Глава 18. |Обладатель|.

Голос Нади, срывающийся на крик, эхом раскатился по кабинету главного врача, вбирая в себя всю горечь беспомощности и бессильной ярости.

- Кто её увез? - она обрушила кулаки на стол. - Как вы могли такое допустить?

- Мы ничего не смогли сделать, - голос врача звучал апатично, будто припудренный профессиональной усталостью. Он избегал её взгляда. - За ней лично приехал Билл Сайфер. Он забрал не только её, но и все личные вещи, и документы.

- И вы просто позволили?!

- Миссис Пайнс, - врач поднял на неё усталые, ничего не выражающие глаза, - вы не понимаете. Билла Сайфера невозможно остановить.

Надя сжала пальцы в бессильных кулаках и выбежала в коридор, захлёстываемая цунами собственной ярости. Её дочь снова в лапах этого ублюдка. Она давала себе клятву - железную, как сталь, - что этого больше не повторится. И вот - всё напрасно. Её обещания самой себе оказались прахом.

Билл никогда не оставит Мэйбл в покое. Никогда.

Слепая, неконтролируемая злость вела её руку, выводя на экране телефона номер дочери. Гудки. Долгие, бесконечные гудки.

- Возьми трубку, - прошипела она. - Возьми, я сказала!

Но Мэйбл не отвечала. И Надя знала - теперь дочь не ответит никогда.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Тем временем Мэйбл пробуждалась в объятиях роскоши, купаясь в тёплых солнечных лучах, что струились сквозь огромные панорамные окна. Белоснежный шёлк простыней, золото отделки, мягкий ворс ковра под босыми ногами - здесь всё дышало покоем и безопасностью.

Билл, как всегда, уже уехал - трепетно погружённый в водоворот своего бизнеса, той одержимости, что с лихвой окупалась баснословными доходами. Но его присутствие ощущалось даже в пустой комнате: лёгкий аромат его одеколона на подушке, аккуратно сложенное полотенце на кресле, чашка с остывшим кофе на прикроватной тумбочке.

Он окружал её заботой, почти навязчивой в своей тотальности. Даже на расстоянии его присутствие ощущалось почти физически - сообщения, приходящие едва ли не каждый час.

Ни одна девушка прежде не удостаивалась такого внимания. Ни одна не слышала от него столько тёплых слов. Билл любил её. И знал с неотвратимой уверенностью: она - его единственная. Навсегда.

Телефон Мэйбл разрывался от бесчисленных звонков и сообщений. Диппер. Мать. Снова Диппер. Снова мать. Она видела их имена на экране, но отвечать не желала. Пропасть недопонимания и обиды, пролёгшая между ней и братом, казалась непреодолимой.

Но куда страшнее была другая рана - панический, животный страх перед внешним миром. Каждый звонок заставлял её сердце ухать в пятки. Каждое уведомление - вздрагивать. Она боялась, что за дверью дворца её ждут не солнце и свобода, а белые халаты и смирительная рубашка.

Устав от назойливого преследования, она набрала Билла. Его голос - низкий, бархатный - зазвучал в трубке уже после первого гудка.

- Билл, милый, - мягко спросила она, - ты не занят?

- Всё в порядке, куколка? - в его голосе мгновенно проснулась тревога, смягчённая нежностью. - Что случилось?

- Да нет, ничего страшного, - она запнулась, собираясь с мыслями. - Я лишь хотела попросить кое-что. Ты не мог бы купить мне новую сим-карту? Я отправлю деньги. Мне очень страшно выходить куда-либо.

- Куплю, - ответил он мгновенно, без раздумий. - Без проблем. А деньги не вздумай отправлять. Ты же знаешь, для меня это не проблема. - его голос стал чуть ниже, в нём зазвучала ленивая, самоуверенная усмешка. - Я могу позволить себе всё что угодно. Я не Гил.

Пренебрежительное упоминание о Гиле неприятно кольнуло Мэйбл, однако вспыхнувшая было обида тут же потонула в волне нежности к Биллу. Она понимала: эта язвительность - всего лишь горький осадок прошлого, который ещё даёт о себе знать. Ревность. Он ревновал. И это было почти приятно.

- Как скажешь, любимый, - ответила она с лёгкой улыбкой в голосе. - Я не Сабрина.

Билл рассмеялся - низко, бархатно, с неподдельной нежностью.

- Конечно, не Сабрина, - сказал он, и в его голосе зазвучало то, что заставляло её сердце биться чаще. - Ты невероятная, Звёздочка. Таких, как ты, больше нет.

Она почувствовала, как тепло разливается по груди. Даже через трубку его голос обладал властью - заставлял улыбаться, верить, надеяться.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Вечером, когда Билл переступил порог дворца, сердце Мэйбл запрыгало от радости. Она скучала по нему - по-настоящему, до щемящей боли в груди. И он отвечал тем же - в его золотых глазах, когда он смотрел на неё, читалась безумная, всепоглощающая тоска.

- Я взял тебе новый телефон и сим-карту, - сказал он, протягивая коробку. - Мне кажется, так намного лучше. Будешь иметь два телефона.

Мэйбл с немым ужасом взглянула на коробку. Она узнала эту модель - новейшая, только с производства, стоит целое состояние.

- Билл, - выдохнула она, - это очень дорого. У тебя самого такой же. К чему такие подарки? Я ценю всё, что ты делаешь, правда, но это перебор.

- Ты примешь его, - сказал он тихо, но в этой тишине чувствовалась сталь. - Так безопаснее, Звёздочка. Разговор окончен.

