Без названия Часть 1

Трудная дорога в Рай

Глава 1. Встреча с новым прошлым

Ночной воздух немного пьянил. Вокруг стояла почти идеальная тишина, и только редкий стрекот цикад иногда нарушал ее. Запах травы и терпкий аромат сосновых иголок уносили мысли далеко-далеко. На траве лежал человек. Он смотрел на звездное небо и неторопливо размышлял. Человека звали Константин.

Он лежал неподвижно уже довольно долго. Казалось, он одновременно и здесь, и не здесь. Костя был простым программистом, работал в фирме по созданию и продаже разнообразных прикладных программ. Еще час назад он вышел из своего офиса, сел в машину, но завести двигатель не успел. Что-то случилось − и он оказался здесь, в этом сосновом лесу.

Он очнулся на земле, точнее на сосновом дерне, не имея ни малейшего представления, где находится и как он здесь очутился. Шок от неожиданного перемещения был настолько велик, что некоторое время Костя вообще не мог пошевелиться, а только старался понять, где он и что с ним. К сожалению, ответить на этот вопрос было некому.

Константин встал. Он все еще старался понять, что с ним произошло, как вдруг увидел человека лет двадцати пяти, который быстрыми шагами шел к нему прямо из леса.

«Простите, вы не подскажете, как пройти к дороге?» – это было первое, что сумел выговорить Костя, когда человек подошел. В любом случае он хотел заговорить первым и по мере возможности разобраться, где же все-таки он находится.

− Здесь нет дороги, − ответил незнакомец очень ровным и спокойным голосом. – А куда вы хотите попасть?

– Я?..

Константин явно не ожидал такого вопроса.

– Я хочу попасть домой.

Он не смог придумать ничего лучше, однако это совсем не смутило незнакомца.

– Вы скоро будете дома, – ровным голосом ответил он. – Но сначала давайте познакомимся.

– Костя, – представился Константин. В его сознании все смешалось. Он начал сомневаться в реальности происходящего.

– Фрэд, – с легкой улыбкой произнес незнакомец. – Не удивляйтесь ничему, вы скоро все поймете. Пойдемте со мной.

Он сделал приглашающий жест и направился в сторону леса, из которого вышел. Константин медленно пошел за ним. Его разум и критическое мышление ничего не могли ему подсказать. В какой-то момент он просто сказал себе: «Будь что будет!» – и поспешил за своим новым знакомым.

Минут через десять они вышли на небольшую поляну, на которой стоял обычный деревянный дом. Точнее, Константину сначала показалось, что дом совсем обычный, но потом он сразу же понял, что это не так. Дом был какой-то уж очень новый, как будто его только что собрали строители. Казалось, он должен пахнуть свежесрубленным деревом, лаком и краской, но никакого запаха вообще не чувствовалось. Вслед за Фрэдом Константин поднялся на небольшую террасу и вошел в дом.

Внутри было очень светло и чисто. В центре большой комнаты стоял прямоугольный деревянный стол, который напомнил Константину о чем-то очень далеком и очень родном, но дальше этого ощущения он так и не смог продвинуться. Вокруг стола стояли несколько деревянных простых стульев, по стенам − два вполне современных шкафа. Больше ничего в комнате не было.

– Садитесь,– пригласил Константина Фрэд, опустившись на один из стульев. – Хотите кофе или чаю?

– Можно кофе, – ответил Константин почти автоматически и только потом подумал: «А откуда здесь кофе и на чем его можно приготовить?» В тот же момент он ощутил приятный запах свежесваренного кофе. Непонятно откуда на столе появилась чашка. Он не успел заметить, как она возникла практически из ничего. «Видимо, я сплю», – подумал он. Незнакомец вдруг усмехнулся. Перед ним тоже стояла чашка, и в ней тоже было что-то, напоминающее кофе.

– Вы не во сне, – ответил он на мысли Константина. – Мы с вами просто в другом пространстве, но при этом оба остаемся на Земле.

– В каком пространстве? – странным неестественным голосом спросил Константин.

– Вы же программист, неужели не догадываетесь? – Фрэд теперь уже широко улыбался

– В виртуальном?

– Ну конечно, только это немного сложнее. Это пространство вполне настоящее, просто находится в ином измерении, а вот мы с вами в нем присутствуем очень даже виртуально и временно. Но при этом можем пить кофе, есть и разговаривать.

– Кто вы? – голос Константина предательски задрожал.

– Человек, как и вы. Только живу не на Земле, а на очень далекой от вашей Солнечной системы планете.

– Зачем вы здесь и что вам от меня нужно? – Костя старался говорить как можно спокойнее и безразличнее, что не очень получалось.

– Сейчас я здесь ради вас, а вообще осуществляю наблюдение за одним из ваших континентов. Моя задача − сообщать обо всех событиях, которые могут интересовать моих соотечественников, работающих сейчас на Земле.

– Работают на Земле? Не понимаю, а при чем здесь я?

Фрэд немного откинулся в кресле, и Константин только сейчас почувствовал, что деревянный стул под ним вовсе и не стул, а очень мягкое и подстроившееся под его фигуру кресло. Он практически утопал в нем, но не понимал, как это происходит.

– Мы хотим пригласить вас на нашу планету и предложить работать вместе с нами, – очень просто сказал Фрэд.

– Ваша мама была уроженкой Ветты. Так называется наша планета, и потому вы не совсем землянин. Поэтому мы и хотим, чтобы вы занялись чем-то более важным и для Земли, и для Ветты, нежели то, что вы делаете сегодня. Но кроме того наша обязанность − предоставить вам возможность вернуться на Ветту и воссоединиться со своими родными, если вы этого захотите.

– Ветта, родные... я не очень понимаю. Моя мама простая учительница. У нее есть родители, и моя бабушка до сих пор жива. Может, вы ошиблись?

Фрэд еще раз улыбнулся, очень открыто и широко. На душе у Константина сразу стало как-то легче, дрожь и испуг прошли.

– Нет, мы не ошиблись. Ваша бабушка безусловно землянка, как и ваш дедушка. Однако ваша мама – не их родная дочь. Она появилась в их жизни примерно так же, как я появился в вашей. Но их память была скорректирована, и они, естественно, думают, что это их дочь.

– А как же мамины фотографии, как же ее рассказы о своем детстве?

– Все, что относится к периоду, когда вашей матери еще не было на Земле, было очень тщательно воссоздано, включая и воспоминания соседей, друзей и просто всех тех, кто мог видеть или знать ваших дедушку и бабушку.

– Но это же гигантская работа, зачем?..

– Это совсем не так сложно, как вы думаете. Особенно если иметь возможность переместиться в то время, которое необходимо, и создать параллельную реальность, похожую на ту, где мы сейчас с вами разговариваем. – Фрэд явно был доволен впечатлением, произведенным на Константина. – А во-вторых, наши системы − то, что вы называете компьютерами, только совсем другого плана и уровня, − создают такие реальности для тысяч людей примерно за десятые доли секунды по вашему времени. Вот на сбор всех данных, в том числе и всей информации из прошлого, уходит чуть-чуть побольше, но тоже немного. Пара ваших земных часов − и собрано все за десятки лет.

– Но зачем так сложно, зачем менять воспоминания? Моя мама могла ведь просто поселиться на Земле и создать для себя какую-то... – Константин никак не мог подобрать подходящее слово. – Легенду, что ли.

– К сожалению, ваши земные спецслужбы работают очень неплохо для вашего времени и уровня развития. Поэтому, когда ваша мама познакомилась с вашим отцом и они полюбили друг друга, возникла необходимость срочного преобразования реальности и создания новой истории вашей семьи. Ваша мама была очень ценна для нас, да и для земного человечества тоже, хотя оно об этом и не подозревало. Мы не могли допустить ее обнаружения, так же как не могли отозвать домой. Ее работа была очень важна для вашей планеты, да и для нашей тоже.

Костя залпом выпил кофе, и приятное тепло сразу разошлось по всему телу. Он изо всех сил старался понять все, что говорил ему Фрэд, но это получалось с большим трудом. Он осознавал, что почти ничего не понимает из сказанного.

– Ваша мама не умерла от сердечного приступа, – вдруг неожиданно сказал Фрэд. – Она погибла при выполнении очень сложной миссии вблизи вашего Солнца. Они с вашим отцом пожертвовали собой ради сохранения Земли и жизни на ней.

– Но отец же давно бросил нас! – Костя уже совсем запутался.

– Нет! Ваш отец просто улетал учиться на Ветту, а когда вернулся, то почти сразу же они отправились к Солнцу. К сожалению, спасти их нам не удалось. Те, кого вы знаете здесь, на Земле, под именем «серые», попытались скрутить пространство и время, чтобы создать канал перекачки солнечной энергии для своих нужд, что неминуемо привело бы к гибели всей Солнечной системы. Видимо, им было неважно, что будет при этом со всеми живыми существами. И нам пришлось их остановить, да и вообще закрыть любые возможности для кого бы то ни было проникнуть в гелиосферу. Но при этом ваши родители не успели переместиться из опасной зоны, поскольку до самого последнего момента не позволяли никому помешать нам. Они же и обезвредили временной туннель, который создали «серые».

– Что же с ними случилось? – машинально спросил Костя.

– Они переместились в другой мир, но мы не знаем и не в силах узнать, куда именно. Они просто исчезли из нашего пространства-времени. И где они теперь, никому не известно. Только Создатель (по-вашему, Господь) знает, где они. Самое главное, что больше никто и никогда, по крайней мере в ближайшие и прошедшие пять–семь тысяч лет, не сможет помешать землянам спокойно развиваться. «Серые» уже наказаны за свою безответственность. И теперь корректировкой развития их цивилизации занялись очень серьезно уже на галактическом уровне, есть неплохие результаты. Но ваших родителей этим, конечно, не вернуть. Однако мы давно наблюдаем за вами и считаем, что у вас замечательные способности. Вы смогли бы продолжить дело ваших родителей. Если захотите, конечно.

– Что я должен делать? – спросил Константин. Он постепенно начинал привыкать к своему новому положению.

Фрэд удовлетворенно откинулся назад и сделал глоток из своей чашки.

– Для начала я предлагаю вам отправиться на Ветту, пообщаться со своими близкими по материнской линии и пройти обучение, которое изменит вас и сделает таким же, как и мы. А потом вы сами вправе решать, что будете делать. Захотите ли вернуться на Землю, займетесь чем-то еще в другом мире или останетесь на Ветте.

– Надолго я должен улететь?

– По земному времени лет на пять, но если вы потом решите вернуться на Землю, то вернетесь именно в то время, в которое сочтете нужным. Можно сделать так, чтобы вы отсутствовали всего несколько секунд. Поверьте, вы просто еще очень мало знаете о мире и времени. Но потом вы все поймете, и для вас это станет обычным делом.

– Когда я должен улетать?

– Когда будете готовы. Возможно, вы захотите взять что-то с собой или пообщаться с кем-то.

Костя задумался. Ему было не с кем общаться, да и брать с собой он ничего не хотел. Девушка Катя, с которой они раньше встречались, недавно бросила его ради какого-то бизнесмена. Оставалась только бабушка, но ведь Фрэд сказал, что он может вернуться всего через несколько секунд, поэтому никто ни о чем не узнает.

– Я готов лететь, когда вы сочтете нужным. Мне нечего брать с собой и не с кем общаться. Мы ведь сможем вернуться в то же время? – помедлив, спросил он.

– Конечно! Мы вернемся в сегодняшний день и в это время. – Фрэд снова улыбнулся. − Я и не ожидал от вас другого ответа, вы достойный сын своих родителей. Если вы не против, мы отправимся прямо сейчас. Но сначала вам следует вернуться в обычное пространство.

В одно мгновение все исчезло, и Константин снова оказался в своей машине на парковке у офиса. Прежде чем он успел о чем-либо подумать, он снова переместился. Но на этот раз все было как-то иначе. Он оказался в большой комнате без окон, − простой, ничем не примечательной прямоугольной комнате, потолок, стены и пол которой были выкрашены в ярко-зеленый цвет. Костя не стоял и не лежал, а сидел, но под ним ничего не было, хотя он и чувствовал опору. Он просто парил в воздухе в каком-то невидимом кресле. Рядом, также на некоторой высоте от пола, в таком же невидимом кресле парил Фрэд.

– Где мы? – спросил Константин.

– На нашей базовой станции на дне океана, – ответил Фрэд. – Это кабина перемещения. Вы называете такие перемещения телепортацией. Мы определяем это скорее как прыжок сквозь пространство и время. Сейчас мы прыгнем на другую станцию на Нептуне, а потом сразу на Ветту.

– Вы разве не летаете на космических коряблях, похожих на «летающие тарелки»? – почти иронично спросил Костя, но Фрэд совсем не отреагировал на его иронию.

– Конечно, летаем, особенно когда нам нужно за чем-нибудь или за кем-нибудь наблюдать либо изучать пространство, где мы еще не были. Но сейчас мы просто перемещаемся, и нет смысла растягивать эту «процедуру». Да и вы же хотите вернуться в то же время, а это возможно только при таком способе путешествия.

Больше Константин ничего спросить не успел. Что-то вдруг тихо загудело, и комната, в которой они находились, изменилась. Точнее, пол, стены и потолок поменяли цвет на золотисто-желтый.

– Вот мы и на Нептуне, – сказал Фрэд. − Теперь нам нужно перейти в другой отсек для дальних путешествий.

– А почему мы не можем попасть на Ветту прямо с Земли? – недоумевающим тоном спросил Костя.

– Во-первых, для этого нужно очень много энергии. Пришлось бы строить очень большую станцию, но ее могли бы обнаружить, чего мы пока совсем не хотим. А потом, как я уже сказал, ваша Солнечная система полностью закрыта, в том числе и для таких перемещений, как извне, так и наоборот. Но внутри никаких препятствий для прыжков или телепортации нет. Здесь же, на Нептуне, у нас есть специальный защищенный проход, а точнее шлюз, позволяющий прыгать туда, куда нам нужно, и возвращаться обратно. Мы сейчас как бы между внешним и внутренним слоями защиты. Впрочем, со временем ты все узнаешь и поймешь сам.

С этими словами Фрэд встал со своего невидимого кресла и направился к одной из стен комнаты, в которой при его приближении вдруг появился проход. Константин последовал за ним. Сначала они попали в ничем не примечательный коридор. Правда, стены, пол и потолок в нем излучали какой-то неизвестно откуда идущий приглушенный свет. Потом они сразу оказались в большом помещении, похожем на зал с достаточно высоким потолком. Помещение так же, как и та комната, из которой они вышли, имело круглую форму, то есть в нем не было углов. Пол плавно перетекал в стены, а стены − в потолок, и вся комната была заполнена очень спокойным неярким светом.

Прямо в центре комнаты располагался большой круглый стол. Над ним в воздухе висел светящийся шар, чем-то напоминающий голографический экран. Вокруг стола в невидимых креслах расположились несколько мужчин и женщин. Похоже, они занимались каким-то серьезным и важным делом.

– Это зал управления станцией, – ответил на беззвучный вопрос Константина Фрэд. – Точнее, станция всем управляет сама, а мы принимаем решения, что, как и когда делать. Не будем мешать им работать. Сегодня очень напряженный выдался день.

Но в этот момент люди вдруг увидели их и заулыбались. Несколько человек встали со своих мест и подошли к Фрэду и Константину. Они приветливо поздоровались на чистом русском языке (по крайней мере, сначала Косте так показалось). Правда, чуть позже он осознал, что многие разговаривают с ним, не открывая рта, и вообще их голоса сразу звучат у него в голове.

Они не задержались в зале управления и сразу направились в «кабину дальних прыжков», как ее назвал Фрэд. Это была такая же круглая комната, как и та, в которую они прибыли, но немного побольше. Когда они вошли в нее, вход закрылся, и теперь они находились будто в каком-то цилиндре.

– Иди сюда, – позвал Фрэд, встав точно в центре комнаты. (Он как-то совершенно незаметно перешел с Костей на «ты».) Константин подошел и встал рядом.

– Здесь нет кресел, и все будет немного иначе, но очень быстро! – объявил Фрэд.

После его слов все стены вдруг исчезли, и они оказались парящими в космическом пространстве. Костя даже не успел испугаться, как неведомая сила повлекла их куда-то, а точнее, само пространство стало двигаться вокруг них. Они помчались с неимоверной скоростью. А может, просто смотрели, как пространство летит мимо них, но сами находились где-то вне его. Все вдруг исчезло и опять появилось, но они были уже совсем в другом месте, и звезды были совсем другими.

– Вот мы и прилетели, – сказал Фрэд.

Коcтя увидел солнце, но сразу понял: это не то солнце, к которому он привык. Звезда была ярче и больше, или ему просто так казалось. Еще мгновение − и снова возникли зеленые светящиеся стены. Они прибыли на Ветту.

Глава 2. Планета Ветта

Первым, что поразило Константина на Ветте, был ее воздух. Не просто чистый и прозрачный, похожий чем-то на воздух в сосновом лесу, − он был наполнен запахами и вкусами. Константин не только вдыхал его, он буквально пил этот воздух, как прекрасный напиток, с каждым вдохом становясь сильнее и бодрее. Видимо, соотношение азота, кислорода и других газов было подобрано оптимально для жителей планеты, а возможно, и для землян.

Станция прилета находилась в самом центре одного из мегаполисов Ветты, если его так можно было назвать. Выйдя из круглого купола станции, Константин даже не понял, где он находится. Город не был похож на город в его привычном для землян понимании. Прежде всего, здесь не было заметно ни одного угла или острого выступа. Все здания, а их были тысячи, имели круглую либо овальную форму; порою это были цилиндры или кубы с закругленными краями. Многие здания не стояли на земле, а просто висели в воздухе, ни на что не опираясь. Улицы (если это можно было назвать улицами) больше походили на зеленые бульвары. И главное, нигде не было ничего похожего на земные машины, автобусы, троллейбусы...

Люди шли по улицам пешком или перемещались на очень небольших платформах либо в полупрозрачных шарах, а многие просто быстро летели в воздухе вообще без всяких механизмов. И все это довольно активное движение было очень упорядоченно и подчинено определенным правилам. Машины Костя все же увидел: точнее, это были дискообразные и шарообразные объекты, которые с различной скоростью перемещались высоко в небе, поэтому он их не сразу заметил.

Перед ними появился один из ранее виденных Константином шаров. Он был похож на что-то наподобие беспилотного такси, если отталкиваться от земных представлений.

– Сейчас мы поедем к твоим родственникам, – сказал Фрэд. – Они очень хотят тебя видеть. А потом решим, что делать дальше.

Они вошли в шар, и сразу Константин почувствовал под собой невидимое кресло, которое потянуло его к себе. Никто не нажимал никаких кнопок, не отдавал никаких приказов. Просто шар снова сделался целым и полетел.
Наверное, родственники Константина жили в другом городе, поскольку шар поднялся довольно высоко, а скорость его была очень большой.

– А откуда он знает, куда лететь? – наивно спросил Константин.

– Во-первых, это мой... назовем его летун, точнее это летун, с которым я взаимодействую, когда мне это нужно. А во-вторых, он прекрасно общается со мной мысленно и поэтому знает, куда нам нужно.

– Он слышит наши мысли? – Константин был шокирован.

– Конечно, слышит. И отвечает тоже мыслями. Это очень умный летун.

Шар начал медленно опускаться. Похоже, они прилетели.

Они приземлились на очень гладкой, почти зеркальной площадке около здания эллиптической формы, которое по земным меркам чем-то походило на современные офисные здания. Однако в отличие от земных небоскребов оно было вполне умеренной высоты (не больше 12-15 этажей, как показалось на первый взгляд Константину). Но самое главное, оно было абсолютно идеальной формы, и при этом на его гладкой синеватой поверхности ничего не отражалось. Выйдя из шара, который завис над площадкой на высоте нескольких сантиметров, они направились прямо к зданию.

Вокруг здания располагались другие похожие сооружения самой разнообразной формы и расцветок. При этом все они были расположены в каком-то своеобразном порядке. Самое удивительно, что одни здания просто парили в воздухе на небольшой высоте, другие твердо стояли на земле, а некоторые видимо уходили даже под землю. В здании, к которому подошли Фрэд и Константин, не было никаких дверей, но как только они приблизились, в стене здания открылся проход внутрь.

«Видимо, здесь всегда так, – подумал Костя. − Двери вообще не нужны, поскольку стены могут просто смыкаться и размыкаться».

Похоже, Фрэд услышал его мысли:

– Стены не размыкаются. Управляющая система разъединяет их молекулярные связи определенным силовым полем, а потом снова соединяет. Ты скоро все это освоишь, – улыбнулся он.

Они вошли в здание и оказались в большом светлом зале. Изнутри непрозрачные матовые стены оказались совершенно прозрачными, ну может быть, с некоторым затемнением. Перед ними было большое открытое пространство, наполненное различными звуками и запахами; но главное, здесь было гораздо больше места, чем казалось снаружи. Фактически они попали в какой-то причудливый сад с разнообразными растениями, некоторые были очень похожи на земные деревья. Свет лился отовсюду и одновременно ниоткуда. Казалось, светится сам воздух. При этом вокруг кипела жизнь. Существа, очень похожие на птиц, щебетали на этих невиданных растениях. Впереди, в середине здания, находилось какое-то сооружение – или, точнее, шевелящаяся и движущаяся сама в себе светящаяся субстанция. Пространство внутри помещения казалось огромным по сравнению с его внешним видом. Они остановились перед небольшим столбиком в рост человека, на который Костя вначале не обратил никакого внимания. Из шевелящейся субстанции вышли несколько человек и быстрым шагом приблизились к ним.

Впереди шли мужчина и женщина. У Константина екнуло в груди. Он вдруг увидел свою маму, точно такую, как помнил ее с детства. Однако потом осознал, что женщина просто очень похожа на его маму, но это совсем другой человек. Она была старше, значительно старше матери. Он понял это не по ее лицу – оно было молодым, а по ее глазам, в которых были умиротворенность, мудрость и одновременно усталость. Это была его бабушка – мать его матери. Мужчина рядом с ней – видимо, родной дед по линии матери, а трое молодых людей, которые шли сзади (две девушки и один парень), скорее всего, были его дядьями и тетями.

Женщина сразу подошла к нему.

– Ну здравствуй, Оони, – просто сказала она. – Как же долго мы тебя ждали! Можно тебя обнять?

– Бабушка? – несмело и как-то растерянно спросил Костя.

– Да, я по земным меркам твоя бабушка. – Она крепко обняла его и прижала к себе. Сердце Кости как-то странно громко застучало. Он был совершенно сбит с толку и очень взволнован.

– Мое имя Гвен, – сказала бабушка, намного отстранясь от него. – А твое имя здесь, на Ветте, − Оони. Так тебя назвали твои родители. Давайте сядем, как это делают на Земле, и все обсудим.

Столб, у которого они стояли, неожиданно превратился в овальный стол, висящий прямо в воздухе без всякой опоры. Вокруг стола расположились едва видимые полупрозрачные кресла, они тоже свободно плавали в пространстве.

Все расселись вокруг стола.

– Сначала предлагаю немного восстановить силы, – сказала Гвен. – А потом я всех представлю.

Перед каждым из них появился полупрозрачный стакан, или точнее бокал цилиндрической формы, наполненный чем-то темно-коричневым.

– Как принято на Земле, за встречу! – подняла свой бокал Гвен.

Константин выпил все до дна. Жидкость в бокале более всего походила на какой-то фруктовый сок, но значительно насыщеннее и плотнее, чем обычно. Выпив содержимое своего бокала, Костя почувствовал, что реальность вокруг стала очень яркой, звуки − громкими, а сам он ощутил такую бодрость и силу внутри, что готов был бежать, прыгать, лететь куда угодно. При всем этом ему было очень хорошо и спокойно.

Гвен поочередно представила всех родственников Константина (или, вернее, Оони). Его деда звали Ашер, а дядю и теток – Амис, Глиана и Петри. Именно от деда он узнал подлинную историю своей семьи.

– Я не смогу тебе рассказать все так, чтобы ты понял и осознал свою настоящую жизнь, – поведал ему Ашер. – Но я расскажу главное. Остальное в подробностях и деталях ты просмотришь в записи. Естественно, кроме тех очень личных моментов, которые никому видеть, кроме твоих отца и матери, не нужно. Они их и не записывали. Все остальное есть и будет тебе доступно.

Рассказ длился около получаса. Константин узнал и о себе, и о своих родителях то, что никогда не смог бы не только предположить, но и придумать. Его мама была серьезным ученым (правда, какова была ее специализация, он так и не понял из рассказа Ашера), а отец, после обучения на Ветте, возглавил одну из земных баз веттанцев.

Единственный вопрос, который его мучил и который он все время хотел задать своему деду, но так и не задал: почему Землю и Солнечную систему не защитили раньше, когда «серые» еще и не помышляли прилететь сюда?

Ашер ответил на этот безмолвный вопрос в самом конце своего рассказа.

– Мы давно хотели обезопасить гелиосферу, − глядя прямо в глаза Константина-Оони, сказал он. – Но Совет «Млечного Пути», как земляне называют нашу общую галактику, не согласился с нашим предложением. Они посчитали, что опасности нет. Те, кто помогал «серым», сумели скрыть от нас развитие будущего, и мы упустили время.

– А кто помогал «серым»? – Уже не Костя, а, видимо, Оони хотел знать все.

– Достаточно развитая цивилизация из другой галактики. Вы называете ее «Магеллановы облака». Там в «Большом облаке» есть очень интересная и развитая культура. Но они посчитали «серых» жертвами прогресса и взяли над ними своеобразное шефство. Теперь это все уже в прошлом. А «магелланцы», как их назвали бы земляне, получили хороший урок и поняли свою ошибку. Ну, а нам пришлось научиться видеть все варианты будущего сквозь любые препятствия.

– Но неужели ничего нельзя сделать? Неужели нельзя как-то найти моих родителей или вернуться во времени и что-то исправить? – Оони хватался за любую соломинку.

– Можно вернуться в прошлое, можно создать иную реальность. Но это будет не твоя реальность, а совсем чужая. Изменяя прошлое, нельзя изменить настоящее, можно только создать ответвление в другом мире и другом пространстве. Но вернувшись в свое настоящее, ты застанешь там только то, что уже создано.

– А если переместиться в это ответвление? – Мозг Кости пытался втиснуть в себя неподъемный груз новых знаний и новой реальности – реальности Оони.

– В принципе, и это возможно, но ничего не изменит для тебя и для всех нас, – печально констатировал Ашер. – Мы можем изменить свое будущее, просмотреть различные его варианты и выбрать для себя оптимальное решение, это в нашей власти. Но изменить наше прошлое мы не можем: изменившись, оно перестанет быть нашим. Это будет просто чужая жизнь, в которой нет места для тебя и для нас.

– Но где же могут сейчас быть мои родители? – не сдавался Оони-Костя.

– Если бы мы только знали это, мы бы сумели их вернуть. Но, к сожалению, мы даже не знаем, живы ли они. И точно не можем определить ни время, ни место, ни даже пространство, в котором они находятся. − Ашер виновато развел руками. – Мы просто не успели. Не хватило нескольких миллисекунд...

Костя вдруг почувствовал всю его боль − боль отца, потерявшего свою дочь. Как будто он сам все это пережил. Видимо, что-то веттанское в нем начало просыпаться. Гвен взяла его за руку, и боль отступила.

– Мы еще о многом поговорим, и не раз, – очень тихо сказала она. − А сейчас мы отведем тебя в твою комнату, точнее в твой персональный «Бии». Тебе нужно отдохнуть.

– Спасибо, Фрэд, что проводил Оони, – она специально говорила на понятном Косте языке, чтобы он все понимал. – До скорой встречи.

Они попрощались с Фрэдом. Стол сам собой снова превратился в небольшой столбик, а кресла вообще растворились в воздухе. Они направились прямо в центр здания, к той шевелящейся субстанции, которую Костя увидел сразу, когда они с Фрэдом вошли в здание.

Пройдя через непрозрачную шевелящуюся стену (вероятно, это было силовое поле), они оказались в очень красивом саду. Вокруг благоухали какие-то невиданные цветы, а вверху ярко светило солнце. Перед ними на некоторой высоте располагались несколько небольших шаров золотистого цвета. Их поверхность тоже немного пульсировала, как и та стена, через которую они только что прошли.

– Мы внутри здания или снаружи? – спросил Костя.

– Внутри, – с улыбкой ответила Гвен. – Просто мы находимся в ином пространстве. Ты со временем все поймешь. Здесь у нас достаточно места, чтобы быть вместе, а если захотим, то остаться в одиночестве. А это твой Бии.

Она показала на ближайший к ним шар, который тут же подплыл ближе.

– Ты можешь отдохнуть в нем, выспаться и даже поесть ту еду, к которой привык. Можешь сделать внутри все, что захочешь, и даже воссоздать свои вещи, которые остались на земле. Нужно только подумать о том, что ты хочешь видеть, − и Бии все сделает сам. Идем.

Она шагнула прямо в шар и исчезла в нем. Константин и все остальные последовали за ней. Внутри шара оказалось очень много места. Они стояли в большом зале с вполне земной мебелью и красивыми хрустальными люстрами. Из зала внутрь этого необычного дома вели вполне земные дубовые двери и лестница на верхний этаж.

– Это только твое пространство, – сказала Гвен. – Без твоего разрешения никто не нарушит здесь твой покой. Я кое-что построила для тебя, но если захочешь что-то изменить, фантазируй дальше сам. Когда ты достаточно отдохнешь и выспишься, я предлагаю собраться в общем саду. Как только ты будешь готов, мысленно позови меня или Ашера.

Все члены семьи попрощались с Оони и покинули шар. Выглядело это так, будто они просто вышли через открывшуюся дверь наружу, сквозь мерцающее за ней силовое поле.

Костя остался совершенно один в этом огромном и чужом для него доме и только сейчас понял, насколько он голоден.

– Бии, – мысленно произнес он.

– Я здесь, – ответил ему беззвучный голос на вполне понятном языке.

– Я хотел бы чем-нибудь перекусить.

– Что бы вы хотели, сэр? – очень по-ресторанному спросил Бии.

– Пожалуйста, называй меня Оони, и в единственном числе, если можно.

– Хорошо, Оони, что ты хочешь поесть?

Костя на минуту задумался, а потом назвал первое, что пришло ему в голову.

– Хочу салат цезарь с креветками, лосось в сливочном соусе и чайник черного чая со свежей мятой, – на одном дыхании, но также совершенно беззвучно выпалил он.

На большом столе в центре зала появилось несколько блюд. Это было все то, что он заказал. Приборы и тарелки показались Константину очень знакомыми, а когда он увидел корзинку с хлебом, то разу все понял: Бии просто взял из его памяти то, что он уже пробовал в свое последнее посещение пиццерии «Академия». Он заказал ровно то, что заказывал тогда, и то же самое было сейчас перед ним на столе.

После того как Костя поел, он понял, что очень сильно устал и хочет спать. Быстрые, но, наверное, все же не простые для его организма перемещения сквозь вселенную дали о себе знать. Он буквально валился с ног.

– Бии, я хочу поспать. Где я могу это сделать? – мысленно спросил он.

--Твоя спальня направо по коридору, – отозвался Бии. − Так устроила Гвен. Но если захочешь, то можешь сделать ее где угодно.

– Нет, пока я хочу только одного: поскорее уснуть, – ответил Константин и быстро направился к одной из дверей.

Пройдя по небольшому коридору, он увидел еще несколько дверей и открыл ту, которая была справа. Там действительно оказалась спальня. Большая красивая, вполне земная кровать стояла прямо посреди комнаты. В глубине спальни была еще одна дверь – видимо, в ванную комнату. Напротив кровати располагались вполне обычный шкаф-купе и столик с зеркалом. Единственное, чего Костя не увидел в спальне, так это телевизора. Его здесь не было. Но это его сейчас волновало меньше всего на свете.

У него не хватило сил даже пойти в душ. Константин быстро разделся и буквально повалился на кровать. В следующее мгновение он уже спал очень глубоким сном. Спал так, как редко удавалось поспать на Земле. Он просто провалился в сон, как в большую теплую подушку. Реальность отступила от него и куда-то уплыла.

