Особенный

Следующее утро для Ноа началось необычно спокойно. Он проснулся без тяжести на душе, без предчувствия конфликта. Даже погода была отличной, хоть и обещали дождь. Он полежал еще несколько минут, вспоминая вчерашний вечер – разговор с Яном, который так помог выплеснуть накопившуюся боль, и конечно, вечер с Адамом. Улыбка сама собой растянулась на губах.
Когда он спустился на кухню, запах свежесваренного кофе уже витал в воздухе. За столом, с кружкой в руках и раскрытой перед собой книгой о психологии, сидел Ян.

— Доброе утро, соня, — улыбнулся Ян, поднимая взгляд. — Выспался?
— Доброе утро, — ответил Ноа, подходя к холодильнику за молоком. — Ага. Сегодня какое-то… спокойное утро.
— Рад это слышать, — Ян отложил книгу. — Хочешь кофе? Сварил только что.
— Давай.
Ноа достал чашку, и Ян налил ему ароматный, крепкий кофе. Они немного посидели в тишине, наслаждаясь утренним спокойствием.
— Слушай, Ян, — начал Ноа, помешивая сахар в кофе. — Ты вернешься в университет? После всего этого отдыха?
Ян кивнул.
— Да. Я думал об этом. Пора уже возвращаться к учёбе. Завтра пойду. Нужно будет догнать много чего, конечно. Ещё как-то с работой совместить.

Ноа почувствовал облегчение. Ему будет гораздо спокойнее, зная, что Ян снова рядом, в стенах университета. Пусть даже у них разные факультеты, но само присутствие брата будет поддержкой.
— Это здорово, — сказал Ноа искренне. — Я рад.
Ян посмотрел на него с легкой улыбкой.
— Знаешь, Ноа… вчера, как только я ушел после нашего разговора… мы поговорили с тетей.
Ноа напрягся. Вчерашний разговор с матерью вновь всплыл в памяти, заставив съежиться.
— И? — тихо спросил он, с опаской глядя на Яна.
— Я рассказал ей, как сильно ты переживаешь, — начал Ян, его голос был спокойным и рассудительным. — Рассказал, как тебе не хватает папы… Как тебе больно от того, что тебе кажется, что она тебя не понимает.
Ноа слушал, сжимая в руке чашку. Он не ожидал, что Ян будет говорить об этом с матерью.
— И что она? — почти шепотом спросил Ноа.
Ян вздохнул.
— Она… слушала. Сначала она говорила, что переживает за твое будущее, что хочет, чтобы у тебя все было хорошо, что поэтому и настаивает на учебе. Говорила, что тратит на репетиторов… ну, ты знаешь.
Ноа опустил глаза. Он понимал её беспокойство, но не её методы.
— Я сказал ей, что ты не отрицаешь важность учебы, — продолжил Ян. — Но ты не можешь жить только этим. У тебя есть свои увлечения, свои интересы, свои друзья. Сказал, что ты уже не маленький, что тебе нужно личное пространство, личное время. И что тебе нужна её поддержка, а не постоянная критика.
— Ты правда так сказал? — Ноа поднял удивленные глаза.
— Да. Сказал, что ей нужно постараться тебя понять. Что ты не специально пропускаешь репетиторов или возвращаешься поздно. Что у тебя есть свои причины. И что криком она ничего не добьется, только оттолкнет тебя еще больше.
Ноа не мог поверить. Ян говорил с его матерью обо всем этом? О том, что так мучило его?
— И… что она ответила? — с надеждой спросил Ноа.
— Сначала она очень расстроилась, — Ян посмотрел в свою чашку. — Плакала. Говорила, что она просто хочет для тебя лучшего, что она одна теперь, что боится… Боится за тебя.
— Боится… — повторил Ноа. Это слово заставило его задуматься. Он никогда не думал о том, что его мать может просто бояться.
— Да. Боится, что ты не справишься, что у тебя не получится. Боится, что повторишь чьи-то ошибки… не знаю, чьи. — Ян поднял взгляд на Ноа. — Но я сказал ей, что единственный способ убедиться, что ты справишься – это дать тебе возможность самому справляться. Позволить тебе учиться на своих ошибках, а не запрещать делать вообще что-либо. И что ты нуждаешься в доверии.
— И… она согласилась?
— Она не сказала "да", Ноа. Но она слушала. И, мне кажется… поняла. Она сказала, что постарается. Постарается не давить так сильно. Постарается выслушивать тебя. Постарается… быть рядом по-другому.
Ноа замер. Это было… неожиданно. После стольких лет непонимания, ссор, обид… Неужели что-то может измениться?
— Я… я не знаю, что сказать, — пробормотал он. — Спасибо, Ян. Ты очень мне помог.
Ян мягко улыбнулся.
— Мы же семья, Ноа. Для этого и нужны. Слушай, я не могу обещать, что все сразу станет идеально. Тетя привыкла вести себя определенным образом. Тебе тоже, возможно, придется пойти ей навстречу где-то. Но, думаю, лед тронулся.
Ноа кивнул, чувствуя, как в груди разливается тепло. Возможно, Ян прав. Возможно, этот разговор, который он никогда бы не решился завести сам, станет отправной точкой для налаживания отношений с матерью.
— А еще, — добавил Ян, — я сказал ей про твоего нового друга. Про Адама.
Ноа снова покраснел.
— И что она? — спросил он, чуть стесняясь.
— Удивилась, конечно. Но я сказал, что это хорошо, что ты общаешься, что у тебя появляются новые знакомства. Что это лучше, чем сидеть дома взаперти. Она… ну, она сказала, что рада, если у тебя есть хорошие друзья.

