, сражения, свобода. Возможно, Анна хочет того же, но пока проявляет это отказом от привычных игр. Кто знает, какой девушкой она вырастет.

— Я думаю, в конечном итоге она найдёт себе какого-то богатого герцога, который будет удовлетворять все её прихоти, — улыбаясь, предположил сын.

— Поговорим через тринадцать лет, — я похлопал сына по плечу. — Твоя мама меня тоже раздражала в детстве, — я загадочно улыбнулся.

Если про побег наши дети знали в общих чертах, то про эту часть истории мы с Амалой умалчивали.

— Паааап? — Кристиан непонимающе уставился на меня.

— А это уже тема для нашего другого разговора, — я хитро подмигнул.

Я мог бы и продолжить, но Бетти надо было уложить спать и оставить нам с сыном время на тренировку.

— Нам пора возвращаться в замок.

Кристиан понимающе кивнул, и, подобрав дочь, которая не хотела уходить, я оседлал коня, и мы направились в замок.

***

За время прогулки Бетти устала, поэтому, уложив её спать, мы с Кристианом последовали в тренировочный зал.

— А теперь, покажи чему ты научился, — предложил я и протянул меч сыну.

Он присмотрелся, сделал пару движений мечом и встал в боевую стойку. Крис держался уверенно, и это не могло не заставлять меня гордиться им.

— Вот так, — сказал сын. — А затем два шага и... — он сделал два уверенных шага вперёд, затем развернулся на одной ноге, замахиваясь мечом. — Ты должен защищаться, пап.

— Как скажешь, — улыбнулся я и прислонил меч к его, ровно перпендикулярно, чтобы отразить атаку.

Я надавил сильнее, и Крис убрал меч в сторону, как бы отступая, затем занёс его, намереваясь задеть мой бок. Я увернулся и сделал замах снизу, сбивая сына с ног.

— Как ты это сделал? — спросил Крис, принимая мою руку, чтобы подняться.

— Твоя же стратегия: отвлеки внимание и напади там, где не ждут. Ищи слабые места и не делай очевидных действий. Пусть противник думает, что знает тебя, а в неожиданный момент наноси удар.

— Надо потренироваться в этом, — согласился Кристиан и снова взял меч в руки. — Научи меня.

Я кивнул, и мы продолжили тренировку. Мне нравилось проводить время с сыном. Это было чем-то особенным. И пусть утраченное время было не вернуть, я наслаждался тем, что мы имеем сейчас. Каждый раз, когда я замечал знакомую черту во внешности или в поведении, меня охватывала гордость. За Кристиана: то каким он становится, и за нас с Амалой, что мы смогли вырастить его именно таким какой он есть сейчас. До его рождения я не знал как вести себя с детьми, и потребовалось время, чтобы понять, как заставить это работать. Я хотел быть не просто отцом, а примером, намного лучше, чем мой, и, кажется, получалось.

Когда-то на плечи Кристиана ляжет бремя заботы о королевстве, но сейчас он всё ещё мальчик, который хочет стать рыцарем и любит кататься на лошадях со своими друзьями. Мне хотелось, чтобы в будущем он не зацикливался на работе. Я хотел показать ему, что для того, чтобы быть хорошим королём недостаточно быть сильным и смелым. Важно иметь то, где тебе не нужно притворяться: быть сильным и слабым; мудрым и непосредственным; отважным и охваченным сомнениями. Только благодаря моей семье я стал тем, кто я есть: строгим правителем и любящим семьянином. Не знаю, кем бы я был без них.

***

После тренировки Кристиан попросил отпустить его к Тристану, а я направился проверить Амалу.

Открыв дверь наших покоев, я заметил, что жена спит. Я осторожно подошёл к ней и потрогал губами лоб. Она всё ещё горела. Чёрт. Поднявшись, я смочил тряпку, которая лежала на изголовье кровати, и аккуратно приложил к голове жены, надеясь, что это хоть как-то поможет.

Почувствовав мои движения, Амала открыла глаза.

— Киллиан? — тихо спросила она.

— Я здесь, — сказал я и взял её за руку. — Хочешь чего-то?

— Мне холодно, — сказала она, и я уже собирался принести ей ещё одно одеяло, когда тонкие пальцы схватили меня за запястье. — Не надо, ложись со мной.

Я не хотел с ней спорить, мне хотелось, чтобы она как можно быстрее выздоровела. Как только тело коснулось простыней, жена подвинулась ко мне, и я заключил её в объятия.

— Ты тёплый, — сказала Амала, подняв голову.