Глава 3. Школа Ветты

Костя проснулся внезапно, как будто его кто-то толкнул. Он практически ничего не запомнил из того, что ему снилось, − да и неизвестно, снилось ли вообще. Но что-то вокруг и в нем самом изменилось. Он вдруг стал понимать, где находится и что с ним происходит. И самое удивительное, он знал своего Бии. Точнее, он понимал, что такое (или, скорее, кто такой Бии), откуда он взялся и как нужно им управлять. Вернее, как нужно общаться с ним, чтобы Бии мог наилучшим образом сделать все, что нужно.

На Ветте было очень раннее утро. И хотя Оони (Костя теперь хотел называться именно этим именем) не видел того, что происходит снаружи его дома, каким-то непостижимым образом он точно знал, какое время сейчас в этом месте Ветты, и словно чувствовал, как встает солнце, а точнее Эридел. Он почему-то знал, как называют здесь свое солнце. И при этом его земная сущность никуда не исчезла!..

– Бии, урда кава мукка, – мысленно произнес он на веттанском общем языке, даже не задумываясь о том, как он это делает. Это на его родном языке означало: «Бии, приготовь мне кофе». И немедленно на столе появилась чашка свежесваренной арабики, причем уже с сахаром, а рядом на тарелке (обычной земной тарелке) лежал поджаристый круассан. Бии очень здорово считывал его мысли. Можно было вообще ничего не говорить. Его дом и помощник все понимал мгновенно.

За завтраком Костя задумался о том, что произошло, пока он спал. Видимо, во сне он прошел какой-то курс обучения, и не только местному языку. Он стал понимать очень многие вещи, о которых вообще до этого не знал. Мысленно он вдруг ощутил чье-то прикосновение – точнее, мысль, прикоснувшуюся к его сознанию. Это была Гвен.

– Добрый день, Оони, – мысленно сказала Гвен. – Ты готов покинуть свой Бии, чтобы присоединиться к нам?

– Да, я готов, – ответил где-то Костя, где-то Оони.

Он встал из-за стола, который тут же растворился в воздухе, словно его и не было, и пошел к выходу. Точнее, к тому месту, которое посчитал выходом. И действительно, там оказался проход, который сам собою появился в стене, и через него он вышел в помещение, где уже побывал прежде. Там его ждали Ашер и Гвен. Они повели Оони-Костю в специальный центр обучения, находившийся совсем недалеко от их жилища. Вместе они прогулялись по очень необычной для землянина улице, наполненной замечательными запахами и звуками. Для Кости началась совершенно новая жизнь. Это была школа Ветты.

Все на Ветте было удивительно. Константин каким-то непостижимым образом быстро научился воспринимать огромные объемы информации. Видимо, что-то произошло с его мозгом, или он был таким всегда... Просто его мозг «разбудили», и теперь он мог запоминать столько, сколько на Земле не удалось бы за всю жизнь.

Ветта была одной из десяти планетарных систем созвездия. Жители планеты давно оставили позади стадию так называемого «технологического» развития и теперь создавали свои творения прямо из космической энергии. Цивилизация Ветты прошла в своем развитии несколько этапов. Но главное, их быт и общественное взаимодействие были организованы совсем не так, как на Земле.

Оони постепенно становился веттанцем. Он знал уже более двухсот различных языков нескольких планетных систем. Научился общаться телепатически и с живыми разумными существами, и с искусственными интеллектуальными системами (ИИС), к которым относился и его Бии. Он освоил перемещение в пространстве и постепенно постигал строение мироздания, как его понимали веттанцы.

Единственное, что пока еще он не в состоянии был постигнуть, это отношение веттанцев к Богу. Да, как это ни покажется странным, они не просто верили в Бога, − они общались с высшим разумом, Создателем Вселенной. Это было пока выше понимания Оони, не говоря уже о Константине. И кроме того, он никак не мог разобраться, какие общественные отношения существуют на Ветте.

Даже прослушав и запомнив десятки лекций по истории Ветты, он никак не мог уяснить, почему веттанцы живут так, а не иначе. Прежде всего, на Ветте не было денег или чего-либо им подобного. И так повелось с самого начала. С самого зарождения народа Ветты. При этом на планете существовала очень сложная система общественных институтов и взаимодействий. Экономика Ветты развивалась очень успешно многие тысячелетия. И все это без каких-либо универсальных мерил стоимости. Да и стоимости как таковой, в ее земном понимании, не существовало.

Конечно, на нынешнем этапе своего развития веттанцы не испытывали никакой нужды ни в питании, ни в предметах первой необходимости, – да и вообще ни в чем, поскольку могли с помощью ИИС (искусственных интеллектуальных систем) создавать все это практически мгновенно. Все, когда-либо произведенное на Ветте и во многих других мирах, хранилось в общей памяти и могло быть создано прямо из вакуума. Поскольку вакуум, как уже знал Оони, это совсем не пустота, а очень сложное образование с очень высокой энергией.

С самого начала люди на Ветте научились жить, совместно выполняя общие обязанности. Каждый житель Ветты должен был отдать небольшую часть своей жизни планете и ее гражданам, выполняя специальные работы для них. Это касалось многих сфер жизни, в том числе управления планетой. Что было очень странно и необычно, власть на Ветте не избиралась и не назначалась. Просто каждый гражданин, достигнув определенного возраста, должен был уделить свое время (по специальному жребию, с учетом его способностей и желания) вопросам управления. Конечно, были очень уважаемые веттанцы, прожившие много сотен лет, которые входили в неформальный «Совет старейшин» планеты. Но никакой особой власти у этого Совета не было. К нему просто обращались за поддержкой и помощью действующие правители (отобранные по жребию) для того, чтобы принять правильное решение в трудных ситуациях.

Вместо денег на Ветте существовала система наподобие земного «шведского стола». Даже на заре своих достижений, когда еще существовали проблемы с обеспечением всего населения питанием, одеждой и жильем, веттанцы просто договорились трудиться совместно, пока каждый житель планеты не будет иметь свою крышу над головой и возможность быть одетым и сытым. Безусловно, такая слаженная общая работа и взаимопонимание были бы невозможны, если бы на начальном этапе развития Ветты ей не помогала более продвинутая и достигшая определенного уровня развития цивилизация. Такой цивилизацией для веттанцев стали андромедяне.

Кроме того, некоторые универсальные ценности и мерила стоимости в веттанском обществе все же существовали. И главным стоимостным эквивалентом была информация, которая тщательно собиралась и хранилась, а потом объединялась с информацией других сообществ, городов, стран, планет. Взнос каждого в общую копилку знаний и информации определял значимость конкретного человека для всего общества.

Система «общая работа для всех» действовала с самого начала и теперь просто трансформировалась, поскольку все были обеспечены всем необходимым и достаточным и сами решали, что им есть, что надевать и в каком доме жить. У каждого был свой персональный Бии и еще множество других систем, позволяющих организовать свой быт так, как этого желал владелец. Однако сфера управления, защиты от угроз для жизни и здоровья, общей информации и множество других, не всегда интересных для веттанцев областей деятельности оставались общественной обязанностью.

Время, которое каждый житель посвящал этой работе, было пропорционально разделено на всех взрослых жителей планеты, еще не участвовавших в этой работе. Обычно веттанец работал для общего блага только один раз в жизни на протяжении примерно двух лет. Естественно, в прошлом этот срок был больше, а работы − сложнее, поскольку, например, такие необходимые общественные нагрузки, как ликвидация мусора или погребение умерших, исчезли совсем недавно, не более ста лет назад. Теперь всю эту работу переложили на ИИС. Однако принятие принципиальных решений по-прежнему оставалось за людьми.

Поскольку на Ветте не было денег или иных глобальных и важных для всех ценностей, кроме веры в Бога, общественной морали и определенного уклада жизни, традиций и информации (это оставалось непререкаемой ценностью на протяжении тысячелетий, −естественно, с некоторыми изменениями и коррективами), то не было и войн. Просто не за что было воевать. Все сразу обо всем договорились, и если где-то на каком-то из материков планеты хотели жить иначе, никто не собирался им мешать. Однако и отношение к таким сообществам было соответствующим, и через какое-то время они или распадались, или просто меняли свои ориентиры.

Нельзя сказать, что все на Ветте были идеальными людьми и не было никаких проблем. Хотя генетическая коррекция и возможность видеть различные варианты будущего еще неродившихся детей и способствовала тому, что опасные варианты обычно исключали заранее. Но всегда находились отдельные люди, кто был не согласен с общими правилами жизни и не хотел тратить свое время на общественное служение. Преступности в ее земном понимании на Ветте не было. Однако нарушения заведенного жизненного уклада все же иногда случались. Нарушители обычно имели выбор: либо оставаться и дальше в обществе себе подобных, но согласиться при этом с принятыми правилами; либо поселиться в специальном месте (сейчас на одном из спутников планеты, раньше − в удаленной от городов и поселений местности) в обществе таких же, как и они, не принимающих общие правила и установки жизни.

Так повелось испокон веков. И что самое интересное: большинство из тех, кого отселили от людей, по прошествии какого-то времени вновь возвращались в обычное общество, пройдя до этого специальный период покаяния и принятия общего порядка и правил. Конечно, находились и те, кто не принимал общих принципов и уклада жизни принципиально. Они так и продолжали жить, как им было угодно. И даже иногда создавали очень красивые, а порою и вовсе гениальные творения. И Ветта принимала их такими, какими они были.

И вот это никак не укладывалось в голове у Константина-Оони. Как можно так долго и тщательно столетиями и даже тысячелетиями создавать совершенный, правда непонятно каким образом существующий уклад жизни и общественных отношений, в которых нет денег, нет власти в обычном ее понимании и тем не менее существует строгий и ясный порядок вещей? Но при этом никого не принуждают следовать такому порядку! Каждый житель Ветты, достигнув определенного возраста, сам был вправе решать: жить ли ему вместе со всеми и принимать их общие неписаные (хотя существовали и писаные) законы, по которым жила вся планета, − либо переселиться в мир тех, кто сознательно или по душевной слабости эти законы отвергает и хочет жить в соответствии со своим личным разумением.

Что же касается веры в Бога, то Оони – новый житель планеты – никак не мог осознать, что это за вера и как вообще веттанцы общаются с Богом.

Прежде всего, храмов на Ветте было очень немного, и все они совершенно не походили на какие-либо земные храмы. Никаких служб или священников в храмах не было (кроме, разумеется, ИИС, которые поддерживали чистоту и определенные температуру, качество воздуха и другие параметры внутри).

Веттанцы обычно приходили в храм в совершенно произвольное время. Оони не раз спрашивал, когда и для чего они туда ходят, но никто так и не смог ему ничего рассказать. «Потерпи, ты сам все поймешь», – обычно отвечали ему. Постояв или посидев какое-то время внутри, веттанцы так же тихо уходили, как и приходили. Никто ни с кем не разговаривал, не совершал никаких обрядов. Как будто они приходили кого-то послушать или с кем-то мысленно поговорить. Оони несколько раз сам заходил в ближайший храм, старался услышать мысли тех, кто там в это время находился, но так ничего пока и не услышал. Да он и не знал, как обратиться к Богу. И вообще пока не понимал, «земной» ли это Бог или «веттанский», и как нужно разговаривать с ним или молиться ему. К сожалению, именно в этом вопросе никто ему помогать не хотел либо почему-то не мог.

На Земле Константин не был особенно верующим человеком. Несколько раз он побывал в христианской церкви во время больших праздников. Но это было скорее любопытство, чем осознанный приход в храм. Он не отрицал существование Бога, даже наоборот: считал, что без Творца и Создателя мир не был бы возможен в принципе, но дальше таких умозрительных рассуждений обычно не шел. Бог для него был чем-то абстрактным, далеким, скрытым за таинственной пеленой мироздания. И уж ясное дело, что Константину никогда не приходило в голову обратиться к Богу, тем более с просьбой. Он мог лишь в сердцах воскликнуть: «О Боже мой!» − но это точно было совсем не то...

Однако Оони был уже совсем другим человеком. Он понимал, даже чувствовал, что Бог – неотъемлемая, если не главная часть жизни веттанцев, и общение с ним, похоже, было вполне реальным, если не сказать физически ощутимым. Он видел, что жители планеты пребывают в измененном состоянии своего сознания в такие моменты, как будто заглядывают в другой мир или вообще переносятся в него, оставаясь при этом на своем месте. Он очень хотел понять, что с ними происходит и как ему самому почувствовать или услышать Бога.

Глава 4. Встреча с Богом

Все произошло неожиданно. Однажды после занятий в одном из обучающих центров Оони решил зайти в храм, который находился как раз по дороге к дому Ашера и Гвен. В храме никого не было, и Оони опустился в одно из находившихся там «парящих» кресел. Он просто сидел и слушал тишину храма. Звуки города куда-то пропали, все вокруг как будто замерло. Потом неожиданно у него внутри головы вдруг возникла тихая музыка. А может, она звучала где-то в глубине храма, и он просто услышал ее. И тем не менее музыка была хоть и тихой, но очень явственной. Оони даже подумал, что в стене храма есть воспроизводящее устройство, но потом понял, что звук этот − в нем самом. Он не знал, что делать дальше, и просто сидел и слушал. Его мысли начали уходить куда-то вдаль. Он постепенно входил в новое для себя состояние сознания: полусон-полубодрствование.

И вдруг его ощущения мгновенно изменились. Он почувствовал, что находится далеко в космосе. Он и был самим космосом. Звезды и галактика «Млечный путь» вдруг стали частью его самого, он потерял свое тело и находился и везде, и нигде. Он слышал, видел, осязал сразу множество различных вещей. Ему стало немного страшно. И хотя мозг его теперь работал совсем по-другому, чем на Земле (веттанцы вообще очень сильно изменили его внутри), даже при таких новых возможностях Оони растерялся, не зная, что ему делать. Черное и пустое космическое пространство вокруг него было совсем не черным и не пустым. Он воспринимал себя и космос как единое целое. Все светилось и играло разными, доселе неведомыми красками. Но главное, пространство вокруг было наполнено любовью. Оно излучало любовь, оно само было этой любовью. Свет был и внутри, и снаружи.

Оони так и не понял, где был он сам, увидев вдали что-то прекрасное, плывущее сквозь пространство (а может, и сквозь время). Это была и не звезда, и не планета, и в то же время нечто, обладающее светом звезды, но явно имеющее атмосферу и твердую поверхность под ней. Оони и сам не понимал, откуда ему все это известно. А музыка продолжалась. Потом он увидел светлый шар, похожий на земную шаровую молнию, только гораздо большего размера, который, пульсируя, отделился от этой звезды-планеты и стал приближаться к нему. Остановившись неподалеку, шар протянул к нему тонкий маленький лучик, который вошел внутрь Оони, и он вдруг осознал, что сейчас происходит самое важное в его жизни.

Он сразу все понял. Бог был рядом с ним − и одновременно внутри и вне его. Все еще не заданные вопросы сразу стали ответами. Оони осознал и увидел всю свою жизнь − и прошлую, и настоящую, и даже почувствовал, что должно случиться в будущем. Но главное, он увидел своих родителей и понял, что они живы. Понял, что никто никогда не видел этого, никто не знал этого, да пока и не должен знать. Увидел, что его родители находятся в ином мире, который нельзя постичь ни разумом, ни какой-либо энергией, но Бог открыл ему это пространство и показал родителей. Это был его подарок Оони.

Константин впервые в жизни обратил свои мысли и чувства к Создателю. Он не понимал еще до конца, как и что нужно говорить, но его душа уже сама нащупывала верный путь. Он искренне поблагодарил Бога за возможность увидеть родителей и понял: эта возможность таит в себе надежду на то, что они все же еще встретятся. Но как, когда и где – этого он знать не мог. Он также понял, что отныне Господь − или его энергия − будут всегда пребывать внутри Константина. И он может в любое мгновение обратиться к Богу за помощью. Мир был устроен гораздо сложнее, чем Костя мог себе представить. Но проникая в любое место, в любую частицу вселенной, Господь наполнял весь мир смыслом и создавал возможность для каждой души общаться с ним напрямую. Константин увидел множество галактик и даже других вселенных, он увидел разумные духовные сущности, существующие вообще вне пределов пространства и времени. Все это пронеслось перед ним очень быстро, но в то же время он увидел и понял все ясно и четко. Бог принял его и благословил его душу. Его общение с Богом не было разговором с помощью слов и предложений, составленных на том или ином языке. Это было общение более высокого и тонкого уровня. Это были и образы, и чувства, и что-то за пределами языка, но так точно передающее ту или другую мысль, − и Бог отвечал ему так же ясно и просто.

Потом неожиданно все сразу исчезло, и он снова оказался в храме. Встреча с Богом закончилась. Точнее, закончилось непосредственное общение. Но Бог остался с ним, внутри него, потому что и был там всегда, только раньше Константин этого не чувствовал.

Он очень хотел поделиться с Ашером и Гвен пережитым в храме, хотя понимал: до поры до времени не следует говорить о том, что он видел родителей. Да и думать об этом пока не стоит.

Ашер и Гвен были счастливы, что Оони наконец обрел связь с Богом. Они так долго ждали этого!

Сам Оони теперь чувствовал в себе перемену. Теперь он всегда мог спросить Бога о чем-то, или попросить помощи и поддержки, или просто рассказать о своих переживаниях. При этом совсем не обязательно было идти в храм. Это могло происходить где угодно и когда угодно. Но с этого момента он все же стал регулярно посещать несколько ближайших храмов. Что-то там было такое, что просто изменяло окружающую реальность, и он мог ощущать Творца особенно ясно и отчетливо. В храме энергия как будто возникала ниоткуда и наполняла Оони до краев. После таких визитов он всегда чувствовал особый душевный подъем. Его знания и способности к ним, так же как и физическая сила и выносливость, резко возрастали, и он начинал с удвоенной силой и энергией постигать школу Ветты.

Глава 5. Выбор служения

Так прошло довольно много времени. Жизнь Оони была очень разнообразной: во время учебы ему пришлось несколько раз путешествовать в иные миры, летать в далекие созвездия, встречаться со множеством веттанцев и жителей нескольких других планет. Он освоил около двух десятков веттанских специальностей (или, как здесь говорили, умений). Кроме того, у него даже появилось чисто веттанское хобби, − точнее сказать, открылись особенные творческие способности. Он стал создавать живые трехмерные картины.

Это было удивительное занятие. С помощью специальных приспособлений он рисовал прямо в воздухе фантастические пейзажи, уголки природы разных планет, создавал порой совсем нереальные сюжеты, которые подсказывала ему фантазия. И они были объемными и обладали всем набором того, что позволяло ощущать или переживать их. Они двигались в пространстве. Некоторые картины могли окружать человека со всех сторон, создавая впечатление, что он переместился в другой мир. Он звучали, они пахли... Их можно было даже попробовать на вкус! И что самое интересное, они были совершенно реальными и осязаемыми.

В отличие от виртуальной реальности, которая являлась пусть совершенной, но иллюзией, эти живые картины и вправду жили. Они существовали в специальном силовом поле, которое их поддерживало. Фактически можно было даже жить внутри таких картин или находиться там достаточно долго. Единственным ограничением были их размеры. Нельзя было сделать слишком большую картину, поскольку энергетические затраты на ее содержание становились очень большими. А картина размером в пять-шесть метров в поперечнике (точнее, объемный куб такого размера) вполне обходилась энергией солнца Ветты или просто брала ее из пространства.

Можно было создать не существующий в мире запах или вкус, смешать самым невероятным образом цвета и формы... И у Оони это получалось само собой, как будто он всю свою жизнь занимался именно этим. Ряд его картин даже стали за это время очень популярными на Ветте. Попадая в созданные им миры, веттанцы приходили в неописуемый восторг. У его творений была особенность. Они существовали только в одном месте: там, где были созданы. Перемещать их в другое место нужно было почти так же, как земные картины. Кроме того, они не создавались с помощью ИИС. Это было нечто совсем другое. Фактически Оони создавал для других то, что делал для него его Бии. Только он создавал все сам, опираясь исключительно на собственную фантазию.

Он закончил свое обучение гораздо раньше отведенного ему двухгодичного срока − и теперь должен был решить, чем заняться на Ветте или отправиться в другое место. Но и сам Оони, и его близкие понимали, что скорее всего он захочет по крайней мере какое-то время поработать на Земле. Он уже немного грустил по родным местам, по знакомым ему людям. И хотя он сильно изменился, человеческое в нем никуда не исчезло. Константин все равно в самой своей сердцевине оставался землянином.

И вот наконец настал день его назначения. Ему следовало предстать перед специальным аттестационным советом, который должен был определить, готов ли Оони работать на Земле, и назначить ему несколько профессий, которые станут его основным делом на ближайшие несколько лет.

Совет был просто ошеломлен познаниями и способностями Оони. Более того, сила веры в Бога оказалась в нем так сильна, что этого не могли не заметить все члены совета. В итоге его единогласно решили отправить на Землю. Ему в управление отдали земную станцию высоко в горах Памира. Место было выбрано не случайно. Он и сам хотел быть поближе к своему земному дому. Но до принятия станции под свое начало он должен был пройти специальную дополнительную подготовку и поработать под началом своего доброго друга Фрэда.

Учитывая, что Земля находилась в перекрестии интересов и забот нескольких миров, Оони предстояло еще овладеть тонкостями межзвездной и даже межгалактической «политики».

Вечером перед отправкой он решил попрощаться со своей новой Родиной. Поднявшись в воздух прямо около своего родного дома (Костя научился перемещаться над планетой безо всяких приспособлений, кроме защитного силового поля, что умели далеко не все веттанцы), он полетел к ближайшему кислородному озеру. Да-да, озеро было прекрасного голубого цвета, а жидкость, наполнявшая его, − почти чистым кислородом, которым можно было дышать (веттанцы в этом плане были похожи на землян).

Это было удивительное место. Кислород, связанный специальным сжиженным газом, имел очень высокую температуру − и при этом сам оставался в жидком состоянии и почти не испарялся. В озеро кислород поступал из нескольких подземных источников. Там газообразный О2 связывался с подаваемым другим, неизвестным на Земле, газом и становился почти водой. Но все же это была совсем не вода. Да и газ этот не был по своим свойствам похож на водород.

Воздух вокруг озера был очень насыщен кислородом и немного пьянил. Оони с размаху опустился прямо в воду и поплыл. Это было очень необычное плавание: кислородная вода держала его гораздо сильнее не только обычной воды, но даже соленой воды Мертвого моря. И при этом благодаря силовому полю, находившемуся в долях миллиметра от его одежды, Оони не промокал, хотя ему очень хотелось этого.

Вдоволь наплававшись, он присел на берегу под раскидистым деревом местной веттанской породы и, используя специальный портативный интегратор (что-то наподобие микро-Бии), организовал себе неплохой «пикник на обочине» своего нового мира.

После этого он отправился сразу на «станцию перемещения». Ему не нужно было собирать вещи. Все, что он хотел взять с собой с Ветты, было упаковано Бии и его интегратором в параллельном, а точнее, в «свернутом» пространстве-времени. Это было необходимо при таком дальнем путешествии. Оони должен был переместиться на Землю практически в то же время, в котором находился, когда покинул ее, с «опозданием» в несколько десятых долей секунды.

Глава 6. Возвращение на Землю

Оони оказался снова на сиденье своего автомобиля, припаркованного рядом с его работой. Он еще несколько секунд не шевелился, постепенно впитывая в себя нахлынувшую новую реальность. Этому он научился на Ветте. Память услужливо восстановила все события, которые произошли с ним до того, как он отправился на встречу со своей новой судьбой.

Он переместился практически точно в то время, из которого отправился на Ветту. Только несмотря на то, что по отношению ко времени Ветты это было прошлым, на самом деле время было настоящим. А главное, он мог снова переместиться в то время на Ветте, из которого улетел на Землю, то есть по отношению к земному времени − в будущее.

– Странно... жизнь на два времени, – неожиданно подумал он и в этот момент услышал в голове мысли Фрэда.

– Ну, как самочувствие? – немного взволнованно спросил Фрэд.

– Да вот, привыкаю к новому (или, точнее, старому) положению. Не могу понять, в каком я времени.

– В самом что ни на есть настоящем. Если хочешь, можешь прямо сейчас мысленно связаться с родственниками или друзьями на Ветте.

– Сквозь время?

– Сквозь пространство и время. Ты же все это знаешь! – Фрэд мысленно хмыкнул.

Оони (а может, наполовину Костя, − внутри него что-то изменилось, когда он оказался на Земле) все знал и понимал. И об искривлениях и пространственно-временных линзах, и об эфирном скручивании. Но он был на Земле и потому немного растерялся.

Фрэд все понял и сразу вызвал по специальному мыслеканалу Гвен.

– Здравствуй, Оони, – сказала она. – Приветствую тебя на Земле.

Ее голос сразу успокоил Оони.

– Спасибо, Гвен, – ответил он. – Ты очень вовремя связалась со мной. Я просто, наверое, еще не привык так специфически перемещаться.

– Я всегда буду рядом, ты только позови меня, или Ашера, или еще кого захочешь.

– Я уже скучаю по всем вам. До встречи. – Он мысленно сказал это по-земному, но получилось очень тепло и непосредственно.

– Мы тоже скучаем. До встречи, – так же тепло ответила Гвен.

Оони полностью овладел собой. Он совершенно автоматически включил зажигание и нажал газ. Нужно было ехать в свой земной дом. Начинались новая жизнь и новое служение. Ему еще очень многое нужно было сделать, чтобы устроить все так, как это было необходимо.

Следующая неделя показалась ему ужасно долгой и очень неинтересной. Сначала нужно было уволиться с работы, объяснить бабушке, что устроился на новую, и теперь придется уезжать в длительные командировки... Впрочем, объяснять нужно было не только бабушке, но и многим своим знакомым и друзьям.

Костя (на Земле его по-прежнему все называли так) устроился на работу в международную логистическую компанию, занимающуюся организацией железнодорожных и автомобильных перевозок. Глава компании был веттанцем, а вся ее деятельность была в общем то не очень существенной и служила скорее для легализации тех, кого нужно было куда-то отправить или откуда-то привезти. Хотя компания на самом деле и перевозила грузы в интересах заказчиков, но ровно в таком количестве, чтобы иметь вполне приличный офис, небольшой штат сотрудников и не привлекать к себе особого внимания.

Все социальные связи − как формальные, так и неформальные − на уровне района и города были отстроены очень давно, поэтому уже через пару дней после своего устройства Константин имел на руках заграничный паспорт с многократной шенгенской визой и билет до Афин куда ему нужно было лететь.

Он мог бы переместиться на станцию совершенно из любого места, но тогда его отсутствие было бы слишком заметным, особенно в России, поскольку, перемещаясь в пределах Земли реально, а не виртуально, возвращаться назад во времени было сложным и совершенно ненужным делом. Ведь он собирался жить и работать именно в этом конкретном времени. Из Афин ему нужно было лететь дальше. Его конечным пунктом на ближайший год был Париж, где ему предстояло снять для себя и еще одного сотрудника станции квартиру, из которой он и должен был перемещаться на станцию.

Такие сложности были необходимы, чтобы у каждого сотрудника станции (как землянина, так и веттанца), находящегося среди людей, была очень продуманная и правдивая «легенда». Чтобы жить и работать спокойно, не оглядываясь на спецслужбы той или иной страны. В некоторых сложных случаях приходилось действовать более серьезно. Таким «случаем» были и родители Константина. Но создавать ложную реальность и мнимую память сразу у многих людей было довольно непростым, хотя и вполне реальным делом. Для этого нужно было задействовать очень продвинутые ИИС. Поэтому такие «проекты» осуществляли исключительно тогда, когда по-другому ничего нельзя было сделать.

Последние два дня перед отлетом тянулись просто бесконечно. Константину совершенно нечем было заняться в родном городе. Он вдруг понял, что Ветта изменила его безвозвратно. Все, что раньше было для него интересным, сегодня казалось вообще не стоящим внимания. Знания, земные знания, ради получения которых многие люди часть своей жизни проводили, обучаясь в институтах и аспирантурах, были просто вложены в него за несколько дней еще на Ветте. Он знал все основные земные языки, историю и культуру большинства государств, а самое главное, он прекрасно разбирался в законах, политическом и экономическом устройстве всех ведущих стран мира. И ничего, его мозг не пострадал от такого обилия информации, хотя на самом деле знаний ему передано было на несколько порядков больше и совсем не земных. Просто веттанцы уже очень давно научились использовать свой мозг почти полностью. И для них проблема была не в количестве новых знаний, а в расширении самих возможностей − и не только непосредственно мозга, но и собственного сознания.

Именно поэтому Константин не мог придумать ничего лучше, как просто часами мысленно общаться со своими новыми знакомыми с Ветты. Кроме того, под видом сна он перемещался в виртуальное пространство, которое создал сам, и творил там свои «живые» картины (точнее, их виртуальные «эскизы»).

Наконец настало время вылета. По «легенде» его сопровождал сотрудник фирмы. На самом деле на базовую станцию к Фрэду таким образом перемещалось сразу несколько землян и веттанцев. Но об этом Константин не имел никакого понятия, поскольку, при всей открытости и возможности общаться прямо через мозг, веттанцы на Земле соблюдали определенные правила «конспирации». Люди, направлявшиеся в другие места, каждый со своей миссией, были друг другу просто не представлены, а их телепатические каналы общения – закрыты для Константина.

Полет до Афин прошел без проблем. Поскольку лететь в Париж нужно было только на следующий день, они разместились в одной из небольших гостиниц в самом центре города.

Константин никогда не был в Афинах, да и вообще в Греции. Ему очень захотелось пойти в историческую зону, чтобы посмотреть на Акрополь и другие архитектурные древности, о которых он столько всего знал.

Он потратил на посещение достопримечательностей почти весь день. Вдоволь нагулявшись по Акрополю и зайдя в пару музеев, в том числе и в музей самого Акрополя, он решил выпить кофе в небольшом кафе, прямо на улице. Оно называлось «Lotte kafe-bistro».

Сидя за столиком и наслаждаясь традиционным крепким греческим кофе, он вдруг увидел ее. То, что это была именно она – девушка, предназначенная ему судьбой, он понял практически сразу. Она просто подошла и села за соседний столик. Длинноволосая блондинка с серо-голубыми глазами, немного ниже среднего роста. Что-то в ее лице сразу заставило его заволноваться. Он даже попытался прочитать ее мысли, хотя и понимал, что это нехорошо, но почему-то у него ничего не получилось. Тогда он решил сделать первый шаг.

– Добрый день, – произнес он на «американском английском», повернувшись к девушке. И не ошибся: она ответила на таком же языке.

– Добрый день.

Оставшуюся часть дня и вечер они провели вместе. Просто гуляли по городу и разговаривали. Девушку звали Тинна. По рождению она была американкой, а в Грецию приехала в командировку уже из Брюсселя, где работала в фирме, занимающейся поставками по Европе различных медикаментов. Сама фирма не была производителем, но являлась крупным оптовым покупателем и международным поставщиком.

Однако все это были не имеющие никакого значения детали. Константин как будто окунулся в другой мир – мир любви и счастья. Ему хотелось вечно бродить по этим улицам с Тинной и разговаривать с ней о чем угодно. По всей видимости, Тинна, как и он, влюбилась в него практически с первого взгляда.

Свои прогулки они завершили в его номере гостиницы. Ночь была бурной и страстной. Константин забыл обо всем, включая и свою миссию. Как будто кто-то отключил его память и восприятие. Он был в прекрасной сказке и не хотел расставаться с ней.

Они проснулись почти одновременно. Тинна нежно обняла его и тихо сказала:

– Мне пора, да и тебе, наверное, тоже. Когда приедешь в Париж, позвони мне. Брюссель очень недалеко, и мы сможем часто видеться.

– Я люблю тебя! – только и смог ответить Костя.

– Я тебя тоже, – нежно прошептала ему на ухо в ответ Тинна.

Через пятнадцать минут ее уже не было в номере. Тинна упорхнула, как настоящая ночная бабочка. Перед самым уходом девушки Константин снова попытался прочитать ее мысли, но снова почему-то не смог это сделать.

– Видимо, мои чувства блокируют такую возможность, – подумал он. – Ну и ладно. Так даже лучше. Пусть она останется для меня хоть какой-то загадкой.

Он еще некоторое время лежал в кровати, полный ленивой дремы, и не спеша размышлял о Тинне и о том, как они скоро увидятся или в Брюсселе, или в Париже.