Ноа почувствовал облегчение. Хотя бы в этом вопросе не возникло новых проблем.

— Так что… — Ян закончил пить кофе и поставил чашку на стол. — Попробуй. Попробуй поговорить с ней спокойно, когда она вернется. Без криков, без обвинений. Просто расскажи ей что чувствуешь. И попробуй услышать её.
Ноа кивнул. Возможно, это было самым важным, что он услышал сегодня. Шанс на понимание. Шанс на примирение. И этот шанс появился благодаря Яну.
— Спасибо, Ян, — повторил Ноа, чувствуя огромную благодарность к своему брату. — Правда.
— Не за что, Ноа. Для этого мы и есть. Иди, собирайся в универ.
Сегодняшний день обещает быть интересным.
Ноа улыбнулся. Да. Обещает.

Осознав, насколько поздно он встал, Ноа запаниковал. Время поджимало. Он второпях натянул первую попавшуюся одежду — серые джинсы, простую синюю футболку и старую олимпийку. Ян всё ещё сидел на кухне, и Ноа, на ходу запихивая в рюкзак учебники и тетради, крикнул ему:
— Я побежал! Опаздываю!
— Удачи! — крикнул Ян в ответ.
Сегодня он оставался дома, чтобы заняться своими делами и, возможно, даже начать подготовку к пропущенному материалу.
Ноа случайно схватил не тот рюкзак, который стоял у двери комнаты рядом с его уже приготовленным, и почувствовал, как что-то мягкое и объемное лежит сверху. Худи Адама. Вчерашний вечер был настолько насыщенным, что он совершенно забыл про нее. Он хотел было написать Адаму, извиниться и договориться о встрече, но потом решил, что лучше просто возьмет его с собой и отдаст после пар. Так надежнее. Аккуратно сложив толстовку, он положил ее уже в нужный рюкзак.
Вылетев из дома, Ноа почти бежал до университета. Дыхание сбилось, волосы растрепались, но он успел зайти в здание буквально за пару минут до звонка. В толпе студентов он быстро отыскал своих друзей.

— Привет! Ты где был? Еле успел! — Мирра хлопнула его по плечу.
— Проспал немного, — отмахнулся Ноа, пытаясь восстановить дыхание.