Я наклонился и оставил нежный поцелуй на её губах. Жена, явно довольная этим жестом, сильнее прижалась ко мне. Я оставил ещё несколько поцелуев на её лице и подправил платок, который всё ещё охлаждал лоб Амалы.

— Как себя чувствуешь? — спросил я, поглаживая руку жены.

— Уже лучше. Думаю завтра-послезавтра всё пройдёт, — я уткнулся носом в её макушку, продолжая держать в объятиях.

— Не могу видеть, как ты страдаешь, — пробормотал я. — Если бы мог, я бы с удовольствием забрал твою боль себе.

— Хотела бы я, чтобы это закончилось, — вздохнула Амала.

Я кивнул и продолжил обнимать жену. Воспоминания сегодняшнего дня медленно прокручивались в голове.

— Ни за что не догадаешься, где мы сегодня были с Крисом и Бетти, — сказал я, на что Амала подняла голову.

— Помнишь свой побег? То самое место, где я тебя нашёл десять лет назад.

Жена довольно ухмыльнулась.

— Как давно это было. Спасибо, что нашёл меня тогда, — я улыбнулся и поцеловал её в щёку.

— Я не знаю, кем бы я стал без тебя. Всё, что у меня когда-то будет и есть сейчас: королевство, наша семья, верные подданные — всем этим я обязан тебе. Говорят, за каждым сильным правителем стоит сильная женщина, но ты никогда не стояла за мной — ты была рядом.

— Киллиан, это самое милое, что я от тебя слышала, — улыбнулась Амала.

— Значит, я делаю что-то не так, потому что редко благодарю тебя за всё, что ты делаешь. Но я хочу, чтобы ты знала: с самого первого слова, когда я осознал чувства к тебе, я ни на секунду не переставал любить тебя и благодарить бога за то, что ты — моя жена. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Киллиан. Ты можешь не говорить, но я вижу твою любовь в каждом твоём жесте, в каждом принятом решении, каждый день ты выбираешь нас, — по щеке Амалы стекла слеза, и это заставило сердце пропустить удар.

Я вытер слезу большим пальцем, и тёплый взгляд жены заставил грудь сжаться.

— Надеюсь, когда-то наши дети тоже увидят то, что видишь ты.

— Они любят тебя, Киллиан. Думаешь, Кристиан не замечает, каким уставшим ты выходишь с собраний и всё равно идёшь пожелать ему спокойной ночи? А Бетти? Она тебя обожает. Ты хороший отец. Почему ты этого не видишь?

— Мне кажется, я делаю недостаточно, — вздохнул я.

— Спроси у них, и они ответят тебе ровно то, что я сказала, — лукаво улыбнулась Амала. — У наших детей прекрасный отец.

— А ещё прекрасная мама, — я поцеловал жену в кончик носа, и она засмеялась.

— Не могу не согласиться, — ухмыльнулась Амала и снова прижалась ко мне. — Полежишь со мной?

— Я буду рядом сколько тебе нужно, — твёрдо, словно давая обещание, сказал я.

Через какое-то время, дыхание жены выровнялось, и она снова уснула. Я провёл несколько часов в своих мыслях, и только ровный пульс Амалы не давал окончательно потеряться. Вскоре я осторожно переложил жену на подушки, а сам направился в детские уложить Криса и Бетти.

Стоило зайти в комнату сына, как он оторвался от книги. Я присел к нему на кровать, решив прислушаться совета Амалы.

— Крис, знаю, в последнее время мы мало проводим времени вместе, — начал я, и сын с любопытством посмотрел на меня. — Но хочу, чтобы ты знал: я сожалею. И не хочу, чтобы из-за этого ты думал, что я стал меньше любить тебя.

— Знаешь, иногда я скучаю по тому, как мы с тобой общались раньше и проводили время. Знаю, у тебя есть обязательства перед Сарватором, но всё же... может, иногда ты сможешь тренироваться со мной? Мне понравились как это было сегодня.

Я улыбнулся в ответ.

— Конечно.

Кристиан подполз ближе и обнял меня.

— Я тоже люблю тебя, пап, — сказал сын, и я обнял его в ответ.

Амала была права.

Иметь семью — не всегда легко. Это большая и сложная работа. Управлять страной — ещё сложнее. Но вот парадокс: без семьи я бы ни за что не смог стать хорошим королём. Они — моя опора и поддержка, мой главный стимул, моё — всё. И одному богу известно, что произойдёт, если кто-то захочет отнять у меня это.