Постепенно осознание реальности стало возвращаться к нему. Нужно было завтракать, собираться и ехать в аэропорт. Он вдруг ощутил странное чувство пустоты внутри себя.

– Наверное, я действительно серьезно влюбился, – подумал он.– Неужели такое бывает? Или во всем виновата моя веттанская часть сознания? А может, наоборот, земная?

У Кости до этого было несколько романов (или, как это теперь называют, «отношений»), но ничего подобного тому, что с ним случилось вчера, в его жизни не было.

– Нужно все обдумать, – решил он, поспешно одеваясь. – А может, стоит поговорить об этом, вот только с кем? С Фрэдом? Или все же с Гвен? – Он задумался, но так и не принял никакого решения и отправился в ресторан завтракать, где его уже ожидали попутчики. А еще через час они уже подъезжали к аэропорту.

Глава 7. Париж, любовь и работа

Париж поразил Константина своей прекрасной средневековой архитектурой, обилием туристов и иммигрантов, а также духом свободы, который витал здесь везде. Они остановились в гостинице «Лютеция» на бульваре Распай. В этом отеле останавливалось много исторических личностей, в основном писателей и художников. Но самое главное заключалось в том, что отель, несмотря на свою историчность и изысканность, был очень тихим. Сюда обычно приезжали пары влюбленных или молодые семьи. Шумные компании находили себе места поинтереснее.

Заняв два соседних номера, они вместе со вторым «сотрудником фирмы» родом из Белоруссии, которого звали Андрей, отправились в ближайшее кафе, чтобы перекусить и обсудить текущие задачи. Чтобы не привлекать излишнего внимания, они общались обычной речью, но на татарском языке, вряд ли широко распространенном здесь.

Они уже связались телепатически с местным «руководителем парижского офиса фирмы» и договорились, когда они приедут, чтобы официально оформиться и приступить к работе. Кроме того, им была уже подобрана квартира неподалеку. Оставалось только заполнить договор аренды и получить ключи от хозяина (тоже веттанца). В общем, на сегодня дел практически не было. Переезд в квартиру они тоже отложили на завтра, чтобы было время на ее «поиски».

За ужином Андрей рассказал Константину свою историю встречи с веттанцами (точнее, постепенное вовлечение его в их жизнь). Его отец был веттанцем, а мать − наполовину землянкой, поэтому с детства он постепенно постигал историю и культуру своего родного народа. Специализация Андрея на станции заключалась в обеспечении контроля и поддержки работы ряда сложных ИИС, а также в участии в аналитической обработке поступающей информации.

После ужина они еще немного прогулялись по центру Парижа, а потом отправились в гостиницу спать.

Их первое перемещение на станцию предполагалось прямо из кабинета в офисе «фирмы», пока квартира еще не была подготовлена. Закончив все формальности с оформлением и попав в свой личный кабинет (каждый сотрудник станции имел отдельный кабинет, чтобы избежать каких-либо лишних контактов), Константин хотел позвонить Тинне, но решил все же отложить это до возвращения. Тем более что она была еще в Афинах. За его перемещение отвечал его переносной портативный интегратор, который на Земле выглядел, как небольшой планшетный компьютер (однако мог бы превратиться во что угодно). Микро-Бии Константина был способен перенести его на станцию из любого места Парижа, поскольку его мощность умножалась возможностями офиса фирмы. Но делать это было неразумно и даже опасно, поскольку можно было попасть на видеокамеры города и просто привлечь внимание прохожих. Именно поэтому они должны были перемещаться только из квартиры или из кабинета в офисе.

Наконец время отправки на станцию наступило. Не успев даже моргнуть, Константин оказался прямо в кабине местных перемещений, где его уже встречал Фрэд.

Сначала Фрэд познакомил его со всеми, кто работал на станции, в том числе и с вновь прибывшими. Затем они отправились знакомиться с управлением станции и с его личным рабочим местом, которое одновременно было и жилым отсеком. Все вещи с Ветты были уже доставлены. Его настоящий Бии тоже был здесь. Правда, ему пришлось несколько уменьшиться в размерах, чтобы поместиться в отсеке станции.

– Как здорово, что вы переместили его сюда! – обрадовался Костя, снова почувствовав себя Оони.

– На нем ты сможешь передвигаться куда захочешь и жить и работать так, как тебе удобнее, – ответил Фрэд. – Особенно, когда отправишься на Памир на свою станцию. Но главное, он знает тебя, а ты его. Поэтому решили, что лучше, если он будет здесь с тобой. Он уже заскучал без тебя там, на Ветте.

– Это правда, Оони, я очень скучал, – вмешался в этот беззвучный разговор Бии.

– Я тоже, – так же беззвучно ответил Константин.

Базовая станция на дне Тихого океана, удаленная от всех континентов и транспортных путей, выполняла очень важную функцию. Прежде всего, она собирала информацию практически со всей Земли, в чем ей помогали еще несколько автономных станций и множество ИИС в виде разнообразных объектов. По большей части это и были так называемые НЛО, которые довольно часто фиксировались землянами в разных местах планеты.

Сбор информации преследовал много целей, но одной из основных (если не самой главной) было обеспечение безопасности планеты и населяющего ее человечества.

К сожалению, из-за отсутствия разумного и слаженного руководства и управления на Земле, с точки зрения веттанцев, царил некоторый «плохо управляемый хаос»: наука проводила исследования без каких-либо существенных ограничений; военные испытывали все более совершенные средства уничтожения всего живого, одним из которых было атомное оружие в его разнообразных модификациях. Если прибавить к этому разрушение экосистемы планеты разными промышленными проектами и деятельность экстремистских и просто преступных группировок, то работы на станции хватало. Собирали все: видеозаписи, телефонные и интернет-переговоры, публикации в сети и прессе, изданные и неизданные документы властей различных стран... В особых случаях вели наблюдение за отдельными людьми, их разговорами и даже мыслями.

В случае возникновения потенциальной угрозы она всесторонне изучалась и оценивалась. Проводилось исследование будущего, точнее его различных вариантов, и только после этого осуществлялись локализация или ликвидация такой угрозы. Для этого иногда даже создавалась особая реальность и осуществлялась коррекция памяти необходимого числа людей. Это была очень трудная, но крайне необходимая работа. Если бы веттанцы прекратили ее, третья мировая война стала бы неизбежностью, а еще до этого половина человечества погибла бы от ужасных вирусов и бактерий, которые создавались несколькими крупнейшими странами и вполне могли бы случайно или по чьей-то злой воле оказаться на свободе.

Земляне даже не подозревали, кому они обязаны своей жизнью и благополучием.

Однако все было еще гораздо сложнее. К сожалению, не только веттанцы активно работали на Земле.

Несмотря на закрытие Солнечной системы для любых незваных гостей, отдельные корабли или небольшие группы разнообразных существ с очень различными представлениями о добре и зле все же имели возможность посетить Землю. И вот этими-то посетителями и предстояло Константину заниматься. Точнее, контролем того, что они делали на планете, исправлением проблем, которые они могли создать, и в особых случаях − удалением их из гелиосферы с невозможностью вернуться обратно. С учетом того, что некоторые визитеры представляли очень развитые и продвинутые системы, все это становилось очень сложным и запутанным.

Но, как правило, проблемы возникали с очень небольшим и всем хорошо известным кругом инопланетных гостей.

Посетив отсек Константина, Фрэд и Костя вернулись в центр управления станции. И когда, после проведенного для Константина небольшого вводного занятия, они пили вполне обычный земной черный чай, Фрэд внезапно спросил:

– Ты уже знаешь, что некоторые «серые» снова прилетели на Землю?

От такого неожиданного вопроса Константин чуть не поперхнулся.

– Нет. Я думал, они вообще больше не могут здесь появиться, – удивленно ответил он.

– Тем не менее это так. Мы сначала хотели пресечь это посещение, но потом все же решили посмотреть, зачем, а главное − к кому они прилетели. Мы связались с андромедянами, которые сейчас курируют их развитие. И они сообщили, что эти «серые», вероятно, укрывались в каком-то из отдаленных миров, а вот теперь прибыли на разведку. Андромедяне, безусловно, установят, откуда явились «серые», и решат дальнейшую судьбу их поселения. Но конкретно те, кто прилетел, − в нашей зоне ответственности. И нам очень важно определиться, зачем они здесь и кто общается с ними на Земле. Предлагаю именно тебе для начала заняться этим вопросом. Вместе с тобой будет работать Андрей (чье веттанское имя − Болани), которого ты уже знаешь. А еще с вами будет исследовать эту тему Мери (на Ветте − Ален). Она большой специалист по «серым», и даже жила среди них довольно долго.

Константин, естественно, согласился и сразу же с головой ушел в работу. Они начали с того, что очень быстро просмотрели все видео о прибытии и движениях «серых» на планете, которые удалось получить. К сожалению, незваные гости очень быстро почувствовали наблюдение и постарались от него скрыться. Трем «серым» пришельцам это удалось. Последнее их место пребывания терялось где-то в Германии, в районе Мюнхена. Они хорошо умели маскироваться под землян, и вычислить их можно было только по особому излучению, исходящему от их тел. Оно существенно отличалось от биоритмов и излучений землян.

– Мы специально дали им исчезнуть, чтобы они проявили свою активность. Иначе мы так и не узнаем, с кем и для чего они встречаются здесь, – разъяснил ситуацию Фрэд. – Ваша задача − войти с ними в контакт или просто разобраться в их поведении и принять решение, что нам с ними делать дальше.

Константин сразу предложил провести сканирование всех камер в Мюнхене и анализ изображения через земную программу распознавания лиц. Возможно, пришельцы не стали менять внешность; в любом случае, среди мюнхенцев появятся новые лица, которые можно будет проверить. Работа была сложная и интересная, но его не оставляли мысли о Тинне. Он очень хотел позвонить ей.

Наконец они выявили в Мюнхене около ста двадцати новых лиц − и теперь могли немного расслабиться. В любом случае «серые» не станут менять внешность каждый день: это сложно, да и бессмысленно, пока их не обнаружили. К тому же исчезновение людей одновременно с появлением новых лиц как раз и способствовало бы их быстрому раскрытию.

Работу по найденным новым лицам решили отложить на завтра. Константин, усталый, но довольный, переместился обратно в офис, а его товарищ Андрей остался ночевать на станции. Поскольку офис находился недалеко от их квартиры, Костя решил прогуляться домой пешком, тем более что вечерний Париж казался прекрасным сказочным городом.

Он позвонил Тинне сразу, как только переступил порог своего номера.

– Привет. Я очень соскучился. Как у тебя дела? – на одном дыхании выпалил он, как только она взяла трубку.

– Хорошо. Я тоже очень скучала. Завтра я уже буду в Брюсселе. И знаешь что? Меня переводят в Париж. Я сама их попросила, и они согласились, поскольку у меня очень хорошие показатели по сделкам.

– Здорово. Ты будешь жить в Париже! Я просто счастлив. Я очень тебя жду! – Константин не узнавал свой голос, не понимал, кто же он на самом деле. Все его существо было сосредоточено на одном-единственном желании – увидеть Тинну, обнять ее, прижать к себе... Он был как будто сам не свой.

Они проболтали по телефону почти час. Когда Костя положил трубку, он был просто на седьмом небе от счастья. «Она приедет в Париж, и мы сможем встречаться хоть каждый день, – думал он. − Как же это здорово!»

Он довольно рано лег спать и почти сразу заснул. Ему снилась Тинна, море, Ветта. Сны были легкими и светлыми.

Глава 8. Первые проблемы и пробуждение

Розыск пропавших «серых» продвигался с трудом. Выезд в Мюнхен и почти полное сканирование города ничего не дали. Было ясно, что группа из «серых» очень быстро уехала из города. Наверное, им было известно о программе распознавания лиц. К сожалению, отследить всех уехавших на всех видах транспорта во всех направлениях было довольно проблематично, поскольку камеры не могли зафиксировать абсолютно все лица, тем более в автомобилях.

Решили попробовать проверить несколько самых ходовых направлений в сторону Италии, а также на восток вглубь Германии на берлинском направлении. Параллельно возникали другие задачи по взаимодействию с прибывшими на Землю гостями из нескольких очень развитых миров, и это очень отвлекало от поисков.

К счастью, остальные «серые» не пытались скрыться и в общем-то ничего особенного не делали, если не считать некоторых встреч с землянами, посещения общественных мест, ресторанов и магазинов. Земляне эти были простыми жителями нескольких стран, особо ничем не примечательными.

Работа отнимала у Кости достаточно много времени и сил. Но все это компенсировалось встречами с Тинной. Она переехала в Париж, и они виделись практически каждый день. В отличие от Константина она жила одна, поэтому он часто оставался у нее на ночь. Ему даже приходила в голову мысль о переезде к Тинне, но пока он был слишком занят, чтобы реализовать этот план. Конспирация, необходимость соблюдать четкие правила при общении с другими людьми, осторожность – все отошло на второй план. Он действительно впервые в жизни так сильно влюбился и был неимоверно счастлив, а Тинна отвечала ему взаимностью.

Он никогда не рассказывал ей о своей работе. Она же, наоборот, охотно говорила о своей. Они были счастливы, − по крайней мере, так казалось Константину. Вот только мысли Тинны оставались для него закрытыми. Однажды он захотел поговорить об этом с Фрэдом, но тот почему-то ушел от разговора, сославшись на очень большую занятость и неосведомленность в вопросах телепатии. Это немного даже удивило Константина.

И вот, наконец, поступили первые данные о скрывшихся «серых». Двое из пропавших были обнаружены в Лондоне. Для этого пришлось применить несколько связанных между собой ИИС и отсканировать четвертую часть всего населения Земли! Однако теперь было ясно, что и третий «серый», вероятно, тоже находится в Лондоне.

После специального совещания было решено нейтрализовать двух найденных «серых» и тайно переправить на один из наблюдательных кораблей − по сути, тех же Бии, которые постоянно курсировали неподалеку от Земли, оставаясь при этом скрытыми от всех видов земного наблюдения космического пространства. На базу «серых» решили не привозить, поскольку тогда ее местонахождение стало бы им сразу известно. Да и не приспособлена была базовая станция для такого рода «гостей».

Лететь должны были Константин и Андрей-Болани. Вылет планировался прямо со станции на Бии Константина. Других подходящих способов забрать «серых» не было, поскольку их довольно продвинутые технологии позволяли заранее узнавать, что приближаются те, кто интересуется ими. Кроме того, следовало забрать «серых» очень быстро, чтобы не привлечь чье-либо внимание. Решили, что третий обнаружит себя сам, как только будут перемещены двое. Также перед Бии была поставлена задача: перекрыть всякую возможность «серых» связаться с кем-нибудь извне.

«Серые» остановились в двухэтажном особняке в одном из районов большого Лондона. Имена тех, кому принадлежал особняк, уже были известны, и именно это и стало причиной столь спешной операции.

Официальные собственники особняка, мистер и миссис Шелдон, были сотрудниками министерства обороны Великобритании. При этом мистер Альфред Шелдон занимал пост советника министра. Именно поэтому ситуация становилась очень опасной и непредсказуемой. Было некогда рассчитывать временные вероятности и проверять различные варианты будущего.

На Земле в самом городе в операции участвовали несколько землян, постоянно живущих в Англии, и два веттанца, которые работали в лондонском офисе одной из «фирм». Их задачей было не дать «серым» скрыться, если что-то пойдет не так. Кроме того, они осуществляли координацию коррекции реальности, поскольку мистер и миссис Шелдон (естественно, после того как поделятся важной информацией) должны были забыть о приезде к ним «серых» и тем более об их внезапном исчезновении.

Костя очень хотел перед полетом пообщаться с Тинной, но Фрэд неожиданно резко отказал ему в этом, сказав, что времени на лишние разговоры нет. Вся операция займет всего пять-шесть часов, включая полет до Лондона и обратно, а потому ничего страшного не случится, если он пообщается с Тинной после возвращения.

Полет на Бии занял всего четверть часа. Они зависли прямо над особняком на высоте примерно в триста метров. Бии стал совершенно невидимым и «неслышимым», заблокировав все возможные способы обнаружения не только для землян, но и для «серых». Все переговоры, даже телепатические, были прекращены. Перед операцией Константин сначала решил спуститься вниз и попробовать действовать с земли. Но после обсуждения все согласились, что это очень рискованно и опасно, поэтому следует действовать самым надежным способом. Бии замедлял время в зоне особняка в несколько десятков раз. Одновременно он запускал луч-захват, который сразу забирал всех находящихся внизу на корабль. Фактически это была короткая телепортация, поскольку снаружи никто ничего не должен был увидеть.

Сначала создавалось защитное поле вокруг каждого человека, а затем осуществлялось перемещение. Время необходимо было приостановить только для того, чтобы «серые» не успели использовать свои − противодействующие телепортации − технологии, которые у них безусловно были.

Бии настроился на сканирование особняка. Внутри находились шесть человек. Кроме двух «серых», мистера и миссис Шелдон, с ними за столом сидели друзья. Это не входило в планы Константина, но менять что-то было уже поздно. Он жестом дал команду Бии начинать.

На мгновение ему показалось, что мир и жизнь вокруг него остановились. Он умел ускоряться в замедленном времени, но сейчас не стал этого делать, да это было и не нужно. Руки и ноги стали неимоверно тяжелыми. Он буквально распластался в висячем кресле и не мог пошевелиться. Причем все это длилось одно мгновение.

− Они здесь, – услышал он беззвучный голос Бии в голове. − Я разместил их по двое в специальных отсеках, блокирующих любые сканирования и возможность связаться с кем-либо.

− Лети к Луне и расположись на орбите с обратной к Земле стороны, − приказал Константин, хотя Бии и так знал, что теперь нужно делать.

– Выполняю, – тут же отозвался Бии, и они полетели.

Константин решил сам допросить двух «серых». В это время Андрей пошел общаться с друзьями Шелдонов. Самих же Шелдонов они оставили напоследок. Два человека среднего возраста, на вид ничем не примечательные, сидели в центре комнаты у обычного стола и в упор смотрели на Константина. Их лица практически ничего не выражали. Константин коснулся их мыслей и понял, что все сигналы их мозга полностью блокированы. Видимо, они хорошо умели это делать.

– Добрый день, – сказал он по-английски. − Извините, что пришлось вас побеспокоить. (Неписаные галактические правила заставляли его быть очень вежливым.) Я бы хотел задать вам несколько вопросов. Вы прилетели на запретную территорию, поэтому я имею на это право.

– Почему Земля является запретной территорией и кто решил сделать ее запретной? – сразу же спросил старший «серый», которому на вид было лет сорок.

– Вы, видимо, не в курсе, но после последнего визита ваших соплеменников и их крайне опасных для Земли, да и для всей гелиосферы, действий галактический Совет решил больше никого сюда не допускать, за исключением жителей Ветты, которые уже давно опекают эту планету и помогают ей развиваться. Мы могли бы вас вообще не пустить, но решили сначала понять ваши намерения, – спокойно ответил Константин..

– Мы ничего не знаем об этом, – соврал старший. Было очевидно, что он говорит неправду.

– Тогда почему вы скрываете свои мысли и для чего вы здесь? – спросил Константин.

– Мы не станем отвечать на ваши вопросы, поскольку считаем, что вы не имеете права их задавать. Нас курирует другая цивилизация.

– Они уже в курсе того, что здесь происходит, – сразу же ответил Константин. – Можете не отвечать, но ваши попечители разрешили нам сканировать ваши мысли и память против вашей воли.

– Пожалуйста, сканируйте, – усмехнулся старший. – Только не думаю, что это вам поможет.

«Он не знает о наших новых методах сканирования», – подумал Константин. Видимо, «серые» уже очень долго были в изоляции от остальных миров.

− Бии, начинай сканирование, – мысленно отдал команду Константин.

– Выполняю, – так же мысленно ответил Бии.

Через несколько секунд потоки информации полились в мозг Константина.

Оказалось, что эти «серые» раньше бывали на Земле и установили контакт с рядом высокопоставленных лиц в нескольких странах. Причем именно в этот свой визит они панировали передать правительству Великобритании определенные технологии, которые могли использоваться при изготовлении вооружений. За это они хотели «официально» обосноваться на планете, разместить несколько своих баз, но прежде всего их интересовали люди. Поскольку в результате неудачных генетических экспериментов внешний вид большинства «серых» изменился, им приходилось скрывать свою настоящую внешность. Поэтому они планировали похитить определенное число землян обоих полов для получения генетически правильного, с их точки зрения, потомства.

Аморальность и чудовищность этой идеи были настолько очевидны, насколько очевидной и чудовищной была и готовность ряда стран к такому развитию событий.

– Вот теперь все понятно, – обратился Константин к «серым». – Я знаю все, и эта информация известна нашим друзьям андромедянам, которые уже направляются на ваши две планеты, где вы от них скрываетесь.

«Серые» сначала изумились, а потом пришли в ужас. Они не ожидали такого поворота событий.

– Вы никого не сможете предупредить отсюда, даже мысленно. Наши блокировка не даст вам этого сделать, – предварил он начавшуюся мысленную истерику «серых». − Сейчас вас доставят прямо на корабль андромедян. Дальше вам придется оправдываться перед ними. Я могу не корректировать вашу память, если вы откроете мне один ее участок, который очень сильно охраняете. Мы его все равно очистим, если до этого дойдет. С кем еще из землян вы встречались? Я не могу уловить еще одного человека.

Лица «серых» совсем посерели. Главный, которого звали Кейо, произнес:

– Мы ничего не станем говорить, тем более что практически все вам известно. Мы не хотели причинить никому зла. Нашей задачей было улучшить наш вид. От этого никому не стало бы хуже.

– А раздать технологии враждующим странам? Это, с вашей точки зрения, добро? Вы хотите развязать локальные войны? – Константин был резок, но справедлив.

– Мы не хотели войн, а технологии предлагали лишь тем, кто подходил нам по генотипу. Это мирные и полезные для жизни технологии, – попробовал оправдаться Кейо.

– Вы не могли не знать, что они могут использоваться для разработки новых вооружений. Тем более об этом свидетельствуют ваши знакомства, − возразил Константин. – Ладно, я предлагал вам поступить разумно, но мое предложение услышано не было. Бии, программа коррекции реальности готова?

– Да, – мысленно ответил Бии.

– Начинай! – так же мысленно приказал Константин. − И сразу сообщи андромедянам, что они могут забрать наших незваных гостей. Только не забудь передать старую память «серых».

– Они уже ее получили и согласились с программой коррекции, – ответил Бии.

– Так быстро! – изумился Константин. − Как они успели?

– Они что-то делают со временем и пространством, я не совсем понимаю, – ответил Бии. − По-моему, они меня изменили, но непонятно, когда и как. Это только предположение. Я начинаю.

Два зеленых луча вылетели из стен. Они были похожи на лазерные, но были непрямыми и двигались медленнее. Больше всего эти лучи были похожи на светящихся змей. Лучи закрутились вокруг головы каждого из «серых». Оба инопланетянина сразу же отключились и впали в глубокий сон.

Вся операция заняла не более десяти минут. Когда все закончилось, Бии сообщил андромедянам, что они могут забрать спящих «серых».

Это было очень странно. Такого Константин-Оони прежде никогда не видел. В одно мгновение «серые» стали полупрозрачными, а потом просто растворились в воздухе. Никакой аппаратуры и приспособлений для осуществления телепортации в комнате не было. Наоборот, помещение было блокировано от любых воздействий извне. И тем не менее андромедяне словно не заметили эту защиту и просто забрали «серых» на свой корабль, который находился в нескольких сотнях световых лет от Земли.

Андромедяне передвигались в космосе так, как им хотелось. Они могли телепортироваться между галактиками без всяких технических средств сами. Могли просто летать в пространстве с любой скоростью. И могли, как сейчас, перемещаться на огромных кораблях-планетах, когда посещали своих подопечных и собирались сделать что-то глобальное: изменить реальность всех жителей, переместить миллионы или миллиарды живых разумных существ в другое жизненное пространство, предотвратить космическую катастрофу... Сейчас они направлялись туда, где жили «серые», не попавшие под их управление после инцидента в гелиосфере.

Константин никогда не видел андромедян и даже представить себе не мог, как они выглядят. Кто-то говорил, что они похожи на ангелов, а кому-то они являлись в образе обычных людей. Но в любом случае это были высокоразвитые существа, способные обходиться без грубого физического тела, существующие на энергетическом уровне и воспринимающие реальный мир как многомерное пространство.

После отбытия «серых» Константин решил заняться Шелдонами, тем более что Андрей завершил разговор с их друзьями, которые в общем-то ничего не знали.

Шелдоны находились в другой созданной Бии комнате. Мистер Шелдон, при всей своей выдержке, был в состоянии некоторого шока. Его жена вроде не совсем понимала, что происходит. К сожалению, разговор с этой семейной парой не дал почти никаких результатов, за исключением некоторой информации о личности третьего члена группы «серых». Предположительно, он обосновался в одной из небольших гостиниц в соседнем районе города, где было немало похожих двухэтажных особняков. Сама гостиница, вероятно, тоже размещалась в особняке, но он был побольше.

Эта информация была очень важной: она помогала ускорить поиски пропавшего инопланетянина. Кроме того, удалось выяснить, что «серые» не успели передать Шелдонам ничего важного. Но самое главное − то, что они уже успели передать, не покидало пределы их дома, А значит, эту информацию можно было быстро и безболезненно уничтожить при коррекции реальности, которая в данном случае была просто необходима.

К сожалению, закрытое пятно в памяти двух первых «серых» расшифровать так и не удалось. Можно было бы обратиться за помощью к андромедянам, но Фрэд счел данное предложение неуместным по этическим соображениям. Андромедяне курировали развитие данной цивилизации и сами принимали решение по всем вопросам, касающимся ее развития и действий в отношении конкретных индивидуумов. Они дали свое согласие на сканирование памяти и другие действия веттанцев в отношении «серых», поскольку те проникли на запретную территорию, но предлагать андромедянам выполнять работу вместо веттанцев было бы некорректно.

– Если они сочтут необходимыми, то сами проинформируют нас о чем-то важном. – Так сказал Фрэд, после чего все споры на эту тему были окончены.

Сразу после недолгого разговора с Шелдонами, которых сразу же после коррекции памяти вернули обратно в их дом, Константин получил мысленный вызов со станции. Фрэд предлагал им вернуться и обсудить дальнейшие поиски оставшегося «серого».

Довольные и усталые, Константин и Андрей вернулись в парижскую квартиру. План сканирования лондонского района, где, скорее всего, находился оставшийся пришелец, был уже запущен. Все материалы, уже переданные «серыми», и те, что еще планировалось передать, − изъяты и уничтожены. (Технологии «серых» были фантастикой только для землян; веттанцам же, которые опередили «серых» в своем развитии минимум на двести земных лет, технологии эти были неинтересны.) В общем, все задачи были полностью реализованы, и теперь можно было звонить Тинне, что Константин и сделал с превеликим удовольствием.

Сначала трубку долго не брали, потом он услышал голос Тинны. Однако ее голос как-то изменился. В нем больше не было радости и теплоты, к которым Костя уже привык, и сквозило явное беспокойство.

– Здравствуй, Костя, я очень рада тебя слышать, – как-то отрывисто произнесла она в ответ на его приветствие.

– У тебя что-то случилось? – участливо спросил Константин.

– У меня некоторые проблемы на работе, – уже несколько спокойнее ответила Тинна, – а так все нормально. Может, увидимся сегодня?

– Конечно, я сам хотел это предложить, – обрадовался Константин. – Я привезу хорошего бургундского и постараюсь поднять тебе настроение.

– Тогда лучше шабли, – усмехнулась Тинна. – Я тебя жду.

Ровно через полчаса Константин уже поднимался в ее квартиру с бутылкой шабли и коробкой бельгийских шоколадных конфет. Когда Тинна открыла ему дверь, она была не похожа сама на себя. Лицо строгое и озабоченное. Объятие и поцелуй – какие-то машинальные...

На душе у него опять заскребли кошки. Он прошел в небольшую гостиную и опустился в кресло.

– Расскажи мне, что случилось. Я могу чем-нибудь помочь? – спросил он.

– Сейчас я принесу бокалы, мы выпьем вина и обо всем поговорим, – ответила Тинна и скрылась в кухне.

Через несколько минут он уже разливал вино по бокалам. Ему не терпелось услышать, что случилось на работе у Тинны, что привело ее в такое странное и напряженное состояние. Константин был уверен, что сможет помочь в любой ситуации.

– Давай выпьем за нас, – предложила Тинна. – Мне было очень хорошо с тобой. Ты очень милый и добрый, а таких теперь немного.

– Спасибо, любимая. Я надеюсь, что еще смогу утешить тебя и развеять все твои тяжелые мысли, – весело сказал Костя.

Тинна как-то странно улыбнулась и ничего не ответила. Они выпили вина, и Константин уже приготовился выслушать ее рассказ о проблемах на работе, − как вдруг у него все поплыло перед глазами, и он провалился в черную пустоту. Все случилось так быстро, что он даже не успел ни о чем подумать.

Через какое-то время Константин очнулся. Он находился в тускло освещенной комнате, совсем не похожей на гостиную Тинны. Его руки и ноги были связаны какими-то полупрозрачными лентами так, что он не мог пошевелиться. В комнате никого больше не было. Да и мебели тоже не было практически никакой, кроме двух стульев. Реальность медленно, но верно начала доходить до него.

«Как же я оказался здесь? – подумал он. − Неужели мне что то подсыпали в бокал с вином, и я потерял сознание?» Он мысленно попытался связаться в Фрэдом, но ответа не было. Его блокировали. Видимо, комната была оборудована соответствующей техникой. И такую технику могли здесь поставить только «серые».

Он подумал о Тинне. Невозможно, чтобы она была с ними заодно. Может, ее тоже вывели из строя? Может, она где-то здесь, в соседней комнате?

Он услышал негромкий звук открывающейся двери. Вероятно, его мысли все же кто-то услышал. Перед ним вырос молодой человек, лет двадцати пяти, совершенно ничем не примечательный. Константин сразу понял, что это лишь облик, а на самом деле перед ним «серый». Распознавать облики, или биокорректирующие «костюмы», его научили в самом начале обучения на Ветте.

Он посмотрел прямо в глаза «серому»:

– Где Тинна, что вы с ней сделали?

Молодой человек довольно улыбнулся:

– Она в полном порядке. Мы с ней ничего не сделали. Сейчас она придет сюда, и вы сможете с ней поговорить.

Константин не верил своим ушам. Неужели Тинна предала его? Вот так просто оказалась помощницей «серых». А может, и сама?.. Нет! Если бы она не была землянкой, он бы это понял.

– Зачем вы похитили меня? – спросил он, понимая саму бессмысленность и неуместность вопроса.

– Так вы сделали то же самое с нашими соплеменниками. И у меня больше оснований спрашивать «зачем?», – парировал «серый».

– Но вы ведь уже все знаете. Вы вторглись в запретную зону. К тому же ваши соплеменники уже у андромедян и, видимо, скоро будут дома.

– Вот и поговорим, кто и когда будет дома. Пока вы и ваши друзья веттанцы не вернете членов нашего экипажа и не восстановите измененную реальность, вам придется побыть нашим «гостем». – «Серый» был настроен решительно.

«Он знает даже про скорректированную реальность, но откуда?» Константин как мог скрывал свои мысли от «серого». Но , наверное, эмоции мешали качественно сделать это.

– Так вы же нам обо всем и поведали, – усмехнулся инопланетянин. – Тинна прочла все ваши мысли, точнее почти все. К сожалению, о последней веттанской операции мы узнать не успели.

Константина охватили раскаяние и стыд. Наслаждаясь своей страстью, он чуть не погубил все дело. «Серые» читали его, как открытую книгу, и просто использовали в своих целях. Стало сразу понятно, почему большинство «серых» просто ничего не делало на Земле. Они знали, что за ними наблюдают. Да им и незачем было дергаться раньше времени. Он сам своими мыслями все выдавал Тинне. Только сейчас он понял, насколько был глуп и наивен.

В этот мгновение в комнату вошла Тинна. Она была одета в специальный многоцелевой костюм высокой защиты.

«Все же они опасаются меня», – подумал Константин. И опять не сумел скрыть свои мысли.

