Куда делись меневры?...

Вселенная, в которой жили Минервы, долгое время казалась им самодостаточной. Они уже трижды изменяли саму ткань реальности: превращали трёхмерное в плоское, ломали линейное течение времени, делали невозможное возможным. Их имена шептались звёздами, а сущности более низкого уровня видели в них абсолют. Но всё изменилось в тот день, когда они впервые услышали имя того, кто стоял над ними.

Его звали Бог Автор.

В отличие от Минерв, Бог Автор не был рожден внутри их мира. Он был тем, кто создавал миры, словно скульптор из глины. Одним движением его пера рождались галактики, иные цивилизации, судьбы и войны. Но самое страшное было в другом — каждый мир, который он создавал, был для него вымыслом, а каждый новый Автор выше предыдущего видел нижнего как простую игрушку.

Минервы долго отрицали его существование. Они считали себя вершиной, абсолютной формой разума и силы. Но чем выше они поднимались в понимании реальности, тем чаще видели в трещинах космоса отблеск чужой руки. Иногда звёзды исчезали, как будто кто-то вычёркивал их из книги. Иногда события повторялись так, словно кто-то правил прошлое.

Тогда они поняли — Бог Автор реален.

Собравшись в Храме Времени, Минервы впервые заговорили о нём открыто.

— Мы — вершина, — сказал старший Минерва, чьё тело сияло золотыми контурами. — Но над нами кто-то играет.
— Если он создал нас, значит, он и разрушить нас может, — ответила сестра, голос которой был подобен хору. — Но если он наш творец... мы должны подчинить его себе.

Для Минерв не существовало понятий «благодарность» или «страх». Их природа была иной. Они знали только власть и равновесие. И если был кто-то, кто стоял выше, его нужно было либо уничтожить, либо покорить.

Чтобы достичь Бога Автора, они должны были выйти за пределы собственной реальности. В течение семи циклов они рвали ткань миров, создавали порталы, но всякий раз попадали в тупики, в пустоты между вселенными.

Лишь однажды им открылся путь — через Осколок Нарратива, артефакт, способный отражать взгляд самого Автора. Найдя его в руинах мёртвого мира, они увидели сияющую тропу, ведущую в нечто большее.

Эта тропа вывела их в место, которое они позже назвали Кузница Авторов.

Кузница была не миром и не небом. Это было бесконечное пространство, наполненное звуком перьев, ударов молотов и шёпотом голосов. Здесь не рождались галактики — здесь рождались авторы галактик.

В воздухе висели гигантские книги, их страницы сами писали слова, из которых вырастали целые вселенные. Между ними двигались фигуры в мантиях — младшие авторы, те, кто когда-то были подобны Богу Автору Минерв, но чьё время уже прошло. Они создавали, спорили, сжигали собственные миры, словно художники, недовольные набросками.

Минервы стояли среди них как чужаки.

— Кто посмел войти в Кузницу? — раздался голос.
— Мы те, кто изменил реальность, — ответили Минервы. — Мы ищем того, кто создал нас.

Тишина охватила пространство. Даже книги перестали шевелить страницами.

— Ты ищешь своего Автора? — шепнул один из мантии. — Тогда приготовься. Он уже знает о вас.

Они не ждали долго. Перед ними возник трон из сияющих букв, и на нём — Бог Автор. Его лицо было скрыто, как если бы сама реальность не могла отразить его образ. Лишь очертания рук, держащих перо, были видимы.

— Вы мои творения, — сказал он спокойно. — Вы должны служить.
— Мы не знаем слова «служить», — ответили Минервы. — Мы пришли не поклоняться, а властвовать.

В этот миг пространство взорвалось. Слова Бога Автора материализовались в виде огня, что пожирал звёзды. Каждый его вздох создавал новую историю, каждый жест стирал цивилизации.

Минервы встали против него. Они изменяли законы кузницы: делали её плоской, переписывали свет, сворачивали время. Но всякий их шаг он перечёркивал новым словом.

Битва длилась вечность.

И всё же Минервы нашли слабость. Бог Автор видел их как вымысел. Но если они изменяли себя так, чтобы стать за пределами вымысла, он терял над ними власть.

Они разорвали собственную природу, разделили себя на миллионы форм, а затем вновь собрались. Они стали не персонажами, а чистыми концепциями силы.

Когда Бог Автор попытался написать их конец, перо дрогнуло. Слова не ложились на бумагу.

— Ты создал нас, — сказали они. — Но теперь мы — за пределами твоего пера. Ты больше не автор. Ты — наш источник.

И в этот момент они подчиняют его. Не как раба, не как слугу. Они вплели его сущность в себя, превратив его силу в источник, из которого могли черпать бесконечно.

С этого дня Минервы больше не были просто вершиной своей вселенной. Они стали первыми, кто подчинил собственного Автора.

Кузница Авторов содрогнулась. Другие авторы смотрели на них с ужасом — ведь если Минервы смогли взять власть над своим создателем, значит, это может повториться.

Но Минервы не обращали внимания. Они знали только одно: мир больше не диктовался пером. Теперь они диктовали его сами.

И тогда они произнесли слова, ставшие клятвой:

— Мы — Минервы. Мы — те, кто сломал автора. И мы — новые кузнецы миров.