Они направились к аудитории. Идя по коридору, Ноа невольно высматривал знакомую фигуру, но Адама нигде не было видно. Ни у их обычного столика в столовой, ни в коридорах.
«Может, он заболел?» — промелькнула мысль. Ноа почувствовал легкое разочарование. После вчерашнего вечера ему так хотелось увидеть Адама, поздороваться, обменяться парой фраз.
Заняв свои привычные места, они разложили выданные учебники. Ноа не мог перестать думать об Адаме. Неужели он сегодня не придет совсем? Вчерашний вечер был таким… настоящим.
Не выдержав, Ноа достал телефон и открыл Instagram. Он нашел чат с Адамом.

noah.fisher: Привет. Ты сегодня не в универе?

Ответ пришел почти сразу.

adam.m: Привет, Ноа! Нет, сегодня у меня игра по баскетболу. Её перенесли на сегодня .

noah.fisher: Ого! Сегодня? Вот это новость. А я тебя высматривал в коридоре.

adam.m: Извини, что не предупредил. Сам узнал только вчера поздно вечером. Игра скоро начинается, через пару часов.

Ноа почувствовал, как что-то внутри сжалось. Значит, сегодня он не увидится с Адамом. И худи не отдаст. Хотя, честно говоря, его расстраивало не столько то, что худи останется у него, сколько то, что он не увидит Адама.

noah.fisher: Понятно. Ну, тогда удачи тебе на игре! Надеюсь, выиграете.

adam.m: Спасибо, Ноа! Постараемся!

noahmart: Потом расскажешь, как все прошло)

adam.m: Обязательно), пока!

noah.fisher: Пока!

Ноа убрал телефон. Чувство разочарования усилилось. Он так надеялся увидеть его. Этот новый, странный интерес к Адаму с каждым днем становился все сильнее и сильнее.
Пары проходили как обычно. Лекции, семинары, перерывы. На одном из перерывов, когда Ноа и его друзья проходили мимо группы студентов, сидевших на подоконнике, Одри не упустила возможности не сказать что-то вслед.

— Смотрите-ка, кто вылез из своей норы, — ехидно протянула она, обращаясь к своим подругам, но достаточно громко, чтобы услышал Ноа. — Наверное, опять прятался где-то с кисточками?

Ноа почувствовал, как к лицу приливает жар. Он хотел что-то ответить, или просто пройти мимо, как всегда. Но его друзья мгновенно среагировали.

— Одри, займись своими делами, — холодно сказала Мирра, вставая перед Ноа.
— Или тебе скучно, потому что твои шутки уже давно никому не смешны? — добавила Майя, скрестив руки на груди.
Савва просто молча сделал шаг вперед, преграждая Одри путь взглядом. Его присутствие само по себе было достаточно красноречивым.
Одри замолчала. Она ожидала, что Ноа смутится или убежит, как раньше, но поддержка его друзей застала её врасплох. Скривившись, она отвернулась.
— Пойдём, Ноа, — сказала Мирра, беря его под локоть. — Не обращай внимания.
Ноа чувствовал себя неловко от того, что друзья снова его защищают, но в то же время был безмерно им благодарен.

Остаток дня прошел без инцидентов. Ноа старался сосредоточиться на учебе, но мысли то и дело возвращались к Адаму, его улыбке, их вечерней прогулке и сегодняшней игре. В рюкзаке лежала его худи, словно напоминание о неожиданно завязавшемся общении.
«Надеюсь, он выиграл», — думал Ноа, направляясь домой. «Надо будет ему написать позже».
Он уже предвкушал возможность снова с ним пообщаться, пусть даже просто в чате.

Подойдя к дому и взявшись за ручку двери, она вдруг приоткрылась. Мама дома? Это было необычно, ведь в это время она всегда была на работе.
Зайдя в прихожую, Ноа услышал звуки, доносящиеся из кухни. Мама стояла у плиты, что-то помешивая в кастрюле. На вид она выглядела… спокойнее, чем обычно. Меньше напряжения в плечах, меньше зажатости в движениях.