– Не вас, а ваших товарищей с Ветты, – ответил на его мысли «серый». – Вас-то мы надежно блокировали. Но они могут попытаться вас освободить.

– Тебе лучше рассказать нам все, что еще не успел. Или мы просканируем твой мозг без твоего согласия, – совсем обыденно сказала Тинна.

– Так ты все время лгала мне? – с горечью спросил Константин.

– Не все время. Когда мы были вместе, мне это очень нравилось. Но наше знакомство было спланировано с самого начала. Вы думали, что контролируете нас, а на самом деле мы контролировали все ваши передвижения и действия, за исключением операции в Лондоне. – Тинна с удовольствием наблюдала реакцию Константина.

– Меня специально выбрали на это задание, потому что тебе нравится такой тип женщин. К сожалению, часть твоих мыслей от нас была скрыта. Возможно, ты и сам об этом не знаешь. Видимо, твои друзья тебе не очень доверяли, – усмехнулась она. – Если ты нам сам не расскажешь о ваших планах, мы будем сканировать.

Костя понял, что испытывали те «серые», которых он допрашивал. Сейчас он был в очень похожем положении.

– Сканируйте, я не собираюсь вам помогать и ничего говорить не буду, – твердо ответил он. − Думаю, вы все равно будете отвечать перед андромедянами, и боюсь, что ваша нынешняя жизнь очень сильно изменится.

– Я – землянка, и отвечать перед андромедянами мне не придется, – улыбнулась в ответ Тинна. – Поэтому сканирование я буду делать сама.

Константин постарался унять внутреннюю дрожь и разброд в мыслях. Сосредоточившись, как его учили на Ветте, он постарался вообще отключить свое сознание – или, по крайней мере, замедлить себя до состояния, близкого к обмороку. В этом случае технологии сканирования, которыми обладали «серые», не давали никакого эффекта. Одновременно он вдруг понял, что давно не вспоминал о Боге. После прилета с Ветты просто как-то вообще забыл о нем. А именно эта помощь сейчас была так нужна ему!

Сквозь замедляющееся сознание он просто позвал Бога – так, как это делали только на Земле: «Господи, помоги!»

Тинна уже вкатила в комнату аппарат для сканирования памяти, громоздкий и старомодный по веттанским меркам. Константин так же монотонно и очень замедленно, поскольку сосредоточение уже начинало действовать, продолжал повторять: «Господи, помоги!» Других мыслей не было. Он постепенно терял сознание...

Вдруг все изменилось. Это была почти полная остановка времени. Прямо в комнате появился Фрэд и еще несколько сотрудников станции. В руках у них были очень странные на вид устройства, похожие на небольшие светящиеся шары, только со специальной рукояткой.

Это были портативные телепортеры-захваты. Они понадобились, потому что комната была защищена довольно неплохо, и луч Бии не смог бы добраться сюда самостоятельно. Поскольку время было максимально замедлено, никто из находившихся в комнате не только не успел ничего сделать, но даже понять, что же происходит. Шары ярко вспыхнули − и все, кто находился в помещении (включая Константина, прибор для сканирования памяти и два стула), оказались внутри Бии.

К сожалению, Костя всего этого не увидел. Его сознание окончательно отключилось, и он был уже где-то далеко, на берегу кислородного озера на Ветте.

Глава 9. Очищение Земли и новая угроза

Константин очнулся в медицинском отсеке базовой станции. Он лежал в специальной капсуле восстановления и по своему бодрому состоянию понял, что процедура его реабилитации уже закончена. Все случившееся нахлынуло на него вновь, как будто происходило снова и снова. Он корил себя за глупость, доверчивость и неуемность в своих страстях. Было очень стыдно за то, что он так всех подвел. Захотелось тотчас же пойти к Фрэду и повиниться перед ним. Он решил, что не способен еще самостоятельно руководить станцией, и попросить Совет отправить его куда-нибудь в отдаленную систему. Там он занялся бы чем-то более простым, например очисткой загрязненной планеты, или возрождением утраченных видов растений и животных, или на худой конец можно было бы просто заняться коррекцией орбиты каких-нибудь сложных и опасных звезд. Главное, чтобы вокруг было как можно меньше других людей, включая веттанцев, да и вообще любых разумных существ.

Он уже собирался выйти, как вдруг дверь отодвинулась и в отсек вошел Фрэд.

– Фрэд, прости меня, я всех подвел, – начал мысленно говорить Константин, но Фрэд резко прервал его.

– Все так и должно было произойти. Это окончание твоей школы, и ты никого не подвел.

– Но я же....

– Мы все знали еще до того, как Тинна пришла в то же кафе, где ты был. Мы были осведомлены обо всех планах «серых» и обо всех их действиях. Тебя мы посвящать не стали по двум соображениям. Во-первых, ты должен был сильно влюбиться, на это рассчитывали «серые». Если бы мы предупредили тебя, все бы осложнилось. У тебя не появился бы иммунитет к таким воздействиям, что могло бы стать для тебя в будущем роковым. Во-вторых, это была настоящая возможность пройти испытания. Ты после школы на Ветте так и не научился некоторым вещам. Точнее, ты в определенных случаях действовал как землянин. А это очень опасно при такой работе, когда противник может действовать и на уровне сознания, и на уровне подсознания.

− Ну и самое важное: ты по прилете на Землю погрузился в «земные хлопоты» и суету. Забыл о самом главном, для чего существует весь мир − и все мы. Нам нужно было сделать так, чтобы ты сам вспомнил о Боге и сделал то, что ты сделал. Ну и конечно, благодаря тебе мы нашли закрытую тайную базу «серых» на Земле, о которой раньше ничего не знали. А также обнаружили на ней несколько десятков землян и пришельцев, которые скрывались от наших сканеров многие годы. Не вини себя. И не обижайся на нас. Мы сделали все так, как должны были сделать.

Слова Фрэда стали для Константина холодным душем. Он никогда даже представить себе не мог, что веттанцы так поступят с ним. Но чуть поразмыслив, он понял: они все сделали правильно. Ведь никто не заставлял его влюбляться в Тинну, никто не принуждал вести себя так опрометчиво и открывать ей свою память. Просто веттанский жизненный опыт был куда богаче земного, и они заранее все не просто поняли, но и просчитали возможные варианты развития будущего. Они не могли и не должны были рисковать. Если бы они рассказали ему обо всем, еще неизвестно, что получилось бы...

Константин вспомнил, каким он был с Тинной. Будто сам не свой, словно одурманенный своим чувством, которое руководило его мыслями и поступками. Безусловно, веттанцы поступили правильно и мудро. Хотя ему сейчас было очень больно. Но он понимал, что эта боль – плата за небольшое эфемерное счастье, точнее за эрзац счастья.

– Как они похитили меня? − спросил он Фрэда.

– Добавили в вино специальный состав, который мгновенно отключает сознание. Потом на машине вывезли тебя в другой дом, откуда уже телепортировали на свою тайную станцию. Нам пришлось сильно попотеть, как говорят земляне, чтобы найти ее местоположение. Она находится глубоко под землей, в другой части света. Попасть туда оказалось тоже очень непросто. Они постарались применить все их последние запутывающие технологии, вплоть до искажения пространства вокруг станции. Но мы все же сумели. А самое главное, ты очень помог нам.

– Но как? – искренне удивился Константин.

– Когда ты стал призывать на помощь Бога, мы беспрепятственно поймали твою мысль и точно определили и расположение, и силу защитных полей, и толщину стен, и все остальное. Видимо, когда ты стал замедляться и терять сознание, твой призыв не был распознан глушителями. А может, «серые» сочли, что призыв к Богу не стоит блокировать, потому что посчитали это неопасным для них проявлением слабости. У них очень несовершенные блокировщики мыслей.

Костя ничего не ответил Фрэду, но подумал, что Господь все же откликнулся на его призыв. И это было самое отрадное из всего, что с ним случилось.

Последняя встреча с Тинной была очень короткой и неприятной. Она предстала в совершенно в другом свете. Все ее обаяние исчезло. Остались только злость и досада. Константин не мог даже представить, что еще недавно был так влюблен в эту девушку!

– Здравствуй, Тинна,– только и сказал он, когда вошел в ее комнату, которая находилась на Бии и была довольно прилично обставлена разнообразной мебелью и безделушками (видимо, так захотела сама Тинна, а веттанцы не стали возражать).

Вместо приветствия она зло усмехнулась:

– Празднуешь победу?

– Какую победу? Разве мы с кем-то воюем или боремся? – Костя старался сохранить миролюбивый тон.

– Что вы сделаете со мной? – резко спросила Тинна. − Утащите на свою планету?

Константин грустно улыбнулся. Теперь Тинна вызывала в нем жалость и презрение.

– Нет. Скоро ты окажешься у себя дома и будешь жить, как и жила до того, как встретила «серых». Конечно, ты не будешь помнить ни нас, ни их, и вообще все эти события больше тебя не побеспокоят. Ты не совершила ничего такого, за что тебя нужно было бы изолировать или наказывать, – ответил он.

Подумав, он все же спросил:

– Скажи, а зачем ты вообще согласилась помогать им? Что они тебе пообещали?

Тинна усмехнулась:

– Они пообещали дать мне долгую жизнь и красивую внешность. Но вы мне все испортили.

– Мы? – Костя весело засмеялся. Тинна оказалась еще глупее, чем он думал.

– Да они не способны были дать тебе ни то, ни другое. Если бы у «серых» были технологии изменения внешности и продления жизни, им бы не пришлось лететь на Землю, чтобы похищать отсюда людей для улучшения своего генофонда. Они даже биокостюмы качественно делать не умеют. Мы сразу их распознаем.

– Ты специально мне сейчас врешь! – Тинна не готова была принять горькую правду.

– Думай как хочешь. Но я говорю тебе правду. Мне незачем тебя обманывать. Тем более что ты скоро обо всем этом забудешь.

– А куда вы отправите «серых»?

– Они все уже у андромедян, включая и тех, что прятались на этой засекреченной базе. Сама база уже не существует, а все люди, что там находились, отправлены по домам. Естественно, с откорректированной памятью. Да и реальность нам тоже пришлось несколько откорректировать, поскольку многие отсутствовали довольно долго, а это нужно как-то объяснить. Земля уже давно является для «серых» запретной зоной, поэтому для тех, кто здесь был, тоже все изменится.

Ему больше не о чем было говорить с Тинной. Теперь он мог совершенно спокойно читать все ее мысли. И то, что он прочитал, было ему глубоко неприятно. Тинна была перед ним вся, как на ладони, со всей своей примитивной, коварной и корыстной сущностью. Такие определения ему не нравились, но других в английском языке не нашлось.

– Прощай, Тинна, хорошей тебе новой жизни! – сказал он, направляясь к стене, в которой уже образовался проход.

– Прощай! – отозвалась Тинна, и в ее голосе не было никаких эмоций, кроме досады.

Уже выходя из комнаты, Константин увидел изгибающийся луч коррекции памяти, который протянулся к голове Тинны, и подумал, что не только для нее, но и для него начинается совершенно новый этап жизни.

Фактически он попрощался и с самим собой − тем наивным, доверчивым, влюбчивым, а главное, самонадеянным и в общем-то безответственным землянином Костей, который еще жил и даже доминировал в нем. Теперь он становился настоящим Оони – сыном своих звездных родителей.

Уже через несколько дней после этих событий работа поглотила все его мысли и чувства. Реальность по-настоящему изменилась. Оони (а он предпочитал между своими называться только так) как будто заново родился. На станции протестировали его кровь и пришли к выводу, что «серые» с помощью Тинны применили свои «новые» старые разработки. Это было вещество, воздействующее на психику человека, земного человека, каким по большей части и был Оони. На обычного веттанца это средство не подействовало бы, но на Константина подействовало прекрасно, лишив его на время способности рассуждать здраво и логично. Теперь предстояло не только очистить кровь Оони от остатков этого вещества, но и внедрить определенные антитела к этому препарату, чтобы в будущем подобная ситуация не могла повториться. Следовало помнить, что подобные разработки были в ходу не только у «серых», но и у нескольких других инопланетных рас.

Оони готовился к переезду на свою базу, которую ему предстояло возглавить. Он внутренне мобилизовался, понимая, какая ответственность ляжет на него. Первое время ему предстояло постоянно жить на базе, чтобы войти в курс дела и взять под контроль все события и текущие дела. Затем он должен был вернуться в Россию, как положено пройти границу и таможню и получить от фирмы новое назначение в Москву.

Поселившись в Москве на съемной квартире, ему предстояло «работать» в таком же офисе «фирмы», правда в удаленном режиме. То есть, на работе достаточно было появляться раз или два в неделю. В остальное время он мог спокойно перемещаться на станцию прямо из своей квартиры. На случай прихода незваных гостей или соседей на квартире оставался уже известный нам интегратор ИИС, который голосом Оони мог отвечать на телефонные звонки и отправлять сообщения на базу. Поэтому в случае необходимости Оони мог вернуться домой практически за минуту, − если, конечно, он не находился где-нибудь в полете или на выполнении какой-либо ответственной миссии.

Для таких случаев интегратор был оснащен специальным модулем, создающим его осязаемую копию. Это была специальная проекция, которая могла двигаться и поддерживать разговор. Всем управлял интегратор. Вся земная память Константина была в распоряжении ИИС, поэтому не составляло никакого труда в случае необходимости пообщаться с соседями, продемонстрировать свое присутствие в доме и даже сходить в ближайший магазин за продуктами. Никто не смог бы догадаться, что по улице идет даже не робот и не голограмма, а реальная осязаемая копия Константина, управляемая на расстоянии искусственным интеллектом. За многие годы работы на Земле веттанцы сделали очень многое для своего удобства и спокойствия.

В любом случае, перемещаться на станцию из дома было гораздо проще, чем из офиса. В этом была специфика России и еще нескольких государств. В Европе же или в Америке офис, наоборот, был гораздо надежнее в этом отношении, чем собственное жилье. Там соседи обычно очень интересовались жизнью и бытом новых жильцов. В России же, особенно в крупном городе, частная жизнь соседей в многоквартирном доме была никому не интересна, пока они вели себя тихо и не нарушали общественный порядок.

Кровь Оони-Константина была уже очищена, и соответствующие антитела внедрены в его организм. До перемещения на станцию оставалась всего пара дней. Оони стремился как можно тщательнее подготовиться к новой работе и завершить те дела, которые вел у Фрэда.

Одним из таких дел были дракониды. Это была очень развитая цивилизация из галактики Млечный Путь, которая не имела никаких интересов на Земле, однако ее представители довольно регулярно посещали Солнечную систему − в основном в целях изучения древней культуры некоторых давно исчезнувших земных цивилизаций, в том числе Древнего Египта, Индии и Ближнего Востока.

Это были очень своеобразные существа. Внешне достаточно похожие на веттанцев и земных людей, они имели определенные особенности в строении тела и были покрыты более твердой ороговевшей кожей, поскольку на их родных планетах атмосферное давление и гравитация были гораздо больше, чем на Земле. Тем не менее они соблюдали «правила приличия»: всегда предупреждали веттанцев о своем прибытии, а по Земле перемещались в очень качественных «биоскафандрах». Так что отличить их от землян с помощью земных технологий было практически невозможно.

Однако их присутствие на Земле требовало очень серьезного наблюдения, поскольку у этой цивилизации были довольно своеобразные история становления, а также представления о добре и зле. Они серьезно отличались от представлений большинства землян, не говоря уже о веттанцах.

В данный момент корабль драконидов находился за пределами гелиосферы, и соответственно за пределами защитных полей, установленных веттанцвми. Однако после сообщения драконидов о желании телепортировать на Землю нескольких представителей их расы веттанцы дали свое разрешение, и пять драконидов с корабля переместились прямиком на Землю.

Задачей Оони было организовать за ними постоянное наблюдение, не привлекая их внимания. Это и было его завершающим делом на станции Фрэда, после чего он должен был отбыть на Памир.

Эта задача была довольно легкой. Основная работа осуществлялась одним из небольших ИИС, использующим как земные спутники, так и видеокамеры непосредственно на Земле. Кроме того, каждый драконид был специально помечен невидимым и неощутимым элементом, абсолютно безвредным для здоровья. Поэтому теперь дракониды выделялись среди остальных людей при соответствующей фильтрации изображения. Кроме того, на Земле несколько сотрудников станции непосредственно осуществляли координацию специальных сканеров в стране пребывания драконидов. В данный момент они решили все вместе отправиться в столицу Египта Каир.

Достаточно быстро справившись со своими задачами, Оони зашел к Фрэду попрощаться. Он отбывал на свою станцию не один. С ним перемещалась Мери (ее веттанское имя было − Ален), поскольку имела большой опыт работы, и они вместе неплохо сработались у Фрэда на станции. Им предстояло провести на памирской станции безотлучно около пятнадцати дней, после чего они должны были официально «въехать» в Россию. Точнее, прилететь в Москву, чтобы отработать свои «легенды».

Фрэд полулежал в невидимом кресле. Перед его глазами прямо в воздухе мелькали какие-то изображения. Он работал.

– Я пришел сказать спасибо, и до встречи, – начал Оони. – Лечу на Памир покорять крещеный мир!

Фрэд решил поддержать шутливую беседу:

– Да-да, только там много буддистов обитает, насколько я знаю. Так что твое покорение, скорее всего, затянется.

Они еще немного посмеялись. Но самое главное было сказано не голосом и выражено не словами.

Оони был очень благодарен Фрэду и за школу, и за помощь, а главное, за настоящую дружбу, которую ему так и не удалось встретить на Земле.

– Обязательно связывайся, если будут сложности. Да и просто так связывайся в любое время, – на прощание сказал ему Фрэд. – Это твое первое совершенно самостоятельное дело, не бойся и не стесняйся спрашивать. Мы все с этого начинали.

– Спасибо, Фрэд. Как только освоюсь, обязательно свяжусь. А так постараюсь, чтобы станция была на постоянной связи и в постоянной готовности, – поблагодарил Оони.

В этот момент в комнату вошла улыбающаяся Мери-Ален.

– Я готова к перемещению. Фрэд, очень рада была работать с тобой. Надеюсь, скоро увидимся. – Мери излучала чисто веттанскую доброжелательность и умиротворение. – Нам пора, Оони!

Попрощавшись с Фрэдом и другими сотрудниками, они отправились в кабину перемещения и уже через пятнадцать минут прибыли на памирскую станцию, где их уже ждали.

Всего станция была рассчитана на десять человек, но постоянно там находились не более пяти сотрудников. Таким образом, вместе с Константином и Мери их численность достигла семи. Разместившись в своей комнате и немного отдохнув, Константин собрал общее совещание в зале управления станцией.

Основными задачами миссии на Памире были наблюдения за мыслями, общением и действиями руководства нескольких стран. В первую очередь это были Россия и Китай. Дальше следовали Северная Корея и Япония, а также Южная Корея. Кроме руководства в зоне наблюдения находились и стратегические военные объекты, а также предприятия по производству военной техники и вооружений, в том числе и засекреченные, которых и у России, и у Китая было предостаточно.

В случае обнаружения потенциальной опасности, катастрофы или несанкционированного применения оружия, способного создать угрозу всей жизни на планете, станция немедленно включалась и с помощью имеющихся в ее распоряжении средств предотвращала такую угрозу. Иногда для этого приходилось даже корректировать реальность, но к счастью такие ситуации были довольно редкими. ИИС на станции находились в постоянном наблюдении и поиске новых угроз. Да и сотрудники станции работали также практически круглосуточно. То есть, даже ночью всегда кто-то находился в центре управления.

Кроме того, станция контролировала и некоторую часть околоземного космического пространства во взаимодействии с основной станцией.

Сейчас в наблюдаемом регионе все было относительно спокойно. Константин провел короткое совещание, посмотрел отчеты ИИС за последние недели, прослушал в ускоренном режиме переговоры и отдельные мысли некоторых государственных деятелей, выбрал основные приоритетные точки наблюдения на ближайшее время, включая одни очень большой подземный завод в КНР и ракетную базу в Северной Корее, − и на этом совещание было окончено.

На станции до их приезда работали две женщины и трое мужчин. Все они были веттанцами хотя бы наполовину, как и Константин-Оони. Для работы и отдыха здесь было предусмотрено все: и возможность искупаться в бассейне или в горной реке, и специальное место для подвижных игр и физических занятий, и даже установки подсознательного быстрого обучения.

В общем, станцию делали на века. Заметить или обнаружить ее с помощью земных средств наблюдения было невозможно, а добраться сюда не смог бы даже опытный альпинист: станция находилась в расщелине между двумя неприступными скалами. Бии Константина тоже переместился сюда и теперь периодически курсировал над горами, сканируя пространство. Сам Константин жил в удобном отсеке станции. Не было смысла изолироваться в Бии, тем более что работа требовала постоянного присутствия и контроля.

Глава 10. Новая опасность

Прошло уже две недели по земному времени, и Константин достаточно освоился на новом месте. Они с Мери ужинали в общем зале станции. Внезапно Константин почувствовал очень резкий мысленный вызов. Это был Фрэд.

– Добрый вечер, Фрэд! – приветствовал его Константин.

– Оони, у нас очень серьезная проблема, – отрывисто, хоть и беззвучно проговорил Фрэд.

– Что случилось? – Константин даже поставил на стол недопитый стакан сока.

– Несколько десятков неизвестных кораблей подошли к границе гелиосферы. Они не реагируют на сигналы, и у них есть средства, чтобы пробить в ней брешь. Но самое ужасное, что это люди. Мы просканировали все корабли. Там только люди, земные люди.

– Как же это возможно? – недоуменно спросил Константин.

– По всей видимости, это дело рук драконидов. Своими данными и формой эти корабли очень напоминают драконидские, хотя они явно попроще. На кораблях около пяти тысяч человек разных национальностей, и все они с Земли. Мы запросили драконидов об этих кораблях, но они отнекиваются. Говорят, что не имеют к этому флоту никакого отношения.

– Что же нам теперь делать?– озабоченно спросил Константин.

– Будем собирать веттанский Совет с участием всех руководителей местных станций,– ответил Фрэд. – Будь готов к сеансу через десять земных минут.

Константин решил пока не рассказывать сотрудникам станции, что случилось, поскольку этот мысленный разговор был закрыт для других, а значит, информация предназначалась только ему. Он мысленно пересчитал все боевые возможности земных станций и станции на Нептуне. Помимо защитных полей и разного рода специфического оборудования, все станции располагали двумя или тремя десятками Бии различной модификации. Любой Бии был автономным самоуправляемым разумным устройством ИИС, способным к действиям в различных ситуациях. Кроме того, на главной станции у Фрэда находилась управляющая ИИС, способная многое сделать. Но что в такой ситуации нужно делать и насколько эти корабли опасны для Земли, было пока непонятно.

Через десять минут Константин уже сидел в специальном кресле-рестрансляторе. После мысленного подтверждения готовности пространство перед ним расступилось, и он оказался в просторном зале, где за большим овальным столом уже находились восемь членов Совета Ветты и четыре руководителя других станций, включая Фрэда.

Заседание проводилось через специальный подпространственный портал. Физически все оставались на своих местах, но сознание людей и их ощущение реальности перемещались в специально созданное для этого место. В такое место можно было переместить свое сознание мгновенно практически из любой точки галактики, тогда как реальное перемещение при всех обстоятельствах потребовало бы какого-то времени и было бы сопряжено со многими неудобствами. Мысленного же общения часто бывало недостаточно. Именно поэтому и создавались такие места для закрытых совещаний. Никто не мог ни прослушать мысли тех, кто находился здесь, ни вообще узнать об этом совещании, кроме тех, кто был на него приглашен. Все было организовано специальными ИИС.

Разговор начал председатель Совета Гард.

– Приветствую всех присутствующих и предлагаю без лишних слов сразу перейти к делу, – начал он. − Я хотел бы знать, сколько времени нужно этим обнаруженным вами кораблям, чтобы пробить защиту и добраться до Земли?

– От двух до двух с половиной земных часов, – сразу ответил Фрэд.

– Каковы их намерения?

– По всей видимости, воинственные. Судя по сканированию их мыслей, они хотят подчинить себе Землю. У них очень странная идеология, видимо вложенная в них драконидами. Мы выяснили, откуда они прилетели. Это система Аца, почти на краю галактики Млечный Путь в одном из ее рукавов. Там две планеты. И на одной из них дракониды, наверное, когда-то поселили людей.

– Хорошо. Тогда мы сейчас же пошлем туда один из материнских кораблей для выяснения ситуации на месте, – распорядился Гард. – Через какое время они могут начать действовать?

– Думаю, понадобится не более часа, поскольку дракониды, находящиеся на Земле, неожиданно заторопились на свой корабль. Они переместятся примерно за полчаса–час, не более того.

Выслушав Фрэда, Гард обратился к присутствующим:

– Какие будут предложения по пресечению атаки на Землю?

– Мы можем забрать всех людей с кораблей, а сами корабли ликвидировать, – предложил один из членов Совета. – Сколько Бии есть на ваших станциях? – обратился он к Фрэду.

– Всего двадцать шесть.

– По двести человек на один Бии− это нормально?

– На какое-то время вполне, – ответил Фрэд. − Можно разместить их там на два-три земных дня, пока определимся, что делать дальше. Но дольше вряд ли получится, Бии ведь не резиновые, – очень по-земному пошутил он.

– Что же, в любом случае у нас нет другого выхода, – подытожил Гард. – Мы должны сохранить жизнь всех людей на кораблях и не дать им возможности предпринять агрессивные действия против Земли. Сколько вам нужно времени, чтобы все подготовить и осуществить? – спросил он Фрэда.

Фрэд на секунду задумался, а затем четко произнес:

– Двадцать четыре минуты.

– Приступайте прямо сейчас, – приказал Гард, и Фрэд сразу же отключился и исчез из зала. – А мы продолжим наш разговор.

– То, что мы сейчас сделаем, – текущее реагирование. Нам нужно что-то сделать с причинами происходящего и понять, какова в этом роль драконидов. Я думаю, своими действиями они нарушили соглашение с галактическим Содружеством.

И тут Константин не утерпел.

– Мы можем провести коррекцию реальности, − звонко отчеканил он.

– Коррекцию реальности, для кого? – удивился Гард.

– Для всех землян, которых заберем, и для всей планеты, на которой они живут.

– То есть... Что же вы предлагаете? – еще больше изумился Гард.

– Я думаю, что дракониды в разные периоды времени похищали этих людей без их согласия. Мы можем вернуть их всех на Землю с измененной реальностью. Создать для них новую земную жизнь. Они и знать не будут, что когда-то встречались с драконидами. Я не думаю, что их на этой планете больше двух-трех миллионов. Может, даже и меньше. А драконидам в любом случае придется отвечать перед Содружеством.

Гард сначала нахмурился, но потом его лицо посветлело.

– А ведь это очень интересная мысль, – как бы размышляя, произнес он. – У драконидов нет наших технологий, и они просто не поймут, что именно мы сделали. Нам, правда, потребуется время для массового сканирования и несколько материнских кораблей около этих планет в системе Аца. И еще нам потребуются те из землян, ну или наполовину землян, кто будет готов полететь на эту планету, провести наблюдение за жизнью похищенных людей и поставить в нужных местах специальные датчики-маяки для массового сканирования памяти.

– Я готов полететь вместе с моей сотрудницей Мери! – невольно вырвалось у Константина.

– Оони, ты тороплив и импульсивен, как и многие в твоем возрасте, – снисходительно улыбнулся Гард. − Но, пожалуй, в данном случае ты совершенно прав. Сейчас мы быстро просчитаем все риски и основные возможные варианты будущего, а потом примем решение.

Совещание продлилось еще около часа. Однако это было особое «растянутое» время, которое действовало только в пределах зала. Снаружи прошло не более пяти-семи минут. Все решения были приняты. ИИС срочно просматривали возможные варианты будущего, а все находящиеся в Солнечной системе веттанские Бии уже скрытно подлетали к армаде агрессивных кораблей.

Константин вызвал к себе в рабочий кабинет Мери и объяснил ей сложившуюся ситуацию. Мери радостно согласилась лететь с ним в систему Аца и сразу же отправилась собираться в дорогу.

Через пятнадцать минут армада кораблей с бывшими землянами на борту пробила внешнее защитное поле и вошла в гелиосферу. В это же время драконидский корабль, на который уже переправились все находившиеся на Земле визитеры, покинул место своей дислокации у границ Солнечной системы и улетел в неизвестном направлении.

Еще через десять минут все находившиеся на кораблях мгновенно были перенесены на прибывшие Бии и закрыты в изолированных для любых видов связи специально созданных помещениях. Они даже не успели ничего понять. Корабли, однако, продолжали свое движение, поскольку управлялись искусственным интеллектом, связанными между собой ИИС, которым не успели дать никаких команд.

К счастью, этот бессмысленный полет продолжался очень недолго. Ударные разрушительные «кварковые» лучи изрешетили все корабли, пройдя защитные поля, как нож сквозь масло. Фактически после этого все ИИС кораблей были выведены из строя, а сами корабли превратились в груду очень качественного металла и других материалов, из которых были изготовлены. Было решено утопить их в Юпитере, что и было сделано без промедления. Уже через час все корабли через подпространственный туннель были перемещены на орбиту Юпитера, а еще через полтора часа − вошли в атмосферу планеты-гиганта и сгинули в ее глубинах.

Сканирование памяти людей из системы Аца дало очень интересные результаты. Оказалось, что в течение многих десятилетий дракониды похищали с Земли людей разных национальностей и переселяли их на заранее выбранную и подготовленную для жизни планету Новая Земля, которая вращалась вокруг Альфы Аца.

В память людей были загружены новые знания и умения. При этом земляне получили также и новые приоритеты жизни, и моральные ценности драконидов, главной из которых было вертикальное подчинение всех – одному. В системе самоорганизации этой своеобразной цивилизации не было каких-либо прав отдельного человека либо гуманоида, а были права только для всех вместе. Никаких выборов или чего-либо подобного у драконидов не существовало, и целью их миссии было создать новую цивилизацию землян, которая, по их замыслам, должна была жить так же, как и они.

Дракониды владели телепатией и умели объединять сознание многих тысяч и даже миллионов отдельных индивидуумов в единое целое, которым руководил главный правитель (суверен) народа. По одному его мысленному приказу при таком объединении совершались совместные дела, которые сделать по-другому дракониды не могли. В частности, к таким делам относилось и терраформирование планет для их жизни или жизни управляемых ими других народов. В отсутствие такого общего объединения действовал более низкий уровень, когда сознания объединял глава региона, города, квартала и даже дома (точнее, группы индивидуальных зданий, в которых жили семьи драконидов).

Времени для полностью самостоятельного независимого мышления у представителей этой цивилизации оставалось очень немного. Все это, с одной стороны, позволяло решать большие и сложные задачи космического масштаба. С другой стороны, у драконидов не было развито творческое и нестандартное мышление, что привело к серьезному отставанию цивилизации. Многие, ставшие обыденными для галактического содружества, вещи были драконидам недоступны. Изобрести либо познать их они были не в состоянии, поскольку большую часть времени объединяли свои сознания для тех или иных текущих дел.

Однако так было далеко не всегда. Раньше эта цивилизация развивалась по другому пути, но около восьмисот земных лет назад некий драконид, захвативший власть на их родной планете, постепенно подчинил себе всех и ввел в практику массовое объединение сознаний. С тех пор уже много поколений драконидов не знали ничего иного и жили в этой сложившейся реальности.

К счастью, объединить таким же образом сознания землян у них не получилось. Кроме того, попадались отдельные дракониды, не желающие объединяться. Они либо успевали сбежать в другие миры, либо их сознание «обнулялось» и наполнялось новой памятью.

Земляне же показали очень сильную устойчивость к слиянию сознаний, и пока драконидам удалось лишь подчинить их назначенному верховному правителю, который также был драконидом, но в облике человека. Более того, как показало сканирование, дракониды не сумели обучить землян телепатическому общению (видимо, в силу очень устаревших технологий). Поэтому люди на Новой Земле общались на специально разработанном для них языке, который был чем-то средним между английским, болгарским и хинди. Максимально упрощенный для нужд общения, язык этот был интегрирован в память людей в качестве родного.

