13 глава. Граница терпения.

Типичное утро в нашей семье

— Я больше не хочу с тобой разговаривать! — закричал Эллиот, сжимая маленькие кулачки.

Я видела, как его глаза наполняются слезами, но в них было слишком много злости для пятилетнего ребёнка. Его губы дрожали, а дыхание сбивалось.

— Эллиот, пожалуйста... — я осторожно шагнула к нему, протягивая руку.

Но он, не раздумывая, занёс её, собираясь ударить меня. Я даже не успела осознать, как всё произошло.

Резкое движение — и Дилан оказался между нами. Он мгновенно схватил Эллиота за запястье, оттащил его назад, но не грубо, а достаточно уверенно, чтобы показать — так нельзя.

— Ты что себе позволяешь?! — голос Дилана прозвучал твёрдо, но без крика. В нём была сталь.

Эллиот вздрогнул, вырываясь, но Дилан не отпускал. Мальчик посмотрел на него с ненавистью, с которой дети не должны смотреть на родителей. Я видела, как его дыхание сбивается, как по его щекам катятся слёзы, но он не сдавался.

— Пусти! — закричал он, топнув ногой.

— Я пущу, когда ты поймёшь, что так нельзя, — Дилан медленно наклонился к нему, глядя прямо в глаза. — Ты можешь злиться, можешь кричать, но поднимать руку на маму я тебе не позволю.

Эллиот всхлипнул, резко отвернулся и замер. Он не понимал, как справляться с тем, что чувствовал. Я видела в нём тот же шторм эмоций, что бушевал внутри меня.

— Ты её защитил, но кто защитит меня?! — выдавил он сквозь слёзы.

И в этот момент у меня сжалось сердце.

Я сделала шаг вперёд, но Эллиот снова отшатнулся. Он тряс головой, а его глаза метались между мной и Диланом.

— Ты меня предала! — выкрикнул он, сжимая кулачки. — Ты его простила! А кто простит меня?!

Он развернулся и убежал в свою комнату, хлопнув дверью так сильно, что дрогнули стены.

Наступила тишина.

Я медленно повернулась к Дилану, чувствуя, как мои ноги стали ватными.

— Он... Он меня ненавидит, — прошептала я, еле сдерживая слёзы.

Дилан вздохнул, опустил голову, затем поднял на меня тёмный, тяжёлый взгляд.

— Он просто не знает, как справиться с болью, — сказал он тихо.

Я закрыла лицо руками, пытаясь собрать себя воедино.

— Это моя вина, — выдохнула я.

Дилан подошёл ближе, аккуратно убрал мои руки с лица, заставляя посмотреть на него.

— Это не твоя вина, Ванесса, — его голос был твёрдым. — Он маленький, но уже пережил то, что не должен был. Мы должны помочь ему. Вместе.

Я хотела ответить, но не знала что. Всё, что мне оставалось — просто прижаться к нему, закрывая глаза.

И в этот момент я поняла: доверие Эллиота — это то, что нам придётся завоёвывать заново.