— Привет, — сказала мама, не оборачиваясь. Её голос был тише, чем обычно.

— Привет, — ответил Ноа, чувствуя некоторое замешательство. — Ты сегодня рано с работы?

— Да, — ответила мама, повернувшись к нему. — Меня отпустили пораньше. Неожиданно. Сказали, что некоторые дела можно отложить до понедельника.

В ее словах не было привычной резкости. Ноа почувствовал, что что-то изменилось. Мама выглядела… усталой, но и… более открытой.

— Заходи на кухню, — пригласила мама. — Посидим, поговорим.

Они сели за стол. В воздухе стоял аромат ужина, что-то мясное с овощами. На столе стояла ваза с цветами – что-то простое, полевые ромашки.

— Ноа, — начала мама, после непродолжительной паузы. — Я хотела извиниться. Я понимаю, что была слишком строга с тобой, слишком груба. Я… я просто переживаю за тебя. Иногда я, наверное, забываю, что ты уже не маленький ребенок.

Слезы выступили на глазах мамы. Ноа был ошеломлен. Он никогда не видел свою маму такой.

— Мама… — тихо сказал он, — я тоже прошу прощения. Может быть, я тоже не всегда был достаточно внимательным к тебе. Иногда я… я просто не умею объяснять, что у меня на душе.

Они говорили долго. Около часа. Мама слушала, не перебивая. Она искренне сожалела о своих грубых словах и действиях, признавая, что её поведение в последнее время было неправильным. Ноа, в свою очередь, объяснил, как ему трудно постоянно жить под давлением, как ему важны друзья, как важно для него заниматься своим творчеством.

Они затронули тему о папе, о его смерти, о том, как сильно Ноа его не хватает. Мама рассказала, как тяжело ей самой, как она боится, что Ноа повторит его ошибки. Это был самый откровенный разговор за все время.

Конечно, мама аккуратно подчеркнула важность учебы, напомнив о том, сколько усилий она вкладывает в его образование. Но она добавила, что совершенно не против его дружбы и знакомств. Главное — чтобы он был счастлив.

Разговор закончился объятиями. Ноа чувствовал облегчение, как будто с его плеч свалился огромный груз. Наконец-то его поняли, наконец-то услышали. Воздух стал чище, отношения посветлели.

В отличном настроении Ноа поднялся в свою комнату. Часы показывали уже начало седьмого. Он успел немного отдохнуть, прежде чем раздался звонок в дверь. Ян!

Оказалось, что Ян сегодня заезжал в университет, чтобы сдать некоторые зачеты, которые успел подтянуть за полдня. Он был рад, что успел сделать это. И, конечно же, он был очень рад, что Ноа и его мама помирились.

Они все вместе поужинали. За столом царила теплая, дружелюбная атмосфера. Мама Ноа, с необычайной легкостью и улыбкой, предложила пригласить на ужин в эти выходные друзей Ноа.

— Хочу с ними познакомиться, — сказала она. — Надо же знать, с кем дружит мой сын.

Ноа был вне себя от радости. Он с благодарностью посмотрел на маму, на Яна. Чувство облегчения, переходящее в счастье, распирало его изнутри. Он поблагодарил маму за ужин и ушел в свою комнату, на этот раз с полным сердцем, чувствуя поддержку семьи.

Заходя в свою комнату, чувствуя прилив тепла и умиротворения, Ноа лёг на кровать. Внезапно зазвонил телефон. Номер был незнакомый, Ноа решил взять трубку, хоть обычно и не берёт незнакомые номера. Приняв звонок, с той стороны заговорил знакомый голос - это был Адам. Ноа был настолько удивлен, что чуть не выронил телефон.

— Алло? — выдохнул Ноа, поднимая трубку.