После уничтожения пустых кораблей с Аца было решено на какое-то время максимально заблокировать Солнечную систему для любых проникновений и сканирования информации. Сами веттанцы не могли это сделать в таких масштабах, поэтому пришлось обратиться к помощи галактического содружества. Андромедяне и плеяданцы согласились помочь, но их совместно созданное, практически непроницаемое для внешнего воздействия поле могло работать только одну земную неделю. Это было связано с огромными даже для таких продвинутых цивилизаций энергетическими затратами.

За это время Константин и Мери должны были тайно высадиться на Новую Землю и разместить в каждом из семи городов планеты специальные устройства для облегчения и ускорения массового сканирования памяти и преобразования реальности. Одновременно к планете должны были подойти и лечь на круговую планетарную орбиту восемь материнских кораблей Ветты.

Это были огромные корабли, внутри которых можно было разместить до полумиллиона землян в каждом. Кроме того, именно на таких кораблях находилось оборудование для массового изменения реальности и перемещения. ИИС этих кораблей были самыми мощными и способными в очень короткое время решать поистине космические задачи общепланетарного масштаба. У каждой цивилизации – члена галактического содружества были такие корабли. У веттанцев их было всего восемнадцать. Так что в этой операции была задействована почти половина всего веттанского флота. Один из восьми кораблей должен был подойти ко второй планете, в системе Аца, на которой располагалась база и ангары для космических кораблей. Там постоянно жили и работали несколько тысяч специально отобранных инженеров и их семьи.

На Новой Земле дракониды постарались воссоздать нынешнее время Земли, поскольку в их планах было высадить людей на Землю и фактически захватить ее, навязав новую систему управления. Именно поэтому почти все технологии, опережающие современное развитие Земли, были выведены на другую планету. Ими владели только избранные, которым предназначалось быть в первых рядах покорителей Земли. Главного правителя – драконида решено было доставить сразу на Ветту без изменения памяти. Он должен был стать одним из живых доказательств на процессе против драконидов, фактически подтверждающим попытку порабощения ими земной цивилизации.

Самым сложным было обеспечить незаметность. Вокруг Новой Земли и Новой Луны (так называлась вторая планета, хотя она вращалась по своей независимой орбите вокруг Альфы Аца) постоянно курсировали корабли-стражники. Это были беспилотные аппараты, оснащенные хотя и допотопными с точки зрения веттанцев, но все же искусственными интеллектуальными системами.

Тем не менее эта проблема была решена просто и элегантно. Материнские корабли были оснащены системами полной невидимости и потому спокойно и без всяких проблем двигались по своим круговым орбитам. А Константин и Мери, предварительно получив всю информацию о планете, ее городах и улицах, овладели ее языком и правилами поведения, включая законы, которые на ней действовали, и были просто перемещены Бии сразу на поверхность. Сам же Бии пристыковался к одному из материнских кораблей внутри его защитного поля.

Все это произошло в течение нескольких земных часов после окончания заседания веттанского Совета.

Глава 11. В аду − или почти в аду

Константин и Мери оказались в темном переулке. Бии переместил их за грузовую фуру, припаркованную у одного из безликих мрачных серых строений, которые в Новом Нью-Йорке − столице Новой Земли составляли большую часть местной архитектуры. Было около восьми часов вечера по местному времени. До общего отбоя и наступления комендантского часа оставалось еще около трех часов. В одиннадцать вечера все жители планеты должны были находиться дома. Если кто-то, не имея специальных документов, не успевал вернуться вовремя, его немедленно задерживала местная полиция. В результате он подвергался временному заключению и переводу на более тяжелые работы .

На Новой Земле работали все, в том числе и дети, начиная с семи лет. Утром они были в школе, а затем шли на специальные детские предприятия, где выполняли несложную монотонную работу и где их обучали различным техническим операциям.

Константин и Мери пока не имели пропуска, хотя Бии над этим уже работал. Им важно было найти место для ночлега. Они не могли пойти в гостиницу, поскольку все гостиницы находились под специальным наблюдением полиции и службы безопасности. Каждый посетитель проверялся по общей базе жителей планеты. При этом фиксировалась цель его прибытия в столицу (как, впрочем, и в любой другой город). Их еще не успели внести в эту базу, и нужно было действовать по-другому.

Бии определил, что в ближайшем дом живет бездетный европеец по имени Клайв, у которого недавно умерла жена. Его квартира была достаточно большой для того, чтобы в ней могли остановиться Константин и Мери. Жена Клайва погибла, упав с большой высоты при отказе подъемного оборудования на строительстве промышленного предприятия. Спасти ее не удалось, и теперь Клайв жил один, пока местный районный правитель не подобрал ему новую жену. Константин стал братом Клайва, а Мери – женой Кости.

Когда они зашли в мрачный неосвещенный подъезд и стали подниматься по лестнице на третий этаж, где находилась квартира Клайва, его память уже была скорректирована, а они получили новые сведения о нем, его жене и их однообразной жизни в Новом Нью-Йорке.

– Привет, Клайв, как поживаешь? – с порога весело спросил его Константин.

– Привет, брат! Да прославится в веках наш великий верховный правитель! Живу нормально. Есть еда и выпивка, а новую жену обещали скоро подобрать.

– Хвала и почет нашему великому правителю! – в тон ему ответил Константин. − Новая жена – это хорошо, а мы вот с моей женой приехали в командировку и решили остановиться у тебя. Если ты, конечно, не против.

– Конечно, не против. Вы же заранее позвонили и предупредили. Я даже взял ради этого побольше еды, да и виски прикупил, – ответил Клайв.

Бии очень качественно изменил его память, включая звонок Константина, и даже создал иллюзию целенаправленной покупки еды и виски – почти единственных развлечений на этой планете. На самом деле Клайв просто по привычке автоматически купил еду для себя и жены, ну а выпить он и сам любил.

Примерно через час, выпив с «братом» по хорошей порции виски, Константин и Мери уже лежали на супружеском ложе Клайва. Он отдал им свою постель из уважения, а сам разместился в гостиной на диване.

До этого Константин никогда не был с Мери в одной постели. Ему было как-то не по себе. Но Мери повела себя очень спокойно и правильно в такой непростой ситуации.

– Оони, поскольку мы с тобой играем роль супругов, нам следует вести себя соответствующим образом. Не стесняйся. Я сейчас одна, и насколько мне известно, ты тоже один. Давай, если ты не против, просто представим, что мы действительно муж и жена.

Константин улыбнулся и погладил Мери по прекрасным золотистым волосам. С момента предательства Тинны он не был с женщиной, да и вообще просто ушел в работу с головой. Мери была приятным и очень светлым человеком, и раз уж она предложила такое, он решил ее не огорчать.

– Конечно, Мери, тем более что ты мне очень нравишься. Давай разнообразить жизнь этого несчастного человека. Пусть увидит, как живут настоящие супруги. − Он приобнял Мери и мягко поцеловал ее в губы.

– Очень надеюсь не подвести тебя, – тихо прибавил он, но Мери и так давно поняла его переживания.

– Я все понимаю − и даже больше того, что ты можешь сказать мне или подумать, – ласково ответила она. – Давай представим, что мы вообще другие люди. У нас прекрасное и очень счастливое прошлое и еще более прекрасное и светлое будущее...

Они любили друг друга долго и нежно. В этой близости на чужой планете не было ни страсти, ни боли, ни сопутствующей им злости. Только ласка, нежность, уважение и еще какое-то очень глубокое чувство, которое Константин так не распознал и которому пока не мог дать определения. Ему было просто хорошо, и он чувствовал, что Мери испытывает то же самое. Они как будто остались одни во вселенной. Потом они заснули почти одновременно прямо в объятиях друг друга.

Ночь пролетела как-то очень быстро и незаметно. Утро наступило сразу и ворвалось в комнату шумом города и запахом свежесваренного кофе, яичницы и сливочного масла. Впереди был долгий и трудный день.

Прежде всего следовало выбрать правильное место для установки специального «маяка», который должен был обеспечить полное сканирование памяти всех жителей города. Прямо с поверхности планеты продублировать полученные результаты для повышения их точности. Это было необходимо, чтобы не совершить ошибок или не пропустить кого-нибудь, кто спустился в подвал либо зашел в подземный переход.

В каждом из семи городов предполагалось поставить по одному такому «маяку». Снаружи это устройство походило на небольшую колонку для воды, какие раньше были в деревнях и даже в городах, или на пожарный кран. Все устройства находились на Бии. После выбора места они сразу перемещались на планету. Как только «маяк» включался в рабочий режим, он становился невидимым для человеческого глаза. Однако был совершенно не защищен, пока его устанавливали.

Клайв думал, что Константин и Мери отправлялись на работу в одну из государственных организаций. На самом же деле им предстояло обойти несколько мест в городе, чтобы выбрать, где будет располагаться «маяк». Бии определит, подходит ли выбранное место, и переместит устройство к ним. А Константин и Мери установят и включат его.

Они вышли в серый утренний город и отправились по одной из прямых как стрела улиц прямо в центр. Константин давно не видел такой унылой и однообразной архитектуры. Лица встреченных по дороге жителей угрюмы и неприветливы. Автомобили почти одинаковые (наверное, здесь было разрешено производить одну или две марки). На стенах многих домов − лозунги и портреты верховного правителя. Только они и «оживляли» унылый пейзаж. На больших панно было написано примерно следующее: «Вспомни, что ты сделал сегодня для Новой Земли и нашего Великого Правителя!» И еще вот такой призыв: «Будь строг и прям в мыслях, как наш Великий Вождь и Учитель!» − и прочее в том же духе. Деревьев или клумб с цветами нигде не было видно. В городе стоял особенный запах, отдававший мылом и хлоркой.

– Как здесь неуютно и тоскливо, – сказала Мери, когда они уже подходили к центральной улице. – Я не понимаю, как можно так ужасно жить!

– Видимо, они или забыли, или не знали иной жизни, – ответил Константин. – Действительно, прямо сущий ад какой-то! Но ничего, мы скоро все исправим. Дракониды очень серьезно поплатятся за это издевательство над людьми!

Они наконец нашли то место, которое мысленно указал им Бии. Это был угол центральной улицы и одного из прилегающих переулков. Там стояли несколько больших металлических ящиков для мусора. За ними Константин и Мери решили поставить «маяк». Бии проверил расположение. К сожалению, оно оказалось неподходящим, и им снова пришлось отправиться в путь.

Следующая остановка была около подъезда жилого здания на самой центральной улице. Они зашли в подъезд и стали подниматься наверх, останавливаясь на каждом этаже. Наконец между третьим и четвертым этажами Бии дал сигнал, что место найдено. Они остановились у окна, и Бии переместил «маяк» прямо к ним. Хотя работа была сделана просто филигранно, звук удара об пол весьма нелегкого аппарата мог привлечь внимание жителей подъезда. По счастью, никто не придал значения этому громкому стуку. Ровно пять минут понадобилось, чтобы настроить «маяк» и включить его специальным мысленным приказом. «Маяк» был невидим, но вполне осязаем, поэтому его разместили на подоконнике так, чтобы никто из проходящих мимо не наткнулся на него.

Наконец все было сделано. Бии подтвердил сигнал, и Константин с Мери спокойно спустились по лестнице и вышли из подъезда.

Они шли по этому похожему на казарму городу и были очень довольны, что сумели так быстро все сделать. Теперь им предстояло выбраться из города и переместиться в другой − и так семь раз. При этом добираться до соседнего города им предстояло «своим ходом», иначе их могли обнаружить.

Сейчас они направлялись к дому Клайва. Там планировали взять автомобиль одного из его соседей, который пользовался машиной очень редко, поэтому вряд ли быстро заметил бы пропажу. Они уже приближались к повороту на свою улицу, когда перед ними вдруг выросли двое полицейских.

– Ваши документы! – резко произнес один из них.

Константин и Мери достали заранее подготовленные паспорта и протянули их грозным стражам порядка.

Паспорт Константина был возвращен сразу, а вот паспорт Мери один из полицейских долго рассматривал, а затем вдруг сказал:

– Это устаревший паспорт, на нем нет второго штампа. Он недействителен. Вы пройдете с нами в отделение для выяснения личности.

– Как? Почему? Что не так в моем паспорте? – заволновалась Мери. − И зачем мне идти с вами?

– Сами пойдете или силой вести? – грубо оборвал ее полицейский.

– Вы не имеете права задерживать мою жену! – заявил Константин.

Ситуация становилась напряженной. В их планы совсем не входило посещение полиции.

– Имеем и задержим! – отрезал второй, который был вроде рангом повыше. – Если хотите, можете пойти с ней. А вздумаете сопротивляться, вам же хуже будет.

Константин мог бы одним движением обезвредить их обоих, но делать этого ни в коем случае было нельзя. Их бы немедленно раскрыли, и ситуация вышла бы из-под контроля.

– Хорошо, – сказал он, – я пойду с вами. Но я обязательно пожалуюсь своему начальству, что нас задержали, и мы из-за вас не успели закончить нашу работу.

– Жалуйтесь хоть великому правителю, – усмехнулся полицейский.

Они вместе отправились в отделение, которое находилось на соседней улице.

Мери, после короткого оформления в журнале задержанных, посадили в камеру. Дежурный по отделению заявил Константину, что пока они не проверят документы через центральный компьютер, − а это время долгое, поскольку очередь на проверку большая, − Мери останется в отделении. Константин понял, что ничего не сможет предпринять, если будет находиться здесь. Еще раз пообещав пожаловаться, он покинул отделение полиции.

Мысленно связавшись с Мери, он понял, что она одна в камере. Это немного упрощало ситуацию. Бии сообщил, что может переместить Мери из камеры, но есть риски, что их могут отследить через оборудование драконидов.

К тому же пришлось бы менять реальность для полицейских этого отделения, а это означало новые риски быть раскрытыми. Константин шел по пустынной улице к квартире Клайва и никак не мог придумать, что же делать. Ждать проверки документов было нельзя − и не только потому, что их данные не были внесены в центральный компьютер. Проблема была в том, что время, отведенное для выполнения их миссии, было точно рассчитано, и отставание на сутки могло поставить под угрозу всю операцию. Он уже почти решил связаться с Советом Ветты, чтобы они приняли какое-то решение, − и вдруг ему пришла в голову совершенно бредовая и потому вполне подходящая для данной ситуации идея.

Он вернулся в квартиру Клайва. Хозяина еще не было. Константин нашел в шкафу Клайва его зимнюю куртку, которая почти подходила ему по размеру, надел шапку-ушанку (здесь все носили такие) и обмотал лицо большим шарфом. Он мысленно попросил Бии прислать ему какой-нибудь парализатор, который выглядел бы, как местное смертоносное оружие, но, естественно, был безопасен. Буквально через минуту на пол упало нечто, напоминающее земной автомат Калашникова.

Перенос неживых предметов отследить было сложно, поэтому Константин не беспокоился, что это обнаружат. Он достал из хозяйского шкафа простыню, завернул в нее «оружие» и направился обратно в отделение. При этом мысленно передав Мери, чтобы она была готова к быстрой эвакуации. Предварительно он обильно полил свой шарф позаимствованным у Клайва виски, чтобы создать впечатление изрядно выпившего.

Полицейские в отделении что-то горячо обсуждали. Кажется, речь шла о женщинах.

Константин резко ворвался в отделение с громким криком:

– Руки за голову! Кошельки на стол!

Полицейские никак не ожидали такого внезапного нападения, поэтому беспрекословно подчинились. Оружия у них при себе не было: оно находилось в специальном несгораемом оружейном шкафу. И это все упрощало.

– Ну, ты! – обратился Константин к одному из полицейских. – Давай сюда все ваши деньги!

Для убедительности он повел вверх дулом автомата.

Получив деньги, Константин указал на коридор с камерами предварительного заключения:

– А теперь быстро открывай ближайшую камеру – и все туда шагом марш!

– У нас нет свободных камер, – отозвался один из полицейских.

– Значит, кого-то придется отпустить. Идите в коридор! – приказал Константин.

Рабочий день к этому времени уже закончился, и в отделении полиции находились только трое дежурных полицейских. Еще четверо были где-то на патрулировании. Однако камеры для задержанных были набиты, что называется, «под завязку». Мери повезло: она оказалась единственной задержанной сегодня женщиной, поэтому ей выделили отдельную камеру.

Полицейские послушно отправились в коридор, держа руки за головой.

– Кто у вас здесь? – спросил Константин, подходя к ближайшей камере.

– Парочка насильников. Пытались изнасиловать женщину, – отозвался старший по званию.

– Пусть посидят.

Константин подошел к камере, где находилась Мери:

– А здесь кто?

– Женщина, задержана для проверки документов.

– Отлично! Пусть гуляет. Ну-ка быстро открывай камеру! – приказал он старшему.

Когда камера была открыта, он выкрикнул:

– Выходи, красотка! Сегодня тебе повезло. Питер Отмычка гуляет, у всех свое забирает.

Имя преступника удачно придумалось в последнюю секунду.

– Ну-ка быстро отсюда, чтоб я тебя не видел, а то мне еще чего-нибудь захочется, кроме денег!..

Когда Мери выбежала из отделения, он обратился к стоящим у камеры полицейским:

– А теперь заходите. И чтоб ни звука в течение часа! Я сегодня освободился из тюрьмы и не хочу, чтобы мне испортили праздник.

Хоть и совсем небольшая, преступность на Новой Земле все-же была, поэтому ни один из полицейских, ошеломленных стремительным нападением, не заподозрил подвоха. Сначала Константин думал их парализовать, но потом понял, что это было бы равнозначно тому, как если бы они с Мери во всеуслышание заявили на всю планету: «Мы здесь!»

Он бросил отобранную у полицейского связку ключей от камер на стол в дежурном помещении и, спрятав «автомат» под куртку, вышел из отделения. Мери уже ушла вперед. Она должна была вывести из гаража машину соседа Клайва, на которой им предстояло отправиться в следующий город.

Когда Константин подошел к подъезду Клайва, машина уже стояла у обочины. Мери сидела за рулем. Он открыл багажник, бросил туда парализатор, а затем сел рядом с Мери. Автомобиль был хоть и не новый, но еще вполне резвый, и через полчаса они уже выезжали из Нового Нью-Йорка.

Видимо, их пока не начали искать, поскольку ничего необычного по дороге они не встретили. Похоже, полицейские все еще были в камере. Вечерело. Машина ехала по трассе в Новый Лондон, где им предстояло установить очередной «маяк». Мери была почти в шоке.

– Я и представить себе не могла, что с нами может такое случиться! – мысленно говорила она Константину. Открыть рот у нее не было сил.

– Как ты все это здорово придумал! А ведь я уже решила, что миссии – конец. И придется чуть ли не воевать с драконидами.

–Все это как-то внезапно в голову пришло. Думаю, Господь помог, – так же мысленно ответил Константин.

– Давай впредь будем очень осторожными.

Бии уже сделал им другие документы. Мери и Константин до этого были в париках, а теперь сняли их, чтобы не быть сразу узнанными, если начнутся поиски.

Парализатор они решили на всякий случай оставить в машине. С ним было как-то спокойнее.

Во всех остальных городах все прошло успешно. Правда, в новостной телепередаче было сказано, что вооруженный преступник попытался ограбить полицейский участок, но «доблестные сотрудники полиции» отбили нападение. Хотя, мол, преступнику и удалось скрыться, его обязательно найдут. Вся полиция Нового Нью-Йорка приведена в состояние повышенной готовности. Все въезды в город и выезды из него блокированы. Это означало, что розыгрыш Константина приняли за чистую монету, поэтому опасаться им было нечего. Про Мери в репортаже вообще не было ничего сказано – следовательно, ее никто не ищет. Клайву Константин оставил написанную левой рукой записку, в которой говорилось, что они срочно уехали, поскольку их вызвали обратно на работу. В общем, пока все складывалось как нельзя лучше.

Когда последний «маяк» был установлен в седьмом городе – Новой Москве, прошла уже почти неделя. Времени для завершения всего масштабного проекта оставалось в обрез. Бии должен был забрать их вместе с парализатором с междугородной трассы, далеко за городом. После этого все материнские корабли по общей команде начинали забирать с планеты всех ее жителей. Процесс сканирования памяти новых землян начался сразу, как только был поставлен первый «маяк», и должен был завершиться в ближайшие часы. Сам процесс перемещения, с учетом возможностей материнских кораблей, планировалось провести в течение двух часов (включая перемещение тех, кто находился на Новой Луне).

Константин и Мери ехали к месту перемещения, до которого оставалось еще около пяти километров, в приподнятом настроении. Они выполнили свое задание. Кроме того, интимная близость между ними, начавшаяся на этой далекой планете, и ощущение опасности что-то изменили в них самих и в их отношении друг к другу. Константин вдруг осознал, что Мери стала ему совсем родной. Он больше не хотел с ней расставаться. Это была не страсть, а совсем другое чувство, глубокое и сильное, наполненное какой-то внутренней красотой и нежностью.

Они уже подъезжали к условленному месту, когда вдруг увидели в небе огни и услышали рокот вертолетов. Яркие прожектора осветили их автомобиль. Один вертолет приземлился прямо перед ними, загородив дорогу, второй завис сверху. Константин резко затормозил прямо перед вертолетом.

Из громкоговорителя, установленного на вертолете, раздался громкий противный голос:

– Медленно выйдите из машины и положите руки на капот!

Времени на обдумывание ситуации и принятие решения не было.

– Бии, забирай нас скорее! – мысленно закричал Константин, но Бии не отвечал.

– Выходите из машины − или будете уничтожены! – снова проскрежетал голос в громкоговорителе.

– Господи! Что же нам делать? – мысленно возопил Константин. Он не мог понять, кто и как их вычислил. И почему именно сейчас, когда все уже было сделано, ситуация вышла из-под контроля. Может быть, сосед Клайва заявил об угоне автомобиля?.. В любом случае нужно было выходить, иначе их действительно могли просто расстрелять на этой трассе. И это было бы очень глупым и печальным концом жизни.

– Мери, спокойно выходим, – мысленно обратился он к своей спутнице. – Бии почему-то не отвечает, но надеюсь, что он все-таки слышит наши мысли.

Они вышли из автомобиля и встали около него, положив руки на капот. Константин еще раз попытался вызвать Бии, но тщетно. Второй вертолет приземлился позади машины. Из обоих вертолетов вышли вооруженные люди и направились к ним.

И тут Константин снова вспомнил о Боге. Он опять осознал, что только Бог может ему помочь.

– Господи, помоги! – снова обратился он к Богу. И на этот раз его мысленный отчаянный призыв был услышан.

Неожиданно эти вооруженные люди начали медленно растворяться в воздухе... А потом и вовсе исчезли, словно вообще никогда не существовали. Двигатели вертолетов заглохли. Видимо, и те, кто оставался внутри, тоже исчезли.

– Господи, спасибо!

Константин был просто в какой-то эйфории. Он еще не понимал, что же на самом деле произошло. Главное − вокруг них уже никого не было, они могли спокойно продолжить свой путь..

– Бии! – еще раз безуспешно позвал Константин. Видимо, произошло что-то, о чем они не знали. И тогда он принял единственно верное решение.

– Мери, поскольку Бии не отвечает, не вижу смысла ехать к месту перемещения. Мы должны спрятаться в ближайшем лесу. Вот-вот начнется массовое перемещение. Нам нужно просто где-то переждать.

– Что это сейчас было? – спросила Мери.

– Я не знаю, – ответил Константин. – Возможно, перемещение уже началось. Хотя вроде еще рановато.

Они взяли парализатор и, решив укрыться от чужих глаз, пошли прочь от дороги, в небольшой лесок. Там они устроились под большой елью. (Деревья здесь, как и люди, были вывезены с Земли.) Константин пытался связаться с Бии еще несколько раз. Он хотел найти хоть кого-нибудь! Но казалось, вселенная молчит и никто его не слышит.

Так они прождали около двух часов. Перемещение с планеты должно было уже идти полным ходом. Однако никакой связи не было, и они не знали, что происходит на самом деле. Оставалось только ждать.

Неожиданно в небе над дорогой показалась светящаяся точка. Сначала они подумали, что это еще один вертолет, однако по мере ее приближения стало понятно, что это планетолет с одного из базовых кораблей. Он представлял собой небольшой диск диаметром около пятнадцати метров и высотой около шести-семи метров. Такие планетолеты управлялись современными веттанскими ИИС, но Бии, конечно, превосходили их на несколько порядков.

Планетолет завис в нескольких метрах над дорогой. Казалось, он кого-то или что-то ищет. Константин и Мери побежали из леса к кораблю. Как только они приблизились, яркий луч вспыхнул в днище планетолета и осветил дорогу перед ним. Константин сразу понял, что это световой лифт. Они выбежали на дорогу и вошли в освещенное пространство. В следующую минуту мягкие энергетические волны приподняли их и понесли вверх, к кораблю.

На планетолете их встретил веттанец по имени Тод, который специально прилетел за ними с одного из материнских кораблей. Он рассказал, что случилось непредвиденное. Дракониды решили посетить свою «подшефную» планету именно тогда, когда вся операция близилась к завершению. Категорически нельзя было позволить им это сделать! Но и обнаружить себя тоже было невозможно.

И тогда Бии Константина решил принести себя в жертву. Он вызвался неожиданно напасть на драконидские корабли, переформировав себя в корабль одной из очень удаленных, не входящих в галактическое содружество, но достаточно продвинутых цивилизаций − так называемых «магелланцев» из галактики Большое Магелланово Облако.

Задачей Бии было или развернуть корабли в обратном направлении, или, по крайней мере, задержать их до окончания всей операции по перемещению людей с Новой Земли.

Он замечательно справился со своей задачей. Однако у драконидов на кораблях оказалось весьма серьезное вооружение, и Бии пришлось очень нелегко. Перестрелка и энергетические выбросы приостановили движение драконидов после выхода из подпространства в обычный космос в системе Аца. Они действительно поверили, что здесь магелланцы, и обрушили на Бии все свое боевое оснащение. Бии сумел продержаться достаточно долго. Базовые корабли, которым пришлось начать операцию по перемещению несколько раньше намеченного срока, успели переместить всех новых землян и уйти. Бии получил очень серьезные повреждения, и его едва удалось переместить в последний момент на один из базовых кораблей. Звездолеты драконидов также понесли значительный урон и срочно ретировались на свою планету, опасаясь, что корабль магелланцев здесь не один или уже вызвал подкрепление. Никто из драконидов не погиб в этом «сражении», но многие получили незначительные, полностью реабилитируемые ранения. А сейчас они летят на базовый корабль.

Константин понимал, что совсем гладко такая сложная и долгая операция не могла пройти. Неожиданности всегда неизбежны. Но ему было очень жалко Бии. Он воспринимал его практически как члена своей семьи, как друга и помощника, который уже не раз выручал его в сложных ситуациях.

– Его еще можно восстановить? – со слабой надеждой спросил он.

– Сейчас этим занимаются на базовом корабле, на который мы летим, – ответил Тод. – Пока трудно сказать что-то определенное.

Через пятнадцать минут они были уже на базовом корабле − последнем из находившихся в системе Аца. Остальные корабли уже покинули систему. Как только планетолет, на котором находились Константин и Мери, влетел внутрь базового корабля и опустился на специальную площадку, откуда раньше стартовал, базовый корабль отправился вслед за остальными.

Когда Константин и Мери вернулись, они могли немного отдохнуть. Константину, к сожалению, не разрешили посмотреть на Бии. Точнее, это было пока невозможно, поскольку последний находился в специальном восстановительном растворе: ведь Бии был живым организмом, и его восстановление происходило совсем по-другому, чем у большинства обычных ИИС.

На мысленную связь с ними вышел председатель Совета Ветты Гард. Он сообщил, что изменение реальности будет полностью закончено в течение ближайших шести часов. Все жители Новой Земли будут возвращены на Землю с новой памятью. Все города на Новой Земле и база на Новой Луне будут разрушены. Для галактического Совета будет записан подробный отчет. Гард хотел знать, готов ли Константин-Оони вместе с Мери-Ален участвовать в галактическом Совете и свидетельствовать против драконидов в защиту жителей Земли. Конечно, они оба согласились.

После разговора с Гардом они уединились в предоставленном им экипажем базового корабля трансформ-отсеке, который сразу превратили в очень уютный полуземной-полуветтанский дом. Немного перекусив, они решили отдохнуть, поскольку последние сутки выдались очень непростыми и весьма утомительными. Приглушенный лунный свет проникал в раскрытые эллиптические окна, за которыми негромко шумел океан. Где-то стрекотали цикады, а иногда вдруг начинали переговариваться какие-то ночные птицы. Воздух был напоен ароматом акации, смешанным с запахом океанских водорослей, и еще чем-то неуловимым, но очень приятным. Трансформ-отсек работал очень качественно. Уже через несколько минут Константин и Мери крепко спали.

Глава 12. Переход на новый уровень

Совет галактического содружества проходил на планете искусственного происхождения, которая вращалась вокруг звезды, входящей в одно из шаровых скоплений недалеко от центра галактики Млечный Путь. Время здесь текло несколько иначе: сказывалась большая гравитация. Поэтому планета была окружена специальным полем, которое защищало ее от любых космических воздействий. Кроме того, на саму планету были проложены многочисленные подпространственные пути − как для кораблей, так и для могущих перемещаться в космосе самостоятельно существ. Планета была многомерной. Фактически это означало, что вместо одной планеты вокруг звезды вращалось не менее пятнадцати, физически находящихся в одном месте. Для перехода с одной планеты к ее «сестре» в другом пространстве достаточно было только преодолеть специальный портал. Кроме того, некоторые планеты были адаптированы для тех цивилизаций, которым не хватало трехмерного пространства и необходимо было еще минимум одно измерение. По существу, сама созданная галактическим содружеством планета встреч и управления представляла собой перекресток многих и многих путей и миров. Здесь располагался Совет содружества. Здесь принимались самые важные решения. А главное, из этого центра физически поддерживались стабильность и нормальное развитие всей галактики. В том числе производилась коррекция, создание и ликвидация так называемых «черных дыр», по существу являющихся гравитационными стабилизаторами трехмерного пространства и источниками создания как самой галактики, так и новых звезд вселенной. Здесь же проходили основные межгалактические транспортные коридоры.

Константин и Мери переместились на планету Совета через кабину перемещений, установленную на веттанской станции на Нептуне. Туда они вернулись вместе с веттанским материнским кораблем. После перемещения они оказались в огромном многоярусном зале, который был открытым порталом для цивилизаций всего содружества.

Заседание должно было начаться через восемь земных часов. Это время было необходимо для прибытия представителей всех миров содружества.

Фактически, у Константина и Мери была еще уйма свободного времени. Представитель Ветты при Совете содружества встретил их и отвел в комплекс зданий Совета, где также располагались резиденции всех представительств.

Прежде Константин и Мери никогда не видели таких планет и таких городов. Солнце на небе – не одно, их несколько, но при этом совсем не жарко и нет особой яркости. Дороги и здания планеты уходят и вверх, и вниз. Гравитация меняется в зависимости от задач при строительстве, поэтому можно без посторонней помощи взлететь на высокий этаж огромной башни или пойти вообще почти перпендикулярно к поверхности по дороге, идущей в небо. Различные экзотические растения растут под совершенно немыслимыми углами к горизонту...

Никаких машин или чего-то подобного им на этой планете не было. Все передвигались сами, пешком или по воздуху, либо просто перемещались туда, куда им было нужно.

Комплекс зданий Совета был огромной полусферой, вокруг которой располагались представительства. Резиденции имели самую разную форму− от почти обычных вертикальных зданий до эфемерных, вращающихся в воздухе, почти неосязаемых субстанций. Здесь было место для всех.

Константина и Мери разместили в гостевых покоях представительства. Они познакомились с теми, кто работал при галактическом Совете, перекусили и смогли даже поспать.

Заседание Совета содружества проходило в огромном зале, чем-то напоминающем зал генеральной ассамблеи ООН на Земле. Разница была лишь в том, что весь зал был наполнен светом, который лился то ли из стен, то ли из потолка, то ли вообще из воздуха. Кроме того, все участники заседания не сидели в креслах, а располагались в специальных нишах, выделенных для каждой делегации. Все остальные предметы, находящиеся в зале, были полупрозрачными и словно слегка размытыми.

Ветту на Совете представлял председатель веттанского Совета Гард, который тоже прибыл на заседание. Всего в содружество входило на постоянной основе более трехсот миров. Еще около двух сотен миров являлись участниками общего галактического партнерства, то есть фактически тоже были членами содружества, но не имели пока права голоса на Совете. Остальные миры, а их было еще около сотни, присутствовали в качестве наблюдателей.