Он вложил в её руки сим-карту и упакованный телефон. Мэйбл с лёгким недоумением посмотрела на него - в её взгляде смешались благодарность, смущение и лёгкое сопротивление.

- Нет, милый, - сказала она твёрдо. - Разговор не окончен.

Билл улыбнулся - той самой ленивой, самоуверенной улыбкой, от которой у неё подкашивались колени.

- Окончен, Звёздочка, - он наклонился и поцеловал её - нежно, но властно, так, чтобы она поняла: спорить бесполезно. - Поверь, так будет лучше. Одной сим-карты недостаточно для полной безопасности.

Она вздохнула, чувствуя, как его губы касаются её лба.

- Ты невыносим, - прошептала она без злости.

- Знаю, - ответил он, прижимая её к себе. - Но ты всё равно меня любишь.

Она прижалась к его груди, вдыхая знакомый запах - дорогой одеколон, шёлк, что-то тёплое и живое.

- Возможно, ты в чём-то прав, - тихо сказала она. - Спасибо, что заботишься обо мне, Билл. Я это очень ценю. Ты спас меня.

- Что бы ни случилось, - он поцеловал её в макушку, - я всегда буду рядом, Звёздочка. Всегда.

- Я надеюсь, - её голос дрогнул. - Мне теперь так тяжело выходить куда-либо. Кажется, я схожу с ума, Билл.

- Боишься увидеть на улице мать и брата? - мягко спросил он. - Что они впихнут тебя в машину и увезут обратно в психушку?

- Примерно так, - она подняла на него глаза, полные боли. - Это травма, Билл. Теперь я не могу доверять даже самым близким. - она помолчала. - Но при этом я доверяю тебе. Ты единственный, кому я могу верить теперь. Если ты растопчешь это доверие... - она запнулась, - я не сломаюсь. Я просто окончательно разочаруюсь в этой жизни.

Билл посмотрел на неё долгим, серьёзным взглядом. В его глазах не было насмешки - только клятва.

- Я приложу все силы, чтобы оправдать его, Звёздочка, - сказал он тихо. - Не подведу тебя. Никогда.

- Я очень на это надеюсь, милый, - прошептала она.

Он улыбнулся - мягко, по-настоящему - и снова поцеловал её. Долго, нежно, вкладывая в этот поцелуй всю свою любовь, всю свою защиту, всё обещание быть рядом. Мэйбл ответила, прижимаясь к нему всем телом, чувствуя, как его руки обнимают её так крепко, будто он боялся, что она исчезнет.

В этой тишине, в этом золотом дворце, среди шёлка и света, они были только вдвоём. И этого было достаточно.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

В это же время в гостиной роскошного дворца, попивая крепкий кофе и неспешно выпуская дымок тонкой сигареты, Лея, мать Билла, размышляла над новостями.

Жёлтая пресса вовсю трубила о том, что её сын завёл любовницу и бросил Сабрину. Скандал. Пересуды. Фотографии, на которых Билл выходит из ресторана с неизвестной шатенкой. Лея была полна решимости выяснить, что за девушка вскружила голову её сыну.

Никогда прежде он не был так увлечён кем-либо. Никогда не тратил столько времени на одну женщину. И это пугало Лею больше, чем любая финансовая авантюра Билла.

- Рэйчел! - властно позвала она, не повышая голоса, но вкладывая в интонацию сталь.

Младшая дочь - блондинка с бездонными, чёрными как ночь глазами - бесшумно вошла в гостиную.

- Что случилось, мама?

- Вы с Биллом поддерживаете отношения, - Лея отставила чашку и посмотрела на дочь в упор. - Может, тебе известно, кто эта особа, о которой сейчас все говорят? Та самая любовница.

- Я ничего не знаю, - Рэйчел скрестила руки на груди. - Мы с Биллом редко общаемся, тебе это известно.

- Мне нужно узнать, кто она, Рэйчел, - голос Леи стал твёрже. - Любой ценой.

- И почему это должна делать я? - девушка выгнула бровь.

- Ты прекрасно понимаешь, - Лея встала и подошла к окну, глядя на залитый луной сад. - Билл - первый наследник в нашей семье. Затем Уилл и Килл, и лишь потом - ты. Если с Ричардом что-то случится, Билл получит всё. Даже несмотря на то, что имеет свой бизнес и богаче нас.

- С чего ты взяла, что с отцом что-то может случиться? - Рэйчел нахмурилась.

- Ничего и не случится, это маловероятно, - отмахнулась Лея. - Я просто привожу пример. Меня беспокоит эта внезапная влюблённость Билла. Он никогда не был таким. Он поселил эту девушку в своём дворце, Рэйчел. Ни одна девушка не переступала порог его дворца. Ты должна всё выяснить.

- Я постараюсь, - вздохнула Рэйчел. - Но ничего не обещаю. Билл и так тебя ненавидит, а ты лезешь в его жизнь. Я не хочу в этом участвовать.

- Сделай это не ради меня, - Лея повернулась к дочери, и в её глазах застыла холодная решимость. - Ради семьи. Если он женится на ней, нам всем придётся иметь с ней дело. А я хочу знать, с кем именно.

Рэйчел молча кивнула и вышла из гостиной, оставив мать наедине с её мыслями и дымком догорающей сигареты.

Лея смотрела в окно и думала о сыне, которого почти не знала. О наследнике, который не нуждался в её опеке. И о девушке, которая сумела растопить сердце демона.