— Привет, Ноа! — раздался бодрый голос Адама. — Как дела? Я тут подумал… игра закончилась, и я вспомнил, что хотел рассказать тебе о своем дне. Может, прогуляемся?

Сердце Ноа забилось чаще. Снова прогулка с Адамом? Он едва мог сдержать улыбку.

— Да, конечно! — ответил Ноа, чувствуя, как щеки начинают розоветь. — Сейчас оденусь.

Быстро переодевшись в свободные штаны и тёплое худи, Ноа уже собирался выходить, когда его окликнул Ян, выглядывая из своей комнаты.

— Куда это ты так поздно? — спросил Ян, прищурившись.

— Просто прогуляюсь с Адамом, — ответил Ноа, чувствуя, как его улыбка становится шире. — Скажи маме что я пошёл прогуляться, скоро вернусь.

— Хорошо, — кивнул Ян. — Она уже спит, завтра ей рано на работу. Ну ладно, беги, хорошей прогулки.

Улыбнувшись брату, Ноа вышел из дома. Не забыв прихватить с собой рюкзак — в нём всё ещё лежала толстовка Адама.

Он направился к ближайшему парку, который теперь был их негласным местом для встречи. Адам уже ждал его у фонтана, облокотившись на перила. Увидев Ноа, он широко улыбнулся.

— Привет! — Адам протянул ему небольшой бумажный пакет. — Я думал, ты мог проголодаться.

Ноа удивился. В пакете лежал хот-дог. Но не просто хот-дог. Это был именно тот хот-дог, который Ноа любил больше всего: с двойной порцией небольших сосисок, горчицей, кетчупом, луком, маринованными огурчиками и обязательно – с добавлением жаренного бекона. Чтобы заказать такой хот-дог, нужно было четко продиктовать все ингредиенты, так как это был нестандартный заказ.

Ноа удивленно посмотрел на Адама.

— Откуда ты знаешь, что я ем именно такой хот-дог? — спросил он, изумленно рассматривая аппетитный фастфуд.

Адам улыбнулся, загадочно прищурившись.

— Это… секрет, — ответил он, озорно подмигнув. — Скажем так, я немного… наблюдательный.

Ноа сел на скамейку рядом с Адамом, не переставая удивляться его проницательности. Разделив хот-дог на ровные половины, он поделился с Адамом. Тот сначала отказался, но Ноа настоял. Посмеявшись, Адам все же взял половинку и они начали кушать и болтать. Адам рассказал обо всем, что произошло сегодня: о том, как прошла игра (они выиграли!), о том, как он устал, о том, как его друзья поздравили его с победой. Он смеялся, показывая Ноа забавные фотографии и видео, которые они сделали после игры.

Ноа рассказал о дне в университете. О том как его мама впервые разрешила пригласить его друзей к ним домой, чтобы познакомиться. Ноа даже пригласил и Адама тоже.

Адам слушал внимательно, кивая, задавая вопросы. На предложение придти в гости, Адам согласился. Он был настоящим собеседником, умеющим слушать, умеющим поддерживать. Ноа чувствовал себя с ним невероятно комфортно, раскрываясь перед ним с такой легкостью, как ни перед кем раньше.

Вечер был тихим и теплым. Свет фонарей мягко освещал парк, а звуки ночного города создавали спокойный, умиротворенный фон. Ноа и Адам сидели на скамейке, делясь своими историями, смеясь и радуясь этой неожиданной, но такой приятной встрече.

Время незаметно пролетело. Когда Ноа посмотрел на часы, стрелки показывали без пяти минут одиннадцать. Адам предложил проводить его до дома.

— Уже поздно, — сказал Адам, поднимаясь со скамейки. — Давай провожу тебя?

— Давай. Спасибо, — ответил Ноа, чувствуя всё же легкую грусть от того, что их встреча подходит к концу.

Всю дорогу до дома они продолжали болтать, обсуждая планы на выходные, университетские дела и что-то ещё. Адам рассказывал о своих увлечениях помимо баскетбола, о музыке, которую он слушал, о книгах, которые читал. Ноа слушал, завороженный, чувствуя, как между ними возникает все более прочная связь.