Цивилизация драконидов была полноправным членом содружества, однако сегодня вопрос о действиях в гелиосфере мог лишить ее статуса полноценного участия.

Заседание открыл плеяданец по имени Амтрил − на ближайшие пять земных лет председатель Совета содружества. Разговор велся мысленно в полной тишине, на всеобщем языке Млечного Пути.

– Сегодня наш Совет собрался в силу нескольких причин раньше срока своего очередного заедания, – обратился Амтрил к присутствующим. – Причина, собравшая нас, заключается в действиях одного из членов нашего содружества, которые могли иметь самые непредсказуемые последствия для другого и курируемой им развивающейся цивилизации, еще не вышедшей за пределы своей звездной системы.

После этого вступления Амтрил предоставил слово Гарду, который подробно рассказал обо всем случившемся и продемонстрировал в специальном ускоренном режиме голографическое видео всех событий, включая и саму Новую Землю. Также Гард сообщил Совету обо всех действиях Ветты и об изменении реальности для землян, которых пришлось вернуть домой.

Когда он закончил свою речь, слово дали представителю мира драконидов. Стало ясно: он совершенно не ожидал, что все их планы так быстро пойдут прахом. Отпираться или врать было бессмысленно. Все доказательства налицо, да и не в природе драконидов было увиливать. Понятие чести у них было очень специфическим, но при этом ярко выраженным.

– Мы действительно посчитали себя вправе сделать это, поскольку хотели изменить жизнь на Земле, – начал он. – Мы считали и продолжаем считать, что мир, созданный на Земле, несовершенен. Сама Земля живет под угрозой исчезновения в результате мировой войны, которая может начаться в любой момент. На планете нет единой власти и четкого порядка. Мы просто забрали часть людей и создали для них новый, лучший мир, который потом хотели принести на Землю. Мы не считаем себя в чем-то виноватыми. Да, мы сделали это втайне от Ветты, но нынешние кураторы Земли ничего не делают для того, чтобы улучшить жизнь на планете, и вообще стараются не вмешиваться в то, что там происходит.

Константин слушал − и не понимал, как может представитель достаточно развитого народа говорить такие ужасные вещи. Как будто дракониды жили в другом, нереальном мире.

После представителя драконидов слово настала очередь Константина и Мери. Первым выступил Константин.

Он подробно рассказал, что они видели на Новой Земле и как там устроена жизнь. Поскольку вся их миссия была записана, он продемонстрировал отдельные моменты пребывания на планете, в том числе арест полицией Мери. Демонстрация Новой Земли произвела на участников заседания гнетущее впечатление. А то, что во главе этого искусственно созданного мира был поставлен драконид, полностью определило решение Совета.

Главный вопрос, который был задан верховному правителю драконидов (а именно он сегодня представлял свой народ на Совете), звучал так: почему дракониды продолжили свой незаконный эксперимент над людьми после того, как поняли, что их сознания не удается объединить по аналогии с сознаниями драконидов?

– Мы считали и продолжаем считать, что это возможно, просто для этого нужно время, – бесстрастно ответил правитель. − Через одно-два поколения нам бы это удалось.

– Удалось создать расу рабов, готовых выполнять любое распоряжение? – изумленно спросил Амтрил.

– Мы считаем это счастьем − быть всем вместе в едином сознании, – так же бесстрастно и уверенно отвечал драконид.

– Ну что же, мне кажется, всем все понятно, – резюмировал Амтрил. – Я хочу услышать предложения членов Совета.

Предложение сформулировал Гард. Он по достоинству оценил историю и вклад драконидов в строительство галактического содружества за последние несколько десятков тысяч лет, оценил их достижения в исследовании окружающей вселенной, а главное −их продвижение по пути объединения сознания всего народа. Вместе с тем он констатировал, что после смены власти примерно восемьсот лет назад приоритеты и цели мира драконидов стали меняться. Более того, в последние столетия стало очевидным, что их пути начали расходиться с путями развития галактического содружества. Никто не вмешивался в их жизнь и не диктовал им, как и в какой форме строить управление и организовывать общежитие. Однако дракониды, видимо, дошли до какого-то предела в своем движении. Они стали серьезно отставать в развитии, особенно в творческом и культурном. Возможно, по этой причине они решили экспортировать свой образ мысли и образ жизни на развивающиеся планеты. Им было необходимо почувствовать свою полноценность и каким-то образом справиться со своими национальными комплексами. Эти действия могли закончиться большой трагедией и унести множество жизней ни в чем не повинных людей. Миллионы жизней были уже разрушены драконидами путем похищения землян и навязывания им чужого способа мышления и чуждых ценностей.

– Я считаю, что мы должны приостановить полноправное членство цивилизации драконидов в нашем содружестве, – подытожил свое выступление Гард. – Кроме того, нам нужно выбрать цивилизацию – наблюдателя за развитием драконидов на ближайшее время, чтобы она могла понять, как и в каком направлении развивается этот мир. Если все будет совсем плохо, то придется определить куратора этой цивилизации. Но будем надеяться, что они сумеют справиться со своими проблемами сами. Также я считаю, что драконидам необходимо запретить приближаться к любым развивающимся системам, находящимся под кураторством цивилизаций – членов содружества. И самое главное: предлагаю до подтверждения позитивных изменений в их мире объявить эмбарго на поставки для них любых видов технологий содружества, которые опережают технологии драконидов.

Правитель попытался возражать:

– Вы обрекаете наши планеты на технологическое отставание. Наблюдение за нами – нарушение наших прав!

– У вас был шанс измениться. Но за последние восемьсот лет вы только усугубили свое отставание – и не только технологическое, но и цивилизационное, нравственное отставание от всех членов содружества. Мы не можем с этим больше мириться, – оборвал его Амтрил.

– Есть ли другие мнения? – обратился он ко всем присутствующим.

Вероятно, предложение Гарда выражало общее и давно сформировавшееся мнение, поскольку сразу же почти все присутствующие поддержали его своими мыслями.

Было высказано только одно отличное мнение. Арктурианский представитель предложил провести изменение реальности всего мира драконидов и вернуть их в сознание восьмисотлетней давности − или назначить им куратора развития, который вмешался бы в управление планетой и изменил историю мира драконидов.

После таких предложений правитель драконидов просто впал в шок. Он наконец понял и осознал, что может произойти со всем его народом и с ним самим. Однако столь радикальные предложения не были поддержаны − и не только в силу их экстравагантности, но и потому, что операция по такому изменению реальности могла бы стать настоящей гуманитарной катастрофой для целого мира. Да и затраты энергии были бы сравнимы с построением нескольких новых искусственных планет. Что же касается курирования мира драконидов, пока еще рано прибегать к такой мере. Все же дракониды были очень древней цивилизацией и давно входили в содружество. Решили дать им возможность самим реабилитироваться перед Советом.

Верховный правитель пообещал больше никогда не пытаться похищать представителей иных миров. Более того, он согласился пересмотреть некоторые моральные и этические принципы жизни драконидов. Единственное, о чем он просил: сделать так, чтобы наблюдение за их миром не было слишком явным. Совет согласился с этой просьбой. В качестве цивилизации-наблюдателя были выбраны арктурианцы, как самые жесткие и непредвзятые. Они радостно приняли это предложение. Было очевидно, что если дракониды в чем-то ошибутся или возьмутся за старое, реакция будет быстрой и жесткой. Кроме того, почему-то Константин почти не сомневался, что арктурианцы не остановятся на пассивном наблюдении и так или иначе будут корректировать развитие этого заблудившегося мира.

После принятия решения Совет перешел к обсуждению других вопросов. Когда заседание закончилось, Константин и Мери еще несколько земных дней оставались на планете Совета. Они встречались с представителями многих миров, гуляли в прекрасных садах одной из планет-«сестер», познакомились с культурами веганцев и плеяданцев.

В общем, впечатлений от посещения планеты Совета было множество. Кроме того, Константин постарался получить как можно больше разнообразной информации о мирах содружества, их технологиях и знаниях, собранных за многотысячелетнюю историю.

К концу поездки казалось, что его мозг уже не способен воспринимать ничего нового. Однако Константин был очень рад, что нашел время для пополнения своих знаний.

Наконец они вернулись домой. Сначала из главного портала планеты Совета они переместились на веттанскую станцию на Нептуне. А затем решили полететь до Земли на Бии, который к тому времени уже полностью восстановился. Константин заранее дал ему мысленный приказ прилететь на Нептун. Они хотели пролететь мимо Юпитера и просканировать пространство на тот случай, если вдруг там остались какие-нибудь осколки кораблей с Новой Земли. Что-то подсказывало Константину, что нужно поступить именно так. Он и сам не понимал, почему у него вдруг возникла уверенность, что обязательно следует просканировать пространство около Юпитера.

Глава 13. Запоздалая месть

Лететь в Бии было очень легко и приятно. Фактически Константин и Мери лежали на морском пляже. На берег накатывались неспешные волны. Нежный ласковый ветерок обдувал тело. Именно такую реальость они создали внутри своего живого корабля и теперь предавались прекрасному отдыху после трудных будней и нервного напряжения на планете Совета. Бии тоже не особенно спешил, понимая, что они просто хотят от всего отдохнуть.

Прибыть на Юпитер планировалось через двадцать часов, хотя Бии мог долететь туда в десять раз быстрее, поскольку мог перемещаться в обычном пространстве почти со световой скоростью, а лететь было всего около одного миллиарда километров. Константин и Мери могли всецело посвятить себя друг другу.

За последние недели они очень сблизились. Константин начал осознавать, что всегда мечтал встретить такого человека, как Мери. Нет, это была не страсть. Его чувства были переполнены нежностью и еще чем-то неосязаемым, что, наверное, и называется любовью. Он вдруг понял, что хочет, чтобы она всегда была рядом, хочет, чтобы у них было много детей. Ему стало понятно, каким бывает настоящее счастье.

Они нежились под созданным Бии солнцем, купались в море, разговаривали... Именно разговаривали, а не общались через мысленный контакт. Потом отправились в красивый домик на берегу моря, чтобы перекусить и немного поспать. Казалось, этот замечательный отдых не закончится никогда. Константин был очень рад, что они не переместились сразу на Землю, где ждала работа и множество нерешенных проблем. После очень долгой и нежной близости они наконец заснули в уютной большой кровати с «умным» матрацем, который очень точно подстраивался под их тела и движения.

Константину приснилась почему-то Новая Земля. Видимо, впечатления от пережитых событий еще были живы. Он снова пробирался мрачными и дурно пахнущими переулками, взбирался на крыши однообразных серых зданий... Однако небо над городом вдруг превратилось в какой-то толстый и тяжелый блин, нависший над домами и улицами. Не было видно ни звезд, ни облаков: темный подгоревший блин застилал все пространство над городом. Было очень неуютно и даже страшно, но Константин знал, что нужно делать. Он стал истово молиться Богу, понимая, что только он способен вернуть небо и звезды. И странное дело − блин стал меркнуть и рассеиваться. Константин продолжал и продолжал призывать Всевышнего. И вдруг неожиданно проснулся.

Его разбудил голос Бии, который сквозь сон прозвучал в его мыслях:

– Оони, мы уже на орбите Юпитера.

Константин открыл глаза и резко сел на постели.

– Неужели уже прошло двадцать часов? – мысленно спросил он Бии.

– Да, – ответил Бии. – Вы проспали почти десять часов, а до этого загорали, купались, обедали и еще чем-то занимались в спальне, − но чем именно, я не видел, потому что вы включили приватный режим.

– Спасибо, Бии, – улыбнулся Константин. Он оценил вежливость и тактичность своего корабля. Они не включали приватный режим, просто забыли. И Бии самостоятельно, чтобы не вторгаться в их личное пространство, сделал это для них.

– Просканируй окружающее пространство и планеты-спутники. Возможно, где-то есть осколки уничтоженных кораблей с Новой Земли. Или еще что-то, что не утонуло в юпитерианской атмосфере.

– Хорошо. Начинаю сканирование, – отозвался Бии.

Они решили, что сделают несколько оборотов вокруг Юпитера, и Бии пролетит вблизи основных спутников Ио, Европа, Ганимед, Каллисто. И на всякий случай около Амальтеи, хотя она была значительно меньше остальных и шанс что-то там обнаружить стремился к нулю. После этого Константин стал нежно будить Мери.

Сканирование продлилось недолго. Вокруг Юпитера вращалось много разнообразных тел естественного происхождения, но никаких обломков кораблей обнаружено не было. У основных спутников Юпитера тоже было все чисто. Однако на орбите вокруг Каллисто вращалось «нечто», привлекшее внимание Константина. Это был странный сгусток энергии, очень похожий на защитное поле корабля или станции. Наверное, никто не обратил на него внимания, когда ликвидировали корабли новых землян. Бии вынужден был включить режим невидимости, чтобы подойти к объекту как можно ближе.

Это действительно оказалась небольшая орбитальная станция, скрытая от внешних глаз очень плотным защитным полем. Бии просканировал ее всю и сообщил, что живых существ й нет, но действует система автоматического управлении (что-то похожее на очень примитивную ИИС). Было совершенно непонятно, кто и зачем разместил здесь такую станцию, тем более работающую в автоматическом режиме.

Константин решил переместиться внутрь станции, чтобы осмотреть ее и принять решение, что же с ней делать дальше. Однако реализовать такое решение оказалось непросто из-за окружающего ее плотного защитного поля, которое блокировало простое телепортирование. Можно было вывести систему управления из строя и отключить поле, но тогда станция превратилась бы в груду металла без света и воздуха. Посещение такой станции было бы малоприятным и неинформативным. Кроме того, неизвестно еще, кому принадлежит эта станция. Поэтому нападать на нее или ломать без веских оснований было бы серьезным нарушением законов галактического содружества.

Наилучшим решением было подлететь к станции и попробовать попасть в нее через входные шлюзы. Защитное поле было проницаемым для живых существ. Стало понятно, что кто-то уже посещал эту станцию подобным образом. Константин попросил Мери сообщить Фрэду об их находке, а сам с помощью портативного интегратора создал вокруг себя специальный биоскафандр из защитного поля и вышел в открытый космос.

Он еще никогда не был в космосе таким образом. Его интегратор позволял передвигаться в любом направлении с заданной им скоростью. Биоскафандр практически не чувствовался. Казалось, Константин сам, без всякой посторонней помощи, летит в космосе куда захочет. Это было очень необычно и приятно. Он медленно «подплыл» к кромке защитного поля станции и беспрепятственно пересек его, словно пролетел сквозь обычное облако. Внутри находилась сигарообразная конструкция с несколькими выпуклостями по бокам. Станция была абсолютно черной и выглядела довольно мрачно. Константин облетел со всех сторон, передавая ее внешний вид на Бии, который выяснил, что станция была построена, вероятно, на одной из планет мира драконидов. Возможно, она предназначалась для скрытого наблюдения за веттанцами и их работой в Солнечной системе. Но точнее ничего определить он не мог. Затем Бии сообщил ему, где находится ближайший вход. Константин подлетел к одной из выпуклостей, и сразу же в ней появилось отверстие. Видимо, система была настроена на появление живых существ, в том числе людей, именно таким способом.

Константан пролетел сквозь внутреннее защитное поле и оказался внутри. Отверстие за ним сразу же закрылось.

Станция представляла собой многоуровневую систему коридоров и отсеков. На первый взгляд все системы, в том числе искусственная гравитация станции, работали нормально. Константин решил найти командный пункт, чтобы попробовать связаться с ИИС станции и получить хоть какую-то информацию. Никаких намеков на возможность мысленного контакта с системой управления здесь и в помине не было. Внутри станция выглядела очень старой, даже древней. Сразу стало понятно, что находится она на этой орбите много земных десятилетий (а может, и столетий). Стараясь не терять мысленный контакт с Бии, Константин пошел по главному коридору, надеясь рано или поздно дойти до отсека управления. Бии в это время старался найти в своих архивах и запрошенных им архивах Ветты схему подобной станции, но пока ничего не нашел. Коридоры были довольно тускло освещены. Значит, здесь экономили запасы энергии. Это было странно, поскольку дракониды уже умели преобразовывать энергию из вакуума и света звезд, хотя и очень примитивным образом.

Вдоль главного коридора находились множественные входы в различные помещения станции. Об этом свидетельствовали выпуклости на стенах. Константин решил осмотреть какое-нибудь помещение изнутри. Нажал на один из выступов − и в стене коридора сразу же появилось отверстие. Он зашел в отсек и осмотрелся. По всей видимости, это было жилое помещение драконида – сотрудника станции. Здесь были специальное спальное ложе, выступы вместо столов для еды, большой плоский экран на стене и еще какие-то непонятные приспособления.

Внезапно внимание Константина привлекла картина, висевшая на стене над ложем. Изображенный на ней драконид сильно напоминал того, который присутствовал на заседании Совета содружества, только был постарше. Видимо, это отец или дед, а может, и прадед нынешнего правителя.

Бии сразу же смог опознать изображение, которое отправил ему Константин. На картине был изображен правитель Алдргн, который возглавлял мир драконидов около пятисот земных лет назад. Учитывая, что средняя жизнь драконидов длится около двухсот лет, это действительно был прадед нынешнего правителя. А станция оказалась еще древнее, чем ожидалось, поскольку была создана явно во времена правления Алдргна.

Все это сразу помогло найти схему станции и определить местонахождение командного отсека. К тому же теперь стало понятно, что интерес к Солнечной системе возник у драконидов достаточно давно − значительно раньше, чем можно было предположить. Правда, технологии того времени были достаточно простыми, доказательством чего служил плоский экран на стене. Однако это не помешало создать целую станцию, рассчитанную на постоянное пребывание тридцати драконидов.

Используя гравилифты, Константин переместился на уровень, где находился пункт управления. Войти туда оказалось не так-то просто. Выступ в стене открывал вход, но силовое поле не пропускало Константина. Скорее всего, вход в это помещение был предназначен не для людей, а только для драконидов. Но Бии передал на интегратор необходимую информацию, и Константин очень быстро принял внешний облик драконида, преобразовав свой биоскафандр. Да-да, он так и не снял скафандр, чтобы не дышать воздухом этой старой станции, который к тому же отличался по своему составу от земного и веттанского.

Войдя в отсек управления, Константин первым делом постарался подключить свой интегратор к управляющей компьютерной системе. Это удалось, и через несколько минут данные из бортового компьютера были перекачаны в память интегратора. Отсек управления был небольшим. Предполагалось, что в нем постоянно будут находиться не более трех-четырех драконидов. Поскольку это была орбитальная станция, не было нужды в постоянном присутствии в этом отсеке. Через некоторое время Константину удалось понять всю схему расположения помещений на станции, и, к его удивлению, оказалось, что здесь есть ангар, где находятся несколько дисковидных кораблей. Наверное, они предназначались для полетов по Солнечной системе. Но вполне возможно, что эти корабли были приспособлены и для более дальних полетов.

Он уже собирался покинуть командный пункт станции, когда его внимание привлекло появившееся в последнюю секунду сообщение на главном экране. Оно было написано на драконидском языке, но Константин без труда смог его прочитать. Надпись гласила: «Самоуничтожение станции произойдет через 30 секунд». Похоже, дракониды предполагали, что кто-то непрошеный может посетить их станцию, и решили преподнести ему неожиданный сюрприз. А может, просто сработала какая-то древняя система.

Константин понял, что переместиться на Бии он, возможно, не успеет, хотя мысленно и приказал попробовать достать его захватным лучом. Одновременно он приказал интегратору максимально увеличить мощность и защиту биоскафандра. После этого Константин выскочил в коридор и бросился к ближайшему жилому отсеку.

У него оставалось около шестнадцати секунд. Вбежав в отсек, он увидел, что здесь есть иллюминатор, который можно попытаться разрушить − и под давлением вылететь из корабля. Он постарался сделать это посредством интегратора, направив луч прямо на стекло. Однако это было вовсе не стекло, а особый драконидский прозрачный металл, который хотя давно и не использовался, но был очень прочным. Пробить его смог бы только Бии, который в данный момент пытался достать Константина через защитное поле своим лучом захвата.

Оставалось буквально несколько секунд. Биоскафандр стал мутным, его силовое поле было на максимуме. Бии наконец сообщил, что достал Константина и сейчас тепепортирует его внутрь себя. Но он не успел...

Страшный взрыв прозвучал одновременно в нескольких местах станции, буквально разорвав ее на куски. Мощная стена огня обрушилась на Константина вместе с искореженным металлом и конструкциями станции. Биоскафандр выдержал удар, и Константина выбросило в открытый космос. В следующую секунду Бии уже сумел его телепортировать. Но биоскафандр не смог защитить Константина от всепроникающих «кварковых» лучей, которыми сопровождался этот взрыв. Тело его было еще теплым, но мозг и вся нервная система были мгновенно уничтожены, как и электронный мозг его интегратора и сам биоскафандр. На пол кабины перемещений в Бии упало бездыханное тело.

Глава 14. В Раю − или почти в Раю

Константин не успел почувствовать боль. Он вдруг понял: с ним что-то произошло. Неожиданно он увидел, что находится не в своем теле, а над ним. Да, он висел в воздухе над своим телом в кабине перемещений Бии. Константин осознал, что потерял сознание, впал в кому или даже умер.

Он видел и слышал, как плакала Мери, сердце его разрывалось, но не было возможности что-либо сделать. Он просто смотрел. И увидел, как его тело поместили в специальный аппарат − «кокон» восстановления, но с ним ничего не происходило. Через некоторое время он обрел способность двигаться и попробовал перемещаться по Бии. Похоже, Бии его вообще не чувствовал. Константин пытался мысленно связаться с Мери, с Бии, с Фрэдом, но никто не откликался. Как будто его мысли натыкались на какой-то барьер − или их вообще не слышали.

«Как же я мог так глупо умереть? – вертелось у него в мозгу. – Я должен был предвидеть такую возможность, а попался, как наивный ребенок. Что же теперь со мной будет? А ведь мы с Мери были так счастливы!»

Внезапно какой-то свет – или это было сияние? − окружили его и потянули за собой из Бии прямо в космос. Но вместо звезд он увидел длинный туннель, по которому стал перемещаться со все нарастающей скоростью. А потом вдруг вылетел из этого туннеля и оказался прямо в открытом пространстве. Но это не была черная бездонная пустота с маленькими огоньками далеких светил. Вокруг был свет, очень мягкий и теплый. Он не резал глаза, хотя был достаточно ярким. Казалось, Константин попал в пространство, сотканное из света. Он просто плыл в этом свете и не мог понять, что же происходит. Пытался осмотреться − и ничего не видел. Пытался смотреть сам на себя − но и себя не видел, хотя и чувствовал, что все еще существует. Он не понимал, движется ли − или стоит на месте. Тогда Константин решил покориться своей судьбе и ждать, что же случится дальше.

...И вдруг свет закончился. Да-да, именно закончился, а не прекратился. Видимо, Константин пролетал сквозь какой-то световой барьер или защитное пространство либо поле. Он снова был в темном холодном космосе. Но теперь впереди было нечто, чему он не мог дать никакого определения. В полной темноте беззвездного пространства прямо перед ним «плыл» город. Не планета, не галактика, не звезда, а светящийся город, своими размерами превосходящий все, что ему прежде приходилось видеть.

Это было нечто, похожее на огромный шар – или, скорее, эллипс каких-то невообразимых размеров. При этом Константин точно знал, что это огромный город, где очень много разумных существ. Ему стоило только посмотреть на какой-то отдельный фрагмент этого образования − и он немедленно как-бы приближался к нему с невероятной, просто запредельной скоростью. Он видел улицы, сады, моря, океаны... И все это не имело под собой никакой твердой почвы, никакого основания. Точнее, для каждого уголка этого необычного мира было свое основание, своя земля, свое солнце, свое небо... Но вместе все это было чем-то эфемерным, колыхалось и двигалось в пространстве. В абсолютно пустом, лишенном иных источников света пространстве. Это образование само было светом, освещающим все вокруг себя.

Константин вдруг понял, что пространство это существует с единственной целью: чтобы в нем находился этот город-галактика. И вдруг тонкий луч протянулся из этого гигантского города прямо к Константину. Казалось, его здесь ждали. Луч осветил его − и он вдруг сразу оказался внутри города.

Он и сам не понял, что же произошло. Он просто находился на лужайке очень красивого парка, похожего на земной. Перед ним стояла скамейка, на которую Константин почему-то должен был сесть. Когда же он сел на край скамейки, все вокруг исчезло, и он увидел свое детство.

События проходили перед ним одно за другим. Вот он, совсем маленький, играет во дворе с друзьями. А вот уже школьник − и выясняет отношения с одноклассником из-за понравившейся девочки. Родителей в этих картинках не было. Он почему-то видел только себя. Будто смотрел кино, но при этом заново переживал всю свою жизнь. За некоторые поступки ему было очень стыдно; другие же, напротив, радовали, а порою вызывали даже гордость.

Непонятно, как долго все это продолжалось... Но вдруг картинки исчезли − и он оказался на той же скамейке в том же парке. Однако вокруг все изменилось. Неподалеку стояли люди и смотрели на него. Он не знал, кто они такие, хотя некоторые и показались ему знакомыми. Люди были почти реальными, но Константин понимал, что они уже умерли. Они были одеты очень по-разному и чем-то напоминали очень качественные голограммы, однако Константин понимал, что и он сам, и эти люди, и парк – реальны.

К нему подошел светловолосый человек, одетый в какое-то длинное и явно очень древнее одеяние. Константин поднялся, потому что почувствовал: это важная персона. Кроме того, он вдруг осознал, что и этот человек, и все эти люди как-то связаны именно с ним.

– Ну, здравствуй, Оони! – сказал человек на веттанском языке. – Рад приветствовать тебя в нашем мире.

– Здравствуйте, – робко отозвался Костантин. – Я умер?

– Да, но не совсем. Ты перешел сюда своим сознанием, но твой черед еще не настал, – как-то загадочно ответил незнакомец.

– Простите, кто вы? – спросил Константин.

– Я твой прапрадед Зарон, прадед твоей матери. И как ты понимаешь, я – веттанец.

– Что со мной случилось? Зачем я здесь? – так и сыпал вопросами Константин. Его совсем не удивило, что его собеседник оказался прапрадедом, да еще веттанцем. Но он не понимал, зачем вообще попал сюда, если ему еще рано расставаться с жизнью.

– Ты здесь потому, что кварковые лучи драконидов уничтожили твой мозг. Точнее, изрешетили его так, что он отключился на материальном плане, – ответил Зарон. – Ты здесь, чтобы увидеться с теми, кого давно хочешь встретить, но пока это не получалось.-

– Это мои родители? – догадался Константин.

– Да. Они здесь. Точнее там, где определил им быть Господь. Но и мы, и ты сам можем общаться с ними.

– Но разве после смерти все разумные существа со всех планет попадают сюда?

– Не только сюда, и не все. Это определяется не планетой, галактикой или даже вселенной, а совсем другими вещами. К тому же здесь очень много разных миров, и мы с тобой находимся только в одном из них. Кроме того, здесь нет никаких ограничений пространства и времени. Этот мир может быть сколь угодно огромным и сколь угодно протяженным во времени в любую его сторону.

– А мои родители тоже умерли? Я уже видел их однажды и почему-то подумал, что они живы.

– Во-первых, здесь все живы. Смерть в ее материальном понимании всего лишь переход сознания в иное измерение – или, скорее, на иной уровень. Твои родители не умерли, точнее не совсем умерли в материальном мире. Они перешли в иное пространство, в котором их существование стало совсем иным. Поэтому их сознания могут покидать свои тела. Но не могут совсем перейти сюда, потому что еще привязаны к ним.

Константину сложно было понять то, что говорил Зарон, но он очень хотел увидеть родителей.

– Пойдем к другим твоим родственникам. Они хотят поговорить с тобой. А потом я отведу тебя к твоим родителям, – сказал Зарон.

Константин пошел за ним к стоявшим поодаль людям и вскоре окунулся в целый поток родственных чувств. Здесь были его земные и веттанские родственники, были далекие и близкие предки. О существовании многих из них он до сих пор даже не подозревал. Всех интересовала его земная и веттанская жизнь. Он вдруг осознал, что здесь общение играет совсем другую роль, чем в земном реальном мире.

Наконец Зарон жестом подозвал его к себе и просто сказал:

– А сейчас мы пойдем к твоим родителям.

При этом они никуда особенно не ушли. Просто вдруг местность вокруг них изменилась, и они оказались на вершине высокой снежной горы. Прямо в воздухе перед ними висел большой шар, похожий на огромную каплю воды, парящую в невесомости.

– Они там, – указал на шар Зарон. − Они не могут покинуть это пространство, но ты сможешь ненадолго попасть туда, если только я буду удерживать здесь часть твоего сознания.

Константин опять ничего не понял. Но для того, чтобы увидеться с родителями, он был готов на все что угодно.

Зарон взял его за руку − и вдруг Константин почувствовал, что его собственная рука становится все длиннее и длиннее.

– Прыгай прямо в шар, только не отпускай мою руку, – сказал Зарон, и Константин немедленно прыгнул.

Веса практически не было, и он просто полетел прямо к шару. При этом его рука становилась все тоньше и длиннее, пока не превратилась в светящуюся нить, которой он был прочно связан с Зароном.

Он столкнулся с поверхностью шара, но почти ничего не почувствовал и пролетел внутрь. Вокруг было как-то вязко, будто воздух потяжелел и уплотнился. Ему стало как-то не по себе. Было ощущение, что пространство давит и нечем дышать, хотя на самом деле это было не так.

Константин не знал, что делать, и закричал: «Мама, папа!»

Он подумал, что его вряд ли кто-нибудь услышит, но вдруг давление воздуха прекратилось − и он очутился на небольшой площадке около веттанского полукруглого дома. Было понятно, что свободного места здесь не очень много, однако дом хорошо вписывался в это ограниченное пространство. Константин сразу увидел своих родителей, который стояли возле дома, и бросился к ним.

К сожалению, обнять их он мог только одной рукой. Вторая была его мостом в другой мир, и ее крепко держал Зарон.

Слезы текли по лицу Константина, и это были настоящие земные слезы. А может, только их отражение в этом новом мире? Это было неважно. Сейчас происходило самое главное: он встретил своих родителей.

Они сидели в доме за столом и разговаривали. Мать все время смотрела на Оони, как будто хотела его получше запомнить. Отец улыбался и старался говорить как можно непринужденнее, но было видно: его что-то очень угнетает.

– Как ты жил все эти годы без нас? – сразу же спросила мама.

Константин рассказал все о своей жизни − до встречи с Фрэдом и после нее. Рассказал обо всем, кроме того, что и сам толком не знал: почему он «погиб» или «почти погиб», как сказал ему Зарон.

Родители очень внимательно слушали. Казалось, они переживали все события вместе с ним. А потом рассказали, что же с ними случилось. Временной тоннель, который не успел закрыться до их отлета, поглотил их. Они просто потерялись в небольшом замкнутом пространстве со статичным временем. То есть их вселенной была только эта территория, где они сумели как-то обосноваться и даже смогли воссоздать себе настоящий дом. Время здесь не двигалось, а пространство было небольшим и конечным. Выйти за пределы этого мира они не могли, поскольку стали его частью. И если бы Константин отпустил «руку» Зарона (тот энергетический луч, который их связывал), он остался бы здесь навсегда.

– Мы много экспериментировали, с нами был наш Бии, – сказал отец. − Удалось понять многое. Но, видимо, такова наша судьба и Воля Создателя, чтобы мы остались здесь. Единственный мир, откуда сюда можно попасть, − это мир мертвых, как его называют на Земле. На самом деле это множество связанных вселенных, где живут души людей и других разумных существ. Оттуда они приходят в проявленные миры, туда же и возвращаются. Мы общаемся с нашими близкими. Они часто приходят к нам в гости. Мы слышим их мысли, а они − наши. Но больше нас нигде не слышат. Мы молились о том, чтобы переместиться отсюда, были согласны окончательно умереть... Наверное, наша судьба − пока быть здесь.

– Как же вы здесь живете? – не понимал Константин.

– Нам не нужны ни воздух, ни вода, ни еда. Хотя мы можем есть, пить и даже дышать, – улыбнулся отец. − Здесь мало места, зато бесконечно много времени. Мы с твоей мамой стараемся понять, для чего находимся здесь и что должны сделать. Поэтому мы много работаем и проводим очень сложные эксперименты. Энергии здесь очень много. Столько же, как и в обычной вселенной, поэтому наш Бии может творить чудеса. Конечно, мы очень скучаем по тебе, скучаем по тем, кто остался в реальном мире.

Хотя они беседовали довольно долго, казалось, что прошло всего несколько минут. Наверное, здесь действительно было что-то не так со временем. Константин уже несколько раз получал мысленные сигналы от Зарона, что пора расставаться, но уходить не хотелось. Наконец, мама Кости почувствовала, что энергия его связи с Зароном начинает слабеть.

– Тебе пора обратно, – сказала она. – Это наша судьба, и мы пройдем свой путь до конца, но ты должен вернуться в свой мир. Я знаю, что ты не останешься сейчас в мире мертвых. Твоя жизнь еще только по-настоящему начинается. Мы бы очень хотели подольше побыть с тобой, но нельзя: чувствую, как Зарон слабеет, удерживая тебя на связи. Иди и помни: мы всегда будем любить тебя, где бы мы ни были.

Константину было тяжело расставаться с родителями. Он понимал, что, возможно, видит их в последний раз. Во всяком случае, в своей земной жизни, куда ему следует вернуться, он их больше не увидит. Но, повидавшись с родителями, он как будто стал сильнее. Они словно передали ему часть своих сил и энергии. Прежде он не чувствовал такой уверенности в себе.

Попрощавшись, он пересек границу этого странного мира и оказался перед Зароном.

– Ты был там слишком долго, – недовольно сказал Зарон. – Еще немного − и я бы не смог тебя удерживать.

– Пожалуйста, прости меня, прапрадедушка, – шутливо ответил Константин. − Я так соскучился по маме с папой, что время для меня исчезло. А может, оно там и правда не движется... В общем, спасибо тебе, что ты меня сюда привел. Мне это было очень нужно.

– Сейчас мы пойдем туда, где будет решаться твоя судьба! – сказал Зарон.

И снова все вокруг них изменилось. Они оказались в огромном, очень красивом зале с большими колоннами. Здесь было много людей. Вероятно, это был какой-то храм. У небольшого возвышения стояли несколько человек, одетых в длинные светлые рясы. Они разговаривали о чем-то с окружившими их людьми. Вдруг один из священников поднял голову и громко позвал Константина:

– Сын веттанки и землянина Оони, подойди сюда!

Константин шел к нему через весь зал, люди перед ним расступались − и уже через минуту он стоял перед бородатым пожилым человеком, чье лицо показалось ему очень знакомым.

– Ну что, Оони, решил опередить свое время? − с улыбкой спросил его бородатый священник.

Константин смутился.

– Я просто ошибся и не успел выбраться, – вдруг начал оправдываться он.

– Знаю, все знаю, – весело сказал священник. – Никакой ошибки здесь нет, тебе не в чем винить себя. Все произошло так, как должно было быть. Ты ведь уже встретился с родителями?

– Да, – растерянно ответил Константин.

– Вот и замечательно. А теперь пора вернуться домой. Пока тебе у нас делать совсем нечего. Твое время еще не скоро придет.

– А что же будет с моими родителями? – с болью в голосе спросил Константин.

– О родителях не беспокойся. Все у них будет хорошо. Их судьба в руках Господних. Всему свое время.

Загадочные слова «веселого старца» совсем озадачили Константина. Но времени на раздумья не было. К нему подошел Зарон.

– Ну вот и все, Оони, – печально промолвил он. – Тебе пора обратно. Всего тебе доброго!

И неожиданно прибавил:

– Если любишь – женись, препятствий теперь нет. Эта девушка – верная.

– Спасибо! Всего доброго, – автоматически ответил Константин.

Слова Зарона о женитьбе обескуражили его. Он хотел было спросить, откуда известно о его личной жизни, но не успел. Зал стал медленно растворяться, пространство перед ним затуманилось, и он погрузился в какое-то непонятное марево, из которого его вывел мысленный голос Бии, громко прозвучавший в голове:

– Он очнулся! Это невозможно! Я не понимаю, что произошло! Ален, пожалуйста, скорее подойди сюда!

Константин медленно открыл глаза. Он лежал в восстановительном коконе. Все тело, и особенно голова страшно болели.

– Я вернулся! – отчетливо подумал он про себя.

– Мери! – тихо позвал он уже вслух.

– Сейчас она придет, Оони, – отозвался Бии. – Произошло что-то нереальное! Ты был мертв, совершенно мертв − и вдруг ожил!

В этот момент к кокону подбежала Мери-Ален.

– Оони! Ты жив! – Она бросилась к Константину, но поле кокона не позволило ей прикоснуться к нему.

– Еще рано, Ален, – мысленно произнес Бии. − Он должен прийти в себя. Все функции постепенно уже восстанавливаются. Но он должен побыть здесь еще какое-то время.

– Мери, как же я рад снова тебя увидеть, – слабым голосом сказал Константин. − Как же я по тебе соскучился!

Глава 15. Новые земные заботы

Примерно через два земных часа Константин и Мери уже сидели в созданном Бии тенистом парке за обильно накрытым столом. От Мери Константин узнал, что его мозг был полностью уничтожен кварковыми лучами. Константина, не подающего никаких признаков жизни, переместили на Бии, пытались восстановить всеми доступными веттанцам способами, − но тщетно. Тогда Мери запросила помощь андромедян. Они-то и объяснили, что оживить Константина уже нельзя, но его душа еще сохранила какую-то незримую связь с телом. Поэтому остается ждать Воли Всевышнего. Только он решает, вернуть ли душу в тело и восстановить жизнь Оони − или душа окончательно расстанется с телом.

И вот уже несколько дней Мери и Бии находились на круговой орбите у Каллисто.

– Вчера Бии сообщил мне, что с тобой происходит что-то странное. Твой мозг начал оживать, а все повреждения, нанесенные кварковыми лучами, стали затягиваться. Бии не смог объяснить, как и почему это происходит. А я считаю, что это просто чудо!

– Это и вправду чудо, – улыбнулся ей Оони. К счастью, голова уже почти перестала болеть. Он рассказал Мери обо всем, что пережил после своей гибели. Единственное, о чем он не умолчал, было последнее напутствие, данное ему Зароном. Они еще долго разговаривали − и никак не могли наговориться. Бии уже сошел с орбиты Каллисто и возвращался на Землю.

Вместе с Бии они вернулись на станцию, незаметно приземлившись ночью прямо у центрального входа. Вся станция была окружена защитным полем, которое также обеспечивало ее невидимость для земных средств наблюдения. Константин до конца так и не понял, как именно его мозг смог восстановиться после того, как кварковые лучи полностью уничтожили все его нейронные связи. Но силы, вернувшие его к жизни, были гораздо мощнее любых кварковых лучей! Видимо, священник в храме сказал правду: его время еще не пришло.

Работа на станции шла своим чередом. Теперь Константин работал еще интенсивнее. С ним стали происходить какие-то очень интересные вещи. После своей смерти и чудесного воскрешения он стал видеть и понимать многое, о чем раньше не мог и догадываться. В случае необходимости он теперь мог самостоятельно, без всяких ИИС, представить варианты возможного будущего и оценить, как будут развиваться события в том или ином случае. Кроме того, он чаще мысленно обращался к Богу − и многие трудности и проблемы исчезали сами собой. Кроме того, он осознал, что очень сильно любит Мери, и предложил ей стать его женой, на что получил радостное согласие.

У веттанцев не принято праздновать свадьбы, как это делают на Земле. Однако Константин и Мери жили и работали в земных условиях, поэтому решили все же пригласить на свою довольно скромную свадьбу не только коллег по работе, но и знакомых с других станций. Конечно, был приглашен и Фрэд.

Поскольку официальные гражданство и место жительства жениха и невесты были земными, регистрация брака состоялась в одном из загсов города Москвы. Свадьбу же сыграли на Бии. Для этого был создан специальный дом в викторианском стиле с большим залом, где и разместился праздничный стол. Сам дом расположился на берегу небольшой, но очень красивой реки. Вокруг был разбит регулярный английский парк. В общем, все получилось по-земному красиво и торжественно. Особенным на этой свадьбе было, пожалуй, только своеобразное гостевое меню. Да и самих гостей было несколько меньше, чем обычно бывает на таких свадьбах.

К своему большому сожалению, Константин не мог пригласить на это торжество своих еще живых «родственников»: сделать это было сложно, да и рискованно. Новобрачные решили, что позже навестят «бабушку» Константина, чтобы сообщить ей радостную новость.

После свадьбы Мери официально поселилась в Бии Константина, а также переехала в его московскую квартиру. Теперь это был их общий дом.

Дел было много, поскольку межгосударственные отношения на Земле были далеки от совершенства. В разных концах света продолжались локальные войны. А самое главное, некоторые страны в обход международных договоренностей постоянно старались придумать какое-нибудь новое смертоносное оружие или добавить в свой арсенал побольше баллистических ракет. Ситуация требовала постоянного внимания.

Веттанцы действовали на Земле в разных государствах и на различных должностях. У всех была единая задача: остановить всякое движение того или иного крупного государства к мировой войне. Иногда для этого требовались экстренные и весьма неординарные меры. В том числе «притормаживались» научные исследования, способные породить опасное для планеты и людей оружие массового поражения. Технологии же защитного свойства, способные уберечь людей от катаклизмов или неожиданного ракетного удара, наоборот, «ускорялись». Поддерживались политики, которые искали мира и взаимодействия с другими народами. И наоборот: делалось все, чтобы не допустить избрания или назначения на тот или иной ответственный пост злых и порочных людей, «ястребов», жаждущих войны.

Безусловно, не все получалось так, как хотелось бы. Кроме того, не ставилась задача навязать людям свою волю. Коррекция происходила очень незаметно и без какого-либо активного воздействия на решения людей. Только в крайних случаях, когда ситуация начинала выходить из-под контроля, применялись «серьезные» средства, вплоть до коррекции реальности. Однако веттанцы даже не подозревали, что в некоторых странах, в условиях полной секретности, работали агенты специальных служб, основной задачей которых было найти и «обезвредить» работающих на Земле инопланетян. Точнее, они принимали определенные контрмеры, но явно недооценивали масштабы этой работы и количество занимавшихся ею людей.

Никто из веттанцев даже и представить себе не мог, какие последствия такой деятельности могут наступить в любой момент. И уж точно никто не мог и подумать, что столкнуться с организованным противодействием спецслужб придется именно Константину и Мери.

* * *

Майор спецподразделения «Z» – очень засекреченной спецслужбы Алексей Пуглов работал в специальном блоке на глубине около ста метров. Спецслужба для конспирации была приписана к министерству сельского хозяйства под видом бюджетного учреждения «НИИ по изучению почв». В самом учреждении никто даже не подозревал, что у них есть такое «научное» подразделение, однако все сотрудники службы имели удостоверения служащих и научных сотрудников этого института.

Бункер был серьезно заизолирован и покрыт специальными экранирующими покрытиями. Веттанцы, конечно, смогли бы при желании «услышать» или просканировать это сооружение, но их ИИС сюда пока не добрались.

Майор разбирал последние сводки от наблюдателей «сверху». А сводки эти были очень тревожными. Стали массово проявляться люди, исчезнувшие в разные годы и не найденные до сих пор. Они неожиданно оказывались у себя дома, хотя их искали несколько лет подряд. Самое главное, семьи как ни в чем не бывало принимали пропавших и на все вопросы участковых, где же прежде находились эти люди, пожимали плечами. Объяснения всегда были очень странными, или их не было вообще. На работе таких людей тоже принимали так, будто они вовсе не исчезали. Сначала соответствующие службы решили, что все эти люди – заброшенные из-за рубежа шпионы, проходившие специальную подготовку. Но когда похожая информация стала приходить из соседних стран и стало ясно, что появление пропавших людей происходит массово − и везде похожая ситуация с близкими и работой, дело решили передать в «НИИ по изучению почв», конкретно в подразделение «Z».

Кроме того, некоторые астрономы заметили повышенную активность НЛО − и не только около Земли, но и довольно далеко от нее, в районе Юпитера. Кстати, самым загадочным событием стал очень мощный взрыв, происшедший недавно на орбите спутника Юпитера – Каллисто. Взрыв этот наблюдали многие астрономы, он попал в объективы нескольких орбитальных телескопов.

Понятно, что неожиданно вернувшиеся откуда-то люди были теми, кого в разное время похитили и переселили на Новую Землю дракониды. Но этого Пуглов не знал, да и не должен был знать. Изменяя реальность, веттанские ИИС предусмотрели почти все. Однако они не могли принять в расчет всех, кто мог заинтересоваться возвращением исчезнувших ранее людей. Именно поэтому их появление не удалось полностью скрыть в первую очередь от спецслужб.

Пуглов еще раз просмотрел последние поступившие к нему данные и решительно поднял трубку внутреннего телефона. Он звонил полковнику Тапалову – руководителю подразделения.

Через пятнадцать минут после этого звонка у полковника состоялось совещание, на котором майор Пуглов озвучил все имеющиеся факты и высказал предположение, что некая группа инопланетян или «иных неустановленных лиц» под прикрытием работает прямо у них под носом, похищая и возвращая людей по своему усмотрению. Некоторые из бывших похищенных были опрошены, но в их памяти никаких данных о похищении не сохранилось. Даже под гипнозом ничего полезного выяснить не удалось. Видимо, технологии похитителей ушли далеко вперед.

Такие заявления Пуглова никого в руководстве подразделения не удивили. Уже давно «НИИ по изучению почв» занимался самыми необычными вещами. В данном случае удивлял лишь масштаб происходящих событий.

– А что у наших коллег по СНГ? – спросил полковник Тапалов.

– Да все то же самое. Везде, в том числе и в Восточной Европе, и даже в США, появились давно пропавшие люди. В США это даже стало небольшой сенсацией и вовсю обсуждается желтой прессой, – ответил Пуглов.

– И какие там версии выдвигаются?

– Они считают, что это какая-то петля времени. Люди просто заблудились в ином измерении, а теперь вернулись. Но почему-то никто из их родственников и знакомых на это не реагирует. Все просто живут так, словно ничего вообще не произошло.

– И что вы предлагаете предпринять?

– Я предлагаю, во-первых, выяснить круг общения этих людей. Не появился ли в нем кто-то новый, с кем они не общались до исчезновения. Потом я предлагаю проверить всех, кто не так давно вернулся из-за границы. Особенно если отсутствовали по работе или жили там какое-то время. Считаю, стоит проверить всех, кроме отдыхавших по путевкам от турагентств. Ну и квартиры проверить у тех, кто окажется под подозрением. Тихо проверить, так, чтобы они не знали. – Алексей Пуглов очень волновался. Фактически это была его первая масштабная операция.

– Итак, предложение прозвучало. Возражения у кого-нибудь есть? – спросил полковник. Все молчали.

– Тогда считаем, что решение принято. Подготовьте письменный приказ и пропишите там все необходимое для операции: и технику, и людей.

– Есть! – звонко отчеканил Алексей. Он почувствовал, что его ждет очень интересное и серьезное дело, которое, возможно, станет хорошим трамплином для карьерного роста.

Глава 16. Столкновение с неизвестностью

В это время Константин и Мери были заняты очень серьезным делом. По последним данным подземные военные заводы КНР начали производство совершенно нового для Земли оружия массового поражения, которое с помощью мощного электромагнитного излучения за несколько минут уничтожало все живые организмы в радиусе 10−15 километров от центра воздействия. Наземная станция действовала в тандеме с несколькими спутниками. Но самое главное: все железобетонные конструкции, броня танков и свинцовые стены защитных сооружений для этого вида оружия были практически прозрачными. Люди, звери, птицы и даже растения, за исключением деревьев, погибали от беззвучного и неосязаемого электромагнитного удара, разрушающего нервную систему, нейронные связи в мозгу. Кровь от такого воздействия начинала закипать прямо в теле. Естественно, выходила из строя и вся компьютерная техника и электроприборы. Однако все здания и сооружения, а также «взрослые» деревья оставались невредимыми.

Ситуация была очень опасной, поскольку разрушала геополитический и военный баланс на Дальнем Востоке, да и представляла угрозу для мирового порядка в целом. Именно поэтому важно было максимально оперативно прекратить эти исследования и не только уничтожить готовые образцы этого оружия, но и изменить реальность для всех, кто его производил и проводил исследования. То есть, нужно было изменить сам ход этой работы и увести ее в безопасном направлении. Это была непростая задача. Здесь важно было не только просмотреть варианты возможного будущего. Необходимо было правильно поставить задачу для ИИС, чтобы они могли провести все необходимые расчеты и приготовления. Также нужно было задействовать нескольких веттанцев, занимающих видные посты в руководстве КНР, для того чтобы они обеспечили доступ для проникновения на подземный завод, где изготавливалось это новое вооружение.

Теперь Константин и Мери проводили на станции очень много времени и по нескольку дней не возвращались на свою московскую квартиру. Тем более что там ими никто не интересовался. Звонков и каких-либо незваных визитеров не было. Находящийся в квартире интегратор прекрасно справлялся со своей работой телефонного секретаря.

Проведенные исследования будущего показали, что всего через пять лет на Земле может вспыхнуть большая война с применением ядерного оружия, в которой погибнут несколько миллионов жителей планеты. И все это произойдет из-за разработок этого нового оружия, о которых вскоре станет известно другим странам, одна из которых первой и нанесет «упреждающий» ракетный удар.

Чтобы согласовать все детали предстоящей операции, решили собрать общее совещание руководителей всех станций и нескольких членов Совета Ветты. Встреча должна была пройти, как обычно, в специально созданном подпространстве, чем-то напоминающем виртуальную реальность. Все участники перемещали туда свое сознание, которое визуализировалось так, как они выглядели на самом деле. Их физические тела в это время оставались на своих местах в состоянии, похожем на очень глубокий сон. Время при этом растягивалось таким образом, что они возвращались обратно почти в то же самое мгновение, из которого отправились.

Разговор был очень непростым. Для прекращения исследований и уничтожения образцов оружия необходимо было уничтожить и подземные цеха, в которых оно производилось. Сделать это нужно было с минимальным количеством повреждений и жертв. И такой способ нашелся. ИИС рассчитали, что недалеко от подземных заводов располагается очень большое подземное озеро, вода из которого поступала на завод, а также использовалась на поверхности жителями близлежащих поселений. Скважинам было уже много десятков лет. Если взорвать под землей на определенной глубине и в определенных местах специальные заряды, то возникшее в результате этого землетрясение направит воды озера по возникшим под землей трещинам прямо к заводу. Несмотря на серьезную толщину и монолитность заводских стен, их также не очень сложно было вывести из строя с помощью высокочастотной вибрации, возникающей при взрывах и последующем землетрясении. В итоге, все цеха завода были бы затоплены, а все оборудование и образцы военной техники − уничтожены. Всех работников предполагалось оперативно забрать с предприятия на несколько Бии и вернуть сразу после изменения реальности.

Ситуация осложнялась тем, что забрать всех не получалось ни при каком расчете. От пятидесяти до ста человек Бии просто не успевали переместить. Проблема заключалась в том, что все цеха находились глубоко под землей, да еще предполагалось осуществлять перемещение через водную среду. Скорость перемещения и количество людей, которых можно было одновременно переместить, при этом существенно уменьшались. Самый оптимистичный расчет ИИС прогнозировал гибель около пятидесяти человек. И это было ужасно.

Кроме того, некоторые из работников завода всю свою жизнь провели под землей, и непонятно было, как вписывать их в новую реальность на поверхности. Впрочем, с этой задачей все же удалось справиться, но гибель ни в чем не повинных людей была серьезным препятствием для проведения всей операции.

В зале совещаний собралось десять человек, в том числе пять членов веттанского Совета. Фрэд как руководитель главной станции на Земле кратко изложил ситуацию и подготовленные ИИС предложения. Предлагалось произвести взрывы через две недели. Время было также выбрано после исследований нескольких десятков вариантов развития будущего. Специальные землеройные роботы, созданные для этой задачи, должны были пробурить несколько шурфов для того, чтобы заложить заряды на необходимой глубине. После этого предполагалось на некоторое время вывести из строя всю охрану подземного завода, чтобы потом быстрее эвакуировать рабочих. Охранники просто забирались на один из Бии и должны были находиться там до изменения реальности. Предполагалось временно отключить на заводе все виды связи, а после этого по внутренним громкоговорителям предложить всем собраться в определенных местах. Причем из громкоговорителей должен был звучать голос директора предприятия, самого же директора предполагалось к тому времени поместить на один из Бии.

Временной промежуток между взрывом и эвакуацией людей составлял несколько минут. Однако невозможно было собрать всех рабочих на заранее предусмотренных площадках. Нельзя было также начать всеобщую эвакуацию заранее, поскольку во всех вариантах возможного будущего кто-то из особо подозрительных рабочих, служивших одновременно и в службе безопасности, успевал включить самоликвидацию всех цехов, что приводило к гораздо большим жертвам. Поэтому решено было эвакуировать людей только после того, как произойдет взрыв и все поймут, что произошло что-то катастрофическое. Константину не нравилось это решение, поскольку оно изначально не было рассчитано на спасение всех.

– А что, если несколько добровольцев переместятся прямо в цеха, разместят там несколько «маяков» − и мы заберем заранее хотя бы часть тех, кто не успеет прийти, и изменим для них реальность? Остальные же соберутся в подготовленных местах. И так, возможно, мы спасем всех.

– Мы изучали и эту возможность, – как-то совсем невесело отозвался Фрэд. − В восьми из десяти вариантов просмотренного будущего те, кто устанавливает «маяки», гибнут. Или от рук агентов службы безопасности, которых они спасают, или – и это чаще всего имеет место – просто не успевают сами переместиться до взрыва.

– Ну а что в оставшихся двух вероятностях? – спросил Константин.

– В одной из оставшихся вероятностей гибнет один доброволец, а в другой − двое рабочих, – мрачно ответил Фрэд.

– Я готов стать добровольцем и все сделать. Все же двое рабочих − это не пятьдесят, – весело сказал Константин. − Уверен, у меня все получится.

В ответ на его предложение один из старейших членов веттанского Совета, присутствующих на этом совещании, по имени Тантор поднял руку и совершенно спокойно сказал:

– Мы знали, что ты захочешь предложить это, Оони, и мы видели тебя во всех вариантах возможного будущего. С тобой пойдут еще пять добровольцев, которые сами изъявят такое желание. Мы никогда раньше так не поступали, не подвергали своих людей такой опасности. Но ты прав, мы должны попробовать спасти ни в чем не повинных землян. Тем более что мы сами все это затеяли. Единственное, о чем я прошу тебя: правильно оценивай свои возможности. Ты уже побывал там, где из нас не бывал еще никто, но тебя вернули обратно. Не стремись сократить свою жизнь. Она ценна не только для любящей тебя Ален, но и для всех нас.

– Обещаю, я не буду рисковать и в точности сделаю все как нужно. Если мы спасем не всех, то, по крайней мере, попытаемся спасти, кого сможем. А умирать я пока совсем не хочу.

Константин говорил убежденно и уверенно, однако где-то в глубине души понимал, что любой ценой нужно спасти всех. И если ради этого он должен будет погибнуть, значит такова Высшая Воля. Он всячески старался скрыть от всех эти мысли, но, похоже, все услышали их еще прежде. Фрэд был мрачнее тучи, и все участники совещания смотрели на Константина с какой-то внутренней отрешенностью, понимая, что никто не сможет его переубедить.

После возвращения на станцию у Константина и Мери был очень непростой разговор. Когда он рассказал ей, что ему предстоит сделать, она категорично потребовала, чтобы они пошли туда вместе. И здесь Константин вынужден был впервые настоять на своем. Он уже знал, что Мери была беременна их ребенком, и не мог допустить, чтобы она рисковала не только своей, но и его жизнью. Они долго спорили, но в конце концов он убедил Мери остаться. Единственное, чего она добилась: он дал ей обещание не подвергать себя опасности без крайней нужды и придерживаться общего плана операции.

* * *

А в это время в «НИИ изучения почв» вовсю кипела работа. Майор Алексей Пуглов был полностью поглощен своим новым заданием. Ежедневно на его стол ложились десятки докладов о проведенных проверках так называемых «лишних» людей. А его электронная почта была переполнена письмами и фотоснимками, касающимися этого весьма загадочного дела. Он просмотрел уже более пятидесяти фотографий различных квартир, когда вдруг увидел на одной из них нечто, что сразу же привлекло его внимание. На снимке, сделанном через окно одной из квартир, сквозь тюлевые шторы был виден какой-то странный предмет, лежащий на журнальном столике. Сначала он подумал, что это телефон или портативный компьютер, но что-то в этом предмете никак не вязалось с окружающей его обстановкой. Черный прямоугольник с закругленными краями, на котором не было видно ни экрана, ни каких-либо кнопок... Он сразу же вызвал одного из оперативных работников подразделения.

– Чья это квартира? – с места в карьер начал Алексей.

– Это муж и жена, не так давно вернулись из-за рубежа. Бизнесмены. Работают часто из дома, – четко доложил оперативник.

– Организуйте наблюдение за этой квартирой и этой семьей. Если что-то будет казаться подозрительным, сообщайте немедленно. И потом, мне нужен этот предмет. Меня не интересует, как именно вы его добудете. Но если вы не сможете сразу определить, что это такое, то он должен оказаться у меня на столе. Естественно, сделать все нужно тихо и аккуратно, когда дома никого не будет. Не мне вас учить.

– Есть организовать наблюдение и доставить предмет! − звонко ответил оперативник. Это был молодой парень в чине старшего лейтенанта. Он не так давно закончил учебу и изо всех сил старался совершить что-нибудь необыкновенное и желательно героическое.

– Но сначала пару дней понаблюдайте, важно правильно оценить обстановку, – напутствовал его Алексей. – Выполняйте.

Когда оперативник ушел, Пуглов еще долго смотрел на привлекшую его внимание фотографию. Он чувствовал, что нащупал что-то очень важное. Возможно, разгадка этих необычных возвращений где-то рядом.

«Что же это за предмет? Может, рация? Может, здесь мы вообще случайно зацепили какие-нибудь иностранных агентов?» – раздумывал он. Но почему-то рация никак не вязалась с ситуацией. Тем более что рациями как таковыми практически никто давно уже не пользовался. «Нет, скорее всего это не рация. Может, какое-то запоминающее устройство? Жесткий диск или еще что-то?» Хотелось, чтобы сотрудники поскорее доставили ему этот предмет. Почему-то он был уверен, что именно здесь кроются ответы на многие интересующие его вопросы.

Глава 17. Трудный путь к спасению Китая

Константин и Мери не знали, что вокруг них постепенно сгущаются тучи, что их квартира взята под наблюдение одной из самых засекреченных спец служб в стране. Они были всецело заняты подготовкой к предстоящей операции. Времени оставалось совсем немного. Необходимо было заранее не только подготовить и заложить заряды в установленные места. Важно было детально просмотреть самые вероятные варианты возможного будущего и точно определить, где и в какой момент будут находиться рабочие, которых решено было забрать отдельно от остальных.

Константин часами просматривал различные видеокартины будущих событий. Он уже знал наизусть территорию всех подземных цехов. Он даже знал имена многих рабочих, которых ему и его товарищам предстояло спасти. Но пока во всех вариантах либо погибало много людей, либо погибал он сам, а во многих случаях и еще несколько веттанцев вместе с ним. Что-то нужно было придумать. Что-то такое, что изменило бы будущее, позволило бы сразу и быстро забрать всех, кто не успевал собраться на общих площадках. Как сделать так, чтобы все рабочие сразу же поверили ему? И тут его осенило. Будто кто-то подсказал. Идея была прекрасной, она решала сразу все задачи. Видимо, такой вариант вообще никто не рассматривал. Константин немедленно мысленно связался с Фрэдом.

– Есть совершенно новая идея! – взволнованное «воскликнул» он.

– Что за идея? – без большого энтузиазма отозвался Фрэд.

– Мы все станем китайцами!

– То есть?

– Мы изменим свою внешность и станем представителями руководства завода, которых они хорошо знают и которые в это время будут совсем в других местах. Мы будем разговаривать с ними по-китайски, копируя голоса и интонации. Ведь наши ИИС могут это организовать для нас? Язык мы изучим сами, а внешность смоделируем. Единственный вопрос: смогут ли они смоделировать наши голоса так, чтобы потом можно было все вернуть обратно? Ну и в росте есть некоторые проблемы. Нужно постараться подобрать похожих по росту и сложению работников. И чтобы люди их знали.

– Это непросто будет сделать. Потребуется время... – Фрэд взвешивал со всех сторон то, что сказал Константин, но, кажется, начинал понимать, что именно тот задумал.

– Пусть ИИС заложат эти данные в расчет возможного будущего – и мы сразу поймем, насколько это сработает. – Константин очень хотел, чтобы Фрэд проникся его радостным настроением. – Этот вариант ведь никто раньше не рассматривал?

– Нет. Такой вариант мы точно не рассматривали. Но я сейчас же все организую. – Фрэд, кажется, осознал: Оони предложил то, до чего не додумались даже умудренные члены веттанского Совета. – Оони, ты не перестаешь меня удивлять. Ты весь в своих родителей!

Через несколько часов напряженной работы ИИС составили новые варианты возможного будущего в соответствии с предложенным Константином планом. Результат был ошеломляющим. В пятнадцати из восемнадцати построенных вариантов все жизни были спасены. И только в трех несколько рабочих все же не успевали переместиться на Бии. При этом во всех вариантах участники операции оставались живыми и невредимыми. Главное, нужно было точно рассчитать время и сделать все в соответствии с подготовленным планом.

До назначенного дня операции оставалось всего несколько дней. Все подземные ходы были уже прокопаны, а заряды − заложены. Константин решил вернуться в квартиру, чтобы пару дней все же побыть дома. В Бии, конечно, было гораздо лучше, да и на станции они могли моделировать различную, подходящую для настроения, обстановку. Но поскольку дело было трудным и достаточно опасным, он все же хотел прогуляться по городу, посидеть с Мери в каком-нибудь кафе – в общем, просто немного расслабиться и отдохнуть перед серьезным делом. Ему и в голову не приходило, что его отдых может поставить под удар всю миссию.

В это самое время оперативники спецподразделения «Z» исправно наблюдали за квартирой Константина и Мери. Они уже установили, что в квартире давно никого нет. Старшему лейтенанту не терпелось доставить майору Пуглову неизвестный предмет, но пока он не отваживался это сделать. Решили подождать еще один день и, если хозяева квартиры не появятся, проникнуть в нее и забрать неизвестный предмет.

И в тот момент, когда оперативники, сидя в микроавтобусе, допивали утренний кофе, Константин и Мери переместились в свою квартиру. Поскольку одна из камер наблюдения находилась как раз напротив окон комнаты, где находился интегратор, она сразу зафиксировала движение.

Оперативники, по счастью, так и не поняли, каким образом хозяева проникли в квартиру, но это их не сильно заинтересовало. Важнее было понять, что именно хозяева квартиры собираются делать и с кем намереваются встречаться. А самое главное было − дождаться, когда они покинут свое жилище, и забрать неизвестный предмет. Если они, конечно, не заберут его с собой.

Константин, вернувшись в квартиру, предложил Мери сходить вместе в ресторан «Генацвале» на Арбате, который он очень любил. Его машина была припаркована у дома, но они решили поехать на такси, чтобы можно было выпить хорошего красного грузинского вина.

В это время майор Алексей Пуглов получил сообщение о том, что хозяева появились в квартире, а теперь собираются уходить. Желание изучить неизвестный предмет было велико. Однако еще большим было желание побеседовать с хозяевами этого предмета, а может, и накрыть всю сеть. Пуглов не знал, что это может быть за сеть, но эти люди явно действовали не одни.

Он приказал проследить за Константином и Мери и пока ничего больше не предпринимать. Пуглов чувствовал, что удача сама идет ему в руки. И скоро майор точно сможет получить повышение.