Подойдя к дому Ноа, Адам остановился.

— Ну вот и пришли, — сказал он, немного грустно улыбаясь. — Было здорово.

— Да, — согласился Ноа, — спасибо тебе за прогулку. И за хот-дог.

Внезапно, Ноа вспомнил про худи. Он достал рюкзак, открыл его, и начал рыться в вещах. Адам смотрел на него, немного улыбаясь, наблюдая за его неловкими движениями.

— Вот, — протянул Ноа, наконец, выудив толстовку. — Я же тебе хотел отдать худи. Совсем забыл.

Адам хмыкнул, в его глазах блеснули веселые искорки.

— Ага, — ответил он, чуть приподняв бровь. — А я и забыл, что ты её взял.

Ноа, с улыбкой, протянул Адаму толстовку. Адам взял её в руки, и повертел рассматривая.

— Оно тебе нравится? — неожиданно спросил Адам, глядя на Ноа.

Ноа замялся. Ему и правда нравилось худи. Мягкая, теплая ткань, приятный цвет…А главное, частичка Адама и их первой встречи. Но он не решался признаться в этом вслух.

— Ну… — протянул он, неуверенно.

Адам, видимо, понял его молчание.

— Можешь забрать себе, — спокойно сказал он, возвращая Ноа толстовку. — Раз уж нравится.

Ноа удивленно замотал головой.

— Нет-нет, я не могу! — воскликнул он. — Это же твое.

— Ноа, — мягко сказал Адам, — раз уж оно тебе нравится, я не против.

Ноа продолжал отказываться, но Адам настаивал. Видя его смущение, на лице Адама появилась широкая улыбка. Ноа казался ему невероятно милым и немного застенчивым. Он совсем не похож на других парней, с которыми Адам общался раньше. В нём было что-то особенное, что-то… привлекательное.

— Ладно, — наконец, сдался Ноа, смущаясь ещё больше. Он взял худи, пряча её в рюкзак.

— Отлично! — Адам снова улыбнулся. — Тогда до встречи?

— Да, до встречи, — ответил Ноа, всё ещё смущаясь.

Они попрощались, и Адам направился в сторону своего дома. Ноа, стоя на пороге своего дома, закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной. Улыбка не сходила с его лица. Он закрыл лицо руками, пряча в ладонях свою радость. Он стоял так несколько минут, просто наслаждаясь ощущением счастья.

Вдруг, из-за угла комнаты появился Ян. Он заметил Ноа, тихо стоящего у двери, с закрытым лицом.

— Все так хорошо прошло? — тихо спросил Ян.

Ноа, открыв глаза, улыбнулся. Он был настолько счастлив, что слова не могли передать его эмоций.

— Ян, — начал Ноа, все ещё улыбаясь. — Это было… невероятно.

— Что именно? — Ян подошел ближе, оперевшись на дверной косяк. — Расскажи.

Ноа рассказал ему обо всем: о разговоре с Адамом, о худи, о том что Адам принёс именно его любимый хот-дог, о том, как он себя чувствовал. Он делился своими эмоциями, как никогда раньше. Ян слушал внимательно, кивая и изредка что-то тихо комментируя.

— Знаешь, — наконец сказал Ян, — кажется, у тебя появился не просто друг. Кажется, у тебя появился… кто-то особенный.

Ноа покраснел, но не стал отрицать этого. Он чувствовал, что это правда. Адам был особенным. И он, Ноа, чувствовал себя с ним таким счастливым, таким… живым.

Они еще долго говорили, обсуждая все события дня. Ноа чувствовал, что этот день останется в его памяти надолго, как один из самых счастливых дней в его жизни. Наконец-то, всё постепенно начинает налаживаться. И худи, оставшееся у Ноа, стало символом этого нового, прекрасного этапа.