В ресторане было малолюдно. Константин и Мери сели за столик в самом тихом уголке. Им хотелось просто побыть вдвоем. О расставании и грядущем задании они не говорили. Оба понимали, что операция очень сложная и опасная. Они пили вино и разговаривали на совершенно земные отвлеченные темы. «Киндзмараули» был на редкость хорош, а шашлык таял во рту.

В какой-то момент Константин вдруг почувствовал, что этот вечер очень важен для них и останется в памяти навсегда. Почему, он и сам не знал. Ему захотелось сделать что-то необычное.

– Хочешь послушать грузинские песни? – неожиданно спросил он у Мери.

– Да, конечно! – Мери была явно удивлена этим предложением.

Он подозвал официанта и попросил его позвать музыкантов.

Песни были просто удивительными. Константин знал некоторые из них и старался подпевать. Голоса певцов уносили их куда-то вдаль, к заснеженным вершинам гор. Мери была заворожена этим прекрасным пением, и Константин понял, что она чувствует то же, что и он. В этот момент они были просто счастливы.

Единственными свидетелями происходящего были оперативники спецподразделения «Z». Они совершенно не понимали, что происходит, и, недоумевая, отправляли сообщения майору Пуглову. Последний решил, что все это делается для отвода глаз, и ждал появления на сцене новых персонажей. Однако никто так и не появился.

После ресторана Константин и Мери отправились домой и потом долго и как-то по-особенному любили друг друга. Так это могли делать только земляне. Казалось, что впереди у них прекрасное будущее и нет никаких опасностей и тревог. Этот вечер стал маленьким островком спокойствия и безмятежности в бурном океане их непростой жизни. Счастливые и умиротворенные, они заснули в объятиях друг друга.

...Их спокойный сон продлился недолго. Алексей Пуглов приказал брать квартиру быстро и без каких-либо церемоний. Группа захвата спустилась одновременно с крыши дома и зашла аккуратно и практически бесшумно через вскрытую специалистами спецподразделения входную дверь. Примерно за пять минут до этого в квартире был распылен усыпляющий газ, поэтому Константин и Мери даже не пошевелились, когда сотрудники спецподразделения проникли в квартиру.

К сожалению, интегратор тоже ничего не смог сделать: Константин сам отключил его, чтобы не нарушать их уединения. Точнее, интегратор-то работал, но были отключены его датчики и сенсоры. И «проснуться» он должен был рано утром, примерно за час до того, как обычно просыпались его хозяева.

Оперативники в противогазах распылили в квартире усыпляющий газ. Через несколько минут бесчувственных Константина и Мери на специальных носилках вынесли из дома и погрузили в автомобиль, законспирированный под «скорую помощь».

С интегратором дело обстояло чуть-чуть сложнее. Неизвестные звуки и прикосновения «разбудили» умный прибор, который сразу же зафиксировал на свои камеры всех присутствующих и отправил изображения вместе со своими комментариями на Бии Константина. Однако больше ничего передать он не успел. Его погрузили в специальный ящик, а точнее, в специальную установку с мощным электромагнитным полем. Чтобы преодолеть разрушительные последствия воздействия этого поля, интегратору пришлось активировать свое защитное поле, после чего передавать что-либо было невозможно. Он смог только с не очень высокой точностью отследить их перемещение и отправить на Бии примерные координаты. После того как они оказались под землей, все передачи с интегратора прекратились.

Константин очнулся внезапно − и сразу же осознал, что с ними что-то произошло. Не открывая глаз, он «просканировал» пространство, как это обычно делали веттанцы, и понял, что их дела совсем плохи. Комната, в которой он находился, представляла собой бронированную камеру площадью около двадцати квадратных метров. В ней кроме кровати, на которой он лежал, был еще стол и два стула. А еще унитаз и раковина в углу. Он был совершенно один. Приглушенный свет падал сверху; видимо, там находился светильник. Открыв глаза, Константин резко сел на кровати. Мери в комнате не было, и на его мысленные призывы она не откликалась.

«Возможно, она еще спит», – подумал он, и эта мысль его немного успокоила.

«Куда же мы попали?» – спросил он себя, хотя ответ был очевиден. По всему было ясно, что их похитили какие-то спецслужбы, хотя было непонятно, как они смогли так близко и незаметно к ним подобраться.

И главное, интегратор ничего не почувствовал, что было очень странно. Видимо, за ними следили − и следили уже довольно давно.

Однако нужно было как-то осваиваться в сложившемся положении. Константин мысленно вызвал Бии. Ответ вернулся к нему с некоторым опозданием, словно через очень плотный фильтр.

Бии успел получить информацию от интегратора и передал ее как на базу Константина, так и на главную базу к Фрэду. Кроме того, он переместился по координатам, которые отправил ему интегратор, и теперь планомерно сканировал все подземные сооружения «НИИ по изучению почв». Он уже нашел Мери и сообщил Константину, что с ней все в порядке и она еще находится под воздействием усыпляющего газа.

К сожалению, обнаружить, где находится интегратор и что с ним, пока не получалось. Но Бии не оставлял попыток.

Константин был просто шокирован, когда узнал о масштабах подземного бункера, в котором находился, и о количестве работающих в нем людей. Он и представить себе не мог, что земные спецслужбы смогли скрыть все это от веттанцев, да еще организовать такую спецоперацию по их захвату. Однако правда была налицо. Никаких следов инопланетного участия или следов каких-то внеземных технологий на территории спецподразделения «Z» не было. А значит, веттанское наблюдение просто проглядело то, что вот уже многие годы существовало и развивалось у них, что называется, под самым носом.

Бии, в принципе, мог бы попробовать переместить Константина и Мери, но, во-первых, сначала нужно было проверить, насколько это было безопасно, учитывая очень серьезные помехи и экранирование, хотя и на земном уровне. Во-вторых, важно было понять, чего хотят от них похитители и где находится интегратор, который точно не должен был попасть в чужие руки. Правда, на этот случай в нем был предусмотрен режим самоликвидации, но чтобы включить его, нужно было хотя бы мысленно с ним связаться.

В общем, Константин решил, что Бии постарается как можно быстрее наладить перемещение, а сам Константин проанализирует их положение и попробует отыскать потерянный прибор. При какой-либо реальной угрозе их жизни Бии немедленно начнет перемещение, самостоятельно приняв решение.

Теперь нужно было пообщаться с похитителями. Константин решил не торопить события и дождаться, пока те, кто их сюда привез, первыми проявят себя. Ждать пришлось недолго.

Майор Алексей Пуглов через свой монитор уже давно наблюдал за Константином. Как только он увидел, что тот пришел в себя, сразу же отдал приказ привести его к себе в кабинет.

Он пока не знал, с чего начнет допрос, но очень хотел понять назначение предмета, находившегося в электромагнитной портативной установке прямо у него на столе. Доставать его майор пока не решился.

Как только Константина ввели в комнату для допросов, он сразу понял, кто и зачем их похитил и куда они попали. Мысли майора, − как и всех, кто находился в соседних комнатах и коридорах, − зазвучали в его мозгу на полную громкость.

И только одна, собственная мысль засела занозой в мозгу и не давала ему покоя: «Как мы проглядели такую мощную организацию?»

– Садитесь! – резким голосом приказал Пуглов.

Константин опустился на одиноко стоящий перед столом стул.

– Фамилия, имя, отчество! – так же резко продолжил Пуглов.

И тут Константин интуитивно сделал то, чего в этом здании от него уж точно никто не ожидал. Он решил перетянуть инициативу разговора на себя.

– Пуглов Алексей Сергеевич, родился 26 мая 1985 года в городе Переславль-Залесский Ярославской области, – на одном дыхании выпалил он.

В комнате наступила гробовая тишина. От самоуверенности и решительности майора не осталось и следа. Лицо его выражало полную растерянность. Он не мог даже представить себе, откуда этот пришедший из внешнего мира человек знает о нем так много.

А Константин решил продолжать:

– Женат, двое детей, адрес проживания: улица Заморенова, дом 26, квартира 15. Служебное удостоверение номер...

– Хватит! – резко закричал Алексей. Он был на грани отчаяния.– Откуда вам известны мои личные данные?

И здесь Константин решил сыграть еще в одну интересную игру.

– А зачем вы взяли у меня со стола то, что вам не принадлежит? – очень миролюбиво и даже кротко спросил он.

Для майора, привыкшего к совершенно другому поведению задержанных, это прозвучало верхом наглости.

Константин продолжал:

– Поскольку вы принесли этот предмет сюда, теперь мне и моим друзьям известно все обо всех, кто здесь работает. Нельзя было так неосмотрительно поступать, – улыбнулся он.

Алексей Пуглов только сейчас начал осознавать, что вся его карьера, − да что карьера, его собственная жизнь! − в одно мгновение оказалась под угрозой. Если этот парень не врет, то он своими действиями раскрыл одну из самых засекреченных организаций страны. За это его точно не пощадят.

Тем не мене он взял себя в руки и уже очень спокойно спросил:

– Кто вы? И кто ваши друзья?

Прежде чем ответить, Константин внимательно всмотрелся в этого молодого майора, который, в общем-то, просто старался выполнить свою работу. Он на самом деле был любящим отцом и мужем, никого не предал и не подставил.

«Попробуем. Кто знает, может, что и получится», – опять чисто интуитивно решил Костя.

– Прежде чем я отвечу вам, пожалуйста, верните мне мой прибор, и я расскажу и покажу вам, как он работает. Он абсолютно безопасен, но информацию собирает через все преграды.

Константин сознательно врал. Интегратор нужен был ему, чтобы обеспечить конфиденциальность разговора с майором. Кроме того, он смог бы при необходимости поработать маяком для точной настройки перемещения.

Алексей на минуту задумался. Вот так отдать неизвестно кому непонятный прибор? Но с другой стороны, похоже, что этот «неизвестно кто» знал о нем (а может, и обо всех остальных на базе) все – ну или почти все.

Увидев, что Пуглов колеблется, Константин решил помочь ему принять решение.

– Я знаю все не только о вас, но и о... Дайте ручку и бумагу! – попросил он.

Получив лист бумаги и шариковую ручку, Константин написал аккуратным почерком: «Полковник Борис Петрович Тапалов, родился 2 октября 1967 года». После чего передал листок Алексею.

Пуглов побледнел. Видимо, вся организация была раскрыт. А главное − неизвестно кому.

– Хорошо, я дам вам ваш прибор. Но предупреждаю: при малейшей опасности будет открыт огонь на поражение. Вся комната просматривается и прослушивается.

Это Константин знал и без него.

– Обещаю, что никакой опасности от этого прибора не будет, а вот нового вы узнаете очень много, – весело сказал он.

Пуглов взял стоящий в углу ящик, поставил на стол, отключил электромагнитное поле и открыл.

Константин сразу понял, почему не мог связаться с интегратором. Он весь был закрыт защитным полем, которое выглядело на темном внутреннем фоне, как небольшая светлая дымка. После отключения поля интегратор сразу «проснулся» и, выключив защиту, вошел в рабочий режим. Константин, не прикасаясь к нему, мысленно приказал создать вокруг него и майора поле замедленного времени. Ничего более подходящего и безопасного он придумать не смог.

Фактически они могли общаться минут пятнадцать без какого-либо прослушивания. Для стороннего наблюдателя все эти пятнадцать минут выглядели, как одна десятая доля секунды. К сожалению, обеспечить им большее время интегратор не мог в силу ограниченности своих возможностей.

– Теперь мы можем разговаривать спокойно, нас никто не видит и не слышит. У нас есть примерно четверть часа для того, чтобы я смог ответить на все ваши вопросы, – доброжелательно сказал Константин. Он понимал, что сейчас самое главное − не допустить, чтобы Пуглов впал в панику.

– То есть как это − никто не видит и не слышит? – не понял Алексей.

– Долго объяснять. Наше с вами время как бы растянулось, мы находимся не совсем в этом пространстве, хотя вокруг все то же самое. Но давайте не тратить это драгоценное время по пустякам. Я обещал ответить на все вопросы, так вот отвечаю.

Константин не давал Пуглову как следует осмыслить ситуацию.

– Я – землянин, не работаю ни на какую разведку, как вы думаете. Тем не менее моя мама с планеты Ветта, поэтому я не совсем землянин, хотя родился и вырос здесь. Наша раса давно работает с вашей планетой, стараясь уберечь земное человечество от всяких бед и неприятностей. – Константин говорил все как есть. Он не боялся рассказывать Пуглову ни о чем, поскольку в крайнем случае можно было изменить реальность. Но он рассчитывал на другое.

Когда он закончил, то сразу понял, что Пуглов хочет, но не может ему поверить. Тогда он решил прибегнуть к более серьезным мерам.

– Я понимаю, что вы мне не верите. В это все действительно очень трудно поверить. Но я сейчас кое-что вам покажу. – С этими словами Константин послал интегратору мысленный приказ создать вокруг них интерактивную модель галактики.

Все вокруг потемнело, комната исчезла, и они оказались прямо среди звезд. Эффект был потрясающим: майор Пуглов не сразу понял, что все это иллюзия, настолько проработанной и детальной была эта модель.

Константин сделал вид, что не заметил испуг и замешательство майора, и сразу начал объяснять.

– Вот здесь расположена Солнечная система, – он показал на соответствующий участок галактики, который сразу приблизился. − А здесь система Ветты. А вот это – наша планета.

Он максимально приблизил Ветту − так, что создалось впечатление, будто они находятся на ее орбите. Потом еще немного приблизил планету, чтобы можно было разглядеть защитное поле вокруг нее и даже отдельные города.

– Не беспокойтесь, это видим только мы с вами, больше никто,– заверил он майора, который изо всех сил старался сохранять спокойствие, хотя мысли у него были самые разнообразные. И одна мысль была такой: «А не пристрелить ли этого инопланетянина, пока не произошло что-то необратимое?»

Константин мысленным приказом резко выключил карту, и они снова оказались в комнате для допросов.

– Вы, конечно, можете прямо сейчас попытаться меня застрелить, – отвечая на мысли майора, спокойно произнес Константин. – Возможно, у вас это и получится. Но в этом случае ваша жизнь изменится бесповоротно. Мои товарищи будут вынуждены закрыть ваше спецподразделение, как и все остальные во всем мире. Ваша память об этой работе будет стерта, а все документы − уничтожены. Все это будет сделано таким образом, что ни вы, ни остальные, кто здесь работал или что-то знает об этом месте, больше никогда его даже не вспомнят. Но есть совершенно другой путь, и все останется как есть.

– Какой путь? – хрипло спросил Алексей Пуглов. Он наконец понял, что все его мысли известны этому «пришельцу».

– Сначала вы ответите мне, почему вы заинтересовались нами. Не лично мной и моей женой, а вдруг ни с того ни с сего начали проверять сотни разных людей.

– В последнее время и у нас, и за рубежом стали появляться ранее исчезнувшие люди. И это никого не удивляло: ни их друзей, ни родственников, ни коллег по работе... Они словно никуда и не пропадали. – Алексей понимал, что скрывать что-либо от Константина бесполезно, и поэтому говорил все как есть.

– Этих людей вернули мы, – ответил Константин. – Они были похищены очень развитой, но не очень доброй по отношению к землянам цивилизацией. Мы спасли этих людей практически из рабства. Конечно, мы изменили их память и создали новую реальность − и для них самих, и для их близких, родных, работодателей... Вот только ваше и подобные вашему подразделения мы в этот список не включили. Всего не учтешь, когда речь идет о миллионах людей. Вы можете представить себе, какая это была работа?

– Нет, не могу, – честно признался Алексей. – Мы думали, что это может быть какая-то петля времени или работа враждебных спецслужб.

– Нет, это мы просто защитили Землю от реального вторжения. – Константин чувствовал, что нужно скорее переходить к главному. Времени оставалось все меньше. – Мы готовы ничего не менять, и ваше подразделение и дальше будет работать, как и работало, если вы согласитесь взаимодействовать с нами. Но об этом никто не должен знать в вашей службе, кроме вас.

– Вы меня вербуете? – усмехнулся Алексей.

– Можете считать и так. Но просто вы нам очень подходите по своему психотипу. Я сразу это отметил. Другие, к сожалению, не подходят. При этом я обещаю вам, что ни для вашей страны, ни тем более для Земли мы никогда не сделаем ничего плохого. Вы же сможете работать, как раньше, и даже думаю, что очень скоро получите повышение по службе.

– Так ваши люди и в руководстве есть? – почти с отчаянием спросил Пуглов.

– Ну конечно. И во многих странах. Это наши помощники. Часто это земляне, а иногда и веттанцы. Иначе ваша планета давно превратилась бы в пустыню.

Константин понимал, что сейчас нужно говорить только правду и ничего не скрывать. Любое сомнение в искренности его слов сразу же оттолкнуло бы от него этого майора. И разговор бы не получился.

– Так что вы хотите от меня? Как я понял, вы можете покинуть это помещение в любой момент, никого особо не спрашивая. Или я не прав? – Алексей старался понять, каковы реальные возможности Константина и его соратников.

– Я действительно могу переместиться прямо сейчас на свой корабль, который в настоящий момент завис над этой базой и при этом абсолютно невидим для ваших средств наблюдения. – Константин говорил уверенно, и это действительно было правдой. Учитывая работу интегратора, он реально мог переместиться и переместить с собой Мери.

– Но, если я сделаю это, мне придется менять реальность и стирать память у всех сотрудников этой базы, в том числе и у вас. В этом случае наше сотрудничество не получится. Вы просто не будете меня помнить, как и все остальные. Я предлагаю поступить иначе. Вы выставляете меня сотрудником иностранной (например, английской) разведки. Я с этим соглашаюсь. Вы проводите со мной и с моей женой «следственный эксперимент» наверху. Интегратор будет играть роль очень засекреченной и очень защищенной рации. Когда же мы окажемся у нас в квартире, то изменим реальность, которую к этому времени уже просчитают наши искусственные интеллектуальные системы, или сокращенно ИИС. И мы постараемся изменить реальность по минимуму только для тех, кто нас видел или что-то знает о нас. При этом ваша память останется нетронутой.

Время заканчивалось. Константин уже получил предупредительный сигнал интегратора, что осталось всего две минуты.

– Ну же, решайтесь. Или я и моя жена исчезнем прямо сейчас, и вы забудете о нас навсегда. − Он чувствовал колебания майора Пуглова, однако тянуть больше было нельзя.

– Но руководство может не согласиться на следственный эксперимент на поверхности! – хватался за соломинку Пуглов.

– Обязательно согласится, особенно если вы скажете, что дело обычное шпионское и его, по всей видимости, придется передать в ФСБ. А если сами раскроем, то все лавры нам.

– Но это может затянуться на несколько дней!

– К сожалению, у нас нет возможности столько ждать. Мы должны через два дня быть в КНР, чтобы спасти от гибели очень многих людей. И при всех наших возможностях перенести эту операцию мы не в силах. Осталось тридцать секунд, решайте! – очень спокойно произнес Константин. – Интегратор пока можете оставить у себя, только не закрывайте его в этой дурацкой штуковине. Итак, вы согласны?

– Да, – обреченно отозвался Алексей.

Как будто что-то включилось − и полная тишина, которая стояла до этого в кабинете, сменилась обычными для базы шумами. Стал явственно слышен работающий кондиционер, доносящиеся из-за закрытой двери шаги и голоса. Время вернулось к своему обычному течению.

– Ну вот, это наша продвинутая радиостанция, – буквально продекламировал Константин. Перед растяжением времени они остановились именно на этом. – Я готов все рассказать и показать. И если вы обеспечите мою безопасность, то я готов раскрыть того, кто из сотрудников вашей базы снабжал нас совершенно секретной информацией. Готов даже показать, как мы ее получали и передавали ему новые задания.

В течение следующего часа они с майоров аккуратно разыгрывали спектакль «для начальства».

Константин сообщил все личные данные − свои и Мери. Более того, он вместе с женой готов был показать те места, где, по его словам, были зарыты специальные устройства, дистанционно считывающие информацию от информатора со станции.

После того как допрос закончился, Константина отвели в его камеру. К этому времени он уже успел мысленно связаться с Мери и посвятить ее в детали своего плана возвращения на поверхность. Был проговорен сценарий ее допроса, чтобы их ответы совпадали. Бии получил четкие инструкции относительно перемещения и изменения реальности, а интегратор уточнил все координаты и просканировал всю станцию, чтобы обеспечить на крайний случай качественное перемещение.

После разговора с Константином Пуглов вызвал Мери, и она слово в слово повторила то же, что он уже слышал. «Английские шпионы» оказались весьма кстати. Спецподразделение уже давно не выдавало никаких практических результатов своей работы, поэтому поимка иностранных агентов, да еще захват их аппаратуры, да еще раскрытие «крота» из числа сотрудников базы могли серьезно укрепить позиции руководства. Согласие на следственный эксперимент было получено за одни сутки, и уже на следующий день их с Мери повезли в квартиру. Интегратор находился у майора Пуглова, который переложил его в обычный портфель, чтобы он оставался в «рабочем состоянии». Ведь это, по словам Константина, была всего лишь рация, хотя очень умная и сложная.

Все прошло как по маслу. Когда все оказались в квартире Константина и Мери, Бии сразу же произвел перемещение всех присутствующих (а кроме майора Пуглова здесь находились еще минимум четыре сотрудника спецподразделения). После чего было произведено очень мощное изменение реальности для всего персонала базы, кроме Алексея. Также были уничтожены все записи допросов, видео- и фотосъемка. То есть все следы пребывания Константина и Мери на этой базе, включая рапорты о наблюдении за их квартирой. Информация о работе базы и взаимодействии с майором Алексеем Пугловым была сразу направлена на станцию к Фрэду. Кроме того, туда же была направлена информация обо всех действующих в мире подобных службах, чтобы немедленно начать их настройку для работы с веттанцами.

* * *

Константин, Мери и Алексей Пуглов ужинали на берегу океана. Бии сделал прекрасную симуляцию. Алексей был еще немного в шоке, но уже начинал привыкать к новому положению вещей.

– Итак, Алексей, пока вы здесь, вы пройдете некоторое минимально необходимое обучение. Это не займет много времени. Потом мы переместим вас прямо в ваш кабинет на базу, и вы будете работать так же, как работали до этого. – Константин проводил последний инструктаж, потягивая замечательное новозеландское красное вино. – Наш Бии настроен на ваши мысли.

Он увидел, что Алексей смотрит на океан.

– Хотите искупаться?

Пуглов удивленно вскинул брови:

– А это возможно?

– Запросто. Это ведь не подделка, а самый что ни на есть настоящий океан. Просто в ограниченном пространстве. И время еще есть. Дерзайте!

Пока Пуглов плавал и нырял в волнах, Константин думал о том, как все-таки удивительно складывается его жизнь. Как все эфемерно, зыбко − и в то же время предопределено судьбой. Все, что происходило сейчас: раскрытие сети спецслужб, занимающихся поиском инопланетных пришельцев на Земле, стремительная вербовка майора Пуглова, причем без малейшего давления на него или применения каких-то внеземных технологий психологического воздействия... Все это было знаком судьбы. Реализацией чьей-то высшей воли.

Мери как будто услышала его мысли.

– Ты думаешь о Боге? – как всегда прямо, но при этом совершенно беззвучно спросила она.

– Ты знаешь, да, – задумчиво ответил Константин. – Я все время думаю о том, что видел и слышал, побывав «за гранью». И все время стараюсь понять, что же я должен делать, чтобы моя жизнь была такой, какой ее хочет видеть Господь.

– Но ты же все время только и делаешь это! – улыбнулась Мери – Твое предложение по спасению всех в Китае... Такого ведь еще никогда не было, до тебя.

– Наверное, мы не все делаем так, как нужно. Иначе мы не пропустили бы такую махину, – он взглядом показал на плавающего Пуглова. – Они же создавали свою контору десятки лет, и никто не обратил внимания... Не только в России, но и в других странах.

– Значит, всему свое время, – снова улыбнулась Мери. – Но в одном ты прав. Нам всем нужно больше думать о Высшем и чаще обращаться к Создателю.

* * *

Вернув Пуглова на его базу и еще раз просканировав на всякий случай измененную реальность, Константин стал готовиться к отправке в Китай. Мери на этот раз оставалась дома. Она должна была вместе с другими сотрудниками станции контролировать весь ход операции.

Все было рассчитано по минутам. Ни в коем случае нельзя было ошибиться: это было чревато гибелью людей. Поэтому Константин вложил в свою память пошаговое сканирование того варианта возможного будущего, который они взяли за основу. Кроме того, на всякий случай он еще запомнил несколько менее успешных вариантов, просто для страховки. Но осуществить следовало именно тот, где все оставались живы.

Константин перевоплощался в одного из руководителей производства, который в это время должен был находиться в другой части завода. Бии следовало нейтрализовать его одним из первых. Задачей Константина было быстро созвать всех рабочих на площадку одного из цехов, откуда их сразу же должны были забрать.

Спустя два часа Константин уже был на станции, а еще через полчаса он возник в коридоре, ведущем к одному из удаленных цехов.

Вся операция прошла практически идеально. Каждый из участвовавших в ней веттанцев и подключенные к ней ИИС справились со своими задачами на все сто процентов. Взрыв произошел точно по расписанию, люди были собраны именно в тех местах, где их и ждали, и мгновенно перенесены на корабли, после чего реальность была глобально изменена.

Единственным незначительным отклонением, не попавшим ни в один из просматриваемых вариантов будущего, был рабочий завода, который поскользнулся на бегу и упал прямо на лестнице между этажами. Бии немедленно сообщил об этом Константину, поскольку это произошло именно в зоне его ответственности. Константин тут же сам бросился на помощь незадачливому рабочему. В это время все уже собрались на месте, и Константин дал команду на перемещение.

– Мы будем позже, – кратко сообщил он Бии.

Когда он подбежал к рабочему и поднял его, тот был без сознания, потому что ударился головой о ступеньку. Тащить его на себе было довольно сложно, но Константин справился. Однако идти на место общего сбора уже не имело смысла. Они просто не успевали попасть туда до затопления. Оставалось перемещаться прямо из коридора, но такое перемещение могло оказаться не совсем удачным или вовсе не получиться. Был еще вариант: бросить рабочего прямо здесь, в коридоре. Тогда Константин успевал добежать до места общего сбора и гарантированно переместиться.

Константин выбрал третий вариант: он потащил рабочего прямо в цех, поскольку там было достаточно много места и для Бии легче было настроиться для перемещения.

Затопление уже шло полным ходом, и риск остаться здесь навсегда был очень велик. Но Константин почему-то чувствовал, что все будет хорошо. Забежав в цех, он стал подниматься вместе с рабочим по боковой лестнице прямо на один из мостиков, который находился на высоте над цехом. Когда они оказались на мостике, вода уже проникла в помещение.

Наверное, Бии Константина имел очень серьезную индивидуальность и особенные способности. Он в последние секунды сумел рассчитать необходимые для перемещения настройки, и когда вода уже подходила к мостику, смог успешно переместить и Константина и рабочего, который был еще жив. Как будто кто-то ускорил все вычислительные процессы на Бии − или же они сами ускорились. Во всяком случае, ответить на вопрос, что же все-таки произошло и как он успел все это осуществить, Бии потом так и не смог (а может, и не захотел). Но эта история надолго стала «притчей во языцех» на всех станциях.

Земля была спасена, и никем ради этого пожертвовать не пришлось.

Эпилог. Возвращение в Рай

Бии мчался сквозь пространство и время. На его борту было всего три пассажира: капитан, его жена и их грудной сын. Это были Константин-Оони, Мери-Ален и их сын, имевший пока только одно веттанское имя Атни.

Бии летел в подпространстве со сверхсветовой скоростью. Точнее, его скорость была в несколько сотен раз выше световой, поскольку полет проходил в специально созданном подпространственном канале.

Обычно веттанцы, да и все остальные развитые цивилизации, населяющие галактику Млечный Путь, перемещались по ней гораздо более быстрым и простым способом, используя телепортацию. Но когда речь шла об исследовании новых пространств и полете в ранее неизведанные участки космоса, особенно если речь шла о другой галактике, применяли специальные технологии перемещения. Бии или более крупный, например «материнский», корабль создавал специальный проход в подпространстве и перемещался сквозь него в нужную точку вселенной. Этой древней технологии было уже много сотен тысяч лет, и она была отработана до совершенства.

Константин и Мери летели на поиски того самого города-галактики, который когда-то однажды посетил Константин. После успешного завершения «китайской» операции и нейтрализации всех известных и неизвестных спецслужб на Земле наступило довольно спокойное время, и Константин попросил Совет Ветты предоставить им с Мери пару земных месяцев для того, чтобы попытаться найти место, в котором он когда-то побывал. Если оно, конечно, вообще доступно для поиска.

Веттанский Совет любезно предоставил им даже три земных месяца, тем более что у них только что родился ребенок.

Узнав о желании Константина найти то, что он для себя определил как «Вселенский Рай», андромедяне связались с ним и указали примерное место в космосе, где стоило искать город-галактику. Они также дали Константину соответствующие инструкции, как пройти защитные барьеры и попасть в этот закрытый от живых существ мир.

Андромедяне были очень древней расой, а точнее, множеством связанных одной судьбой рас. Они научились жить практически столько, сколько считали необходимым. Умели быть одновременно во многих мирах и перемещались по вселенной без каких-либо технических приспособлений. Они намного глубже понимали вселенную, чем кто-либо из других галактик. (Хотя в известной вселенной были и те, кто шагнул дальше них.) Поэтому помощь андромедян в данном вопросе была неоценима.

...И вот теперь они летели в указанную точку пространства, чтобы встретиться с миром, который был создан тем, кто создал саму вселенную. Константин и Мери сидели рядом в главном отсеке управления Бии. Точнее, они сами создали для себя такой отсек управления, поскольку «управлять» Бии было не нужно. Он летел совершенно самостоятельно, а все указания ему можно было дать мысленно. И тем не менее они создали для себя этот отсек, − точнее, просто два невидимых «живых» кресла рядом и еще специальный кокон, в котором спал их ребенок.

Они как будто парили в движущемся мимо них подпространстве. Бии установил полную прозрачность, и можно было наслаждаться совершенно фантастическими видами мира, который проникал сквозь всю вселенную и соединял ее в единое целое. Здесь не было звезд и планет в их привычном понимании. Но здесь была энергия, пульсирующая различными цветами и оттенками. Это было иное измерение видимого и осязаемого мира.

– Как ты думаешь, мы сможем туда попасть? – вдруг спросила Мери.

– Не знаю. Андромедяне сказали, что это возможно. Все будет зависеть от того, захотят ли нас пустить.

– Ты надеешься еще раз увидеть родителей?

– Может быть, но я не уверен, что это у меня получится. Они вообще где-то в ином мире. Даже андромедяне не знают, где именно.

Константин осознавал, что вся их затея очень сильно смахивает на авантюру, но почему-то чувствовал, что все будет хорошо.

– Я очень хочу снова увидеть того священника, который со мной разговаривал, – вдруг откровенно признался он Мери. – Я потом узнал его на иконе в православном храме. Это святой Николай – архиепископ Мир Ликийских. Я очень хотел бы еще раз поговорить с ним.

– Тогда нам точно стоит помолиться Богу, чтобы наше путешествие было успешным. Я думаю, только в его власти дать нам возможность попасть туда! – убежденно воскликнула Мери.

– Я совершенно с тобой согласен, – улыбнулся Константин. Про себя он уже много раз обращался к Богу именно с этой просьбой, но никакого намека на какой-либо ответ пока не получил. Однако почему-то был уверен, что ответ обязательно будет.

Корабль уносил их все дальше и дальше от известных миров. Было немного страшно растворяться в этой необъятной жути бездонного и безграничного пространства. Но они были вместе. И то, что их объединяло, было гораздо больше и сильнее любой пустоты. Это была любовь – их любовь друг к другу, к своему сыну, ко всем, кто остался ждать их на Земле и Ветте. Но главным было ощущение какой-то общности, родства с этой огромной вселенной и ее Создателем. Они не чувствовали себя здесь чужими.

Вместе с Бии они летели на поиски Рая (или того места, которое принято так называть во многих мирах). Настроение Константина и Мери передавалось их живому кораблю, и он уже не понимал, что он или кто. Главной его целью было точно доставить Константина, Мери и Атни туда, куда никто еще не летал таким образом, но где их уже ждали. А Бии почему-то знал, что их ждут в этом городе-галактике. Хотя не смог бы ответить, откуда он об этом узнал.